6. Последствия

      Да, Гарри стоило внимательнее слушать объяснения Аберфорта, когда он рассказывал о тонкостях настройки портключей. Материализовавшись в воздухе, израненный парень со всей силы грохнулся на деревянный пол, задев раненой голенью какой-то жалобно скрипнувший комод, чудом не свалившийся вслед за ним.       — О-о-о-о-о, — простонал Гарри куда-то в пыльный деревянный пол, который никто не чистил с января 1996 года. Стон растянулся, потому что нервный импульс внезапно донес до Поттера, что его сломанная рука изогнулась под совсем уж неестественным углом. — Да твою-то…       Извернувшись, словно кот, Гарри перевернулся на спину и закрыл глаза, чувствуя, как по щеке скатывается непроизвольная слеза, вызванная внезапной болью.       — Я устал, устал, устал, — повторял Поттер как заведенный, а потом просто начал роптать. — Это все характер. Верно, характер. Мог бы сейчас сидеть в гриффиндорской башне и играть в плюй-камни. И куда меня понесло? Что я вообще там забыл?       Стоило выделенному на нытье времени закончиться, как Гарри все-таки открыл глаза и попытался трезво оценить ситуацию. В ушах по-прежнему стояли крики людей, что прятались в полуразрушенных домах, пока Поттер носился рядом и пытался истребить столько роботов, сколько успевал заметить.       — … жизнь на планете будет представлена лишь металлом, — прошептал Гарри, чувствуя, как боль постепенно переходит из острой в ноющую, — лишь металлом.       Альтрон пугал его. Да, скорее всего, сейчас не осталось ни одной из его копий, но Гарри все еще чувствовал этот странный, почти что сюрреалистичный страх перед искусственным интеллектом, который обнаружил путь к миру во всем мире через уничтожении человечества. Что-то в этом напоминало сюжет Терминатора, но на более мрачный лад. Альтрон не ошибся или неправильно интерпретировал цель, он… поступил как гениальный ребенок, оставшийся без воспитания. Сколько сотен людей погибло сегодня из-за того, что Альтрон воспринял окружающий его мир иррационально? Сотни, тысячи? Столько разрушений…       Гарри затрясло и слезы полились из его глаз. Стресс, что он испытывал последние часы, наконец накрыл его с головой. Десятки людей, погибших при обороне Хогвартса, поименно были выжжены в его сердце, но сегодня он стал свидетелем того, что не мог даже объяснить нормально. Угроза, противостоять которой волшебники при всем желании были бы не способны — угроза уровня Мстителей. И что же теперь?       Гарри было всего лишь восемнадцать лет, он подсознательно понимал, что это было не его делом — окажись на его месте Рон, тот бы точно не стал лезть в чужие разборки. Вдобавок, повлиял ли Гарри хоть на что-то? Скольких он спас? Ответ был лишь один — недостаточно. Ничего не изменилось бы, если бы Гарри остался дома. Хотя… нет. Ванда.       Стресс слегка отступил, а мысли прояснились, стоило Поттеру вспомнить о Максимофф. Если бы Гарри там не было, спас бы ее хоть кто-то? И что произошло с городом, летевшим вниз? Мстители нашли способ взорвать его в воздухе или еще что-то?       Вытащив последнюю склянку с экстрактом бадьяна, Гарри дрожащими пальцами полил огнестрельные раны и самые крупные царапины, не забыв и про бок, которого вскользь коснулась пуля. Ему нужно было исправить руку. Палочка.       Гарри вздохнул, посмотрев на сломанную палочку. Второй раз за год, плохая традиция. Бузинная палочка была в его хранилище в Гринготтсе — нужно было заглянуть еще и за ней, чтобы починить палочку из остролиста. И мантию. Гарри перевел взгляд на грязный комок, который всего несколько часов назад выглядел как серебристая полупрозрачная ткань, практически неотличимая по тактильным ощущениям от самого дорогого шелка. Да уж, несколько дырок в мантии-невидимке, которая сотни лет умудрялась оставаться невредимой — молодец, Поттер, удружил. Будущие поколения обязательно поблагодарят за испорченную реликвию.       Гарри хмыкнул на мысли о будущих поколениях, а потом потихоньку поднялся. Магическое истощение, сломанная палочка и опустевшая домашняя аптечка свидетельствовали только об одном — пора было наведаться к тому, кто без лишних вопросов его подлатает. И сохранит в тайне подробности, само собой.       Прихрамывая, Гарри зашел в камин и бросил под ноги горсть летучего пороха, после чего прошептал:       — Кабинет Гиппократа Сметвика, семьсот сорок, тридцать семь, восемьдесят один.       