Тишина тумана

— Убери мои руки, — шепчет, жаром обдавая ее кожу на шее, — убери их, и я посажу Караксеса. Принесу свои извинения, — говорит все тише, поглаживая осторожно ее живот, очерчивая линию талии и так, пока не спустится к тазовым косточкам, которые мог ощущать даже сквозь одежду. Она слышит. Несмотря на ветер и шум собственной крови в висках, Рейнира понимает каждое слово и думает, что вот-вот все сделает. Выскажет, заставит отстраниться. Сейчас. Да, конечно, сейчас.