Часть 3

***

Соседа подселили под утро. — Аккуратней. К окну. Перекладываем. Ирьёнины бодро вкатили в палату каталку с очередным пациентом. Настолько запакованным в повязки, из под которых только тёмные пряди на макушке выбивались, что понять кто было попросту невозможно. По крайней мере до утра. Но количество повязок и гипса просто таки сигнализировало о многочисленных травмах. — Что там? — недовольно поинтересовался разбуженный Генма. — Сосед вам, — в рифму ответил ирьёнин, тот самый, который распекал их за самодеятельность. — Буду заглядывать, и вы посматривайте. Если что — зовите. Есть не давать, пить тоже. У него челюсти сломаны. И рёбра. И руки. И контузия. И резаные. — Бля... И что нам с ним делать? — Ширануи посмотрел на «мумию», затем на напарника. Да, Райдо, определённо, легко отделался. — Я ж сказал, посматривайте, зовите, — едва ли не по слогам повторил ирьёнин, прицепил капельницу и удалился. — Охренеть, — Генма улёгся обратно. — Это мы хорошо успели. Он вернулся мыслями в прошедший вечер и настроение поползло вверх. И в самом деле, после нескольких дней на соседних койках им было более чем хорошо. Настолько, что так и остались на одной, болтаясь в сонном мареве, бездумно впитывая тепло друг друга, когда уже не мешались ни гипс, ни повязки, ни боль. И обошлось же. Но как сложно было заставлять себя подняться, убирать с двери печати, убрать всё. И даже успели. Когда окончательно рассвело, а дежурный ирьёнин ещё не заявился очередной раз, Генма сполз с койки и проковылял к новому соседу. Тот по прежнему тихо лежал мумией не подавая признаков жизни, кабы не дыхание. Зато теперь на плече была отчётливо видна татуировка. — Вот уж свезло так свезло, — прокомментировал Генма. — АНБУ нам в компанию как раз не хватало. Откуда принесло такого и где он мог получить столько разных травм одновременно, об этом шиноби даже не задумывались. Жизнь такая непредсказуемая. А им и так было о чём подумать. Например, как бы покинуть пределы госпиталя досрочно. В конце концов, какая разница, на какой койке лежать? Дома на своей не в пример удобнее. А на осмотр и за выпиской и после явиться можно. Как обычно, судьба внесла свои коррективы. АНБУ прочухался к обеду. К тому времени Генма успел отобрать у напарника запечатывающий свиток и распаковав некоторое время пребывал в глубокой задумчивости. В адресованном ему свитке лежала пижама. Обыкновенная больничная пижама, со штанами. Только она была всё того-же нежно-голубого цвета, с дикобразиками. Посозерцав это Ширануи всё-таки переоделся. А распашонку аккуратно свернув запаковал в свиток. Оставлять такую удобную вещь в госпитале он не собирался. Пришедший в себя АНБУ лежал настолько тихо, что его переход в сознательное состояние заметил только проверивший пациента очередной раз ирьёнин. Некоторое время новенький терпел издевательства ирьёнинов, а к ночи решил доказать всем, что в АНБУ слабаков не берут. И попытался совершить ровно то же самое, что в своё время Генма и Райдо. То есть встать и отправиться в санузел. От встречи с полом и дополнительных травм его уберегло только то, что оба спецджонина даже без хирайшина успели оказаться рядом и подхватить. Но уж попыткам водворения обратно на койку АНБУ воспротивился. — Молчи, — велел Райдо, переглядываясь с напарником. Похоже, им предстояло нянчиться с этой мумией. — Тебе вообще вставать нельзя. И говорить. И есть. И рот открывать. Пошли. И они дотащили неопознанного шиноби до санузла, помогли как могли, оттащили обратно. После таких приключений сил осталось только расползтись по койкам. — Точно говорю, этот ирьёнин на нас зуб имеет. Специально нам это устроил, — недовольно бурчал Генма. — Мы сбегать будем или как? — Райдо больше интересовала практическая часть. — Подозреваю, что нет? Генма посмотрел на уныло лежавшую на койке напротив мумию и согласился. Кем бы ни был этот АНБУ, оставлять его одного в палате на произвол судьбы и медиков было, пожалуй, слишком жестоко. Убьётся же. Мумия лежала тихо, ничего не прося и даже не подавая виду что что-то надо. С точки зрения обоих спецджонинов вне миссии демонстрировать такой героизм было чистым идиотизмом. Потому к ночи оба отправились проводить с соседом по палате разъяснительную работу на тему «Как выжить в госпитале». Проникся он или нет так и осталось неизвестно, но попыток проявлять самостоятельность не оставил. На следующий день обоим спецджонинам стало ясно, что с этим что-то надо делать. Во-первых АНБУ тоже разглядел наконец пижаму Ширануи и судя по всему это оказалось для затуманенного обезболивающим сознания слишком. Успокаивали как могли. Генма даже рубаху стянул. Обнаружив перемотанного бинтами самого обычного шиноби, АНБУ видимо перестал подозревать что попал в гендзюцу и успокоился. Во-вторых он по прежнему пытался вставать и ходить. Тут токубецу пожалели, что у них нет подходящей верёвки. В процессе совещания родился план поставить барьерную печать и активировать едва ирьёнин окажется в периметре вместе с беспокойным пациентом. Остановил голос разума в лице Райдо, напомнивший, что в госпиталь они может еще не раз попадут, а ирьёнины тоже люди. А людям свойственна злопамятность и мстительность. Оставался только один вариант. Бежать. Несмотря на сочувствие к товарищу по несчастью, который, в общем-то, был не виноват, что попал именно в их палату.