Место назначения и своеобразный «код доступа», который Сметвик выдал ему в мае, сразу после битвы за Хогвартс. Защита с трудом, но все же пропустила Гарри, который не изменил себе и вывалился из камина сразу по прибытии, задев сломанной рукой каменную кладку.       — Ау, — прошипел Гарри, вновь чувствуя под щекой холодный пол, пока болезненная пульсация в руке шла на убыль.       — Мерлин, мистер Поттер! — воскликнул Сметвик, еще пять секунд назад спокойно заполнявший документацию, но тут же подлетевший к камину, когда из него вывалился знакомый подросток в неприемлемом состоянии. — Что с вами произошло?       — Рука, — пробубнил Гарри в пол, после чего Сметвик окинул взглядом пострадавшую конечность, согнутую в шести местах. Да, сгибов было в шесть раз больше, чем нужно.       — Ладно, я понял, — покачал головой Сметвик. — Альби!       Рядом возник эльф, который ни слова не произнес, лишь с вопросом в глазах посмотрел на целителя.       — Доставь пациента в одиннадцатую палату, — вздохнул Сметвик. — Принеси туда костерост, обезболивающее зелье, зелье сна-без-сновидений, а также настойку растопырника и животворящий эликсир.       Гарри опомниться не успел, как оказался в необходимой палате — чистой и пустой. Мягкая кровать, в которую его уложил эльф, моментально начала клонить его ко сну, но в этот момент дверь открылась и в помещение вошел Сметвик.       — Ну, так и будете молчать, мистер Поттер? — преувеличенно бодро спросил Сметвик. — Мне нужны подробности. Хотя, учитывая дырки на вашей одежде… полагаю, это тот самый случай, когда лучше не знать подробности.       — Я просто упал с велосипеда, — пробурчал Гарри.       — Ага, да, м-м-м, да, — закивал Сметвик, делая пассы палочкой и хмурясь все сильнее — Откуда у вас такое сильное магическое истощение?       — Это был волшебный велосипед, — буркнул Гарри, чувствуя, как каждое слово с трудом вылезает из глотки. — Не рассчитал силы.       — Я вижу… — пробормотал Сметвик и почесал лоб. — Рука сломана в восьми местах. Между спицами колеса побывали, что ли?       — Вроде того, — устало откликнулся Поттер.       — Тогда вот эту бутылочку целиком, — Сметвик приставил к губам Гарри открытый флакон, резкий запах из которого тут же пробудил израненного юношу. — Костерост, мистер Поттер. Денька через четыре будете как новенький.       — Мне надо прямо сейчас, — скривившись после глотка мерзкого зелья, прошептал Гарри. — Мне нужны… нужны маггловские новости.       — Завтра, мистер Поттер, все только завтра, — покачал головой Сметвик. — И еще я вижу у вас на коленях мех. И на ступнях. И на локтях! Что это за безобразие? Вы решили стать анимагом без присмотра и страховки?       — Оно… само, — прошептал Гарри, зная, что в этом случае лучше признаться сразу. — Был сильный стресс, случился выброс. Превратился в животное.       — А назад…       — Сам, — кивнул Гарри. — Усталость просто жуткая.       — Так вот откуда у вас взялось физическое истощение, — словно подтвердил собственные догадки Сметвик. — А вот травмы это не объясняет.       — Простите, целитель, но в следующий раз, — фыркнул Гарри, чувствуя, как от одного смешка все тело словно ударило током.       — Раз смеетесь, значит реальность воспринимаете, — поводил усами Сметвик и посмотрел на прикроватный столик, на котором уже стояла целая россыпь пузырьков. — Ладно, сейчас зелье сна-без-сновидений, а потом будете в течение четырех дней принимать все остальное, чтобы восстановиться.       — Погодите, целитель, но я… — запротестовал было Гарри, но тут же оказался перебит.       — Никаких погодите, мистер Поттер, — раздраженно ответил Сметвик. — Отпущу вас только после вашего восстановления. Надеюсь на ваше благоразумие, вы ведь уже взрослый мальчик. Пейте зелье.       — Но я…       — Пейте при мне, — повторил Сметвик, скрестив руки на груди. — Думаете, вы первый бестолковый пациент в моей жизни? Поверьте, это не так.       — Ну и… — буркнул Гарри, опрокидывая в рот зелье и показывая целителю язык.       — Прекрасно, мистер Поттер, — усмехнулся Сметвик, — вы быстро учитесь.       Этого Гарри уже не слышал, потому что сон-без-сновидений настиг его — стоило голове коснуться подушки, как Гарри уже отбыл в мир отсутствующих грез.

