Часть 1

Бесполезная жизнь, бессмысленные цели. Хотелось покоя. Вечного покоя. Высокий парень 22 лет в белой, мятой футболке с жёлтыми пятнами вышел из магазина с жалкой бутылкой пива. Он не замечал, как капли дождя медленно скатываются по светлой коже лица, как постепенно мокнут его тёмные, волнистые, растрёпанные волосы, свисающие на лоб, так и наровя перекрыть обзор, как раны на подбородке от бритвы стали снова кровоточить, как прохожие убегают и прячутся под крышей общественных заведений, нелестно отзываясь о погоде, испортившей их дорогие наряды и новую обувь. Светло-зелёные прикрытые глаза отражали лишь пустоту и изредко отвращение к остальным. - Эй! «Наступил в лужу. Печально», - Клифф избавился от промокших кроссовок и носков, положив их в пакет с алкоголем, и продолжил путь босиком. - Эй, я к тебе обращаюсь, придурок! - Может он глухой? - Главное, чтоб не тупой, - рослый, неопрятный из-за дождя мужчина толкнул парня со спины, отчего тот приземлился на колени. - Как к тебе обращаться, дорогой? - Клифф, Рэд, Рэ́дклифф. Как вам будет угодно, господа, - уж слишком безэмоционально ответил брюнет, не собираясь вставать, чем ещё больше разозлил собеседников. - А фамилия? - протёр лоб от капель нападающий, шмыгнув носом. - Нью́ман. - И почему же ты решил, что можешь нас игнорировать, Рэдклифф Ньюман? - на что ответа не последовало, и мужчина ударил мнимого собеседника ногой по шее, но бедняк даже не пискнул, только вздохнул и облокотился на руки. - Это же ты спал с моей женой? - Вы разбили мою бутылку. - Он тупой? - тут уже подключился второй мужчина, похожий на мастера спорта по боксу, и набил ещё один след на животе пострадавшего. - Слышишь!? Ты собираешься отвечать? - чуть ли не криком пытался добиться своего первый. И снова молчание. Пострадавший, уже лежа на боку в небольшой луже, лишь стал собирать осколки стекла обратно в пакет. - А́лек, мне кажется, он умственно отсталый. Мы теряем время и мокнем под дождём. Нам ещё в лабораторию надо успеть, ты же не забыл? - Ну уж нет! Я уверен, что это он спал с моей Сандрой! - и мужчина наступил на ногу лежащего. - Так ведь, отброс? - Уважаемый, - наконец-то прохрипел Клифф, - не могли бы Вы убрать свою изящную ногу. Всё-таки не по-людски джентльменам таким образом решать дела. Глаза обоих распахнулись до невозможного. - И он ещё смеет указывать, находясь в таком положении! Совсем конченый. - Да он правда не в себе, - заключил злобно Алек, прожигая взглядом брюнета, но всё же убрал ноги, на которых красовались зелёные дерби. - Благодарю, - тут же встал Рэд, отряхиваясь. - Вы же купите мне пиво? Ну и сигареты в качестве компенсации за принесённый ущерб. Тут уже ему прилетело кулаком в нос, после чего ещё пару ударов по голове, животу и совсем немного по плечам. - Больной, - кинул напоследок спортсмен, и джентльмены удалились, поняв, что это бессмысленно, но ещё долго в смятении оборачивались на потрёпанного жизнью заложника своего мировоззрения. - Эх, не прокатило на этот раз, - пробубнил под нос парень, отходя от головокружения, вытирая кофтой кровь. - Придётся воровать. По дороге домой к нему пристал ещё один мужчина, который всё твердил, что его надо спасать, всех нужно спать, на что Клифф изнурённо цокнул и спокойно дошёл до своей съёмной серой квартиры, в которой он проживёт ещё месяц, после чего должен будет съехать из-за недостатка денежных средств. «Трудный день был. На трёх безбашенных наткнулся и ничего не сделал. Печально», - и сел на пол, открыв средство забвения средь ночи Вавилона. Проснулся он в 5 вечера от холода. Мебели не было, поскольку всё продал, чтобы покупать алкоголь и сигареты; порой еду. Только ванная комната была нетронутой, ну ещё и холодильник с плитой, около которой красовалась небольшая столешница. - Да ну это всё, посплю ещё, - и он снова подстелил под себя плед и удобно расположился на полу, проспав до 2 ночи. - С добрым утром, "прекрасный" мир, - Рэд открыл ещё одну бутылку пива, закусывая размокшими сухариками, которые ещё неделю назад принесла хозяйка квартиры. Он долго смотрел в окно, пытаясь сосчитать звёзды на безоблачном небе, потом ещё дольше принимал холодный душ, поскольку горячую воду отключили, и снова сел на ледяную плитку на кухне. «В чём смысл?» - но вскоре всё-таки решил выйти прогуляться по ближайшему парку, разбавив светло-серой краской тёмно-серую палитру однотонных дней. - Молодой человек, не поделитесь ли Вы сигаретой? - обратился к нему седой мужчина в приличном возрасте, одетый в тряпьё по последней моде бомжей, когда тот сел на скамейку. - Поделюсь, - и Рэд вытащил из кармана пачку и зажигалку, и протянул незнакомцу, смотря так, будто не рад компании. - Часто тут бываете? - завёл диалог бездомный, усаживаясь рядом. - Бывает. - Живёте рядом? - Да. - Давно? - Да. - Я Вас раньше не видел тут. - Я Вас тоже. - Как Ваше имя? - Рэд Ньюман. Наступила тишина. Парень пытался отряхнуть пепел со своей чёрной футболки, которая постоянно задиралась из-за прохладного ветра, старик же всё это время пялился на него, как будто увидел перед собой произведение