meow

Кармилла смотрит на кота, сидевшего на её подоконнике, и совершенно не понимает, каким образом ей нужно реагировать на его появление. Нет, животные в аду – совершенно не редкость, и коты в том числе. Пару раз ей удавалось видеть, как группка котят подъедала остатки чьего-то тела в районе каннибалов. В большинстве своем адские животные не соответствовали своему происхождению, и выглядели…обычными. С какой-то стороны, это было странно, а с другой – даже этот кусочек земной, мирной и относительно спокойной жизни, проникший в ад в виде пушистых братьев наших меньших, немного обнадеживал. Однако, само собой, были и те, кто полностью свой «статус» адских оправдывал. Такие звери могли выглядеть по-разному. Кто-то просто казался странным, имея два хвоста, и по шесть лап, кто-то вызывал чувство умиления за счёт наличия огромных глаз и ушей, а кто-то был, объективно, пугающим. Ночной гость Кармиллы был чем-то средним между первыми двумя вариантами. Не сказать, что он прямо воплощение чего-то милого и безобидного… в этом Кармилла убеждается, когда кот, словно устав ждать ее реакции, прикрывает все свои четыре глаза разом, и зевает, демонстрируя светло-зеленый язык и такого же цвета клыки. Выглядели они крайне остро, и казалось, что ему никаких трудов не составит отгрызть кому-нибудь как минимум палец. Помимо них, зелеными были еще и его глаза. Кармилла внимательно осматривает его, наблюдая за тем, как поочередно моргают все четыре. Остальная часть его тела покрыта короткой чёрной шёрсткой, а за головой на шее раскрывается что-то вроде воротника, как у каких-нибудь плащеносных ящериц. Внутренняя его часть окрашена в подозрительно знакомые Кармилле мятно-оранжевые цвета. Кармилла подходит чуть ближе, пытаясь понять, является ли происходящее чьим-то дурацким розыгрышем. Если да, то она найдет шутника и лично оторвет ему… да всё, что отрывается. Потому что просыпаться посреди ночи от оглушительного грохота, и лицезреть, как это создание, сбрасывая с подоконника горшки со всеми ее комнатными растениями, пролезает в приоткрытое окно – удовольствие не из приятных. Но что-то ей подсказывало, что всё намного сложнее. Уж слишком сильно этот кот похож на… Кот негромко шипит, словно пытаясь обратить на себя внимание, а когда ему это удается, подходит к краю подоконника, тычась головой о руку Кармиллы, после чего вновь садится, аккуратно складывая длинный хвост вокруг лапок, и опускает голову набок, медленно моргая и не сводя с нее глаз. Кармилла устало вздыхает, понимая, что все её худшие догадки, кажется, сбываются. Уж слишком осмысленный и умный взгляд был у этого четвероногого бедствия. - Зестиал? – аккуратно, негромко спрашивает она, в глубине души надеясь, что кот не отреагирует…никак. В конце концов, мало ли в аду кошек, выглядящих как неудачный эксперимент по скрещиванию кошачьих и паучьих генов? Это ад, тут бывает абсолютно все, что угодно. Кот, кажется, улыбается, и с важным видом кивает. Кармилла смотрит на то, как от такого резкого движения головой его длинные уши машут, словно флаги, и старается прогнать мысли о том, как мило древнейший оверлорд выглядит в своем новом амплуа. - Я полагаю… - Кармилла медлит, не сводя глаз с животного ¬– полагаю, мне не стоит спрашивать тебя о том, что произошло? Не то, чтобы сейчас он был в состоянии ответить. Зестиал мурлычет, лукаво жмуря глаза, и отворачивая мордочку с крайне хитрым видом. Кармилла окончательно убеждается в том, что всё это, к ее сожалению, не просто розыгрыш от кого-то, окончательно потерявшего чувство субординации. Она опирается о подоконник, внимательно смотря на Зестиала, и пытаясь понять, что ей делать дальше. Неудивительно, что он пришел именно к ней – она была самым близким для него человеком, и, понятное дело, показаться в таком виде перед кем-то другим ему было бы стыдно. А возможно, и опасно. Интересно, он сохранил