***

      Стараясь не смотреть на осуждающий взгляд Андромеды, Гарри посмотрел на потолок. И в окно. А потом снова на потолок. С битвы в Заковии прошло четыре дня и сегодня его наконец отпустили на свободу. Первым делом пришлось посетить банковское хранилище, чтобы во второй раз за полгода отремонтировать палочку, а также разочароваться — дырки в мантии-невидимке отремонтировать не удалось. Сразу после этого Гарри купил букет и отправился к бабушке своего крестника — Андромеде Тонкс, урожденной Блэк.       — Никому не сообщил, — начала Андромеда, когда Гарри уселся в кресло, — никого не предупредил, никому не отвечал. Дом на Гриммо пуст — поверь, я знаю, как это проверить, не заходя внутрь. Ты в курсе, что мисс Лавгуд чуть не организовала поисковую миссию прямо из Хогвартса? Пришлось соврать ей, что ты отправился в отпуск.       — Это была досадная случайность, — попытался оправдаться Гарри.       — Именно поэтому я до сих пор не приложила тебя жалящим, — вздохнула Андромеда. — Что случилось, Гарри?       — Спонтанное анимагическое перевоплощение, — устало пробормотал Гарри. — Стресс наложился на стресс и в итоге я превратился в кота.       — В кота? — Андромеда тихо рассмеялась. — Мерлин, я даже не представляла, что твоя форма — это кот. Черный хоть?       — Белый с серым, — скривился Гарри. — Вообще ничего общего со мной.       — Да кто ж тебя знает-то теперь… — продолжила хихикать Андромеда, но тут же переключилась на более серьезный тон. — Вот только стихийная анимагия — это не только редко, но и очень неприятно, Гарри. Как ты вообще смог вернуть себя… ну, обратно?       — Да оно как-то само, — пожал плечами Гарри.       — Ты ведь знаешь, что можешь рассказать мне… ну, все? — уточнила Меда. — Если у тебя какие-то проблемы, то я могу тебе помочь.       Гарри задумчиво посмотрел на Андромеду и вздохнул. Женщина всего за год потеряла всю свою семью — сначала любимого мужа, а потом и дочь с зятем. У нее остались только Тедди, мирно спящий в соседней комнате, да сам Поттер, непутевый дурачок со странными геройскими наклонностями.       — Я… вляпался в кое-что дурно пахнущее, — вздохнув еще раз, признался Гарри.       — Так я и знала, — кивнула Андромеда. — Рассказывай давай.       — В общем, мы поссорились с Гермионой, — начал свой рассказ юноша, — и я настолько вышел из себя, что перевоплотился в кота, а параллельно сжег половину гостиной.       — И даже тот ужасный диван? — уточнила Меда.       Гарри кивнул.       — Он развалился на части.       — Прекрасно, — на лице Меды появилась широченная улыбка. — Всегда его ненавидела.       — В общем, о чем это я… — пробормотал Гарри и продолжил. — Короче, я перед этим закрыл дом ото всех. В приступе гнева и все такое. Пришлось выбираться через окно.       — И ты почти месяц добирался до меня? — прищурилась Андромеда.       — Будешь перебивать или дослушаешь?       — Прости, прости, — Андромеда подняла руки в знак поражения. — Продолжай, прошу.       — Спасибо, — кивнул Гарри. — В общем, я хотел добраться до Дырявого котла и найти там кого-нибудь знакомого, но по дороге меня чуть не сбила машина. Чуть не сбила, — уточнил Поттер, заметив испуг в глазах Меды. — Я ведь живой все-таки. В общем, в машине была женщина с личным водителем. И эта женщина подобрала меня, взяла в машину, накормила и увезла с собой в Америку.       Меда издала нервный смешок.       — Прости, вырвалось, — извинилась она, но тут же рассмеялась. — Гарри, ты прямо в своем репертуаре.       — Ты не услышала главного — эту женщину зовут Пеппер Поттс.       — Это имя должно мне о чем-то сказать?       — Она… ну, вроде как почти что жена Тони Старка.       — Какого еще Тони… — глаза Андромеды расширились настолько, что Гарри испугался за ее душевное равновесие. — Гарри, только не говори мне, что ты попал к Мстителям.       — Не скажу, но я попал, — скривился Гарри. — И потом жил у них несколько недель, пока не смог… ну, вырваться.       — Летающий город…       — Да, — с кислым выражением лица подтвердил Гарри, — с этими самыми Мстителями.       Андромеда почесала лоб и встала с кресла, вернувшись через полминуты с бутылкой огневиски и стаканом.       — Маленьким не наливаю, — объяснила Тонкс наличие всего одного стакана. — Ладно, рассказывай все подробности, а потом займемся твоей анимагической ерундой. Нельзя просто оставить без внимания неосознанное превращение. Будешь становиться нормальным анимагом. Пусть и котом.

***

      Ситуация в башне Мстителей была… далека от спокойствия. И это еще мягко сказано. Всего пару дней назад главным вопросом было противодействие Альтрону, но сейчас, когда Альтрон был побежден, пришло время разбираться с последствиями, масштаб которых соответствовал произошедшему. Целая страна, пусть и небольшая, была практически полностью уничтожена в результате боевых действий, а общественность не имела даже малейшего представления о том, что случилось на самом деле.       Все было намного проще, когда речь шла о Нью-Йорке — огромная дыра в небе, пришельцы, боевые инопланетные корабли и противодействующие им супергерои, действующие в кооперации с армией — безумно простая концепция, которую поймет любой. Сейчас же все было намного сложнее. Тысячи свидетелей заявляли о том, что Мстители сражались с бесчисленными полчищами одинаковых роботов, которыми управлял «робот побольше». И, что интереснее всего — эти роботы были безумно похожи на изобретения Тони Старка.       Тони, Мария, Роуди, Фьюри и Вижн занимались всего одним делом — отмывали имя Мстителей в прессе, представляя произошедшее в необходимом свете. Кто противостоял им? Альтрон. Кто стоял за созданием Альтрона? Гидра, разумеется. Конечно, если убрать имя Тони из уравнения, то это можно было подвязать к реальным событиям, но… Это было непросто.       Люди начали задаваться главным вопросом: «Зачем нам Мстители?».       Тяжело было объяснить условному фермеру из Колорадо, что случайная страна в Восточной Европе была уничтожена с целью предотвратить уничтожение планеты. И еще тяжелее было объяснить, почему именно американское правительство вынуждено заниматься проблемами другого континента. Да уж, большинству всегда было достаточно того, что на их улице все в порядке.       Среди самих Мстителей все тоже проходило через серьезную перетряску. Для начала — огромное количество сотрудников ЩИТа под предводительством Наташи занималось всего одним делом — поиском Халка. Или Брюса. Допустимы были оба варианта, ведь зеленый громила пропал бесследно — забрался в квинджет, которым управлял Альтрон, вышвырнул робота наружу, а сам отправился в неизвестность на самолете, которые был предназначен для незаметного перемещения. Приземлился ли он где-то из-за нехватки топлива или же упал в воду… Ну, как уже было сказано — ответ на этот вопрос искало огромное количество людей.       Стив вместе со своим другом Сэмом были заняты реорганизацией непосредственно команды и места их дислокации. Инцидент с Альтроном, захватившим контроль над Железным Легионом, ясно показал — нельзя Мстителям оставаться посреди мегаполиса. Слишком опасно, слишком на виду, «слишком много слишком» — на деньги Старк Индастриз и под контролем Пеппер начали возводить новое здание и создавать инфраструктуру примерно в восьмидесяти милях от Нью-Йорка. С роботами Старк Индастриз и Пятницей строительство шло просто ударными темпами. Вот только не все собирались переходить в новое здание.       