Застенчивые Влюблённые |XXXIV|

Тьма. Только её видел Эбигейл. Парень осматривался вокруг себя, пытаясь осознать, где он находится. Черноволосый ничего не чувствовал, ни своего сердцебиения, ни какого-нибудь ветра, что мог овивать его волосы, ни чего-либо ещё. Вскоре появилась белая вспышка, будто салют. Рефлекторно он тут же прикрыл глаза руками. Яркий цвет светил на него, словно перед ним открылось что-то громоздкое или, скорее, великое. Как только глаза парня привыкли к освещению, тот увидел перед собой школу. Всё было покрыто густым сероватым туманом, но всё ещё форма здания была различима. Серые тона окутывали округу, будто на кладбище. Двери школы тут же распахнулись, за ними появилось белое свечение, сравнимо со светом в конце тёмного тоннеля. Оно манило к себе, созывало, словно если он не войдёт внутрь, случится что-то плохое. Парень делает первый шаг вперёд. В окнах видятся силуэты учеников, которые молчаливо наблюдают за ним. Последовал второй шаг. Внутри стали слышны перешёптывания. Третий, и толпы подростков начали впопыхах бить по окнам, будто предупреждая об опасности, но Эбби сам невольно шёл вперёд. Внутри он увидел своих родителей, Флорентину, Миллера: они своими улыбками подзывали парня к себе, на что тот продолжал идти вперёд. — Проснись... — раздался мальчишеский голос, нервный. Эбби встал на месте. — Проснись!.. — фраза вновь повторилась. Эбигейл осмотрелся вокруг, пытаясь найти откуда с ним говорят, но никого рядом не оказалось. — Проснись! — вдруг тон парня перешёл на крик. Под ногами появлялись трещины. Пол распадался на части, а под ним виднелась большая пропасть, из которой так же расходился белоснежный цвет. Черноволосый снова посмотрел на вход, там уже никого не было. Лишь серые пустые стены школы и пара трещин на них. Взглянув на окна, Эбби увидел всё тех же учеников, что продолжали бить по стеклу. Вскоре одно из стёкол разбилось, и тут же из открывшегося прохода вылетает силуэт призрака, прямо наверх, в бескрайнее небо. Мир продолжал сотрясаться, трещины были везде. Окна один за другим ломались, из них вылетали призраки, что так же уносились ввысь. — Эбби! — крик раздался прямо позади парня, тот обернулся и увидел подростка, явно моложе его. Взгляд его был волнующимся. У него была коричневая причёска, на которой красовался жёлтый берет, такие обычно носят художники. Одет он в белую майку с измазанным акварельными красками фартуком, у которого было пришито два кармашка, расположенных на уровне ладоней. Позади него так же стояла девушка, с чёрными кудрявыми волосами. Была одета она в фиолетовую кофту с чёрной юбкой. Её образ дополняли круглые очки, немного косметики на лице и крашенные в фиолетовый ногти. Взгляд был таким же, как и у парня. Её ладонь держалась за плечо живописца спереди, свободная же рука слегка приобнимала его. Земля сотрясалась, под ногами исчезала поверхность, Эбигейл не мог спокойно стоять на месте. Подростки, не сказав и слова, наблюдали за действиями парня. Черноволосый постарался подойти к ним, но из-за непрекращающейся тряски упал. Двое призраков возвысились вверх, исчезнув в небытие. Эбби хотел им что-то крикнуть вслед, но земля под ним окончательно провалилась и тот начал падать вниз. Черноволосый снижался всё дальше и дальше, руки мотались над ним, пытаясь ухватится за что-то. Вокруг стало больше белого, чем серого. Эбби, затаив дыхание, прикрыл глаза, готовясь к удару...