***

Именно план побега обдумывал Генма, сидя ночью на подоконнике открытого окна. Он как раз вертел в руках взрывную печать, прикидывая, можно ли её использовать для отвлечения внимания, когда прямо перед ним появилась маска АНБУ с рыжими плавно изогнутыми линиями, похожая на хитрую лисью морду, и всё, что к этой маске прилагалось. Видимо, подготовка АНБУ была не идеальна. Во всяком случае взобравшись по стене столкнуться нос к носу с мужиком в голубой с детским рисунком пижаме складывающим из взрывной печати цветочек оказалось серьезным испытанием, стоившим потери контроля чакры. У Генмы рефлексы сработали быстрее, чем мозги или инстинкт самосохранения. У Лиса инстинкт отсутствовал начисто, зато сработали мозг и рефлекс. Потому ухвативший падающего за лямку брони Генма получил по руке с такой силой, что кисть моментально отнялась и разжалась. Только потому он и остался на подоконнике. А вот незадачливый визитёр улетел вниз и судя по неподвижному телу, встреча с землёй прошла не слишком гладко. Генма как мог быстро отправился оповещать ирьёнинов о самодоставке пациента, понадеявшись, что жертва его пижамы всё ещё в этом мире. Спустя час очередной травмированный занял койку по соседству с «мумией». Затаскивавшие пациента ирьёнины с опаской косились на Ширануи. Лис, как окрестили его джонины, был помоложе их, почти рыжий и на лицо в принципе симпатичный. И, похоже, тоже хорошо приложился головой и что-то себе повредил. — Если так дальше пойдёт, тебя к госпиталю подпускать не будут, — констатировал Райдо, рассмотрев жертву своего напарника. Этот сосед казался смутно знакомым. Впрочем, это не означало, что все знали всех по именам. — Я виноват, что ли, что он нервный такой? — безмятежно отозвался, Генма. Мысль о побеге окончательно закрепилась у него в голове. Просто потому что нормально выспаться в этом госпитале становилось невыполнимой задачей. А муки совести относительно «мумии» благополучно заткнулись под давлением аргумента о ночном визитёре, который не от скуки же сюда лез. Познакомились утром. Лис до победного не желал признавать, что является АНБУ, пока окончательно не спалился, первым кинувшись помогать пытающемуся очередной раз встать самостоятельно «мумии» с таким видом, что спецджонины только присвистнули. Закон парных случаев, не иначе. Как результат, помогать пришлось уже двоим. А палата медленно превращалась в филиалы АНБУ и штаба с демаркационной линией посередине. — Если бы они хоть написали «Здесь Ширануи», я бы как все днём через дверь пришёл, сменами поменялся, — разоткровенничался Лис, когда напарники извлекли заначенный к выписке остаток саке. Вне службы АНБУ смотрел на мелкие нарушения сквозь пальцы, рассудив, что в госпиталь его никто дежурить не посылал, а значит вся ответственность на персонале. — Можно подумать, тебе от этого было бы легче, — фыркнул Райдо. С его точки зрения стихийное бедствие Ширануи как раз набирало обороты. — Конечно легче. Не так высоко. И он мне спасибо ещё не сказал, - Лис указал на Генму. — За что спасибо? — насторожился Райдо. — Это ты мне спасибо говорить должен. Я ирьёнинов вызвал, — возмутился Генма, — а то бы так там и валялся. — А я тебе следом лететь не позволил. Лежали бы там вместе. — И кто бы оказался сверху? — Мечтай. Со стороны мумии донеслось что-то, видимо обозначающее протест. Лис поколебавшись, уже отнёс было ему чашку, но оба спецджонина хором рявкнули «нельзя». В конце концов, состояние мумии было куда хуже, чем у того же Райдо. — Напарник? — кивнул в сторону «мумии» мечник. — Как зовут? — Филин, — помедлив представил напарника Лис несмотря на его протесты. Но с его точки зрения позывной никак не раскрывал личность, поскольку за бинтами у Филина видно было только глаза, да волосы. А такой масти в Конохе была мало что не половина. — Мы обычно лесные зоны патрулируем. — Тоже на марионетку налетел? — сделал вывод Райдо. И, судя по тяжкому вздоху Филина, не ошибся.