Клинт Бартон вернулся к семье — наверное, ушел на пенсию. По крайней мере, он так уверял.       «Армии роботов, летающие города, магия — это слишком сложно для старика Бартона», — повторял он в ответ на любые попытки достучаться до его геройской натуры. Возможно, он действительно устал, поэтому его никто не критиковал — в конце концов, его жена была на девятом месяце, странно было бы требовать от него остаться в геройском отряде в такое время. Вот только была проблема, которую почему-то все слегка позабыли — с исчезновением Клинта Ванда осталась одна.       Конечно, ее много допрашивали, проверяли, даже сканировали — она в какой-то момент вновь почувствовала себя подопытным кроликом, но все равно ничего не делала. В конце концов, она была в чужой стране, под замком в башне, без гражданства и с обширным списком грехов.       Ее способности были основной причиной запертого замка и отслеживающего маячка — Фьюри хоть и не возложил на нее ответственность за Заковию, все же намекнул на это, но даже намек был лишним — Ванда не только понимала исходящую от нее опасность, но еще и винила во всем себя. Фьюри больше всего боялся, что она возьмет под контроль какого-нибудь политика или повлияет на СМИ, но ей на все это было плевать.       К этому сложному чувству добавилось еще и то, что она была единственной, кто видел таинственного невидимого «помощника», которого в какой-то момент заметил Альтрон. Старк успел разглядеть что-то, пока летел к ней, но это были мелочи — просто какой-то раненый парень с черными волосами. Ванда сообщила примерно то же самое, но на самом деле она помнила намного больше.       Фьюри на удивление спокойно отнесся к тому, что Мстителям помог кто-то неизвестный. Хотя… по нему вообще сложно было сказать, обеспокоен ли он хоть чем-нибудь. Впечатление было такое, словно он будет реагировать с абсолютным спокойствием даже на конец света. Ну, на Альтрона он именно так и реагировал, так что Ванда была недалека от истины в этой оценке.       Жилой этаж башни сейчас был предназначен только для Ванды Максимофф, но она никуда не ходила. Тяжело было перешагнуть через ненависть к Старку, да и вообще… Смерть Пьетро смыла ее, словно огромная ледяная волна. Больше не было человека, чью сторону она заняла бы в любом конфликте, того, кто всегда вступился бы за нее — Ванда была одна, и одиночество никогда еще так не било по ней. Уже почти три недели она жила в башне, практически ни с кем не общаясь и питаясь тем, что доставляли на кухню, но так и не смогла вынырнуть из своего горя.       Даже после гибели родителей ей не было так тяжело, хоть она и была в том возрасте, когда уже прекрасно осознавала концепцию смерти — тогда с ней был ее брат, она была не одинока. В приюте, в школе, в лагере беженцев, у Гидры — везде и всегда они были вместе, могли положиться друг на друга. Теперь Ванда могла положиться только на себя. И на свои способности, так похожие на те, что были у того паренька.       Вот только он… явно был способен на большее.       По крайней мере, Ванда не умела перемещаться в пространстве, а он точно умел. Наверное, единственным, что хоть немного отвлекало ее от смерти и практически полного уничтожения ее страны, было как раз появление этого незнакомца, что спас ее во время падения города. Спас тогда, когда Ванда готова была погибнуть. И теперь Ванда сгорала от желания узнать правду — кто именно помог Мстителям в том сражении? Как зовут того зеленоглазого парня и в порядке ли он?