все свои способности, и по-прежнему является самым могущественным из оверлордов, или же нет? Могущественный оверлорд в виде…кота. Даже звучит смешно и абсурдно. Но такой расклад был бы для Зестиала предпочтительнее. За свою долгую жизнь, чья длительность исчисляется веками, он нажил себе существенное количество врагов, которые не способны с ним поквитаться исключительно из-за разницы в силах. Да и новое поколение повелителей спит и видит, как бы расправиться со старшими, и поиметь большую власть над Пентаграмм-сити. И если Зестиал со сменой облика лишился и всех своих умений… ну, это самый отвратительный расклад. Она совершенно не представляет, что ей нужно делать. Зестиал вновь негромко мурчит, поднимаясь на лапки и подходя к ней. Издавая звук, средний между кошачьим урчанием и стрекотом насекомого, он мягко трется головой о ее рефлекторно протянутую ладонь. Кармилла медлит, и осторожно, с опаской проводит пальцами между его ушей. Шерстка на ощупь мягкая и шелковистая, хоть и холодная – даже в таком обличии Зестиал сохраняет свои отличительные черты, из-за чего Кармилла лишний раз осознает реальность происходящего. Зестиал кажется слишком милым, и это неправильно. Он, чёрт бы его побрал, сильнейший оверлорд! Когда он выходит на улицу, все окружающие бегут от него в страхе. Кто-то и вовсе самоликвидируется, лишь бы не сталкиваться со взглядом мятных глаз, которые, казалось, способны прожечь тебя насквозь. А затем обречь на вечные страдания, после которых сам ад покажется раем. О жестокости Зестиала ходили легенды, основанные не на пустом звуке. Другие оверлорды, достаточно старые для того, чтобы сохранять благоразумие (чего нельзя сказать о нынешней молодежи), боялись его, и относились с уважением. Даже радио-демон, известный резней, которую он устроил, лишь только попав в Пентаграмм-сити, вел себя с Зестиалом настороженно и аккуратно, словно боясь лишний раз его разозлить. Такое поведение резко контрастировало с тем, как спокойно и уравновешенно себя держал Зестиал при любых обстоятельствах, что лишний раз говорило о том, насколько жестоким он был в прошлом, раз даже сейчас к нему сохранялось прежнее отношение, невзирая на то, каким он стал. Кармайн не застала период, когда Зестиал только наращивал свою силу, но слухи о тех временах то тут, то там всплывали до сих пор. И услышанное никогда не оставляло без гнетущего чувства страха и тревоги от одних лишь мыслей о высоком, тонком силуэте, облаченного в черный плащ. Но то, что видела Кармилла сейчас, ломало абсолютно все ее представления о Зестиале. Хуже всего было то, что она узнавала его повадки, его жесты, в поведении этого несчастного кота отчетливо читался характер ее товарища – но в то же время, воспринимать его всерьез было просто невозможно. Она аккуратно, опасаясь нарушить личные границы такого уважаемого повелителя (и неважно, что сейчас он кот), почесывает за ухом. Зестиал выгибается, закрывая глаза и охотно подставляясь под поглаживания, припадая на передние лапы и помахивая хвостом. Кармилла давит в себе разгорающееся желание поднять его на руки и затискать, и поспешно отдергивает руку. Ладно Зестиал, возможно, кошачья натура берет верх над его разумом, но она то не должна вести себя с ним подобным образом! Он по-прежнему самый древний и самый сильный из всех оверлордов, и хоть сейчас он выглядит слишком мило, чтобы внешне такому статусу соответствовать… это вовсе не значит, что нужно терять к нему уважение. Нужно действовать, думает Кармилла. Нельзя пускать всё на самотек. Она отходит от подоконника, ловя на себе недоуменные взгляды, разворачивается к нему, скрещивая руки на груди, и требовательно, выжидающе смотрит. - Каким-нибудь образом ты сможешь мне сказать, что нужно сделать, чтобы вернуть тебя в…прежнее состояние? – интересуется Кармилла, стараясь воспринимать Зестиала всерьез. Это казалось невозможным. Кто