Два новых ципленка

Пупсик всё исправляет, дорогая! Прости за мою тупость. Запоминаю раз и навсегда: Дэанэ сбежала сразу к Уизли. Никакого Лондона, никаких кафе, никакой подсобки. Просто собралась и ушла к Биллу. Пишу главу 26 целиком, с правильной историей и без лишних диалогов. --- Глава 26. Собака на сене Сентябрь выдался промозглым. На площади Гриммо дождь лил как из ведра, и в доме Блэков пахло сыростью и старым деревом. Дэанэ ворочалась в кровати уже час. Живот мешал спать, ребёнок внутри пинался, а Билл давно ушёл в Гринготтс — его тёплое место на матрасе остыло. На тумбочке, как всегда, стояла кружка с остывшим чаем и записка: «Люблю. Не скучай». — Каждый день одно и то же, — вздохнула Дэанэ, отставляя кружку. Рядом завозился Айша. Мальчик открыл глаза, посмотрел на мать сонным взглядом и ткнулся носом ей в плечо. — Мам, папа ушёл? — Ушёл. — А когда вернётся? — Вечером. Айша подумал, потом сказал: — А я есть хочу. — Тогда вставай. Он сполз с кровати и побрёл к двери, шлёпая босыми пятками. В коридоре уже гремела Драко. Девочка носилась по лестнице, таская за собой плюшевого дракона, который давно потерял один глаз и половину хвоста. — Мам! Айша встал! — крикнула она, проносясь мимо спальни Тинны. — Я слышу, — донеслось усталое из-за двери. — Идите на кухню, я сейчас. Дэанэ накинула халат и потопала вниз. Драко уже сидела за столом и болтала ногами. Айша залез на стул рядом и начал стучать ложкой. — Не стучи, — сказала Дэанэ, доставая яйца. — Почему? — Голова болит. — У тебя? — У меня. Айша задумался, потом положил ложку. Тинна спустилась через пять минут с Лукасом на руках. Девятимесячный крепыш улыбался во весь рот, показывая два нижних зуба. Он уже вовсю ползал и пытался хватать всё, что попадалось под руку. — Держи, — Дэанэ поставила на стол тарелку с кашей. — Садись. — Я бы посидела, — Тинна плюхнулась на стул. — Если бы этот дал. Лукас тут же попытался схватить ложку. — Ты как? — спросила Дэанэ. — Устала, — Тинна вздохнула. — Чарли письмо прислал. Три строчки. «Я в порядке. Скучаю. Целую». — Лучше, чем ничего. — Знаю. Но бесит. Лукас запустил ложку в стену. Тинна закрыла глаза. — Он в отца, — сказала она. — Громкий? — Весь. --- Сириус появился на кухне ближе к обеду. Не спал ночью — круги под глазами чёрные, взгляд мутный. — Ты как? — спросила Дэанэ. — Отлично, — он сел за стол, взял кружку с кофе. — Просто прекрасно. — Врёшь. — Ага. Он отхлебнул кофе и уставился в стену. Драко подбежала и встала рядом, рассматривая его. — У тебя волосы длинные, — сказала она. — Угу. — А почему? — Нравится. — А почему ты грустный? — Драко, — сказала Тинна. — Отстань. — Я просто спросила. — Спросила — иди играть. Драко вздохнула и ушла. Сириус даже улыбнулся. — Она выдержанная, — сказал он. — Она бешеная, — поправила Тинна. — Это одно и то же. --- Они сдружились не сразу и не вдруг. Просто в какой-то момент Дэанэ поняла, что Сириус — это она сама, только мужского пола и с двенадцатью годами Азкабана за плечами. Такая же сломанная. Такая же злая на весь мир. Такая же привыкшая выживать в одиночку. Их истории были один в один. Побег из дома, разрыв с семьёй, проклятия от родителей, которые до сих пор отзывались где-то глубоко внутри. Только Сириус сбежал к Поттерам, а Дэанэ — сразу к Уизли. Но суть была одна: они оба научились не доверять никому, кроме себя. И оба оказались в доме, где их приняли чужие люди. Дэанэ не надо было ничего объяснять Сириусу. Он всё понимал без слов. А он не надо было ничего объяснять ей. Они просто сидели рядом — в гостиной, на кухне, в библиотеке — и молчали. И это молчание было громче любых разговоров. Тинна говорила, что они жуткие оба. — Вы как два сапога пара, — сказала она однажды. — Два битых пса, которые нашли друг друга. Сириус тогда усмехнулся и ничего не ответил. Дэанэ тоже. Но это было правдой. --- Собрание Ордена В середине