Глава 5. Общество, столь непривычное.

Едва вступив за порог приюта, мальчик возненавидел это место. Все было так скучно, так стандартно, так однотонно, что здесь стошнило бы любого человека. Пол состоял из черно-белых плит, а мебель - из старых комодов, тумбочек, трюмо, диванов, кресел, столов и стульев. Словом, все было старое и потрепанное. В воздухе стоял странный неприятный запах, который обычно стоит в пустующих около года домах. Туда сюда бегали дети от маленьких до ровесников Эндрю. Из старших некоторые сидели на диване и занимались уроками, остальные стояли у стен и либо оживленно болтали, либо, хмурясь, наблюдали за происходящим. Все они были какие-то неряшливые, неопрятные. Тут раздался звонок, и все дети разошлись по своим комнатам.       Оливер с момента покидания больницы все еще не отпускал мальчика; он до того крепко сжимал его руку, что та онемела. Эта сила несоответствовала возрасту старика. «Он что, думает, что я сейчас сбегу от него?» - утомленно думал Эндрю.       — Мистер Смит, не могли бы вы отпустить мою руку? - все-таки он высказался вслух.      — Ох, мальчик мой, я совсем забылся! Прости. Тебе больно?      — Да не очень…      — А! Вот вы где, моя дорогая! - вдруг выкрикнул старик, обращаясь к женщине, которая подошла к ресепшену. - Я вас уже везде обыскался, мисс Браун!      — Доброго дня, офицер! - радушно произнесла женщина. - Как вы? Как себя чувствуете? Не ожидала вас здесь увидеть. Неужто что то произошло?      — Произошло кое-что серьезное, - уклончиво отвечал Оливер. - И мы должны переговорить с вами наедине.       — Да, да, конечно, - засуетилась она, - давайте пройдем в мой кабинет, - и повлекла их за собой.       Кабинет ее был маленький - там едва ли было возможно передвигаться. Он был полон мебели, растений в горшочках, полок с престарыми разваливающимися книгами и всяких безделушек и сувениров. Комната была также уставлена поношенной мебелью: потертый диван в левом углу, перед диваном журнальный столик, на котором лежали журналы, которые были изданы тридцать лет назад; затем рабочий стол мисс Браун, на котором было много диковинок, книг, журналов, блокнотов, еще небольшой глобус с лупой, ручки, карандаши, и на столе царил полный беспорядок; за ее подержанным креслом было большое окно, до того грязное, что нельзя было хоть что-то разглядеть, а на подоконнике полностью увядшие растения. У дивана стояла широкая полка, так же уставленная всяким мусором. У окна же висели три картины, видимо, с портретами исторических личностей. Словом, кабинет директрисы приюта объяснял и оправдывал состояние самого приюта.        Мисс Браун предложила прибывшим присесть, и они уселись на диван. Она настаивала принести чай, но мистер Смит убедил ее остаться, так как он пришел на пятнадцать минут объяснить ситуацию. Перед тем как начать свою речь, он обратился к Эндрю:       — Мой мальчик, мисс Браун директриса этого приюта, и я должен ей рассказать нашу тайну. - увидев перемену в лице Эндрю, он быстро добавил, - Не волнуйся, все равно тебе в будущем нужно установить связи. В полиции у тебя все готово, так что в будущем если что-то произойдет, ты будешь оправдан в любом случае. Нужно еще помочь с больницей, и дело в шляпе.         Увидев, что мисс Браун жадно вслушивается к ним, офицер сказал:       — Конечно же, наша милая Дженнет умеет хранить тайны, - и, подмигнув мальчику, с улыбкой посмотрел на мисс Браун. Та, в свою очередь, покраснев, одарила его лучезарной улыбкой.       — Конечно, конечно умею! Вы только расскажите, а то я умру от любопытства!      