Глава 1. Часть 2. „Ненавижу понедельники“

Добрый день, Спасибо. А почему - шепотом улыбаясь, в ответ прошептала брюнетка. Хах. Ну, мне кажется, уже ночь и Признаться, вы меня шокировали. Я удивлен, - проговорил Яков.

От чего же? Загадочно проговорила брюнетка, в словах которой чувствовался ошеломляющий шарм.

Я думал, в этом поместье проживает какой-нибудь упитанный жадный мужчина. А здесь. Вы. - сказал Яков, сделав паузу и вздохнув.

А что вы хотели? Хитро - спросила брюнетка.

Переночевать, если это возможно, - с чувством досады проговорил Яков.

Ну, проходите, что же вы стоите? Я всегда рада гостям, - сказала она, начав заходить в поместье.

Яков проследовал за ней. И вместе они зашли в кухню.

Присаживайтесь, к слову. Как вас величать то? Говорила она, заваривая чай.

Он тут же подскочил с кресла и сказав -Пардон, Димигреску. Яков Александрович сделал резкий поклон головы, как настоящий гусар.

Хахаха. Интересно-интересно. Кассандра Зингельберд. Кстати, ваша фамилия, где-то я ее встречала, очень знакома на слух. Чем вы занимаетесь?

Я трудоустроен в ЦДЛ, бухгалтером работаю и иногда выступаю. Там же.

Вы пишите? Никогда не была знакома с писателем.

Да, но я бы не называл себя так громогласно. Знаете, у Аллы Борисовны Пугачевой я позаимствовал одну фразу и переделал ее под себя: Я не писатель, я человек, который пишет. И свои труды я привык называть работами.

А как вы здесь оказались. Кассандра повернулась к Якову с двумя чашечками чая и вдруг, удивлённо подняв бровь и ухмыльнувшись, спросила -А что у вас с лицом?

А что с ним не так?

Ну, сами Посмотрите в зеркало.

Яков поднялся, подошёл, посмотрел в зеркало и засмеялся.

О боже. Хахаха. Ужасно. Понимаете, - Яков присел, - с литературным миром меня связывает не только мое хобби писать, но ещё и вредные привычки, а если быть точным - карточные игры. Я также как и Александр Сергеевич проигрываю все деньги до последнего. Ну и понимаете, отыграться то хочется. Я занял денег у серьезных людей и не отдал. Утром проснулся, начал бриться. В дом ворвались, схватили и увезли в лес, заставили копать могилу, как вдруг некое ужасное чудище разорвало на клочья этих бандитов. Я, бросив лопату, бежал сломя голову, а после наткнулся на ваш замок. Можно сказать, вы меня спасли. Вот, собственно, поэтому у меня такое лицо. Как вы здесь живёте, среди этих монстров - говорил Яков, задыхаясь от своих переживаний.

О каких монстрах вы говорите? Не знаю. Я живу здесь не первый ве... Ммм... Не первый год. И никогда не видела ничего настолько ужасающего. Жизнь у вас, конечно. Дааа.

Говорила Кассандра, подозрительно поперхнувшись, посередине разговора продолжала говорить дальше.

Ну, если вы не собираетесь это оставлять на своем лице, то скоро придет мой помощник, и у него вы можете попросить бритву.

Буду ему очень благодарен. А значит, вы все же не одна живёте. Вы замужем? Хитро прищурившись, спросил Яков в ожидании отрицательного ответа.

Хах. Нет, я не замужем. “Я барышня“, как говорилось в спектакле „Шторм“, - чуть смеясь, проговаривала Кассандра.

Яков и Кассандра беседовали ещё около часа. После пришел Арнольд, мужчина лет шестидесяти, голубоглазый блондин с пышным зачесом на право и лёгкой бородкой. В руках у него был небольшой чемодан. Яков отлучился в уборную комнату. Кассандра с Арнольдом в это же время беседовали в ее комнате.

Очередной? Спросил Арнольд.

Да вот ещё. Не знаю, - с сомнением отвечала Кассандра. - Какой-то он.

Какой? Он перебил.

Не знаю. Что-то странное у меня от него чувство. Ну, это не важно. Ты принёс?

Да, - Арнольд положил чемоданчик на стол и, открыв, достал пять флаконов, каждый объемом пол литра, наполнены были красной жидкостью.

Ну, наконец-то! Кассандра выхватила один флакон, взяв фужер и наполнив его до краев, выпила залпом. Поставив фужер на стол, прикусила нижнюю губу.

Кто-то проголодался? Словно змей - спросил Арнольд.

Мужская кровь... Проговаривала Кассандра, ритмично вздыхая.