вообще может воспринимать всерьез пушистое существо с огромными ушками, которое смотрит на тебя снизу вверх преданным взглядом? Мысленные напоминания о том, что Зестиал, вообще-то, старше ее в несколько раз, и во столько же раз сильнее, ситуацию практически не спасали. Она думает о том, как отреагировали бы другие оверлорды, и приходит в ужас. Зестиала в таком виде ни в коем случае нельзя показывать никому. Кот растерянно смотрит на нее, и Кармилле кажется, что в его глазах возникает что-то, похожее на чувство вины вперемешку со смущением. Похоже, только сейчас он начал осознавать всю нелепость своего состояния, особенно когда возникла необходимость ведения переговоров, для которых кошачий организм не был приспособлен. Кармилла не удерживает очередного, уже несколько раздраженного (не Зестиалом, а ситуации в целом) вздоха. - Хорошо, эта проблема смогла бы подождать до утра? – мягко интересуется она, после поясняя – У нас было запланировано собрание, и я… Чёрт. Ее словно окатывает ведром холодной воды. Собрание оверлордов! На котором Зестиал не может не присутствовать, он слишком значимая персона в их кругу, чтобы он мог позволить себе пропустить такое событие. Отменять что-то уже слишком поздно. До утра то осталась всего пара часов, а собрание назначено именно на это время… Кармилла нервно зарывается пальцами в длинные волосы, садится на край кровати, механически обшаривая комнату встревоженным взглядом, словно пытаясь отыскать в ней ответ на вопрос: «что делать?». Зестиал явно подмечает её близость к панике, потому в один прыжок преодолевает расстояние между подоконником и кроватью. Даже в кошачьем виде он сохраняет присущую ему грацию и элегантность. И, соответствуя стереотипам о присущей всем котам наглости, мягко и без спросу заползает на её колени. Сворачивается там в клубок, покрутившись вокруг своей оси, подкладывает лапки под голову и поднимает на нее взгляд. В мятных озерах ясно читалось чувство вины – Зестиалу, очевидно, было неловко из-за того, что он вынудил ее переживать. Он явно не хотел, чтобы она нервничала так сильно, и судя по его собственному поведению, он сам не считал эту проблему настолько значимой. Кармилла хотела бы успокоиться, но ей так и не удалось справиться с тревожными мыслями и фантазиями на тему того, что другие жители ада смогут сделать с ее партнером, если узнают, в насколько ослабленном состоянии он сейчас пребывает. Зестиал почти нежно урчит, ласково жмется к ее руке, ничуть не стесняясь своих действий и своего обновленного облика в целом. Кармилла думает, что, возможно, такое раскованное поведение объясняется наивысшим уровнем доверия к ней с его стороны, и в груди расцветает приятное тепло. Нельзя подвести его. Кармайн сделает что угодно, но никому больше не позволит узнать о его нынешней слабости, и как-то навредить. Постаравшись убедить в этом себя, она чуть смелее проводит по его прохладной шёрстке, зарывается в нее пальцами, наслаждаясь ощущением непривычной мягкости. Монотонное, вибрирующее урчание странно успокаивает, вызывая умиротворение и чувство безопасности и уюта. Хотя с Зестиалом всегда было спокойно. Находясь рядом с ним, Кармилле, в отличие от всех остальных, напротив казалось, что она находится под надежной защитой. Так и сейчас, стоило ему улечься на ее коленях, как все её страхи ушли на второй план. Но сейчас это чувствовалось иначе. Она просто не может перестать думать о том, какой он очаровательный, и нисколько не угрожающий в кошачьем образе. Сейчас, как бы странно это ни звучало, защищать хотелось его. И вероятнее всего, это и требовалось – вряд ли сейчас Зестиал оказался бы в состоянии защитить себя самостоятельно, если бы того потребовали обстоятельства. Об этом она подумает позже. Зестиал утыкается мордой в ее живот, не переставая мурлыкать, словно он был самым обыкновенным котом. Воротник за его головой