У меня в саду за окном распустились лунные лилии,

У меня в саду за окном распустились лунные лилии, -Костя... -Лера с тобой? - быстро спросил Константин, догадываясь о случившемся. -Нет... -Мы едем на вызов по её адресу. Ты знаешь, что случилось? -Да, Кость, по этому и звоню. Хотел, что бы вы вызов взяли, но Саша, видимо скорую вызвала. Как хорошо, что вас отправили. -Что произошло? -Лера сказала, что вернётся к себе. Саше нужно было домой. В общем, им по пути было. Ушли они, значит. А через полчаса позвонила Александра... Сказала, что на Леру раковина в ванной упала. Обеспокоенная такая... Испуганная... Спрашивала, что делать. Всё в крови, но Лера в сознании вроде. - нервно и чуть обрывисто объяснял Ломагин. Машина ехала с мигалками и на полной скорости. До места ещё около пяти минут. -Что там, Константин Николаевич? - напряглась Яна. -Помнишь, вчера Ломагин про свою дочь рассказывал? - повернулся к ней мужчина, сидящий на переднем сидении. -Да. Но её я не знаю. -Ну... Сейчас это изменится. -Саша... - прошептала девушка, смотря на девчушку, старательно убирающую бело-алые керамические осколки с её ноющего тела. -Лер, мне так страшно за тебя... - сказала она, вытирая руками красное, мокрое от слёз личико. -Всё будет хорошо... Ты молодец, не испугалась. - говорила она, сдерживая крики от адской боли. -Тебе больно? -Да. Не могу пошевелиться. Видимо порезаны сухожилия. Полякова, облокотившись на стену, лежала рядом с торчащей из кафеля гофрой с небольшим ореолом белого материала. На самой стенке висел смеситель. Его блеск не вольно привлёк чуть затуманенный взгляд Поляковой. Её окровавленные руки покоились по бокам. Глубокие кровоточащие порезы разного направления распластались по всему девичьему телу. Дорожки ало-красной жидкости неиссякаемым потоком лились всё больше. Лера будто слышала каждую каплю, упавшую на пол. Взглянув на свои ноги, увидела, как чуть ниже колена из правой конечности торчит что-то. Либо осколок, либо кость. Второй вариант звучит плачевнее. -Лер... Ты же не отключишься?... Лера... Ты меня слышишь? - Крец подошла ближе, рукой приподняла её подбородок, обращая на себя внимание. Девушка по-прежнему слышит. Но всё во круг будто начинает расплываться. -Всё... - Не успела договорить Валерия, как в дверь позвонили. Звук заставил отвлечься. -Я пойду открою... Всё будет хорошо? Обещай мне! -Обещаю. Может, Полякова была бы рада умереть от потери крови. Прямо сегодня. Прямо сейчас. Но точно не рядом с маленькой девочкой. Последнее время суицидальные мысли утихали. Но сейчас желание жить не было спутником. Небольшая радость от полученной боли стала пугать. Столько всего ещё впереди. Скоро мама должна приехать. Папа всегда ждёт в гости. Девушка познакомилась с Сашей. Так хочется узнать об этой прыткой, озорной девочке побольше. Быть для неё другом. Можно вернуться на работу. А вдруг получится вернуть Максима? Нет. Умереть сейчас точно не вариант. Но как было бы здорово перестать всё чувствовать. Невыносимые ощущения заставляли скулить. Пронзающее чувство пульсации в венах и мышцах будто душило. Впустив бригаду в квартиру, девочка быстро произносила информацию о случившемся. Зайдя в ванную комнату, люди оперативно стали оказывать помощь. -Константин Николаевич, вам папа звонил? -Да. Он доверился нам. И обещал приехать уже в больницу. -А вы уверены, что нужно туда ехать? -Ты же сама понимаешь... -Ага. - переведя взгляд на фельдшера, возник вопрос - Вы Яна? Верно?.. Папа про вас рассказывал. -Верно... А вы Лера? Блондинка улыбнулась и кивнула. -Кулыгин Константин. - со смешком выдал мужчина. -Я вколола обезболивающее. Сейчас будет полегче. Проверив девушку на травмы, бригада вызвала водителя с носилками. После чего Валерия, перемотанная бело-красными бинтами, была помещена в машину скорой медицинской помощи. Саша была отправлена домой. Неожиданно слёзы стали наворачиваться. -Лера, что с вами? - сочувственно спросила Яна, закончив устанавливать капельницу. -Не знаю... И страшно... И больно... Не знаю, как быть и что чувствовать... Неужели я так хотела умереть всё это время? А сейчас так страшно, что это могло случиться при ней... -Знаю. Когда странные потоки мыслей будут наполнять голову, вам нужно вспомнить, ради кого вы живёте... Правда, иногда никого сразу на ум не приходит, но как минимум ради неё. Огнева очень