Анкета на Дайвинчике

Эта история настолько хуёвая и непонятная, что я даже не знаю, кого в ней высмеять. Поэтому я высмею всех. Однажды чел, похожий на дитё Джейкоба из "Сумерек" и любой гориллы, сидел на Дайвинчике, чтобы полайкать женщин. Это обычное событие для людей его возраста. Понравились ему две девушки. Одной по-моему было 18, а другой 19. Первая ничего, пьёт, курит, ебётся. Обычный нормис. Вторая пошлит. Чуть больше в сторону пикми. Почему? Потому что: - Ах, Джейкоб, я сейчас вся разгоряченная "милое апчхи", приедь, потуши меня молочком. И он поехал со своим другом Тупым. Его так и зовут. Когда я слушал, складывалось ощущение, что пытаются высмеять Тупого, но Тупой как таковой особо ничем и не отличился. Впрочем, не будем о Тупом. Приехали они в Воронеж на квартиру. Как оказалось, эти девушки живут вместе. Как оказалось, девятнадцатилетняя с прицепом. Вторая просто с порога встретила их в одном бюстгальтере. Вполне себе обычное знакомство для людей такого общества. Гостей привели на кухню, где на столе стояли пузыри алкоголя. Тупого забрала полуголая и посадила рядом. У них началось базовое знакомство по типу: "Привет, привет, где учишься, вон там-то там-то, что по жизни делаешь, вон то то, вон то то". - Джейкоб, - позвала прицепная, - нам надо поговорить наедине. Помесь, конечно, пошла. Они зашли в отдельную комнату, где девушка сняла трусы. У нее было столько кровищи, будто в вагине двух лосей застрелили. - У лисички норка не убрана, - сказал Джейкоб, оценив ситуацию. - Подмети её своим венечком! - воскликнула неубранная нора. И прорезиненный веничек мел коридор норы, под громкие восклицания, характерные для порноактрис, закончивших трёхдневные курсы театрального искусства. Однако все плохое и хорошее заканчивается. Я б охарактеризовал это как "хуёвое". После клининга было решено отправится на кухню, где уже сидела толпа мужиков. Один, которому на вид можно дать двадцать два года, а по характеру дать по ебалу, вёл очень интересную беседу: - Кололись много. Пили много. Водка. Водка. Пиво. Коньяк. Лада. Менты. Менты. Голова. Бах-бабах. Проснулся. Меня в очко. Решётка. Прав нет. Забрали. Каждый день такое. Джейкоб не удивился. Тупой в это время хлестал, будто он острый или прямой, однако ни то, ни то под его описание не подходит. Пока все ловят алкашные галюны и допивают последние капли ебаного разведённого спирта с надписью "водка", товарищ 22 решает пойти и пропылесосить норку. Только сунул он свой микровеник, расфуфыренный сотней собак, какой обычно бабушки вешают в уличном туалете, чтобы отбиваться от шершней, как сработала сигнализация и отрубила все к чертям. - Все, расход, - объявила нора, выйдя ко всем остальным. В состоянии между трупом и комой эти бухие тела стали пытаться осуществить расход. По словам Джейкоба, он стащил их в лифт. Их это Тупого и Бюстгальтер. Этих существ, отдалённо напоминающих людей, пришлось вести до соседнего подъезда. Уже стоя у самой двери, Бюстгальтер вдруг выдала базу: - Я походу ключи потеряла. Искали они везде: в луже, за ступеньками, за подъездом, на лавках, под лавками, вернулись в квартиру, на кухне, в бутылях в использованных презервативах. Тупой уже совсем было расстроился и сполз по стене, как вдруг своим очкетом нащупал чёт странное. Оказалось, что ключи были у него в заднем кармане. - Я пьяный не вожу, - вдруг заявил развёрнутый и вышел. Шёл, шёл, шёл, болото нашёл. Шлеп-с! А дальше хер его знает. Может уснул, может китайцы с его органами ходят, может какая-то собака сыта осталась. Джейкоб вздохнул про себя: "Какой хороший день". А потом он ушёл домой спать, ведь завтра его ждут другие анкеты на Дайвинчике.