***

Его глаза слегка приоткрылись, он увидел белый потолок здания. Были слышны пиликания кардиомонитора. Осмотревшись вокруг, Эбби видит больничную палату. Он лежал на белой койке с синей простынёй. Слева от него стоял однотонный столик с различными медицинскими вещами на нём. Комната имела голубоватые стены с такими же шторами, что закрывали окно, за которым виднелась вечерняя дорога, с одиноко проезжающими на ней машинами. Справа же была тумбочка с часами на ней, они показывали девять часов вечера. Так же Эбби не мог не заметить главное, что было с ним в этой комнате, а именно — Лану, которая сидела на синем стульчике и задремала, улёгшись головой на ногах у парня. Тот слегка опешил, увидев девушку. «Приснится же...» — подумал брюнет, переводя дыхание. — «Голова...» — Эбби почувствовал лёгкое головокружение. Ухватившись за лоб, парень чувствует бинт на нём. Почесав репу, Эбби снова переключает внимание на девушку: — «Интересно, сколько она здесь, раз уснуть успела?» — Эбигейл невольно потянулся рукой к ней, чтобы погладить её голо́вушку. — «А сколько я вообще был в отключке?» — Брюнет вновь осмотрел стены комнаты. Глаза зацепились за календарь: 20 января 2025 года. — «То есть... я был в отключке весь день». Пока Эбби складывал у себя в голове два плюс два, он параллельно правой рукой теребил волосы носочной. Вскоре, девушка понемногу начинала двигать головой и, видимо, приходить в сознание. Эбигейл самую малость испугался и тут же убрал руку. Её глаза приоткрылись и, увидев пробудившегося Эбби, носочная тут же вскочила с места с столь знакомым для парня визгом: — Эбби! — Она налетела на него, крепко обняв. — Лана... задушишь! — Ой... И-извини, — в непривычной для себя манере ответила девушка, отпустив его и просто сев смирно на стульчик. Эбигейл не ожидал такой реакции, обычно она просто игнорировала просьбы парня. Видимо, произошедшее на неё сильно повлияло. — Да ладно тебе!.. Не стоит извинятся, — робко ответил парень, улыбнувшись и слегка покраснев. Лана тоже ухмыльнулась. — И долго ты здесь сидишь? — спросил лежащий. Девушка, чуть приоткрыв рот, потянула голову в бок, чтобы взглянуть на часы, а после ответила: — Где-то одиннадцать часов. Хоть и бо́льшую часть я просто спала, — неловко усмехнулась она, парень так же не остался в стороне и тоже улыбнулся. После этого в комнату заходит доктор. Растрёпанная чёрная причёска, уставший взгляд с перебинтованным правым глазом, на бинте так же был изображён тёмно-зелёный плюс, как бы показывая, что он тут местный целитель. Одет он был в классическую белую форму докторов, что немного контрастировало с его беспорядочным верхом. Мужчина оглянул глазом комнату. Увидев очнувшегося пациента, тот подошёл поближе. — Надо же, неужто наконец пробудился, — спокойным голосом проговорил тот, изображая радость. — Да, я. — Ничего не болит? Бошка на месте? — быстро спрашивал одноглазый. — Эм... Нет? — Чудно. Дамочка, больница скоро закроется, поэтому тебе придётся выходить отсюда, — обратился тот к Лане. — Блин... — промолвила под нос девушка. — А Эбби когда выйти сможет? — Ну, у него всего-то перелом обоих мозговых полушарий... — проговорил доктор, кряхтя. — Что?! — удивлённо прокричали Эбби с Ланой, в один голос. — Шучу, — протянул одноглазый, довольно ухмыляясь. — Если бы это было правдой, то он был бы овощем. — С таким не шутят! — недовольно высказала девушка. — Ладно. Если уж желаешь, твой паренёк может выйти хоть прям сейчас, милости прошу, всё равно у него ничего серьёзного нет, — Он указал ладонью на выход. — Да и лишняя свободная койка нам бы не помешала... — обернувшись, добавил себе под нос доктор. Эбигейл аккуратно встал с койки, в ноги тут же нахлынула волна крови. Зашагав, парень подошёл к выходу из комнаты. Лана так же подошла к выходу. — Как-нить придёшь на осмотр, если живым останешься, а там уже посмотрим, — лишь напоследок проговорил он выходящей паре.