осторожно прикоснулась к ладони девушки и стала нежно поглаживать, что бы успокоить. -Я вас будто всю жизнь знаю. - кинула Валерия, заглянув в глаза Яны. Леру определили в травматологию. Был выявлен открытый перелом большой берцовой кости со смещением. В придачу к этому и порезанным сухожилиям - потеря крови. После небольшого обследования нашлись ещё и проблемы по женской части. Узнав о новом несчастье своей дочери, Елена бросила все незаконченные дела в Новороссийске и примчалась в Москву. Перенеся операцию на ногу и пролежав три недели в травматологическом отделении, Полякова была переведена в гинекологию. Там провели более тщательное обследование, назначили лечение и отправили долечиваться домой. Её по-прежнему мучили кошмары. Каждый раз просыпаясь в холодном поту посреди ночи, Лера раздумывала об отношениях и чувствах к человеку, который постоянно присудствует в самой прекрасной части надоевших страшных снов. Хотелось, просыпаясь, видеть его. Обнимать крепко и целовать так сладко. Хотелось любить и быть любимой. На второй месяц поле операции Валерия ходила без костылей, провела курс таблеток и свечей и прошла психологическое лечение. За это время Яна и Лера часто списывались. Огнева навещала девушку. Рассказывала о том, что происходит на подстанции и не только. Они постепенно узнавали друг друга с разных сторон и стали довольно близкими, за короткий промежуток времени. К концу сентября реабилитационный период закончился. И Поляковой очень захотелось выйти на работу. Скрыв свои намерения от отца, девушка явилась на подстанцию. Идя по излюбленным и родным коридорам, она удивлялась тому, как соскучилась. -Привет! - радостно поздоровался мужчина, возникший за спиной Поляковой. -Привет.. - настороженно обернулась она. Повернувшись, увидела Максима. О нет. Начиная заметно нервничать забыла, куда шла и что нужно было сделать. -Мы сможем поговорить? Лера испуганным мышонком смотрела на Руднева. Поговорить? Поговорить о чём? Девушка вспомнила тысячи слов, которые так хочется выпалить прямо сейчас. Но она никогда не произнесёт в слух то, что теплилось в душе с того момента, как она ушла от Максима. Есть ли в этих словах что-то кроме отчаянья? По-прежнему ли любит его Валерия? Что вообще значит "любовь"? Мужчина заметил, как из глаз у неё медленно полились слёзы. -Всё в порядке? - он стал осторожно приближаться. Сделав пару шагов, Макс обнял Полякову. Как в последний раз. -Я так скучала... Я не переставала думать о тебе.... Ты мне снился... Снился... -тихо плакала ему в плечо Валерия, понимая, что привязанность к прошлому заставляет думать о фальшивых чувствах. Из-за угла вышел силуэт, которого заплаканные глаза уже не видели. Максим обернулся. -Ника!... Женщина убежала. Куда нужно бежать? Зачем? Почему? Вероника не думала об этом. Максим поклялся, что любовь его отдана ей. А Лера в прошлом. Они проработали момент "К Лере привязан". Всё было хорошо. Руднев не может определиться? Обидно. Обидно. Обидно. Мчащуюся по коридорам женщину остановил Павел Дмитриевич. -Соловьёва, стоять... Вытирая руками мокрое лицо, она с непониманием смотрела на мужчину. -Что-то случилось? Ты не из тех, кто плачет по пустякам... - Рыков осмотрелся - Макс что-то натворил? -Да откуда вы все знаете?! - возмутилась Ника, предпринимая попытку уйти. -Ну... Это не важно... Что ты будешь делать? -он взял её за плечи, останавливая. -Смену сдам... - женщина вырвалась и быстрым шагом ушла. -Погоди... Ты с ней? - разорвав объятия, резко спросила Полякова. -Ну, что-то похожее на то... -Это не правильно, Максим. Девушка демонстративно ушла, оставив его наедине со своими мыслями. Уже около кабинета заведующей Лера подсобрала мысли. -Лера! Привет! - секретарь сняла очки. -Лиза! Здравствуйте! Люди обнялись. -Ты к Ольге Кирилловне? Будешь возвращаться? - она заметила смятение и мокрые глаза девушки - Что-то случилось? -Всё в порядке... Иду возвращаться! После небольшого диалога Полякова была впущена в кабинет. -Здравствуйте! - увидев, в каком положении находится любимая заведующая, девушка заулыбалась. -О, Лера... Проходи, садись. Ломагин не предупреждал, что ты придёшь. -Он не знает. -Опять какие-то секреты? - насторожилась Арефьева. -Нет, нет, нет! Просто не успела ещё сказать. -Так, ладно... По бумагам у тебя декретный, потом затяжной больничный... - разбирая многочисленные