Часть 3

ГЛАВА 2. Я ожидала, что водитель отвезет меня в одних из ресторанов, но пропетляв, мы выехали на освещенную набережную Босфора. Я узнала это место - район Сарыер, который славился своими историческими особняками. Здесь жили известные политики, бизнесмены, юристы. Здешние магазины могли поспорить своим шикарным выбором и ценами с парижскими бутиками. Мы с друзьями в апреле приезжали в парк Эмирган на фестиваль тюльпанов, это было совсем недалеко.  Я и не подозревала, что опять окажусь здесь. Между тем, проехав еще немного, машина подъехала к высокому особняку светло-кремового цвета, от  величия которого у меня захватило  дыхание. Из машины меня встретил сам хозяин дома, любезно открыв передо мной дверь. - Я надеюсь, вы не будете  возражать против скромного ужина у нас в саду. Я очень не хочу, чтобы пронырливые журналисты испортили нам  вечер своим пристальным вниманием. Я отослал всех слуг, что вас не смущали. Не отводя от меня взгляда, он слегка поклонился и поцеловал мне руку. От него исходило невероятное умиротворение и сразу создало вокруг атмосферу уюта и доверия, а внутри меня порхали бабочки. Приветливо улыбнувшись, и не отпуская мою руку, он повел меня вглубь огромного сада, где уже был накрыт стол, сервированный с изысканным вкусом: белоснежная скатерть, хрустальные бокалы и тонкий фарфор. В центре стола стоял еще один букет цветов, придавая обстановке особую теплоту. - Здесь очень красиво, – сказала я. - Да, это так. Мне приятно, что наши вкусы совпадают. Весь вечер он был галантен и внимателен, сам наливал мне вино, интересовался моим впечатлениями от учебы, планами на будущее, и деликатно расспрашивал о моих интересах и увлечениях, искусно делал комплименты, выражал своё восхищение моей целеустремленностью, говорил тихо и размеренно, не перебивая, и внимательно слушая каждое мое слово. Наш стол был полон - долма с йогуртовым соусом, запечённая ягнятина с ароматными специями и пряностями, рис, приготовленный с орехами и сухофруктами, но больше всего меня восхитили баклажаны, которые я всегда любила! Нарезанные тонкими слоями, обжаренные до золотистой корочки, они были аккуратно уложены друг на друга, образуя высокий и аппетитный торт. Каждый слой был щедро пропитан ароматным соусом из смеси томатов, чеснока, зелени и специй, что придавало блюду  сочетание сладковатого, пряного и слегка кислого вкусов. - Это - просто произведение кулинарного искусства! - Я рад, что вам нравится! - тут же отозвался он. - “Наполеон” - это блюдо у нашего дорогого господина Сулеймана получается особенным, он что-то туда добавляет по собственному рецепту.  После ужина он подал мне руку, и мы прогулялись по саду, поднявшись в его верхнюю часть. Здесь  уютные аллеи, освещенные мягким светом фонарей, а аромат цветов и негромкое пение ночных птиц создавали романтическую атмосферу. Поднявшись на самый верх, я любовалась мирным видом Босфора и дышала пряным вечерним  воздухом, когда в моей руке оказался бокал с чем-то розовым. – Это «Манчини”, - негромко прокомментировал мой спутник, не переставая улыбаться мне. - Моя мать очень любила его, и мне его до сих пор регулярно поставляют с винодельни в регионе Пойяк в Бордо. Фруктовый взрыв заполнил меня. Сочетание терпкости и сладости было необыкновенным.  - Вино просто прекрасно! - восхитилась я, охватывая взглядом парк и небо, окрашенное в роскошные оттенки серебристо-розового до пурпурно-синего. – Здесь так красиво! Вы, наверное, никогда не устаете от этого зрелища. Он отпил немного из своего бокала и улыбнулся еще шире. Он стоял так близко ко мне, что моя голова начала кружиться не только от вина. -Я считаю вас очень способной девушкой, - негромко сказал он. - И предлагаю остаться в моем холдинге еще на несколько недель. Вы поработаете с коллективом на равных правах, и вернетесь к себе домой еще более опытной и подготовленной. - Моя мама очень ждет меня, - пролепетала я, уже понимая, что непременно останусь. Он посмотрел на меня немного озадаченно :  - Мне очень не хотелось бы расставаться с вами прямо сейчас. Признаюсь, я хотел бы узнать вас получше и дать вам возможность узнать меня.  - О вас много известно, - тихо засмеялась я. - Журналисты следуют за вами по пятам. невозможно было открыть газету и не прочесть хоть что-то о вас. -  Это точно. Но на самом деле, я - довольно закрытый человек и сближаюсь с людьми с большой осторожностью. Но если впускаю кого-то в свою жизнь, то стараюсь сохранить  этих людей рядом.  Он взял мой бокал и подлил еще вина.  - Но хватит обо мне. Мне хочется еще узнать о вас. - Боюсь, я не такой интересный человек.  У меня маленькая семья, которая живет в небольшом городе и управляет маленьким отелем. Ничего особенного. - Сколько вам было лет, когда вы потеряли отца ? - Почти двадцать один. Он накрыл своей рукой мою руку. - Я уверен, он смотрит на вас с небес и очень гордится всеми вашими достижениями. - Я очень по нему скучаю! - вырвалось у меня, и слезы вдруг навернулись на мои глаза. Несколько минут я прикладывала все усилия, чтобы не расплакаться окончательно. Наконец проглотив комок в горле я осторожно подняла глаза на моего собеседника. На его лице застыло выражение участия, но он словно погрузился в глубокие размышления и, казалось, не замечал, как я борюсь с эмоциями.  - А моя мать умерла, когда мне было тридцать четыре. Несчастный случай, - наконец выговорил он. - Вы были близки с ней? - сочувственно подавшись в его сторону, спросила я. Меня неуклонно тянуло к нему , и ничего не могла с этим поделать. - Она очень много времени отдавала благотворительности и светской жизни, поэтому у нас не было слишком много времени, чтобы стать близкими, - пожал он плечами, все еще глядя перед собой холодным и непроницаемым взглядом. - Мой отец все время работал, матери тоже часто не было, поэтому мы с сестрой научились обходиться без них, - он опять пожал плечами, и тень улыбки мелькнула на его лице. - Но у нас была образцовая семья, когда нужно было где-то показаться. Я не жалуюсь. Теперь отец на пенсии и устраивает свою жизнь, как может.  По его лицу на секунду проскользнула презрительная усмешка, но тут же исчезла. Мне хотелось еще послушать его, но, похоже, лимит его откровенностей на сегодня был исчерпан. И все же я попробовала. Поставив свой бокал на подлокотник садового кресла, я повернулась к своему собеседнику. - Вам было одиноко… - вглядываясь в его лицо сбивчиво проговорила я. В следующий момент он чуть склонил голову , пристально на меня посмотрел, отвел мои волосы от лица и прошептал: - Когда ты со мной, мне совсем не одиноко. До сих пор я не очень хорошо понимаю, что вдруг случилось со мной тем вечером, но я точно знаю, что не планировала целоваться с ним. Мне не хотелось бы, чтоб он подумал, что я распущенная, но опомниться тогда просто не успела. Взрослый мужчина, на которого все смотрели снизу вверх, делился со мной своими слабостями. Я была ему нужна. Я видела, как его лицо, озаренное лунным светом,  приближается ко мне и ждала свой первый поцелуй. Мне захотелось стереть все его грустные воспоминания, захотелось дать ему почувствовать  любовь и ласку, которых был лишен в детстве. У меня не было опыта в сердечных делах, поэтому потерять  от него голову было легко. Поцеловав меня, он провел по моей щеке тыльной стороной ладони и сказал: - Я хочу заботиться о тебе. А я просто обомлела от наплыва неизведанных чувств и растаяла.  С ним я ощутила себя защищенной и желанной. Особенной. Его спокойная уверенность и старомодные манеры окутывали меня теплом и заботой, которых я давно не испытывала. Он, взрослый, уже так много достигший мужчина,  слушал меня с таким вниманием, что в его присутствии я ощущала себя не просто молодой и неопытной девушкой, а вполне значимым человеком. И мне хотелось дотянуться до его уровня, соответствовать, чтобы и дальше быть достойной того уважения и внимания, которое он мне уделял. И все же влюбилась я в него не поэтому. В ту минуту, когда он заговорил о своих родителях, я увидела, что за фасадом авторитетного и успешного человека скрывался ранимый, одинокий мальчик, страдающий от отсутствия родительского внимания, без материнской ласки, который не подпускает людей к себе близко, потому что привык не доверять им.  Позже муж как-то признался мне, что в детстве частенько обижался на своих родителей. Отец был постоянно занят - бесконечные деловые поездки, заседания Совета Директоров,  встречи с акционерами и инвесторами, судебные процессы. А мама самым активным образом занималась благотворительной деятельностью - это она создала Фонд поддержки детей-сирот и детей из малоимущих семей.  - Она так много времени проводила в своём Фонде, посвящая себя спасению других детей, что это отнимало у нее все силы и время и совсем не оставляло времени на нас с сестрой. Только с возрастом я понял, насколько как это было важно, сколько всего она сделала для общества. Меня до сих пор иногда останавливают на улицах, на приемах и благодарят за ее помощь. А тогда нас растила гувернантка. Очень хорошая женщина, но абсолютно чужая. Я ведь даже мечтал оказаться ребенком сиротой, чтобы мама мне помогала, так же как она помогает посторонним детям. А еще помимо детского одиночества я увидела, что даже став взрослым, он оставался тенью своих успешных родителей. Необходимость всегда соответствовать ожиданиям и груз подобного наследства, пусть и вызывающего гордость, не могли не тяготить. Имя его семьи постоянно мелькало в прессе и на телевидении  - статьи о них и их фотографии из отпуска или с благотворительного бала, снимки, на которых красуются его великолепные родители, а в стороне топчется их немного растерянный, угловатый сын с приклеенной улыбкой и неуверенным выражением лица. И, конечно, огромное количество статей и фото, на которых он, уже взрослый и уверенный в себе, занимается делами Фонда семьи , учрежденного его матерью, умело руководит проектами своего отца и блестяще справляется со своими. Да, люди его любили , и он ценил это, однако мечтой его жизни было превзойти своих родителей и выйти из их тени. И я видела себя рядом с ним той, кто сможет поддержать его в этом стремлении, помочь обрести собственный путь и разделить с ним все сложности и победы. После смерти папы я с трудом держалась на плаву, а эта встреча показалась мне настоящим чудом. Да, как же многообещающе у нас все начиналось! Но значение романтических отношений как способа лучше узнать человека сильно переоценено. Когда гормоны бушуют и влечение становится магнетическим, здравый смысл отступает на второй план, и я видела только то, что сама себе придумала. А потом словно маленький камешек попал в лобовое стекло, и от этой крошечной трещины пошли глубокие разломы во все стороны, разрастаясь в гигантскую паутину, из которой уже нельзя было выбраться.