Часть 1

Хорошо, когда тишина. Уже несколько лет как Коноха пришла в себя после нападения Девятихвостого. Обычные миссии, обычные отступники, обычные трудовые будни госпиталя, в котором, впрочем, каждый день привозной. Такой уж контингент...

***

Потрёпанная группа шиноби, в которой двое поочерёдно тащили третьего, стремительно приближалась к Конохе и не останавливаясь миновала ворота. Дежурные переглянулись. — Кого там? — Кажется, Ширануи. Чунин с белой повязкой поперёк лица задумчиво посмотрел в ту, сторону, куда умчалась группа. То, что Генму тащили в госпиталь, да ещё и на такой скорости, означало, что Ширануи жив, но серьёзно ранен. — Надо будет потом сходить. Генму оба чунина любили. В конце концов, именно спецджонин был их примером для подражания. К сожалению, исключительно в вопросах дурацких шуток. Зато именно он мог поддержать, или отвлечь внимание от основательно сглупивших очередной раз Котецу и Изумо не выводя их в ранг всеобщего посмешища. И даже денег одолжить до зарплаты. Правда с деньгами и у самого Генмы иногда оказывалось не очень. — Надо. И Райдо сказать. — На миссии он. Райдо как раз утром отбыл в компании Аобы на задание в лес Смерти. И идти туда оповещать мечника о возвращении напарника не улыбалось ни одному, ни другому.

***

Патрулированием печально известного полигона, на котором проходили экзамены на Чунина обычно занимались команды сотрудников. Но в этот раз случай был особый. Некто неизвестный не просто проник на территорию, а сделал это демонстративно проделав аккуратную дыру в ограде. Учитывая, что приближались очередные экзамены, весь экзаменационный корпус, а также отдел дознания и АНБУ буквально стояли на ушах. Потому на поиски нарушителя и цели его деятельности были направлены дополнительные группы с приказом «Хоть носом землю ройте, но найдите». Попавшие во внешнее оцепление жарясь на солнцепёке или сидя в засаде тихо бухтели, что лучше уж треклятый лес со всей его пакостью, чем маячить ожидая неизвестно чего. Да ещё гонять генинов и всякую любопытную мелочь, которым запретная зона как мёдом намазана. Знали бы они, как им завидовали прочёсывавшие лес. Тёмная влажная духота, огромное пространство переплетающихся веток, корней, лиан и трухлявых стволов, разнообразная недружелюбная ядовитая живность и заботливо напиханные ловушки. Что может быть лучше, чем случайно получить от своих же во имя безопасности Конохи? Только ещё с десяток приглашённых ради пущего эффекта нукеннинов. Пожалуй, большинство променяло бы это сомнительное удовольствие на возможность стоять в оцеплении. Поскольку Райдо и Аоба были всё-таки спецджонинами, им вместо сотрудника экзаменационного корпуса выдали подробную карту местности с отмеченными ловушками и отправили вдвоём. Благо, их зона прочёсывания находилась с дальнего, от места проникновения неизвестного, края леса. И теперь оба перемещались, тщательно осматривая всё в поисках следов пребывания постороннего. В принципе, ещё один им был не очень-то и нужен. Аоба разослал воронов. Умные птицы имели больше шансов осмотреть отведённый участок с воздуха и, если что, оповестить. День перевалил за середину. Жарища и влажность делали своё дело. Оба джонина с удовольствием избавились бы от форменных водолазок, насквозь пропитавшихся потом и жилетов, кабы не банальное желание выжить. Каждый из них по собственному опыту помнил, какое милое место им приходится прочёсывать. Бандана Аобы потемнела из синей став почти чёрной. — Глухо, — Райдо выпрямился встряхиваясь. — Задницей чую, дыра в ограде — ложный след. Или к центру пошёл или по этому краю. — Согласен, — Аоба вытер пот. — А ты с задницей тоже в сенсоры подался? — Чтоб её все кому не лень использовали? — мечник шутливо ткнул напарника в плечо. — Твоя голова в этом лучше. Есть что? — Ничего не чувствую. Птицы тоже, — Аоба и сам сидя на ветке походил на птицу. Оставалось только крылья отрастить. Они прошли уже весь отведённый им участок. Вполне можно было докладывать о выполнении и получать следующий. Заодно подозрениями можно поделиться. — Хорошо, возвращайтесь, — прозвучал в наушнике бодрый голос Анко. Вот кто получал наслаждение от работы в смертоносном лесу. Райдо хотел было позвать напарника, но тот, засев на ветке, напряжённо всматривался в темноту переплетения ветвей по ту сторону ручья, являвшегося границей их участка. — Кажется, здесь что-то появилось, — вновь вышел он на связь, давая текущие координаты и направление. Больше пока докладывать было нечего. Аоба поморщился потерев висок. Впереди определённо чувствовалось наличие чьей-то чакры, но расстояние не позволяло уловить точнее. И, похоже, они были единственной находящейся поблизости группой. Если сейчас последовать приказу на возвращение, будет упущено время и цель. — Две группы в пути, — Райдо мягко спрыгнул на соседнюю ветку. — Что там? — Не знаю. Не могу уловить. Напарники переглянулись и двинулись вперёд, перемахивая с дерева на дерево. Большая чёрная птица пролетев над ними исчезла в гуще древесных крон. Через несколько секунд донеслось резкое трескучее карканье. — Туда, — Аоба взял направление. Райдо позволял сенсору быть ведущим в их паре. Во всяком случае пока дело не дойдёт до ближнего боя. И всё же их едва не захватили врасплох. Аоба резко остановился. Чужая чакра ощутилась неожиданно чётко прямо перед ними. И вместе с ней свист рассекаемого сюрикенами воздуха. Только успевай уворачиваться. Зато удалось увидеть, куда метнулся неизвестный, так же уходя от веера брошенных кунаев и сюрикенов. Определённо чужак. И уж теперь они не собирались упускать его. — Группа пять на подходе, — прозвучало в наушнике. — Группа двенадцать на подходе, видим вас. Они наконец взяли неизвестного в кольцо, пусть тот ещё и не знал и уходил прямиком на засаду. Тут-то везение и закончилось. Что-то тёмное метнулось, отделившись от древесного ствола, слишком близко. И Райдо не успел увернуться, только рассёк это нечто, отмахиваясь на рефлексах. И всё равно цепкие конечности впились в него, захлёстывая ноги, сбрасывая, сковывая движения.

