12. Дом Андромеды Тонкс

      — Сколько лет твоему крестнику? — шепнула Ванда на ухо Поттеру, когда они прошли через калитку и направились к дому по выложенной из камней тропинке.       — Полгода, но он очень… активный. И метаморф, кстати говоря, — запнувшись на секунду, ответил Поттер.       — Что такое ме… — хотела было спросить Ванда, но дверь перед ними открылась и в проеме показалась молодая эльфийка, которую он приобрел благодаря Брустверу.       Уделив минимум внимания Максимофф, эльфийка улыбнулась Поттеру:       — Добрый день, хозяин Гарри, — кивнула она, открывая дверь шире и пропуская их в дом. — Хозяйка Тонси сейчас придет и встретит вас.       — Спасибо, Вилти, — улыбнулся в ответ Гарри и кивнул в сторону стоящей рядом девушки. — Вилти, это — Ванда, Ванда, это — Вилти.       — П-приятно познакомиться, — неопределенно мотнула головой Ванда, неотрывно смотря на диковинное создание.       — И Вилти тоже очень приятно, друзья хозяина Гарри всегда будут желанными гостями в доме хозяйки Тонси. Прошу, прошу, проходите.       Ванда впервые оказалась в настоящем доме настоящей волшебницы, но… это было очень забавно. В отличие от холодных, современных, металлических интерьеров башни Старка, что она наблюдала круглосуточно последние недели, дом Андромеды (которую маленькая эльфийка называла «хозяйкой Тонси») выглядел совершенно иначе. Он был очень похож на те странные, слегка кукольные уютные домики из ситкомов, которые она в детстве смотрела с семьей.       Этот дом, несмотря на движущиеся картины, плавающие в воздухе свечи и щетку, что самостоятельно натирала какую-то старую подставку для зонтов, создавал такое теплое ощущение в груди, которого Ванда давным-давно уже не чувствовала. Наверное, с тех самых времен, как ее собственный дом превратился в руины, уничтоженный людьми без имен и лиц.       — Гарри, я думала, что… — в гостиную, бормоча себе под нос, зашла Андромеда, но тут же остановилась на месте, с удивлением посмотрев на новое действующее лицо.       — Привет, Меда, — Гарри сделал пару шагов, оказавшись сбоку от девушки, — это Ванда, я тебе о ней рассказывал. Ванда, это Андромеда Тонкс, она… — Гарри задумался, но женщина прервала его, подняв руку вверх.       — Можно сказать, я его ходячая совесть и здравый смысл, который он упорно не желает находить, — произнесла она с доброй усмешкой. — Здравствуй, Ванда, очень приятно познакомиться. Ты действительно невероятно мила, Гарри не преувеличивал.       Ванда покраснела и посмотрела на потолок, чувствуя, как Поттер рядом что-то недовольно прошипел и начал переминаться с ноги на ногу.       — Мне тоже очень приятно, Андромеда, — наконец нашлась она с ответом, когда Тонкс подошла к ней и протянула руку. Ванда ответила на рукопожатие и добавила. — Честно говоря, я так мало знаю о жизни Гарри, что мне даже нечего сказать о вас.       — Просто Меда, дорогая, но оно и к лучшему, будет о чем поболтать, — Меда указала гостям на кресла, после чего посмотрела на Поттера, что направился к своему месту. — Погоди, а ты куда собрался? Тедди еще не уснул, присмотри за ним.       — Но Вилти… — Гарри оглянулся, пытаясь найти эльфийку.       — Она пока приготовит нам чай и эклеры. Слышала, Вилти?       — Да, хозяйка Тонси, — послышался тонкий голосок, после чего с кухни раздались звуки посуды.       Андромеда с немым намеком в глазах посмотрела на Поттера и слегка кивнула в сторону детской. Гарри вздохнул и отправился туда, «забыв» закрыть за собой дверь.       — Гарри упоминал о твоих необычных магических способностях, Ванда, — Меда присела на кресло напротив Максимофф и улыбнулась ей, — не врал?       — Мы были в магазине Олливандера, — Ванда покачала головой. — Тот старичок сказал, что видел нечто подобное, но палочки мне не подходят в качестве проводника. Попросил зайти к нему позже.       — Вот как… — пробормотала Меда, после чего усмехнулась. — Кажется, Гарри забыл закрыть дверь. Сможешь тихо закрыть ее? С помощью магии, конечно.       Ванда вытянула руку и сделала едва заметный жест пальцами, после чего дверь медленно закрылась, а замок щелкнул. Меда задумчиво рассматривала красные отблески, пока те не исчезли окончательно, после чего повернулась к Ванде.       — Признаюсь честно, я ни разу не видела ничего подобного, — Меда откинулась на спинку кресла. — В любом случае, полагаю, сейчас мы в таком положении, что у тебя намного больше вопросов, чем у меня. Не стесняйся, в последнее время Гарри — мой единственный гость.       — Вы его родственница? — задала Ванда вопрос, который уже несколько минут крутился на языке.       — Ох, если по крови, то очень дальняя, конечно, но… — Меда задумалась, не зная, как объяснить это вернее. — В общем, я двоюродная сестра его крестного. И его крестный был очень-очень дружен с его отцом, Джеймсом. Наверное, их даже можно было назвать братьями, Сириус и Джеймс — всегда неразлучные сорванцы.       — Сириус погиб, верно? Я случайно видела воспоминания Гарри, он кричал его имя.       — Да, он погиб у него на глазах два с небольшим года назад, — Меда вздохнула. — У Гарри была очень тяжелая жизнь, по-настоящему тяжелая. Не скажу, что я была рада, когда он рассказал о своем небольшом кошачьем приключении и участии в сражении Мстителей.       — Гарри практически ничего не говорил о себе, — тихо произнесла Ванда, чувствуя, как карточка от шоколадной лягушки слегка колется через тонкий карман.       — О, я не удивлена, дорогая, — слабая улыбка появилась на лице Андромеды. — В конце концов, я сама с трудом могу вспомнить, что он может рассказать о своей жизни, чтобы это не выглядело как поход к психотерапевту.       — Он рассказывал о войне, — произнесла Ванда. — Говорил, что совсем недавно закончилась война, которая шла несколько лет.       — Она шла много лет, безумно много, — вздохнула Андромеда. — Не счесть, скольких я потеряла за эти годы.       В комнате повисло молчание, но в ту же секунду на журнальных столиках рядом с креслами появились чашки с чаем и блюда с эклерами.       — Спасибо, Вилти, — Андромеда кивнула эльфийке, выглядывавшей из двери на кухню, — ты пока свободна. Угощайся, Ванда, — Андромеда кивнула на сладости и сама пригубила чай. — Война, Ванда, это перманентное состояние волшебного общества. В отличие от маггловских структур, способных договориться друг с другом, волшебники всегда имеют при себе универсальное оружие, способное в нужных руках на что угодно — от полного контроля разума до массовых казней в считанные мгновения.       Андромеда достала палочку и посмотрела на нее, прежде чем спрятать обратно в кобуру.       — Когда Гарри попросил меня помочь с книгами для тебя, я не была в восторге, скажу честно. Я не была в восторге еще тогда, когда он рассказал о том, что ввел тебя в курс дела, рассказал о волшебном мире и даже показал Косой переулок.       — Почему?       — Потому что ты и без того многое пережила, дитя, — Меда вздохнула. — Прими мои соболезнования насчет твоего брата. Поверь, я знаю, что такое утрата и через что ты проходишь прямо сейчас.       — Гарри упоминал кое-что… — Ванда замялась, но Меда продолжила за нее.       — Да, разумеется, он упоминал, — грустно усмехнулась женщина. — Мой муж погиб в феврале, а дочь и зять в мае. Наверное, если бы не Гарри и Тедди, я бы сошла с ума в изменившихся условиях.       — Мои соболезнования, — пробормотала Ванда.       — Спасибо, дитя, — Андромеда задумчиво посмотрела в окно, после чего утерла рукой слезинку, что бежала по щеке. — Эта волна, которая смывает каждую ночь, каждое утро… Она пропала в какой-то момент. Наверное, благодаря тому, что Гарри постоянно навещал меня.       Ванда молча достала трясущейся рукой карточку из шоколадной лягушки и протянула ее Меде. Та удивленно приподняла бровь и улыбнулась, стоило ей увидеть, что именно оказалось в ее руке.       — Кажется, шпионские заморочки Гарри оказались бессильны перед волей судьбы, — хихикнула Тонкс. — Полагаю, часть твоих вопросов касается того, что ты прочитала здесь. Что ж, ты можешь их задавать.       — И вы на них ответите?       — Само собой, — пожала плечами Меда. — Конспирация этого прохвоста — его собственная проблема, я ничего и никому не обещала.       — Это все правда? — задала первый вопрос Ванда. — То, что там написано?       — Абсолютнейшая, хоть и до безумия упрощенная, — кивнула женщина. — Вилти! Принеси мне из библиотеки выпуск Пророка за второе мая.       Эльфийка появилась перед Медой через несколько секунд, держа в руках газету, которую та сразу же передала Ванде.       На первой полосе было две движущихся фотографии — полыхающий огромный замок и Гарри Поттер.       — «Вторая магическая война завершилась победой светлых сил», — прочитала вслух Ванда. — «В решающей битве за Хогвартс Гарри Поттер одержал судьбоносную и окончательную победу над Темным Лордом Волдемортом. Подсчет погибших и разбор завалов идут прямо сейчас, но предварительные списки приведены на шестой странице.»       — Конечно, это нельзя сравнивать с масштабными войнами обычных людей, когда речь идет об уничтожении городов, — прокомментировала заголовок Андромеда. — Но по меркам нашей страны и магов в целом… сама понимаешь, даже такое сражение останется в книгах по истории.       — Кажется, понимаю… Получается, вот почему он менял внешность в Косом переулке, верно? Его просто все узнают.       — Да, — кивнула Меда, — поступки Гарри вообще обычно не так уж и сложно объяснить, на самом деле. У него была ужасная жизнь, но он остался достаточно непосредственным и даже иногда чересчур простым.       Ванда на секунду закрыла глаза, но в разуме сразу же всплыло изображение: женщина, лежащая на полу разгромленной детской.       — Я видела в его воспоминаниях… — Ванда тихо кашлянула. — Кажется, я видела там просто кучу несвязанных друг с другом смертей. Рыжая девушка…       — Его мама, — подсказала Меда. — Его родители были убиты в собственном доме, когда ему было полтора года. Я дам тебе книгу Новейшей Истории Магии, там про это подробно рассказано.       — … Седрик, Сириус, Добби…       — Его школьный приятель, крестный и домовой эльф, которого Гарри считал близким другом.       — Он не сломался, — заметила Ванда, еще раз посмотрев на Поттера, изображенного на газете: сидящего в одиночестве на обломках какой-то колонны и обреченным взглядом смотрящего на обнимающихся перед ним людей.       — Нет, это точно не про Гарри, — усмехнулась Меда. — Кстати, где…       В этот момент дверь детской тихо открылась и оттуда на цыпочках вышел Гарри. Стоило ему отвернуться, чтобы закрыть дверь, как Ванда тут же спрятала газету на нижний уровень журнального столика и тихо шикнула Меде.       — Ну, как вы тут? — спросил Гарри, приближаясь к ним. — Надеюсь, Меда справляется с ответами на вопросы? Она училась получше меня.       — Разумеется, лучше, — возмущенно пробормотала Меда. — Ты бросил школу и даже Выше Ожидаемого для тебя были как праздник.       