бумаги в столе, рассказывала заведующая. -Да... Папа сказал... Больничный закрыла, мед. осмотр прошла... - девушка достала из сумки зелёную папку со справками и документами, положила на стол. -Угу... Отлично. До завтра Лиза это распишет. Выйдешь завтра на смену? -Конечно! Спасибо большое! Дверь в кабинет распахнулась. Возмущаясь вошёл Павел Дмитриевич и присел на диван. -О... Лерка... Аааааа! - мужчина шлёпнул себя ладонью по лбу - теперь понятно, что с Соловьёвой. -А что с ней? - в голос спросили женщины. -Да бежала зарёванная. Когда я спросил, что случилось, она агрессивно ответила. Ну, в общем, остальное к Валерии. -Это ваши дела... По этому я запрещала рабочие отношения. Но кто меня послушал? -Я могу идти? -Иди. -Спасибо, до свидания! - Полякова вышла из кабинета и быстро покинула здания, что бы никого не встретить. Стук в дверь женской раздевалки. Открывает Эвелина. -Эв, Ника тут? - мужчина стал заглядывать ей за спину. Гончарова повернула голову в комнату и обратно. -Да. Но она не выйдет и даже разговаривать с тобой не будет. - резко отвечала девушка, показывая свою неприязнь к Максиму. -Лимпопо, пойдём домой! Я всё объясню! -Макс, уходи. Вернись к себе и оставь её в покое. - дверь захлопнулась перед его носом. -Вероника, вы... -Я просила перейти на "ты". - перебила девушку она. -Хорошо... Ты давно должна была сказать ему... -Нет... Скоро он сам догадается... -прижав колени к груди, женщина сидела на полу, облокотившись на шкафчики. -Привет, Лер... -Привет. -Ты обещала рассказать мне про Раису. -А ты обещала сходить со мной на кладбище. Телефонный разговор продлился не долго и закончился на том, что девушки договорились прогуляться. Встретившись на одной из станций метро, они прошли пару улиц и добрались до нужного места. Идя по тропинке, распростёртой вдоль рядов оградок, плит и крестов, значащих слишком много, ощущения были будто стёрты. Для Валерии такая унылая атмосфера привычна. Когда мама не видела её дома, знала, что дочь снова пропадает на могиле своего ребёнка. Полякова не могла отпустить. Было слишком больно. Сколько же слёз тогда было пролито. Холодная железная ограда, золотистый крест с невинным ангелочком, именем и датами на табличке, и те ненавистные завядшие лилии заменили тёплый дом. Убитая горем Полякова почти каждый день приходила к сыну. Разговаривала с ним, плакала и просила вернуться. Изредка кладбищенский сторож подходил близко-близко и шептал слова утешения, которые девушка не слышала. Но в какой-то момент Елена поняла, что если с этим ничего не сделать, Лера потеряет рассудок прямо около могилки. Старая мамина знакомая-психолог занималась с девушкой. После не долгой сессии психотерапии, Валерия перестала оставлять душу на кладбище и начала чувствовать себя лучше. А через время женщиной было принято решение отправить Полякову в Москву. По узким дорожкам первой шла блондинка. Она знала, куда им нужно и не обращала внимания на остальные объекты, боясь увидеть что-то из своих триггеров. Следом шагала Яна, заглядывая на портреты и имена ушедших. А за ними плелась тишина. Мёртвая тишина. Кто-то на кладбище находит покой или лживое утешение, а кто-то исследует, представляя сбывшиеся и стёртые судьбы разных людей. -Люблю кладбище только за то спокойствие, что тут обитает. - нарушила тишину Огнева. Через пару минут Лера остановилась около могилы с многочисленным венками. С гранитной плиты на людей смотрела совсем молодая девушка. -Знакомься... Наша любимая Рая... - с грустью в голосе произнесла блондинка. Ещё очень долгое время Полякова рассказывала о Тартаковой. В один момент отвела голову в сторону и замерла. -Лер? Всё в порядке? Чего застыла? Никакой реакции не последовало. Но через мгновенье девушка сорвалась в места и бегом ринулась вглубь рядов. -Лера! Что случилось? - кричала, догоняя её Яна. Всё больше узнавая местность, Огнева продолжала бежать за "зачарованной" подругой. Они почти сровнялись. И девушка успела схватить Валерию за руку, пытаясь остановить. -Отпусти! - завопила она - он же уйдёт! -Кто? Кого ты увидела? - переживала Яна, взяв Полякову за плечи, чуть потряхивая, приводя в чувства. -Кот! Барсик мой! Он был здесь! Я его видела! - заикалась девушка. -Успокойся! Говори чётко и ясно. -Мы с тобой разговаривали, и я увидела кота. Он точь-в-точь как Барсик. Мой любимый маленький киса... Он