***

— Давайте его сюда. Осторожней, — ирьёнин командовал добровольными санитарами. — А может сюда? Здесь удобней, — Изумо, сменившийся с дежурства и исполнявший роль санитара-добровольца, указал на свободную койку. — Хрен с вами, перекладывайте, — отмахнулся ирьёнин. В конце концов, ну хотят они своего знакомца не на одну койку, а на другую определить, пусть сами корячатся. А у него уже и так в глазах рябит от этих травмированных. Ну да, спецджонин, телохранитель Хокаге. Переломы, несколько крайне неприятных глубоких резаных ран и черепно-мозговая, при условии что там есть мозг. И что? Вон ещё один такой же, едва кровью не истёк, пока притащили. Вот пусть тихонько лежат оба. А эти добровольцы заодно проследят немного.

***

Генма пришёл в себя в родном любимом госпитале. Это, конечно, радовало. Могло быть гораздо хуже. Пока же из хуже были дикая жажда и слабость такая, что при попытке пошевелиться в глазах темнело, а воздуха не хватало. Он только приготовился терпеть все эти неудобства, как его уже приподняли и даже не дожидаясь всунули чашку с водой, едва не облив. Не узнать эту парочку было бы очень сложно. И всё таки Генма постарался. Даже с удовольствием понаблюдал за их озадаченными выражениями лиц, на которых всё отчётливей проступала паника. Налюбовавшись на произведённый эффект он наконец сжалился. А то, не приведи ками, за Яманакой побегут. Потом не отмашешься, голову проверять начнут. А в свои мысли Генма посторонних впускать не собирался. Оба чунина сперва обижено надулись, но их так и распирало от новости. Новость едва не вогнала Генму в гроб, поскольку обреталась на соседней койке. — Да чтоб тебя... — только и смог сказать Генма, добавив несколько непечатных. Упасть ему не позволили, заботливо уложив обратно и всунув в руку сенбон. Наличие любимой вещи кое как примирило с действительностью. Ровно до того момента как Генма, отправляя спицу на её законное место увидел рукав пижамы. Нежно-голубой с симпатичными дикобразиками. Хорошо, что нервы у спецджонина были крепкими, а то бы подавился собственным сенбоном. А так он приподняв голову убедился, что на нём больничная пижама-распашонка, именно голубая с рисунком… — У них другой не было. — Ага, говорят, это всё, что нашли, — хором затараторили Котецу и Изумо, пятясь к выходу. — Нормальную одежду принесите, — потребовал Генма, но оба успели выскочить за дверь. И Ширануи был уверен, что пижама — их проделка. Мало того, что тот самый ненавистный вариант, с завязочками на спине и без штанов, так ещё и вот такое. Если ещё кого принесёт из друзей-товарищей — они ж всем по Конохе растреплют.