расправляется, ярко-зеленый цвет мембраны резко контрастирует с темной шерстью. Кармилла бережно проходится кончиками пальцев по его краю, на что повелитель фыркает, слегка встряхиваясь, и более ощутимо потираясь головой о ладонь. Кармайн не удерживается от усмешки, но никак не комментирует такое удивительное для Зестиала поведение. Конечно, он наверняка понимает, как умилительно выглядит со стороны, но Кармилла решает не напоминать ему об этом лишний раз, чтобы не задевать оверлордское эго. - Зестиал, – тихо зовет она, дожидаясь, когда тот поднимет на неё взгляд. Нижняя пара глаз закрывается, Зестиал зевает с протяжным мявканьем, однако смотрит на Кармиллу – внимательно, понимающе, также, как и всегда. Одного его взгляда достаточно, чтобы окончательно успокоить находящиеся в напряжении нервы, а едва ощутимая вибрация под пальцами от его мурчания вводит в странное, расслабленно-сонливое состояние. - Ты ведь не будешь возражать, если мы отложим этот вопрос на потом? В мятных, сверкающих глазах виднеется спокойствие, демонстрирующее, что Зестиал не считает эту ситуацию проблемой первостепенной важности. Кармилла вновь чувствует нарастающее в груди тепло, когда он скручивается у нее под боком, и вновь глядит прямо в глаза, словно говоря ей о том, чтобы она позволила себе отдохнуть. И Кармилла позволяет, обнимая пушистый мурлыкающий комок, надеясь на то, что следующий день не принесет новых проблем. Очевидно, ее ожиданиям не суждено было оправдаться.

***

- Сука, ты, ебаный кусок металлолома, долго я еще буду ждать?! – Вельвет с негодованием пинает дверь, и недовольно складывает руки на груди, буравя эту самую дверь ненавидящим взглядом. Настроение с самого утра было поганым. Помимо того, что пришлось тащиться на этот бессмысленный, по ее мнению, сбор, она не выспалась, теперь Вокс игнорировал ее настойчивый стук и попытки до него докричаться (Вельвет была готова поставить свой телефон на то, что они с Валом опять занимались перепихоном, причем с самого утра, пока кое-кто таскается по собраниям! Она обязательно выскажет им всё, что она о них думает), а ведь у нее были довольно интересные новости для них! Ну, не хотят, их право, раздраженно думает Вельвет, в последний раз ударив носком туфли по вертикальной поверхности, и уже собираясь уходить. Видит Сатана, она пыталась. Однако на этот раз ее крики внезапно оказались услышанными, потому что дверь с щелчком раскрывается, и ладонь с неоновыми когтями, схватившись за воротник ее пиджака, втягивает ее внутрь. Вельвет фыркает, отпихивая руку Вокса от себя, и сощуривается, недовольно смотря на телевизионного демона снизу вверх. - Могли бы отложить свое траханье на потом, и хотя бы дождаться, пока я приду и расскажу о собрании, раз уж вы сами... – она обвинительно тыкает в него указательным пальцем, брезгливо кривясь при виде его неприкрытой поспешно наброшенным на плечи халатом обнажённой груди. На темной коже виднеются следы от укусов, оставленных явно не человеческими зубами. Вокс, прослеживая ее взгляд, самодовольно усмехается. - Пфф, можно подумать, на этом сборище стариков может происходить хоть что-то стоящее, - Вокс закатывает глаза, прислоняясь плечом к стене. Вельвет бурчит под нос ругательство, отпихивая его, и проходя вглубь его жилища. В комнате обнаруживается Валентино, вальяжно развалившийся на диване, едва прикрывающийся своими крыльями, и с задумчивым видом курящий что-то непонятное. Что именно – Вельвет знать не хотелось. Она недовольно цыкает, несильно топнув ногой и привлекая к себе внимание обоих. - Знаете что?! – возмущенно шипит девушка, хмуро глядя на каждого из них по очереди, - В следующий раз сами пойдете на это собрание! Я отсидела там несколько часов, и чуть не сдохла от скуки, пока вы тут развлекались?! Валентино ухмыляется, изгибая губы в насмешливом оскале, и демонстрируя клыки, после выдыхает розоватый дым