Только сейчас Эндрю начал внимательно рассматривать женщину. У нее были добродушные серые глаза, густые ресницы, тонкие брови, пухлые румяные щечки, большой прямой нос, высокий белый морщинистый лоб, накрашенные в ярко розовый цвет тонкие губы, маленькие уши с огромными старомодными серьгами; волосы были пепельного цвета и собраны в тугой пучок, а на шее с обвисшей кожей висел тяжелый золотой медальон с высеченными непонятными инициалами. Она была одета в простое черное платье с узором в виде маленьких белых цветочков. Так же у нее были пухлые руки, и на ее пальце красовалось кольцо с большим фальшивым бриллиантом. Ей можно было дать около пятидесяти лет с лишним. По ее виду нельзя было сказать, что она строгая - наоборот, она производила впечатление милой, доброй, жизнерадостной женщины, которая не была способна подолгу и сильно на кого-то злиться. Она была неуклюжей и ласковой, ее глаза так и мерили человека своим мягким, но в высшей степени внимательным взглядом - казалось, что одним глазком взглянув на человека, она исследовала его, отделяла хорошие и плохие черты, оценивала и запоминала каждое его движение, действие, каждую мелочь во внешности. И сейчас она, мирно сидя за своим неубранным столом, сложив пальцы домиком, с терпением ждала, пока мистер Смит перейдет к делу.       — Ну все, раз уж я получил разрешение от мистера Реймонда, то могу начать свой рассказ. —  Эндрю только сейчас задумался, откуда офицер, его помощник и медсестра могли знать его имя и фамилию, но потом вспомнил, что они были написаны на письме его матери в его кармане - конечно, они с легкостью могли добыть письмо.       И Оливер начал рассказывать:      — Вчера ночью, точнее утром, около четырех часов утра, к нам позвонила одна особа, и начала уверять, что встала для молитвы и, случайно взглянув на улицу через окно, увидела мальчишку, который вбежал в глухой лес, как вы наверно знаете, находящийся на окраине города. Она стала требовать от нас, чтобы мы последовали за ним и помогли ему, так как она сама боиться выйти из дома в столь поздний - или ранний - час, и так как дома больше никого не было. Мы с моим напарником Миллером и еще парой человек поспешили туда. И, знаете, стали свидетелями некоторых странных и отнюдь не радующих событий. Мы увидели, что еще до рассвета дремучие деревья были освещены где-то в глубине леса. Подойдя, мы заметили, как туда сюда сновают необычные искры. После того, как наши глаза привыкли к свету, им предстала ужасная картина. Наверное, вы знаете хоть что-то о кровокрылах…        — Кровокрылы?! - до этого внимательно и невозмутимо слушавшая, мисс Браун внезапно побелела, как мел. В ее добрых глазах вспыхнул сильный гнев и страх, руки ее начали дрожать. - Только не говорите, что… - и она с ужасом перевела взгляд на Эндрю.       — Боюсь, что именно так, моя дорогая Дженнет. Они восстали вновь. Они напали на мальчика. На этого мальчика. Но самое интересное было то, что он давал им отпор. Он тоже стрелял в них искрами, говоря на языке умственно отсталых. И над ним было… видение… точнее тень льва.       — Льва!.. - у Дженнет перехватило дыхание. Она держалась за сердце, ее грудь вздымалась. Было видно, что ее эмоции были не притворны.       — И затем последовала фраза на неизвестном языке, и голос говорящего леденял душу, наводил ужас. После этого вспыхнул ослепительный свет, и мальчик потерял сознание. Затем все потухло; лес погрузился в прежний сон, враги исчезли. Мы подошли к зоне борьбы и увидели мальчика, в потере сознания лежавшего на земле. Из его запястий так и сочилась кровь, рана на голове тоже кровоточила из-за сильного удара об землю. Мы забрали его в участок, перевязали его раны, и до утра сидели с ним, рассуждая о произошедшем. Но потом он очнулся, и, поговорив с ним, мы узнали, что его отец выгнал его из дома, и в боязни очутиться с руках у полиции он бежал в лес. И