***

Видимо, и шиноби и медики были в какой-то мере суеверны. Во всяком случае, когда утром скучающий и не представляющий чем ещё себя занять Генма вновь уселся на подоконник, сгоняли его уже трое. Райдо, Лис и заглянувший в палату ирьёнин. Если медик и Райдо опасались, что Ширануи выпадет из окна, то чего опасался Лис осталось тайной. Возможно, появления в их компании ещё соседей по палате. Коек, как никак, было шесть. Следующим пунктом в программе, «развлеки себя сам» после того как им поменяли повязки и пообещали, что может через несколько дней отпустят, стало нытьё. Поводом послужила еда. На самом деле кормили в госпитале неплохо. Всё-таки шиноби — это здоровые, до определённого момента, мужики, которым и еда требовалась соответствующая. Правда у ирьёнинов на этот счет было своё мнение, никак не учитывающее пожелания пациентов, считающих что избыток постороннего железа в организме и проделанные им лишние отверстия не могут быть помехой как следует поесть. Спустя полчаса нытья всем хотелось есть. А заодно прибить страдальца, чтоб не мучался и их не изводил. Спустя ещё пять минут Райдо не выдержал и постарался заставить напарника заткнуться. Генме способ понравился, но оба АНБУ оказались против. — Имейте вы совесть, гады! — возмутился Лис, когда процесс отвлекания Генмы от нытья затянулся. — Нам-то что делать? — А что вы обычно в кустах на патрулировании в таких случаях делаете? — тут же оторвался от приятного занятия Генма. — Думаешь я тебя не запомнил? — Это вы что ли были? — припух Лис. Такой подлянки от судьбы он не ожидал. — Удовольствие получить успели? — внёс свою лепту в процесс выяснения обстоятельств Райдо. — Или вы чисто посмотреть? С койки мумии донеслись подвывания. Филин из последних сил пытался не смеяться, каждый резкий выдох отдавался нешуточной болью в рёбрах, а намертво зафиксированные челюсти не позволяли говорить и адски болели. Чакра, конечно, помогала пережить многое, выдержать то, что обычного человека перемолотит в кровавую кашу, быстрее восстановиться. Но чудес, вроде мгновенного исцеления, не творила. И кости срастались и раны заживали лишь немногим быстрее. Только на самых тяжёлых применяли особые техники, и то лишь дотягивая состояние до не угрожающего жизни, приемлемого, дальше опираясь на стандартное лечение. — Чего только в жизни не бывает, — философски заметил Генма, с сожалением прекращая отвлекаться от нытья. Но заставлять страдать, причём по настоящему, того, кто и так спал только на обезболивающих, было чересчур. — А вы, значит? — А мы, значит, — не стал вдаваться в пояснения Лис, давая понять, что разговор о личном окончен.