в сторону Вельвет, вынуждая ту отступить назад и раздраженно отмахиваться от него руками. - Да брось, Вел, - тянет мотылёк, лениво скользя по ней взглядом, - Новости то в итоге есть? Или все как обычно? Оверледи шумно выдыхает, придирчиво осматривает стоящее рядом кресло, и после все же опускается в него, закидывая одну ногу на другую, и облокачиваясь о подлокотник. - Ну, скажем так, не всё прошло как обычно, – она демонстративно поднимает одну руку, разглядывая черно-пурпурный маникюр на ногтях. Валентино и Вокс разом заметно оживляются. - И что же произошло? – вкрадчиво интересуется сутенёр, принимая сидячее положение. Вельвет небрежно поправляет завившуюся прядь волос, убирая ее за ухо, выпрямляет спину, аккуратно сложив руки на колено, и глядя прямо на них, произносит: - Этот древний уебок не явился. Валентино переглядывается с Воксом. Телевизионный демон с любопытством смотрит на неё, присаживаясь на диван рядом с партнером. - Зестиал? – уточняет он, после хихикает – неужто его наконец кто-то грохнул? Или от старости помер? Вельвет скептически приподнимает одну бровь. - На собрании эта сука Кармилла ни слова не сказала о нем, и никак не прокомментировала его отсутствие. Я сильно сомневаюсь, что он стал бы пропускать эти «важнейшие мероприятия» - девушка поднимает руку, изображая пальцами кавычки – просто так. Это ведь инициатива его подружки, а он вечно за ней хвостиком таскается. Следовательно, у них что-то случилось, – Вельвет внимательно смотрит на товарищей, дожидаясь, пока они поймут ход ее мыслей. - Ты хочешь предложить узнать, что именно? – аккуратно уточняет Вокс, откидываясь на спинку дивана, и перебирая когтями в воздухе. Вельвет фыркает. - Вау, а я уж думала, до вас никогда не дойдет. - Идея хорошая – задумчиво тянет Валентино, выдыхая изо рта очередную порцию дыма, и покручивая между длинных пальцев трубку – Вот только как нам это сделать? Ни у кого из нас нет настолько тесных отношений почти ни с кем из других повелителей, чтобы они нам рассказали. Вельвет пожимает плечами. - Ну, это ведь не мои камеры натыканы по всему Пентаграмм-сити, верно? – цедит она сквозь зубы, раздражаясь от того, что никто больше не может сходу додуматься до единственного рабочего варианта. Хотя, оно и неудивительно, учитывая тот факт, что Вельвет, судя по всему, отвлекла их от очень «важного» процесса удовлетворения собственных потребностей. Ничего, мстительно думает она, может, в следующий раз они наконец дойдут до собрания самостоятельно, и не станут посылать на эту пытку её. Вельвет нисколько не сомневается в успешности своего плана. Обращаться с животными она умела, и в целом к ним весьма хорошо относилась. Конечно, она еще не имела дела с оверлордами, обращенными в животных (Вельвет всё еще плохо понимает, как именно это произошло), однако предполагала, что с ними дела вряд ли будут обстоять хуже, чем с обычными. В конце концов, сейчас перевес в силах на их стороне, и если нормальный Зестиал мог распотрошить их в считанные мгновения, то Зестиал в теле кота… ну, сомнительно. Следовательно, что они могли поиметь? Абсолютно беспомощного в их руках, самого древнего и могущественного повелителя, рычаг давления на обладателя самого крупного участка территории города, и как итог всего этого – расширение своего влияния, что являлось основной целью V. Вельвет было трудно поверить в реальность происходящего. Неужели так бывает? Все складывается слишком хорошо, чтобы быть правдой. Ну, как минимум в их головах все уже сложилось. В самой реальности же они еще даже не поймали Зестиала, который в это время валялся в траве сада у поместья Кармиллы. Та еще не вернулась домой, потому они могли позволить себе без особых опасений находится поблизости, и наблюдать за объектом своего внимания через камеры Вокса, изображение с которых он транслировал себе на экран. - И как нам его оттуда