Часть 2

Только коснувшись ладонью дверной ручки ванной комнаты, Настя остановилась и прислушалась: в квартире что-то происходило. Но она была в одиночестве, когда отправилась принять душ. Шум, доносящийся то из гостиной, то из спальни очень удивлял, поэтому она быстро вышла в коридор, кутаясь в теплый махровый халат, который согревал после горячей воды. Взору предстала неожиданная картина: с грохотом выносил из комнат свои вещи Сергей. С грохотом – потому что он перетаскивал свои цветы в прихожую, а соприкосновение дна горшков с паркетом было весьма громким. - Что здесь происходит? – недовольно поинтересовалась Анастасия. Жигунов развернулся, и в его взгляде скользнуло такое презрение и раздражение, что она инстинктивно отступила на шаг назад. - Я забираю то, что еще принадлежит мне, - он взглядом указал на цветы. – Спасибо, что не забывали поливать. - Откуда столько агрессии? – Настя приподняла одну бровь. – И потом, можно было предупредить о визите. - У меня все еще есть ключи от этой квартиры. Точнее были - я оставил их на тумбочке в прихожей. А значит, было и право приехать сюда тогда, когда мне этого захочется. Жалко, что эта мысль меня не посетила пару дней назад. Ты, кстати, тоже могла бы меня предупредить, что представила семье своего нового мужчину на семейном праздновании дня рождения. В этой квартире. Настя застыла на месте. Это было то, что она меньше всего ожидала услышать. - Что, нечего сказать? – усмехнулся Сергей. – И правильно, что тут скажешь. Здорово ты все провернула. «Разойдемся временно, чтобы спасти чувства», - с горькой иронией процитировал ее он. Она вцепилась в широкий пояс халата рукой и растеряно смотрела на него. «Откуда он узнал?» - было единственным, что крутилось в голове. - Не спрашивай, откуда мне это известно. Ты слишком глупо поступила, пригласив его в дом, в котором еще совсем недавно жила со мной. В котором до сих пор есть мои вещи. Вот, даже мои тапочки все еще стоят в прихожей. - Я не понимаю, какие у тебя претензии? Мы расстались, - нетвердым голосом она попыталась защититься. - Да ты что? – нервно засмеялся Сергей. – Ты считаешь, что вот так расстаются? Считаешь, что это нормально? - Если ты не помнишь, две недели назад я тебе сообщила, что не вижу больше смысла тянуть и что-то выжидать, так как очевидно, что нам надо разойтись окончательно. Разве как-то иначе это бывает? – она обхватила себя руками, почувствовав озноб. - Да, Настя, это так не делается. Ты ничего не объяснила. Высказала свое мнение, и не дала мне и рта раскрыть. Я был уверен, что это всего лишь плохое настроение, и скоро все вернется на свои места. В твой день рождения я вручал тебе подарок, мы вместе пили шампанское на съемках, ты улыбалась мне. А потом, вечером, привела сюда какого-то фигуриста. Нового папу для твоих детей. Мне интересно, о них ты хоть чуть-чуть думаешь? – он прищурился, словно всматриваясь в нее насквозь. - Оставь, пожалуйста, за мной право решать, что лучше для моих детей, а что нет. - Дело твое, - Сергей пожал плечами. – Знаешь, умные люди так и не поступают. Умные люди сразу говорят все друг другу. Я ведь понятия не имел, что в твоей жизни уже есть другой мужчина. Ты изменила мне. Ты предала меня. - Ты…ты ничего не знаешь, и…это непросто объяснить, но ты сам виноват в том, что я в другом мужчине увидела то, чего мне не хватало в тебе, - выпалила она и осторожно посмотрела на его реакцию. Сергей мгновенно сократил расстояние между ними, развернул ее на девяносто градусов и крепко прижал к стене. От шока Настя не знала, как себя вести. - Да будь я самым последним подонком на Земле, в любом случае, ты должна была, должна была сказать мне правду! – говорил он у самого ее лица, и его голос звучал резко и настойчиво. - Отпусти меня!!! – она дернулась, но он еще сильнее сжал ее плечи. - Ты должна была сказать, что полюбила другого. Должна была сказать, что больше не любишь меня, - каким-то громким полушепотом выкрикивал он, приближаясь к ней почти вплотную. – Ты ведь больше не любишь меня?.. Признайся…. Ну что ты молчишь? Что так испугано смотришь? - Пусти…, - выдохнула Настя, отводя глаза. Сергей внезапно послушал ее и убрал руки. Он отошел на несколько шагов назад и облокотился на соседнюю стену, подняв взгляд куда-то к потолку. - Ты знаешь, - спокойно заговорил он. – Я не знаю, что думать. Столько догадок, столько подозрений, столько мыслей…. Я до последнего не хотел верить во все это. До последнего надеялся, что ты искренна со мной. Не знаю, что с тобой случилось. Я перестал тебя узнавать, Настя…. Она вдруг стала медленно скатываться спиной по стене и опустилась на корточки, закрыв