Часть 14 Первые минуты после.

Пока дворецкий завершал формальности представления, граф напряжённо размышлял: куда могли увести его подругу? *** Ребекка сидела в клетке, связанная. На глазах — плотная повязка, руки зафиксированы на уровне груди. Верёвка, обмотанная вокруг шеи, была туго затянута — после неё непременно останутся следы. — А сейчас — главное событие этой ночи! — провозгласил Виконт, отдёргивая ткань, скрывавшую клетку. — Наслаждайтесь её красотой и великолепием! Она сделает ритуал ещё прекраснее. Мы можем продать её как целиком, так и по частям. Цвет её глаз похож на небосвод в необъятном лесу… Девочка слышала каждое слово. — «Подпольный аукцион?» — пронеслось у неё в голове. — Сейчас мы покажем их вам, — объявил Виконт. Ребекка молча ждала, когда снимут повязку. — «Значит, здесь он продаёт внутренние органы проституток», — подумала она. В этот момент кто‑то сзади начал развязывать глаза. — Начальная цена — тысяча генней! — возвестил Виконт. Повязку уже сняли. — Две тысячи! — раздался голос из зала. Ребекка слегка нахмурилась. — Три тысячи! — подхватил другой покупатель. — Три тысячи пятьсот! — продолжил торг третий. Ребекка открыла глаза. — Пять тысяч! — выкрикнул кто‑то. Девочка в страхе сжалась. В голове царил хаос. Она понимала: скоро всё закончится. Знала, что Сиэль не оставит её в беде. Но точное время развязки оставалось неизвестным, и от этого становилось ещё страшнее. Слёзы невольно покатились из глаз. — Десять тысяч! И я хочу по частям! — рявкнул один из присутствующих. Душераздирающий крик Ребекки пронёсся по полутёмному, мрачному залу. Внезапно свечи погасли. Это напугало даже саму девочку. В зале раздались возгласы — покупатели были в смятении. Послышались звуки ударов. Ребекка от страха зажмурилась. — Бекки! — крикнул Сиэль. Она приоткрыла глаза и не успела осознать, как оказалась на руках дворецкого. Прижавшись к нему от ужаса, она почувствовала, как он бережно поставил её на ноги. Не видя ничего вокруг, Ребекка бросилась в объятия Фантомхайва. Они едва не упали — Сиэль крепко прижал её к себе, обхватив за талию. В этот миг его сердце пропустило удар: — «Она жива. Она здесь. Я успел». Он лихорадочно осматривал её, пальцы дрожали. — Всё хорошо? Они тебе не сделали больно? — взволнованно спрашивал он, внимательно осматривая девочку на наличие ран. — Прости, надо было мне надеть платье — тогда вместо тебя тут сидел бы я. Меня бы Себастьян нашёл быстрее… Следы от верёвок на руках, ссадина на запястье, покрасневшая шея… В голове застучало:  — «Если бы я опоздал. Если бы…» Злость вскипела мгновенно — горячая, обжигающая. — «Я убью его. Медленно. За каждое пятно на её коже». Но когда Бекки всхлипнула и вцепилась в его пиджак, вся ярость отступила, сменившись острой, почти болезненной нежностью. Он прижал её ещё крепче, словно пытался впитать в себя её страх, забрать боль. 

«Моя. Живая. В моих руках».

— Всё уже закончилось — мысленно добавляя — «Я защищу тебя. Обещаю», — вслушиваясь в её дыхание, ощущая, как её сердце бьётся всё ровнее. — «Она здесь. Со мной. Жива.». В этот момент мир сузился до размеров её хрупкого тела в его руках. Всё остальное — Виконт, аукцион, Джек Потрошитель — перестало существовать. Было только это: её тепло, её доверие, её жизнь, которую он сумел сохранить. — Дело Джека Потрошителя закрыто, — произнёс Сиэль, уперев свободную правую руку в бок. Он гордо поднял голову, глядя на бессознательное тело Виконта, лежавшее у их ног. — Я разочарован. Ты молодец, Бекки. Дворецкий улыбнулся. — Скоро сюда прибудет Скотленд‑Ярд, так что мы не можем задерживаться, — предупредил Себастьян, бережно неся на руках Сиэля и Ребекку. Девочка, измученная пережитым, уснула от усталости. Калеб переодел её в ночнушку и уложил в кровать. *** На следующее утро В гостиной собрались все участники событий, чтобы прочесть утреннюю газету и обсудить новое объявление. — Снова Джек Потрошитель?! — удивился Лау. — Получается, это был не Виконт? — спросила мадам Ред. Сиэль, охваченный злостью от осознания, что подруга пострадала почти напрасно, опёрся о стол. Опустив голову, он нахмурился, стиснув зубы. Ребекки ещё не было — после вчерашнего стресса она всё ещё спала. На часах было 9:34. — Где Бекки? — поинтересовался граф. В этот момент заговорил Калеб: — Госпожа ещё спит. После вчерашнего тяжёлого вечера она несколько раз просыпалась посреди ночи из‑за кошмаров, — поклонился он мальчику. — Ясно. Как проснётся, пусть спускается к обеду, — распорядился Сиэль. Калеб кивнул и покинул гостиную. В комнате Ребекки Калеб раздвинул шторы. — Госпожа, пора вставать, — обратился он к девочке, которая жмурилась от солнечных лучей. Комната мгновенно наполнилась светом. — Доброе утро, — кивнула Ребекка, глядя на него полусонными глазами. Калеб помог ей сесть в кровати. — Граф Фантомхайв просил передать, чтобы вы к обеду спустились — завтрак вы уже проспали, — сообщил дворецкий. Ребекка взглянула на часы — 11:53. Она удивилась: действительно, завтрак был пропущен, но до обеда оставалось ещё время. Девочка села, свесив ноги с кровати. Калеб помог ей сменить ночнушку. Он аккуратно затянул корсет, надел платье с воротником, завязал ленту, надел чулки с бантиками, зашнуровал ботинки, расчесал волосы и заплел их в высокий идеальный хвост — ни один волосок не выбивался. Ребекка посмотрелась в зеркало. Это было одно из её любимых платьев — тёмно‑изумрудного цвета. Нанеся лёгкую помаду шоколадного оттенка, она аккуратно растушевала её. Спустившись вниз в сопровождении Калеба, Ребекка вошла в гостиную. Время приближалось к 13:00. — Доброе утро, — произнесла она. Все обратили на неё внимание. Сиэль встал. — Доброе, Бекки, — кивнул он. — Доброе, — улыбнулся Лау. Мао молча кивнула. Мадам Ред едва не задушила её в объятиях. — Доброе‑доброе, милая, — помахала рукой мадам Ред. — Садись, тут и для тебя кусок торта есть, — Сиэль подошёл, взял её за руку и потянул к столику. — Долго же вы спали. Неужели кошмаров было настолько много, и они были настолько страшны? — поинтересовался Лау. — Да, но, к сожалению, меня мучают не только воспоминания о вчерашнем аукционе — хотя они тоже не выходят из головы… — тихо и ровно ответила Ребекка. Сиэль надавил ей на плечи, демонстративно посмотрев на китайца, словно призывая замолчать. Затем усадил Бекки в кресло, позаботившись о том, чтобы перед ней стоял кусок торта, свежий чай и тарелка с пюре и стейком. — Обед, — пояснил Себастьян. Ребекка благодарно кивнула — она не ела с прошлого вечера.