Часть 3

Под его пристальным взглядом я не могла скрыть волнения. Мне казалось, он видит меня насквозь и замечает каждую деталь: как я вся сжалась и начала дрожать, как участилось моё дыхание, как непроизвольно я стала кусать губы и не знала, куда деть вспотевшие руки. Он же источал непоколебимую силу и уверенность, сшибающую с ног, и, полностью владея ситуацией, обратился ко мне: — Одри... — мое сердце рухнуло в пятки, когда с его манящих губ слетело мое имя и я услышала звук его бархатного низкого голоса. — Ты, наверно, меня не знаешь. Я — Майкл. Возможно, ты видела меня в университете. Как оказалось, теперь мы учимся с тобой вместе. Кстати, я на выпускном курсе и могу тебе всё показать, — он одарил меня своей обворожительной улыбкой, заставляя вспорхнуть бабочки в груди. Конечно, я в курсе, что мы учимся в одном университете, ведь в этом году я поступила туда только ради него. Я усердно готовилась днями и ночами, света белого не видя, чтобы пройти сумасшедший, сложный конкурс на место в его вуз. — Да, я знаю, кто ты. Все, Майкл, знают, кто ты. И я не могу поверить в то, что его внимание сейчас обращено на меня. — Меня пригласил твой отец. Я не мог упустить возможность поздравить тебя лично. И у меня есть для тебя кое-что особенное. Можешь закрыть глаза? — вкрадчиво прошептал похититель моего сердца, делая шаг ближе, и, кажется, в этом огромном зале закончился весь кислород. Потеряв дар речи, я лишь кивнула и прикрыла глаза. Я ощутила впервые тепло его тела так близко. Его руки едва коснулись нежно моей шеи, убирая локоны и вызывая волну мурашек по телу, а затем моей кожи коснулась холодная цепочка. От контраста ощущений я резко распахнула глаза и обнаружила на своей тяжело вздымающейся груди невероятной красоты подвеску с восхитительным камнем. — Тебе очень идёт, Одри, — горячий шепот коснулся моего уха. — Ты затмила всех присутствующих на этом вечере. Это что, сон? Ущипните меня кто-нибудь. Хотя нет, не надо, я не хочу просыпаться. Это всё меньше походило на просто формальное поздравление, заставляя мою душу сходить с ума. — Тебе нравится мой подарок? — решил удостовериться он, замечая моё замешательство и смятение. Ну же, отомри и скажи уже что-нибудь, ради Бога, Одри! — Да... — мой голос предательски дрогнул. — Спасибо. Я знала, что стоимость этой подвески с бриллиантом пробивала потолок, но тот факт, что её подарил именно он, делал это украшение для меня абсолютно бесценным. — Тогда я заслужил, чтобы прекрасная именинница подарила мне танец? Я не ослышалась? Неужели это действительно происходит со мной? Майкл О'Брайен приглашает меня на танец? Он моей смерти хочет? Замечаю, как на нас все таращатся, когда Майкл протягивает мне свою раскрытую широкую ладонь и выжидающе смотрит на меня таким нежным взглядом, что в сердце щемит. Душа внутри переворачивается, когда я нерешительно вкладываю свою ладонь в его, не веря, что имею возможность касаться Майкла О'Брайена. Непосредственно, не раздумывая ни секунды, он привлекает меня к себе, и я забываю, как дышать. Его руки ложатся на мою талию, а губы оказываются преступно близко — я чувствую его дыхание. Я тону, без вести пропадая в глубине его глаз, в которых вспыхивает что-то неописуемое, опасное и притягательное. Меня не покидает преследующее ощущение, что что-то особенное происходит между нами. — Просто удивительно, как я раньше тебя не встретил? — искренне недоумевая, спрашивает он, пристально изучая меня. — Мы вращаемся в одних кругах, как такое возможно, что я не видел тебя прежде? Ты не любишь большие мероприятия и нечасто посещала их? Да, я терпеть их не могу, но благодаря тебе я побывала на каждом из них. — Ты, возможно, часто был окружён большой компанией девушек, захватывающих всё твоё внимание. — И почему же тебя не было среди них, Одри Купер? Я тебе не понравился? — ухмыляется Майкл, и я плыву от его улыбки. — Разве такое возможно? — засмотревшись на него, выдаю я. О, черт! Я это вслух сказала? Он рассмеялся, и звук его смеха оказался невероятно прекрасен. — Ты ведь нравишься всем, даже нашему ректору Грему Фитчеру, а он всех презирает, — попыталась сгладить неловкую ситуацию, которая, кажется, напротив, забавляла О'Брайена. Вновь рассмеявшись, он с неподдельным интересом посмотрел на меня и вдруг спросил: — А тебе? Тебе я нравлюсь? Ты ведь так и не ответила на этот вопрос, Одри. У меня это на лбу написано, похоже. Даже слепой заметит, как меняется моё поведение в его присутствии. — Думаю, тебе и без меня сполна хватает переизбытка в женской симпатии. Не переживай, я заведомо сама нейтрализуюсь и спасу тебя ещё от одной приставучей девушки в лице себя. С его лица не сходила искренняя улыбка. Он приблизился ко мне ещё сильнее и заговорчески прошептал, окончательно сводя меня с ума: — А может, именно от тебя, Одри Купер, мне не нужно спасения.