лицо ладонями. - Ну, что ты? – Сергей заметил это и сделал то же самое, оставшись напротив нее. – Ты ведь должна быть счастлива: новое счастье, новая любовь. - Пожалуйста, уходи, - проговорила она сквозь ладони. – Я не готова сейчас разговаривать с тобой. - А когда будешь готова? Завтра мы увидимся на съемках. У нас одна гримерная. Хочешь ты или нет, но мы еще какое-то время будем очень часто рядом друг с другом. Тебе не убежать. - Я никуда не бегу. Просто…просто в таком настроении ты не сможешь спокойно выслушать мои ответы на все, что ты спрашиваешь, - Анастасия убрала руки от лица и посмотрела на него. – Ты приехал за вещами, вот и увози их. Повисла пауза. Они так и продолжали смотреть друг на друга, сидя на корточках, и в глазах у них обоих было столько боли, что спрятать ее становилось уже невозможно. - Когда-то ты вернула мне радость жизни. Оживила меня, подарила столько счастья!.. Ты перевернула всю мою жизнь. И теперь…теперь ты калечишь ее. Не уверен, сможешь ли понять, но это безумно тяжело, когда твой любимый человек разворачивается к тебе спиной. Безумно тяжело, когда испытываешь негативные эмоции к любимому человеку. Что с этим делать – я пока не нашел выхода… - Все, что ты сказал, относится и ко мне тоже. Слово в слово, - Настя резко поднялась на ноги. – Увози вещи, а мне нужно собираться. Позови, когда нужно будет закрыть дверь. Она снова скрылась за дверью ванной комнаты и щелкнула замком. Зачем она сюда зашла, если вся одежда и косметика в спальне? Кто бы знал. Слезы бежали по щекам одна за другой, срывая с подбородка, капая на руки, скатываясь по шее. Душили ее, мучили, не давали возможность сделать вдох. И нельзя издать ни звука, чтобы он ничего не услышал. Он не должен слышать ее слез. Не должен, не должен. Но ведь он и так прекрасно знает, что она сейчас стоит здесь, облокотившись о раковину, и плачет. *** На экране мелькали первые кадры титров фильма. Настя не понимала, что она смотрит. Перед глазами пробегали имена актеров, начинались какие-то события, но ничто не запоминалось и не осмысливалось. Все, что занимало ее сейчас – это расстояние между ней и Сергеем. Она старалась как можно сильнее прижаться к дочери и отодвинуться от него, вжимаясь в кресло, словно оно может ее как-то защитить. Отчего-то казалось, что Сергей нарочно занял слишком много места, хотя он сидел обычно и расслаблено, внимательно смотрел на экран. Анастасия успела вырвать момент, чтобы посмотреть на него и не быть им замеченной. Ничто не говорило о том, что он нервничает или нарочно пытается пододвинуться к ней. Сергей был абсолютно спокоен. В отличие от Петра, который постоянно поворачивался к жене – Настя замечала это боковым зрением, несмотря на то, что их разделяла Аня. «Ну что ты не можешь успокоиться?! – корила она себя. – Зачем ведешь себя как идиотка? Хочешь, чтобы волновался Петя? Хочешь, чтобы торжествовал Жигунов? Ты пришла в кино, вот и смотри его, а не оглядывайся по сторонам!». Самовнушение не особо помогало, но чуть-чуть отвлекало. Правда, ненадолго. Спустя пару минут после начала фильма, Анастасия услышала шорох и инстинктивно повернулась направо: к Сергею присоединились его жена Вера и дочь Маша. Пока они шепотом здоровались с ним, объясняли, что застряли в пробке, Настя ощущала, как похолодело все внутри. Кто сыграл с ней такую злую шутку? Здесь собрались все. Все, кого касалась та, казалось бы, уже такая давняя история. Темнота в зале спасла хотя бы от одного: Вера и Маша не заметили, кто сидит, рядом с Сергеем. И не заметят пока, по крайней мере, не зажжется свет и не кончится фильм. Но Настя не позволит произойти этой встрече. Она уже сейчас планировала, как быстро сбежать из зала так, чтобы не столкнуться с ними даже единственным взглядом. Стратегия, которую она мысленно прорабатывала, постепенно начинала ее успокаивать. Сердце уже не так колотилось, дышать Настя снова стала размеренно, только кровь очень прилила к щекам, как обычно бывает после вина или после сильного волнения. Но, к счастью, в темном зале этого никто не заметит. В итоге она даже стала постепенно втягиваться в сюжет фильма, как вдруг что-то словно силой развернуло ее голову вправо: зачем она туда посмотрела, не известно было даже ей самой. Оказалось, что Сергей пристально на нее смотрит. Взгляды пересеклись. Конец. Вспышка. Все, что она с таким трудом выстраивала, рухнуло за полсекунды, и ее недавнее состояние вернулось даже с большей силой. Настя быстро перевела взгляд на экран, но все также видела перед собой только Сергея и его глаза. Эти глаза, которые всегда смотрели на нее с такой нежностью, даже когда в них застывал укор.