***

Эбби выдали сменную одежду, эта была его постиранная школьная форма, отдельно отдали телефон с рюкзаком. Лана же носила спортивную сменную одежду, что она принесла на урок физ-культуры; но, по понятным причинам, сегодня этого урока не было. Надев на себя верхнюю одежду, ребята двинулись на выход. — Совсем с дубу рухнул так шутить!.. — буркнула девушка, отзываясь о действиях доктора. — Да ладно уж!.. Может, у него просто не задался день, — ответил парень, застёгивая куртку. Выйдя из больницы, их встретили тёмные улицы с оранжевыми фонарями. Они, переглянувшись, пошли в сторону жилых домов. На улице никого не было, только они вдвоём блуждали по пустому тротуару городка. Неловкое молчание сопровождало их до самого конца, пока они не встали у одинокого столба, неподалёку от школы. Здание выглядело будто из постапокалиптического фильма: некоторые стёкла были разбиты, выходы перекрыты жёлтой плёнкой, а с одной из сторон так вообще была разгромлена стена. Ребята оглядывали школу, не верив в увиденное. Вскоре пара переглянулась, но обе стороны не решались продолжать диалог. — Ну, что же... Получается, пока? — скрестив руки, первая произнесла Лана. — Получается, да... — немного опечалено сказал Эбби. Первые хлопья снега неспеша падали сверху, будто само время замедлило свой ход в тот момент. Одиноко стоящая лампа освещала их обоих оранжевым светом. Носочная неловко помахала и отвернулась, от парня. Она сделала первый шаг, уйдя с этого самого света в едва заметную темень. — Лана! — позвал её парень. — М?.. — девушка обернулась к нему лицом, ожидая продолжения. — Я всё хотел сказать, что... — Эбигейл занервничал, шастая пальцами в заднем кармане штанов, однако тот тут же вспомнил о судьбе любовного письма для подруги. Слегка опешив, он сделал глубокий вздох, поняв, что он ему не пригодится. — Что?.. Что такое? — Я хочу, чтоб ты знала... — оттягивал Эбби, пока девушка подходила ближе. Оранжевый цвет озарял их лица своим сиянием, будто они находились на сцене. — Лана, я люблю тебя! Ты хочешь стать моей девушкой? — признался Эбигейл, решительно, хоть и c долей наивности, но явно зная о правдивости этих слов. Девушка остановилась, её лицо вмиг покраснело, зрачки расширились, а взгляд выдавал смесь удивления и радости. Эбигейл отвёл взгляд в сторону, не желая видеть реакцию подруги. Внутри он корчился от стыда и волнения, закрыв глаза и проматывая у себя в голове все возможные наихудшие события: черноволосый был готов принять любой исход. — Эбби... Парень вновь окинул взглядом девушку, на её лице сияла яркая улыбка до ушей, карие очи смотрели прямо на него, она сделала ещё один шаг вперёд. Затем она с довольным визгом подбежала к нему, крепко того обняв. — ЭББИ! Я тоже очень-очень сильно тебя люблю! — Лана начала крутиться, при этом держа парня в захвате, тот так же крепко держал её, прижавшись головой о плечо носочной. — Конечно! Конечно я буду твоей девушкой! — Она перестала крутиться, дав им обоим перевести дух. Эбигейл поднял голову, не выпуская Лану, на его лице появилась не менее широкая улыбка, до более непривычная, но по настоящему счастливая. Они недолго смотрели друг другу в глаза, пока их лица не начали сближаться, соединившись в долгожданном поцелуе. Черноволосый рукой придерживал её за щёку, пока их языки воссоединились в едином танце. Первые снежинки начали падать на землю, кружась вокруг них. Спустя некоторое время, они-таки отпустили друг друга. Встав в пол оборота, те невольно начали вытирать губы от слюны. «Так, спокойно, ты просто в первый раз поцеловался, просто дыши: вдох... выдох... — волновался Эбби, пытаясь восстановить дыхание. — Вопрос лишь в том, будет ли у нас всё в серьёз? Она на самом деле будет любить меня, или всё просто повторится, как было с Бабл? — размышлял Эбигейл, взглянув на носочную, она всё с той же игривой улыбкой тоже посмотрела на него». — Да! — радовалась девчушка, вновь крепко его обняв. — Ты ж мой симпапусик! — ласкала паренька носочная, будто с котёнком. — Лана!.. — вновь не выдерживал крепких объятий черноволосый. Однако успокоился и тоже схватил подругу. — «Не стоит лишний раз переживать, — он взял её за запястье, — с ней такого точно не будет!». Ещё некоторое время сюсюканий спустя, и наши ребята наконец отцепились от друг друга. Они довольно задержались, после случившегося инцидента, родители уже после первых минут опозданий будут бить тревогу. Именно это и происходило у них в телефонах уже как пять минут. — Видимо, мне пора, — первая начала Лана. — Мне тоже... — опечалено ответил Эбби. — Ну ничего, завтра обязательно увидимся, росточек! — игриво сказала девушка, повернувшись к нему полу боком. — Пока! Не успел Эбби и опомнится, как довольная девушка уже упрыгала за здания. — "Росточек", — слегка усмехнулся он, направляясь к себе домой...

