Часть 5

Глава 5: “Тёмные Мысли” Диана выходила из школы, чувствуя себя как никогда уверенной. Несмотря на физическую боль от схватки с Ромой, она ощущала, что сделала шаг к свободе. Словно кто-то сбросил с её плечи тяжёлый груз, и, несмотря на обострившуюся ненависть между ними, она понимала, что не собирается сдаваться. Но под этой уверенной оболочкой скрывались тёмные мысли. Внутри её бушевали эмоции, и порой на них было сложно закрыть глаза. После каждой ссоры, после каждой невыносимой шутки Ромы, ей становилось так трудно. В такие моменты она чувствовала, что потеряет себя, если не сможет выпустить это напряжение. Вечерами, когда в голове крутились негативные мысли, Диана часто прибегала к методу, который считала единственным способом успокоить бурю внутри. Она знала, что это не нормально, но на тот момент ей казалось, что именно это даёт ей контроль. Скрываясь от всех, она часто использовала острые предметы, чтобы «облегчить» свою боль. Эти маленькие ритуалы были её тайной, которую она тщательно хранила от всех. Но увы, никто не замечает, пока не будет слишком поздно. А Рома, казалось, как будто почувствовал, что что-то не так. В тот день, когда он заметил, что она была не в себе, всё началось с того, что он остался в классе дольше остальных. Они сидели вместе за партой, когда вдруг он заметил, как она повела рукой, словно хотела что-то скрыть. Он присмотрелся внимательнее и увидел маленькие следы на её запястье. Линии, которые она явно пыталась скрыть, были нарисованы явно не без причины. — Что это? — неожиданно спросил он, его голос был прямым и уверенным. Диана подняла голову, удивлённая его вопросом. Она резко вытянула руку, словно попыталась прикрыть её, но он уже успел заметить. — Ничего, — ответила она, не желая делиться своими секретами. — Слушай, я не глупый, — продолжил Рома, его голос стал чуть серьёзнее. — Ты что, делаешь это сама? Диана мгновенно напряглась. Она не ожидала, что он сможет увидеть её уязвимость. — Отвали, Пятифанов! — прорычала она, испытывая накалённые эмоции. Она знала, что ему не место в её жизни, и ещё меньше — в её мыслях. — Да ты не дура, чтобы так себя вести, — сказал он, на этот раз с каким-то намёком на искренность. — Если у тебя проблемы, то это не решение. Она почувствовала, как внутри всё закипает от злости и недовольства. В его глазах не было насмешки, и это смущало её больше всего. — Ты не имеешь права говорить мне, что делать, — произнесла она, сжимая зубы. — Ты даже не знаешь, через что я прохожу. — Но это видно, — сказал Рома, отодвинувшись. — Ты думаешь, это нормально? Эта фраза пронзила её, словно остриё ножа. Она пыталась не показывать, как сильно его слова задели, но в сердце она чувствовала, как растёт давление. — Ты не имеешь права судить, — снова произнесла она, но уже с меньшей уверенностью. Она почувствовала, как её силы начинают иссякать, и её привычная ярость уступила место уязвимости. — Почему ты не можешь просто рассказать, если тебе плохо? — спросил он, его голос стал мягче. Это было неожиданно. В её голове крутилось множество вопросов. Зачем он проявляет интерес? Почему ему не всё равно, как она себя чувствует? Но она быстро отогнала эти мысли, не желая признаваться в своих слабостях. — Потому что ты не понимаешь! — закричала она, её голос дрогнул. — Ты никогда не поймёшь! Она вскочила с парты и направилась к выходу, не обращая внимания на его удивлённый взгляд. Как можно было даже задуматься, что этот человек, который её так бесил, может что-то для неё значить? Выйдя на улицу, она остановилась, стараясь взять себя в руки. Рома не следовал за ней, и это лишь подстегивало её раздражение. Но внутри неё всё равно сидел страх. Что, если он расскажет кому-то? Что, если он не просто так интересуется? В тот вечер, сидя в своей комнате с закрытыми шторами, она снова снова пыталась избавиться от лишнего напряжения. И хотя боль от её ритуала давала временное облегчение, мысли о Роме и его словах не покидали её. Они просто терзали её изнутри. Она не знала, что делать — в глубине души она понимала, что такая жизнь не может продолжаться вечно. Но ещё более пугающим было то, что где-то на заднем плане её разума росло понимание: даже среди всей этой ненависти и конфликтов, которые были между ними, Рома — единственный, кто заметил её страдания. Он был первым, кто разглядел её. Следующие дни прошли в тени её страха. Она не хотела показывать свою слабость, но и игнорировать это стало невозможно. Даже когда она пыталась думать о том, как отдалиться от него, его слова продолжали звучать в её голове, как эхо, не позволяя ей забыть о том, что она не одна. Тем временем Рома не мог выбросить из головы их разговор. Он не понимал, что происходит с Дианой, но одно было ясно — она нуждалась в помощи, и, возможно, он был единственным, кто мог это сделать. Но как он мог помочь ей, если сам был в замешательстве? Эта мысль преследовала его. Каждый раз, когда он сталкивался с ней в школе, он видел в её глазах что-то большее, чем просто ненависть. Но как заговорить об этом? Как заставить её довериться, когда между ними стоял этот непреодолимый барьер? Рома понимал, что его прежние шутки и насмешки больше не кажутся ему смешными. У него зарождалась новая решимость — он должен был разобраться с этим, даже если это было сложно. — Привет, рыжая, — неожиданно обратился он к ней на перемене, когда она шла мимо. Она остановилась и развернула голову, на лице её было выражение недоумения. — Чего тебе, Пятифанов? — спросила она с недовольством. — Может, поговорим? — с серьёзным тоном произнёс он, и на секунду она замерла, не зная, как реагировать. В тот момент между ними возникла незримая связь, но Диана всё равно не могла заставить себя ответить. Она лишь кивнула и, проклиная себя за это, повернулась к нему спиной, направляясь к выходу. Ей было страшно, но в глубине души она знала — пора что-то менять.