ушёл... - почти плача говорила блондинка. -Погоди... У тебя есть кот? -Сейчас нет. Барсика загрызли собаки, когда я была в 7 классе... -Это не возможно. Я бежала за тобой и не видела никого кота. Тем более, что он умер. - недоумевала брюнетка. -Я не знаю... Он мне моргал, как в детстве... Я хотела... -Что хотела? Поймать его? -Не знаю... - уже более спокойно говорила Лера. -Ну... Раз уж мы тут. Я хочу тебе кое-что показать... Спокойно взявшись за руки, девушки плутали меж оградок и деревьев. Полякова пыталась догадаться, что хочет показать ей Яна, но ещё больше волновало вопрос: -Ян... Я схожу с ума?... -Что? -Мне снятся кошмары... Стала бояться темноты... Сегодня вот это... Что будет дальше? - поникла девушка. -Ох, Лера... - вздохнула Огнева, остановившись и обняв подругу - всё будет хорошо... Я тебе обещаю. Люди продолжили путь. И уже очень скоро прибыли. -Познакомься. -Рощин Алексей Викторович... - зачитала в слух блондинка - Кто это? -Мой жених... Он погиб за три дня до свадьбы... Я давно здесь не была... -Что случилось? -Он поехал с друзьями покататься, и они разбились... Два года прошло уже... Я смирилась... - брюнетка улыбалась, смотря на портрет молодого человека. -Ты так спокойно об этом говоришь... - с какой-то обидой или завистью произнесла Лера - я слишком много выплакала на могиле сына. -И зачем? Им слезами не помочь. - махнула в сторону рукой Огнева - Да и нет на кладбище ничего живого, что бы сидеть часами... Согласна, потерять человека безусловно больно, но значит, им там... - она посмотрела на небо - будет лучше. -Будто ты не поливала слёзы... -Конечно, проливала... Но мы, обсуждая с Лёшей разные темы, приняли решение... В случае смерти кого-то из нас: горевать ровно три дня, а после окончания срока вспоминать только с улыбкой, оставив слёзы в чреве печали... - рассказывала Яна, начиная движение прочь. Валерия слушала и не вольно следовала за ней. -Тебе стоит отпустить... Знаю, что это не просто. -Ты права... Но как? -Мы как-нибудь справимся... -Мы? -Я же пообещала быть рядом.. Так что... Да... Мы... - Яна повернулась к девушке, смотря прямо в душу. Она заправила за ухо выпавшую на лицо блондинистую прядь волос. - Дамы... Люди улыбались друг другу. Девушки ещё очень долго разговаривали и бродили по улицам города. Когда стало темнеть, Яна проводила Леру до дома. -Слушай, Лер... - начала на последок брюнетка, остановившись около подъезда. -М? -Не хочешь в театр сходить? -Ну... Можно... Давай это завтра решим? Ты, кстати, завтра на смене? -Хорошо... Да, я... На смене... Девушки распрощались. Остаток вечера прошёл хорошо. Полякова поборола себя. Решила спать без света и даже смогла быстро заснуть. И тут снова... Самые сладкие ощущения приходились на начало сна. Девушка наслаждалась ими. Забыв о том, что человек, целующий её в это мгновенье, колебается между ней и другой женщиной. И снова... Раздался детский плач. Лера суетилась в поисках ребёнка. Забежав в комнату, увидела кроватку, обвитую лилиями. Но эти ненавистные цветы уже не в бутонах. Они распустились и были озарены лунным светом. Полякова уже знала, что последует за тем, как она посмотрит внутрь кроватки. -Мяу... Не навязчивый звук прервал событие, и Валерия отвлеклась, повернув голову в сторону подоконника. Там сидел серый полосатый кот. Он смотрел девушке в глаза, селя в душе постоянный покой. -Барсик... Киса... Не уходи! Ты мне нужен! Я скучала! Почему ты приходил лишь один раз во сне? На кладбище был ты? - мокрые дорожки снова посетили лицо Поляковой - Я люблю тебя! Она медленно подходила ближе. Вскоре совсем близко, всхлипывая, она дрожащими руками осторожно взяла большого кота на руки. -Господи! Зачем я тогда отпустила тебя на улицу?! Ну зачем?! Я так скучала! Так плакала! - она не могла успокоиться, будто снова проживая истерику той ночи, когда кот погиб- Мой маленький сладкий киса! - безустанно повторяла блондинка. Кот мурчал, покорно сидя, будто обнимая, как раньше. Она плакала. Он смотрел, утишая. -Отпусти нас... - пронёсся шёпот. Резко. Барсик снова оказался на подоконнике, а рядом с ним оказался детский кокон. -Как? Как я могу вас отпустить? - недоумевала Лера. Кот пару раз медленно моргнул, прощаяясь. -Я тебя люблю... Тут девушка проснулась. Она ничего не чувствовала. Но слёзы текли по щекам. -Я тоже тебя люблю, мой маленький сладкий киса...