***

Прошло время.

Школу на некоторое время перевели на дистанционные занятия, ибо здание требовало технического обслуживания и ввести ряд новых учителей. Должность директора заняла Мисс Эмили, временно, разумеется. Вести о таком инциденте не могли не разрастись по всей стране, а то и миру. "Более 400 жизней были жестоко погублены в школе". Заголовки распространили это как теракт, но несчитанное количество свидетелей необъяснимых явлений выдают множество почвы для конспирологов, да и излишняя жестокость и внезапность происходящего всё ещё не давало покоя. Однако правда для большинства так и останется за занавесом. Миллер исчез без вести. Где он, жив ли вообще — никто не имеет понятия. В том числе и сам Эбби, который недавно посетил его дом, но там никого не было.

***

23 января 2025 года

Ранее утро. Оливер ездил на заднем сидении тёмного лимузина. За окном падал снег, солнца почти не было видно, его перекрывал белый туман. За рулём сидел Бафомет, справа от него расположилась Рейчел. Слева от парня сидела бабушка, далее за ней была тётя, дядя, дедушка. Проще говоря все родственники. Все кроме одного — отца. Оливер с ними не так часто виделся: желания никогда не было. Те прямо перед похоронами успели поссорится, поэтому в машине царила неприятная тишина. У всех на лице была натянута лишь одна эмоция — печаль. Не было желания как либо шутить или разбавить обстановку. Одеты все были во всё чёрное, как под стать традициям. В руках у каждого были цветы, белобрысый хулиган так же не стал исключением. Автомобиль приехал к месту назначения: кладбище. Рейчел вышла из авто и принялась открывать двери. Все по одному начинали выходить, последним вылез Оливер. Дверь за ним захлопнулась и он окинул взглядом сотни надгробий, какие-то были более дорогими изощрёнными, но была и часть весьма дешёвых, деревянных крестов. Вдалеке виднелась целая куча таких, что наталкивало на неприятные мысли, что в бедных семьях люди умирают куда чаще. И вот Оливер уже стоит у того самого места, глубокая яма, священник, открытый гроб и Миссис Грейс в нём... Перед глазами сына всё всплывал тот последний диалог между ним и матерью. Он, в отличии от других, не плакал. Лишь пусто смотрел за тем, как священник проводил свои махинации, и за рыдающими дедушкой с бабушкой. Некоторое время спустя ритуал похорон был завершён, все оставили свои цветы у надгробья и разошлись кто куда. Оливер подошёл обратно к машине и сел на заднее сиденье. "Мне жаль, что я не смогла быть для тебя хорошей матерью..." — вновь ударила эта фраза Грейс в голове парня, тот опустил голову и напрягся, темп его дыхания вновь нарушился. Дверь автомобиля открылась, в него зашли двое дворецких парня, Рейчел и Бафомет. — Оливер, Вы в порядке? — обратилась к нему коза. — Д-да, да, — произнёс тот, слегка запнувшись на первом слове, тем самым выдав ложь в своих словах. — Мы пришли лишь сказать, что... — Бафомет бросил взгляд на Рейчел, та кивнула, после он вновь взглянул на парня. — Поскольку из родственников никто не хочет браться за Вас, мы с Рейчел станем твоими опекунами. Мы дали Миссис Грейс обещание, что присмотрим за Вами, — произнёс рогатый. — Правда?.. — удивился парень, не веря в его слова. — Да, — в один голос ответили они оба, подсев рядом. Оливер неожиданно для них обнял обоих. — Простите меня... — промолвил тот. — Тебе на за что извинятся, — робко ответила Рейчел, что, видимо, стала для него новой мамой, так же как и Бафомет, который теперь заменил запропастившегося отца.