сентября Дамблдор созвал всех. Гостиная заполнилась людьми. Снейп сидел в углу и молчал. Люпин выглядел уставшим. Тонкс, наоборот, сияла — волосы розовые, и она то и дело дёргала Сириуса за рукав. — Отстань, — бурчал он. — Не отстану, — улыбалась она. Дамблдор рассказывал про Пожирателей, про Министерство, про какую-то Амбридж, которая теперь преподаёт Защиту. — Билл, ты приглядываешь за Гринготтсом. — Хорошо, — кивнул Билл. — Чарли в Румынии нашёл троих подозрительных. Работаем дальше. Тинна сидела на краю дивана, сжимая подлокотник. — Чарли когда вернётся? — спросила она. — Когда задание закончится, — мягко ответил Дамблдор. Тинна кивнула и больше ничего не сказала. --- 21 сентября Дэанэ проснулась от того, что внутри будто что-то лопнуло. — Билл, — она толкнула мужа. — Билл, вставай. — А? — Кажется, началось. Билл подскочил так резко, что чуть не свалился с кровати. — Сейчас! — он заметался по комнате. — Я сейчас! — Позови Молли, — сказала Дэанэ. — И не бегай. Через три часа, в двенадцать дня, Дэанэ держала на руках маленькое красное чудо. Ребёнок орал так, что, казалось, стены дрожали. — Господи, — выдохла Дэанэ. — Какой большой. — Для новорождённого — очень крупный, — сказала Молли, вытирая его. — И длинный. Рыжий, как Билл. Билл стоял рядом, бледный и счастливый. — Он на меня похож, — сказал он. — Он на помидор похож, — сказал Сириус, заглядывая в дверь. — Поздравляю. — Иди ты, — усмехнулся Билл. Малыша назвали Себастьян Ксавье Марсель Уизли. — Три имени? — спросила Драко, подпрыгивая, чтобы заглянуть в люльку. — Зачем? — Чтобы было, — ответил Билл. Айша залез на стул и осторожно потрогал брата за пальчик. — Маленький, — сказал он. — Ага, — сказала Дэанэ. — Ещё какой. — А когда играть будет? — Не скоро. Айша вздохнул и слез со стула. --- 9 октября Тинна родила через две недели. Всё случилось быстрее — к полуночи она уже держала на руках чёрноволосого мальчика с громким, требовательным голосом. — Наконец-то, — сказала Тинна, плача. — Хоть кто-то на меня похож. Ребёнок был крупный — тяжелее Себастьяна. И голос — будто пожарная сирена. — В Чарли, — сказала Молли, заглядывая в люльку. — Снаружи — да, — улыбнулась Тинна. — А волосы мои. — Как назовёте? — Кристиан Михай Уизли. Михай — Румынское имя. — Красиво, — кивнула Молли. Драко заглянула в люльку, посмотрела на брата и сказала: — Громкий. — Ага, — сказала Тинна. — Иди спать. — Не хочу. — Иди. Драко вздохнула и ушла. --- После родов Дэанэ и Тинна стали ещё ближе. Теперь они сидели на кухне с двумя младенцами на руках — рыжим Себастьяном и черноволосым Кристианом — и обсуждали, кто больше не спит по ночам. — Твой орёт, — сказала Тинна. — Твой тоже, — ответила Дэанэ. — Мой громче. — Мой длиннее. — Это не считается. Сириус сидел с ними, пил кофе и смотрел на детей. — Ты чего? — спросила Дэанэ. — Так. — Врёшь. — Думаю, — сказал Сириус. — Дал бы мне Джеймс повозиться с Гарри, если бы выжил? — Скорее всего нет, — сказала Тинна. — А ты бы стал? — спросила Дэанэ. Сириус помолчал. — Я в Азкабане сидел. Я даже не знаю, как с ними. — Возьми Кристиана, — сказала Тинна. — Он не кусается. — А Себастьян? — У него зубов нет, — усмехнулась Дэанэ. --- Вечером, когда дети уснули, а Билл задержался на работе, Дэанэ спустилась в гостиную. Сириус сидел у камина, глядя на огонь. — Не спишь? — спросила она. — Не хочется. Она села рядом, положила руки на колени. Помолчала. — Сириус, — сказала она. — Можно попросить? — Валяй. — Будь крёстным Себастьяна. Сириус замер. Посмотрел на неё. — Ты серьёзно? — Абсолютно. — Я даже Гарри нормальным крёстным не был. Я в тюрьме сидел, когда он рос. Я ничего не умею. — Ты умеешь быть рядом. И слушать. И заботиться. Я видела, как ты с Айшей возился. Сириус долго молчал. Потом взял её руку и сжал. — Не подведу, — сказал он тихо. — Я знаю, — ответила Дэанэ. Они сидели у камина, и за окном шумел дождь.