Ванда хихикнула, заметив, как недовольно сморщил нос Поттер.       — Да, все в порядке, — кивнула девушка, откусывая кусочек эклера. — И этот дом выглядит просто замечательно, уютно до безумия. Он как будто бы больше внутри, чем кажется снаружи.       — Спасибо, дорогая, — улыбнулась Меда. — Видишь, Гарри, не так уж и сложно оставаться вежливым.       — Бу-бу-бу, — пробормотал Гарри, усаживаясь в третье кресло, — сплошные недовольства.       Ванда вновь хихикнула. Поттер вел себя так… действительно, слово «непосредственный» очень подходило ему.       — А по поводу размеров… — произнесла Меда. — По сути, он действительно больше. Волшебники могут с помощью магии расширять какие-то пространства, в том числе жилые. Например, превращать палатки в полноценные квартиры или же, — Меда указала на дверь, — слегка увеличить пространство внутри дома.       — Слушай, я не знаю, успела ли ты собрать… — кашлянул Гарри, но женщина уже махнула рукой.       — Вилти! Принесли мне ту сумку, что стоит на столе в кабинете.       — Да, хозяйка Тонси, — поклонилась возникшая перед ней эльфийка и исчезла, чтобы вернуться через секунду с книгой в руках.       Приняв из рук эльфийки сумку с книгами и газетами, Меда поставила ее рядом с креслом и посмотрела на Поттера.       — Ну, нарушитель спокойствия, заваришь нам свой фирменный чай?       — Но Вил… — начал было Гарри, но оказался перебит.       — Для нее тоже есть задание, — усмехнулась Меда. — Давай, Поттер, нам с Вандой нужно немного пространства без твоих дурацких уточнений.

***

      — Как она тебе, Вилти? — спросила Андромеда, наблюдая за тем, как Гарри и Ванда выходят с территории участка и закрывают за собой калитку.       — Она хорошая, хозяйка Тонси. Хорошая, сильная и грустная.       — Да, немного грустная, но новая обстановка явно идет ей на пользу, не так ли? — Меда усмехнулась. — А вот Гарри теперь точно попал, тут ошибки быть не может.       — О, хозяин Гарри — да, — кивнула эльфийка, — но хозяин Гарри немного…       — Тормоз? — хихикнув, подсказала Меда. — Что ж, вмешиваться нельзя, будем наблюдать и пить чай с эклерами.

***

      Два дня спустя, Камар-Тадж, Непал

      Старейшина, ознакомившись с письмом, что принес ей Вонг, спокойно отложила пергамент в сторону и сделала еще один глоток чая с медом.       — Вы кажетесь удивительно спокойной после таких новостей, — заметил Вонг, который явно уже был готов если не к битве, то к серьезному противостоянию.       — На этот раз все в порядке, — улыбнулась Старейшина. — Некоторым событиям просто суждено произойти, Вонг. И мы, как бы мы ни старались, не можем повлиять на естественный порядок вещей.       — Ее силы… Вы не думаете, что это опасно — оставлять ее без должного обучения, позволить всему идти так, как оно идет?       Старейшина задумалась, но довольно быстро задумчивость вновь уступила место легкой улыбке.       — У нее свой путь, а у нас свой, Вонг. Даже наша возможная встреча ничего не изменит.       — А этот Поттер? Я понимаю, что вы наверняка давно не читали газет, но он…       — Почему же? — удивилась Старейшина. — Я не перестаю следить за миром, а в особенности за новостями о волшебниках. И Гарри Поттер там прочно прописался.       — Не станет ли он помехой для нее? — нахмурившись, спросил Вонг.       — Не станет, — покачала головой Старейшина, — она полна решимости спасать людей, приносить пользу. Он же слишком уважает ее, чтобы мешать. Полагаю, она войдет в новый состав Мстителей.       — Но он…       — Не волнуйся, Вонг, — подмигнула мужчине Старейшина, — все именно так, как и должно быть. Тропинка протоптана, остается только следить за тем, чтобы никто с нее не свернул.