***

2 февраля 2025 года

Школа вновь открылась, всё как будто вернулось на круги своя. Время 8:10 Эбби вновь опоздал на первый урок — биологию. Парень стоял у двери в кабинет и ожидал... да впрочем он сам не знал чего ожидать, поэтому просто постучался в кабинет: весь класс и сидящая за столом учителя Мисс Блуми взглянула на парня, они смотрели видеоролик, где объяснялось что-то про дыхательную систему человека, но сейчас всё внимание было на парне. Одноклассники своими глазками сверлили взглядом Эбби, пока тот стоял столбом на входе. — Извините за опоздание, можно войти? — проговорил вопрос парень. — Почему опоздал? — бездушным голосом ответила вопросом на вопрос преподавательница. Она явно печалилась смерти своей подруги. Ей, как и Мисс Тавел, удалось выйти сухой из воды, правда после такого безумия они обе вряд ли вернутся к такому радикальному методу обучения. — Эм... Проспал, — вновь ответил Эбби. Та на это лишь махнула рукой, как бы говоря: "да и фиг с тобой", и так же при этом давая возможность сесть. Эбигейл присаживается на парту к Лане и начинает слушать урок. На этот раз ему никто не мешал, что было непривычно для парня, он оглянул класс: Зип с Эдвардом спокойно расположились позади Оливера, а сам мылоед просто сидел и смотрел в одну точку. Лиззи с Петунией так же сидели в телефонах, Скелл спал, Куби и Кевин осторожно что-то записывали в тетради. Райли с Робби о чём-то говорили. Энжел, Клэр и Бабл мирно слушали урок. Руби же пыталась успокоить говорящих девочек. В общем: класс жил своей жизнью.