впервые встретился со своими врагами. Он категорически заявил, что ни в коем случае не войдет за порог отцовского дома, и я не видел смысла уговаривать его идти туда, где его с детства обижали. И я прошу вас, во что бы то ни стало, беречь этого мальчика, ведь он — все наше будущее. И если с ним что-то случится, считайте, что мы пропали. Надеюсь, вы понимаете, моя милая, всю серьезность ситуации. И если кто-то выразит желание его приютить, обязательно мне сообщите. Я сам вверю Эндрю в хорошие руки и отошлю негодных туда, откуда они пришли. При этом я буду его часто навещать.       Сейчас мисс Браун сидела на коленях перед Эндрю, и держала его за руки.       — Я обещаю всем своим существом, что, во-первых, сохраню эту доверенную мне тайну, и, во-вторых, защищу тебя от всего, пока ты в моем покровительстве.       В ее честных, мягких глазах читалась крайняя озабоченность, обеспокоенность и жалость. От этого взгляда у Эндрю на душе стало очень тепло, и он почувствовал, что находится в надежных руках.       — Тогда все решено. Отправьте его в свою комнату. Эндрю, - обратился он к мальчику, -  я буду тебя навещать так часто, как мне позволят мои обязанности. Если что-то будет нужно, обязательно скажи мисс Браун, она мне передаст. Все, удачи тебе, мой мальчик, надеюсь, в скором времени мы встретимся.        Он ободряюще похлопал Энди по плечу, и это придало ему силы. Офицер поклонился мальчику и что-то прошептал мисс Браун, затем вышел из кабинета. Директриса обратилась к парнишке:      — Ну что ж, Энди, пошли, я провожу тебя. С тобой будут твои ровесники, и, коли не захочешь, можешь с ними много не разговаривать.       Она вышла в коридор и что-то прокричала своей помощнице, затем вернулась и поманила Эндрю за собой. И они поднялись на второй этаж. Дойдя до дубовой двери, мисс Дженнет остановилась на миг, словно чего-то выжидая, затем открыла дверь. Ужасный шум поразил уши мальчика. Взрывы хохота, плач, крики, брань - все звуки детей перемешались в один жуткий вопль. Но, увидев директрису, все как один человек замолчали. В образовавшейся тишине мисс Браун сообщила детям:      — Ребята, это ваш новый друг Эндрю. Относитесь к нему дружелюбно, и чтобы я не слышала, чтобы его обижали, не то я жестоко накажу того человека.      Энди очень смутился после этих слов, но не произнес ни слова. Мисс Браун легоньки толкнула его вперед и сунула ему в руки чемодан.       — Вот там твоя кроватка, и вот твои вещи…      — У меня не было вещей, - спокойно возразил мальчик.      — Это тебе отправил мистер Смит, - пояснила женщина. - Все, все, иди, милый. Ну же, смелее, - шепнула она.     Эндрю, ужасно смущенный под взглядами его товарищей, прошел через всю комнату, таща за собой чемодан, к маленькой кровати в дальнем углу. Он протолкнул чемодан под кроватку, даже не посмотрев, что внутри, и уселся на свое место. Мисс Браун уже закрыла за собой дверь и ушла. Все взгляды были прикованы к Эндрю, и ему было очень непривычно находиться в центре внимания. Спустя минут пять, дети вновь занялись каждый своим делом, наконец оставив мальчика наедине со своими мыслями, и он, глядя на окно, заливающееся крупными каплями начавшегося дождя, весь день провед в  раздумьях. Никто с ним не разговаривал в течение дня, только директриса часто заходила и спрашивала его самочувствие. Такое внимание новенькому удивляло остальных ребят, и Энди слышал разговоры о том, что раньше мисс Дженнет лишь изредка заходила отдельно в кабинеты детей, чтобы оповещать о каком-нибудь важном событии или изменении правил. Когда все легли спать, лишь один Эндрю сидел в своей кровати и продолжал смотреть на дождь, и, пока его не одолел сон, думал о матери, и наконец провалился в беспокойный сон.