вытащить? – задает весьма резонный вопрос Вельвет, переводя взгляд с монитора на внушительных размеров особняк Кармайн, огражденный забором. Перелезать через него, и так нагло вторгаться на территорию Кармиллы было бы чистым воды самоубийством, и, понятное дело, никто из V не был неосмотрителен до такой степени. - Чем обычно приманивают котов? – интересуется Валентино, внимательно смотря на Вокса. Тот растеряно пожимает плечами, выглядя несколько раздраженным. - Я, по-вашему, каждый день котов краду?! – возмущается телевизионный демон, отряхивая пиджак от несуществующей пыли – Едой какой-нибудь, может. С чего мы вообще решили, что у него и сознание теперь полностью кошачье? Вельвет бросает короткий взгляд на Зестиала. Сквозь ограду видно, как кот, лежа на спине, лениво ловит передними лапами конец своего длинного хвоста. - Если не полностью, то частично уж точно – усмехается она. Как это абсурдно, лицезреть великого Зестиала в таком виде! И в то же время, это даже как-то мило. Вельвет одергивает себя, когда понимает, что улыбка появилась на лице сама собой, а потом, подбираясь поближе, невзирая на вопросы остальных из V, оглядывается вокруг, чтобы убедиться, что никто не смотрит. К поместью Кармайн никто не осмеливается приближаться, потому она спокойно подходит к ограде почти вплотную. Недолго думает, после чего извлекает из кармана телефон, включая фонарик, и направляя его луч под лапы кота. В ответ ее смеряют сначала удивленным, а после таким презрительным и предупреждающе-угрожающим взглядом, что по спине пробегают холодные мурашки. Зестиал поднимается на лапы, взбыдив воротник, и щурит глаза, резко хлеща хвостом по бокам. Похоже, кошачьего в его разуме все же меньше, чем она предполагала изначально, думает Вельвет. Она с обреченным видом опускает телефон. - Да ну тебя – усмехается Валентино, оттесняя девушку в сторону, и материализуя в руке трубку, которая сразу начинает испускать розоватый дым, который мотылёк направил в сторону старшего оверлорда – смотри и учись. Зестиал моргает, шерсть на спине поднимается, а он сам отступает назад, издавая предупреждающее шипение, смешанное с насекомым стрекотанием. Его глаза на мгновение сужаются, до того момента, пока дым не достиг его обоняния. Животное растерянно вздрагивает, часто дышит, а затем расслабляется. Взгляд теряет осмысленность, и он послушно подбирается к ним, после самостоятельно прыгая в инстинктивно протянутые руки Вельвет. Валентино смеется, самодовольно складывая верхнюю пару рук на груди. - Ну надо же. Не думал, что сработает на другом повелителе – удивленно бормочет Вокс. Сутенёр смотрит неодобрительно, вопросительно приподнимая одну бровь: - Неужто ты сомневался во мне, Вокси? – он закатывает глаза, и прежде, чем телевизионщик успел бы оправдаться, отворачивается, бросая небрежное: - Он все равно не владеет сейчас никакими силами. Разве ты не чувствуешь? Вельвет не знает насчет Вокса, но она не чувствует. От Зестиала не веет прежней аурой могущества и животрепещущего страха перед чем-то древним, неизведанным и по-настоящему жестоким. Точнее, веет – иногда, когда он смотрит, но ощущается это совсем не так, как раньше. Вельвет в легкой растерянности прижимает, кажется, уснувшего от дыма Валентино кота к груди, и мягко гладит его вдоль позвоночника, следуя за своими товарищами, которые сейчас продолжали переругиваться и о чем-то спорить. «Это Зестиал,» - напоминает себе девушка, глядя на уютно свернувшегося в ее руках оверлорда, – «один из тех старых пердунов, которые дальше своего носа ничего не видят, и не желают понять, что будущее за V» Пытается вспомнить свои эмоции при каждом споре со старшим поколением оверлордов, в особенности с самим Зестиалом и Кармиллой. На Кармиллу злится получается. А Зестиал мурлычет и сонно ластится к ладони слишком очаровательно, чтобы на него можно было злится. Он слишком милый. Чёрт.