***

Райдо пришёл в сознание только ночью. Генма извёлся. Не имея возможности добраться до напарника, он так и не сумел уснуть. Только смотрел и смотрел, каждый раз докапываясь до заглядывающего в палату дежурного ирьёнина, напрочь игнорируя угрозу вкатить беспокойному пациенту дозу седативного. Потому когда очередной раз пришедший проверить их состояние медик сумел таки добиться от Райдо вялого посылания на хер, Ширануи наконец смог выдохнуть и отрубился. Первое что увидел Генма проснувшись, был очень подозрительный взгляд напарника. — Что? — вместо приветствия буркнул Ширануи. Природа требовала встать и избавиться от излишков жидкости. — Я помню что упал с дерева. Вопрос, насколько сильно, — таким тоном Райдо обычно не разговаривал. — Ты медика ночью нахер послал, если тебе это поможет, — просветил его Генма, пытаясь подняться. Лучше за ночь не стало. Но шиноби на то и шиноби, что раз не помер и все конечности на месте, то хренушки спокойно лежать будет. — Хрен с ним, с медиком. Или я спятил или на тебе… И тут Генме удалось сесть, а затем встать. Со стороны койки Райдо донёсся невнятный звук. — Ты чего? — Генма держась за кровать повернулся. Райдо лежал навзничь с таким счастливым видом, будто уже пребывал в чистом мире. — Ками, если я рехнулся, пусть так и остаётся. Согласен даже повторить, оно того стоит. — Ты о чём? — Генма всерьёз забеспокоился. Травма головы — это вам не шутки. Если и правда что серьёзное, это ж для Райдо всё, в лучшем случае тихая должность на бумажной работе. — Не думал что тебе так идёт голубое. Да ещё и твоя задница в этом так заманчиво смотрится. — Бля... — только и смог выговорить Генма. Вот удружили так удружили шутники. Он им потом точно отплатит. С процентами. Однако природа звала всё настойчивей. Путь до санузла оказался целым приключением, главной задачей в котором было дотащиться с минимальным ущербом. Покончив с физиологическими потребностями и прикинув обратный маршрут Ширануи подумал, что ему и в санузле, наверно, неплохо будет. Заодно и ходить далеко не надо. К сожалению, настойчивый стук в дверь помешал воплотить идею в реальность. За дверью, естественно, маячил привалившийся к косяку Райдо такого чудесного серо-зелёного цвета, что у Генмы само собой вырвалось «Тебе помочь?» — Подержать, что ли, — вымученно усмехнулся мечник просачиваясь мимо и выпихивая Генму наружу. Тем не менее Генма так же привалившись к косяку и борясь с головокружением ждал. Райдо, наконец покинув санузел и натолкнувшись на уже слившегося по цвету со стеной напарника, даже выругаться не сумел. Ширануи — это точно его персональное бедствие. Стихийное. И такое же непредсказуемое. Ждёшь его с миссии — стоит отвлечься и он уже в госпитале. Наверняка запретили вставать — хорошо не бегает. Ему лечь бы — стоит и ждёт. Их вот-вот убьют — смотрит на противников как на клоунов. Ждёшь что отмочит что нибудь — а он серьёзен как смерть. И так во всём. И эта распашонка его. Знал бы Генма, как хочется развернуть его к себе спиной, распустить пару завязок, обнять под мягкой тканью. Стоило представить только это, и во рту пересохло, а сердце заколотилось быстрее. — Почему ещё стоишь? — недовольно проворчал Райдо. — Тебе нельзя. Иди давай. — Идти или давать? — не удержался от примитивной пошлой шутки напарник. — Для начала идти, — с точки зрения Райдо, давать было бы отличной альтернативой, будь они в чуть лучшем состоянии. — Должен же у меня быть стимул добраться до койки. — Какой такой стимул? — Генма только-только собрался по стеночке двинуться на своё место, но очень уж интересно было, что может так мотивировать напарника. — Да тут такой вид сзади открывается, — намекнул Райдо. Вид и правда открывался более чем соблазнительный. Особенно когда полы распашонки расходились. Ширануи оставалось только выругаться. Заглянувший в палату дежурный ирьёнин, заставший напарников в попытках отлипнуть от стены и пройти несколько шагов не свалившись, ругался долго и подробно, пока помогал каждому дойти до его койки. Заодно расписав, что кого из них будет ждать. Например Генму, у которого своей крови хорошо если стакан остался и то наверняка разбавленный саке. И если швы разойдутся и кровотечение повторится — может даже не надеяться на чудесное спасение. И Райдо, у которого лишь чудом мозги не остались украшать подлесок. Так что если не хочет всю оставшуюся, наверняка недолгую, жизнь страдать от головных болей и припадков, и сохранить возможность пользоваться рукой — должен лежать и не перенапрягаться. Впрочем, ушёл ирьёнин в твёрдой уверенности, что серьёзно к его словам отнесутся в лучшем случае до вечера. Как показывала практика, чем больше опасных миссий было за плечами у джонина, тем меньше в его голове оставалось здравого смысла.

***

Ирьёнин был прав. Хотя бы потому что отлежав положенные капельницы Генма вновь потащился по утреннему маршруту. Уже чуть бодрее и отмахиваясь от обеспокоенного напарника, наконец заметившего и тугую повязку на бедре и то, что он основательно хромал. Впрочем, Райдо действовал не многим разумней. Особенно позволив себе засмотреться на стоявшего у кровати освещённого солнцем Генму. — Тебе перенапрягаться нельзя, — мстительно напомнил Ширануи. — Даже частично. С его точки зрения с этой распашонкой точно надо было что-то делать. И переодеть задом наперёд оказалось плохой идеей, пришлось возвращать всё как было. — Тебе тоже, — тут же фыркнул напарник занимая более удобную позицию для наблюдения. — Так я и не напрягаюсь, в отличие от тебя, — Генма многозначительно покачал сенбоном вверх-вниз. — Как справляться будешь? Ответ, как и ожидалось, был непечатным.