***

После конца урока, Эбби спустился вниз за сюрпризом для носочной — букетом цветов, что сейчас лежит у него в шкафчике, из-за которого он и опоздал на урок. В то время как Оливер так же спускался вниз, но чуть за другим. Подойдя к своему шкафу, тот достал оттуда учебники и окинул взглядом закрытую фиолетовую дверь. Он вновь отвёл взгляд, вспоминая происходящие события некоторое время назад. Как вдруг слева слышится дёргания ручки двери, Оливер опрокидывает её взглядом и видит обычную уборщицу, что выносила от туда тряпки для мытья полов. Нынче комната выглядела как совершенно обычное помещение для персонала. Эбби же взял всё заранее заготовленное из шкафчика, а именно цветы, которые тот купил на свои накопившееся деньги и целая пачка молочных конфет, что завалялись у него дома. Вернувшись наверх, парень вошёл в класс, принеся девушке сами подарки. — Это мне?! Спасибо, Эбюшечка! — радовалась подарку Лана, она схватила парня и не переставала зацеловывать его. Тот же с довольной мордой всё принимал, несмотря на тонну лишних глаз, на которых ему уже было всё равно. За ними наблюдали некоторые одноклассники, одни молча радовался за них, другим было наплевать, а третьим же... — Фу, — в один голос произнесли Эдвард с Зип, а после обратили внимание друг на друга. — Ну и мерзость, — высказалась дракоша, отведя взгляд. — А вот мне будет достаточно и одного поцелуя, — сказал игривым голом Эдвард, упершись рукой о дверь класса, но та тут же открылась и тот комично упал в коридор, вызвав у девушки смех. — Ага, поцелуй плитку, придурок! — Крылатая помогла встать приятелю, а после те вновь усмехнулись. Как только мурлыканья Эбби с Ланой закончились, парень увидел одиноко сидящего Оливера, и тот решил подойти к нему. — Хей... — начал черноволосый, Оливер лишь посмотрел на того. — Я слышал о том, что у тебя произошло недавно... сочувствую, — Эбби протянул хулигану одну молочную конфету, в знак поддержки. — Сочувствуешь?.. — тихим, но в тоже время удивлённым голосом сказал Оливер, а после усмехнулся. — Да ну уж... конечно... сочувствуешь... — белобрысый не верил в услышанное, ожидая уловки, насмешки со стороны, но Эбби просто положил конфету на стол и ушёл обратно, оставив парня в недоумении. — Привет, Оливер, — К нему тут же подсел Эдвард. — Херово всё идёт в последнее время, не так ли? — Мылоед просто молча окинул того взглядом. — Можешь не отвечать, но если вдруг что, я всё ещё открыт на общение, и Зип, кстати, тоже. Как будешь готов, можем поговорить, хорошо? — Да, я понял, не нужно меня жалеть, как маленького ребёнка... — пробормотал Оливер. — Ты именно им и являешься, — Эдвард постучал по спине друга и так же встал с места, уйдя. Оливер окинул глазами стол, в поисках конфеты, но её нигде не было, а после тот увидел как её уносил уходящий Эдвард. — Эй! Вор! — воскликнул мылоед, а после погнался за ним, пока хохочущий Эдвард уносил ноги. — Ничего не знаю! — проговаривал убегающий коротыш, сохраняя целый кусочек конфеты при себе. — Верни её по-хорошему! — улыбаясь, выдвигал условия хулиган. — Не-а! Оливер принялся перепрыгивать через парты, в попытках достать сладость, но Эдвард был весьма шибким. Некоторое время такой беготни привело его к тупику, а именно к углу класса. Белобрысый напрыгнул на инженера, но конфета вылетела из рук. Ребята смотрели за летевшей сладостью, пока её не поймала Зип, и тут же не съела за один укус на месте: — М-м-м, а она очень даже нечего, — проговорила девушка, зажевав пищу. Оба парня, конечно, расстроились, что по итогу молочка никому не досталась, но зато они впервые за долгое время смогли задорно поиграть в догонялки. — Держите, — Появившийся Эбби протягивал ещё две конфеты каждому. И те без угрызения совести их забрали. Однако такого рода щедрость класс не оценил и тут уже перед парнем стояла целая очередь за конфетами. — Блин, — лишь произнёс Эбигейл, понимая, что ему суждено обанкротиться на конфеты. Всё-таки вот как оно получается, когда ещё пол года назад ты мог сидеть, утопать в своих мыслях в одиночестве и считать себя никчёмной бездарностью, а потом всё переворачивается с ног на голову, и у тебя уже есть целая группа друзей с преданной девушкой. Вспоминая те самые дни одиночества, начинаешь по настоящему ценить имеющихся друзей и родственников, которые всегда будут готовы выслушать и поддержать, несмотря ни на что. Какими бы своеобразными способами они это не делали... Отсюда выходит явное понимание, что дружба — штука ценная и не стоит её недооценивать. Иначе, как минимум, будет попросту скучно. Прозвенел звонок, ребята уселись за парты и вновь утихли. Уже в более приподнятом настроении, они принялись слушать урок...

Конец.