***

Понаблюдав, как носится со своим напарником Лис, оба спецджонина решили, что им пора. Мало ли сколько в понимании ирьёнинов значило «несколько дней». Потому к ночи оба начали инструктировать Лиса на всё ту же тему «как выжить в госпитале», попутно упаковываясь. — Сваливаете? — констатировал Лис. — Подальше от АНБУ? — Дома стены помогают, — назидательно произнёс Генма. — Если бы не Филин, мы бы уже давно свалили. — То есть вы здесь из-за нас торчали? — на этот раз Лис выглядел по настоящему ошарашенным. — Не бросать же без помощи, — Райдо уже сидел на подоконнике. — Нам пора, пока не засекли. — Сейчас, — Генма распечатал свиток, пошарился в содержимом и запечатал обратно. — Вот, как поздоровее будет, чтоб не скучали. И он высыпал на тумбочку Лису часть принесённых Изумо и Котецу средств от скуки и последние барьерные печати. — Ну ты и сволочь, Ширануи, — с чувством выдохнул Лис, мельком глянув на «подарок». Вместо прощания Генма помахал сенбоном, следом за напарником влез на подоконник и шагнул за окно на стену. Уж что-что, а контроль чакры у обоих спецджонинов был по меркам большинства почти запредельный.

***

Это только считалось, что сбежать из госпиталя — простая задача. Простая она только если ты здоров, одет не в светлую пижаму и ничто, например гипс или запрет перенапрягаться, не мешает использовать шуншин. А иначе побег превращается в целое приключение. Причём, как оказалось, не только для самих беглецов. — Ещё немного, и я пожалел бы, что решил сбежать, — добравшись домой и открыв дверь, Генма едва не упал, споткнувшись на пороге. — Не верю, — мечник слишком хорошо знал своего напарника. — Сам не верю, — Ширануи минуя всё потащился прямиком к кровати. К биджу всё. Застоявшийся воздух, мысль что надо бы перестелить хоть простыню и вымыться. Всё к биджу. Спать в своей постели, у себя дома, где не распахнётся дверь среди ночи, не притащат неизвестно кого. А единственным, кто может помешать выспаться, будет напарник. У того мысли были примерно такими же. Единственное, чем отличались его действия от действий Генмы — запереть дверь и погасить свет. Утром было не просто хорошо. В кои то веки оба спецджонина чувствовали себя счастливыми от того, что были предоставлены сами себе. Продлилось это состояние примерно до обеда, когда в дверь настойчиво забарабанили. Попытка игнорировать стук в дверь в деревне шиноби могла привести только к одному. Если визитёру было очень надо, а дверь не открывали, он лез в окно. Когда на подоконнике появился очередной АНБУ, его ждал неприятный сюрприз в виде закрытого окна. Бить стёкла без ордера — плохая примета, потому АНБУ предпочёл дипломатично стучать в стекло демонстративно проводя пальцем себе по горлу, типа вопрос жизни и смерти. Чьей, он не уточнял. Поскольку окно оставалось закрытым, АНБУ устроился на подоконнике снаружи и открыл книгу. Или ему было нечего делать, или задание не предусматривало иных вариантов кроме как достучаться, но он старательно демонстрировал чудеса выдержки. Хорошо хоть в окно постоянно не таращился, только изредка поворачиваясь напомнить о своём присутствии. — Хокаге требует вернуть вас в госпиталь, — дождавшись, пока над ним сжалятся, а скорее попытаются спровадить, сообщил АНБУ, когда спустя час окно наконец открыли. — Ирьёнины с утра жалобу подали. — Тебя, можно подумать, туда часто возвращали, — недовольно буркнул Райдо. Этого конкретно АНБУ они давно вычислили, но согласно правилам, прикидывались, что не догадываются о настоящей личности. Генма прикидывал, как удачней всадить сенбон, чтобы падение вот этого из окна выглядело как несчастный случай. Шанс на успех был микроскопическим. — А, ну... — АНБУ замялся. — Я хорошо скрываюсь. — А давай ты ещё и плохо ищешь и найдёшь нас завтра. Или хотя-бы вечером, — просчитав варианты попытался решить дело мирным путём Генма. К сожалению, и они и АНБУ подчинялись непосредственно Хокаге. Игнорировать требование собственного начальства было верхом наглости. Но можно ж было поторговаться хоть за глоток свободы? АНБУ, сам не любивший пролёживать больничные койки, оказался вполне сговорчивым, и до ночи оба спецджонина смогли наслаждаться нормальной жизнью вне госпиталя.

***

Персонал встретил беглецов как что-то само собой разумеющееся. На первый взгляд, в палате почти ничего не изменилось. Даже их койки оказались в нетронутом состоянии. Единственная разница — стало на одного пациента больше. И, судя по бинту на голове, фонарям и тому, как он уставился на пижаму Генмы, всё ту же, голубенькую с симпатичными дикобразиками, — угодил на больничную койку он не просто так. — Долго вас искали, — вместо приветствия сообщил Лис. Филин просто вяло махнул гипсом. — А это ещё одна твоя жертва. Гордись. При штабе и Академии на одного чунина меньше. — А видел бы он меня в предыдущей, — Генма гордо выпрямился и приветливо помахал очередному травмированному, распознав, наконец, за синяками и ссадинами вроде бы знакомое лицо. Кажется, этот иногда действительно мелькал то в штабе, то в Академии, хотя ни там ни там, вроде как, не числился. Филин сдавленно простонал что-то. Похоже, Генму в распашонке он всё-таки успел запомнить. Райдо задумчиво посмотрел на последнюю пустующую кровать на половине АНБУ. — Или я ошибаюсь, или у меня плохое предчувствие. — Ты о чём? — не понял Лис. С его точки зрения возвращение привычных соседей, да ещё и идущих на поправку, было куда лучше, чем появление кого-то нового. — О следующем. Кажется, он будет из ваших. — Или из Академии. — предположил Генма. — А давайте делать ставки. Кто на что ставит? Все переглянулись. Реально поставить они, за исключением новенького, могли только упаковки резинок и смазку. Но так было даже веселей.

***

— Как думаешь, Ширануи-сан на нас ещё сердится? — Изумо, подперев рукой голову, тоскливо посмотрел за ворота. По этой дороге из Конохи уходили на миссии, по ней же и возвращались. Или не возвращались. А им с Котецу выпала незавидная участь регистрировать всех приходящих-уходящих. Важная, ответственная миссия оберегать границу Конохи, но такая скучная. — Не знаю, — Хагане еле успел поймать подхваченный ветром лист бумаги и запихнуть в папку. - Можем сходить, узнать. Воспоминание о воткнувшемся рядом с ними сенбоне уже малость потускнело. Похоже Генма и его напарник их провели, изображая гнев. Может и в самом деле стоило сходить? Тем более что, по слухам, оба спецджонина сбегали из госпиталя, но были пойманы. Надо им что нибудь хорошее передать, чтобы не так расстраивались. Поделиться свежими новостями… А к воротам подходила очередная группа отправляющихся на задание шиноби.