искусства. - Это к Вам же вчера пристал шатен, прося о помощи? - мужчина облокотился на спинку скамейки. - Вы имеете в виду того несчастного, который кричал, что всех тут нужно спасать? - Да, его. Почему не помогли? Парень вздохнул, показывая всем видом, что ему наскучил оппонент: - А зачем? - Возможно, ему правда нужна была помощь. - Если помогать каждому встречному, то на себя времени не хватит. Это не моё дело. У незнакомца появилась лёгкая усмешка на лице: - Может, если бы Вы ему помогли, бедного не запихали бы сегодня утром в фургон подозрительные личности. - И почему же Вы ему не помогли, видя это? - всё так же монотонно говорил Рэд. - Хах, а ты парниша не промах. Куда уж мне: дряхлому, слабому старику против высоких, мускулистых... - Но факт остаётся фактом, - перебил невежа, впервые посмотрев прямо в близкорасположенные карие глаза в очках с серой оправой. - Вы ему тоже не помогли. - И то верно, - посчитав, что спорить бессмысленно, согласился мужчина. - Что же Вы тут делаете в такой поздний час? - А Вам какое дело? - не злобно и даже не нападающе, а скорее устало спросил молодой человек. - Вы правы. Прошу прощения, что нарушил Ваш покой, - и собеседник встал. - До свидания, приятно было пообщаться с Вами, Риггс. - Доброй ночи, - абсолютно безразлично бросил напоследок парень, и вскоре бездомный скрылся в неизвестном направлении. Клифф продолжал неподвижно сидеть наедине со своими пустыми мыслями. Ветер путал и без того запутанные волосы, мурашки раз за разом окутывали парня с ног до головы, словно доказывая минимальный процент жировой прослойки. Привкус табака осел в горле, от которого так и хотелось избавиться харканьем в траву и разодрать опухшие губы. Он сидел и прикрывал веки, пытаясь рассмотреть свои ресницы. Он сидел и не обращал внимания на онемевшие, длинные, худощавые, неопрятные пальцы. Он сидел и проникал в безысходность. Он сидел, опустив голову. Он сидел один. И так продолжалось, пока резко не кольнуло иглой в груди: «Я же не говорил старику свою настоящую фамилию. Риггс. Он знал отца?» - резко промелькнул вывод средь затуманенных размышлений, и брюнет попытался понять, куда ушёл незнакомец, но было уже поздно. По дороге домой Клифф наткнулся на молодую девушку, которая попросила его подсказать маршрут, на что он лишь закатил глаза и отошёл подальше от неё. «Что ж ко мне в последнее время цепляются всякие. Покоя не дают. И откуда тот незнакомец знает мою фамилию?» - так и прожигало его больным комом в груди, распаляя старые, уже ненужные ему, воспоминания. Следующие 5 дней парень не выходил из своей коморки. Он лишь валялся и ел сухари. За всё это время даже ни разу не помылся. Он спал и не высыпался, ел, но не наедался, хотелось больше, но его начинало тошнить. Каждый подъём начинался со взгляда на вид из окна, да и каждый отбой с этого же. Он уставал, когда доходил до туалета и обратно, уставал сидеть, уставал лежать, уставал существовать. - С добрым утром, Рэдклифф! - бесцеремонно распахнула дверь квартиры хозяйка. - Господи, что это!? Боже, что с тобой!? - воскликнула она, увидев ещё более похудевшего парня, с отёкшим серым лицом, который лежал на ледяном полу, спасаясь одним тонким пледом. - Что за запах? Ты вообще проветриваешь помещение? - Доброе, миссис Твисс... - протянул он сонно хрипящим голосом, оставив без комментариев все вопросы. Женщина открыла окно, запуская свежий воздух: - Тебе бы душ принять, дорогой! А то воняет протухшими яйцами, если быть откровенной. - Не чувствую. Вы пришли за деньгами? - Эм.. - смутилась она, - не совсем. Я пришла сказать, что со следующего месяца квартплата повышается. Клифф же только опустил голову в ответ на оповещение. - Мальчик мой! Извини! Я бы тебе хоть бесплатно сдавала эту рухлять, - села она на колени рядом с ним, поглаживая его по голове, пытаясь распутать сальные комки прядей. - Но ты же знаешь, мой муж других правил. Я старалась ему объяснить, но он ни в какую! - Понятно. - Ну что же ты, - погрустнела хозяйка, зная парня больше года, привязавшись, казалось бы, к безгранично бездушному молодому человеку. - Может работу найдёшь? Я могу пару вариантов подсказать. - Это бессмысленно. - Почему? Я же знаю, что ты умный и образованный молодой человек! - И что дальше. Это не имеет значения, - только и вымолвил полумертвец. Женщина с болью в глазах покачала головой. - Держи, - и она протянула пару купюр. - Не надо. Вы же знаете, я не возьму. - Да плюй ты на свою гордость, Клифф! - Я не возьму, - повторил он более твёрдо, после чего разочарованная миссис Твис убрала деньги обратно в сумку. - Я тебе принесла бульон и булочки, которые сегодня сделала. А так же пиццу по дороге купила, - встала она и положила еду на одну единственную столешницу. - Это я точно тебе оставлю, не отказывайся. Специально для тебя готовила! - Спасибо, Вам большое, - привстал он, протирая глаза. - Я ценю Ваши попытки мне помочь, но не стоит себя нагружать лишними заботами. - Да что ты! - воскликнула женщина. - Мне только в радость! - Спасибо. Спустя ещё пару вопросов о самочувствии парня, хозяйка удалилась, а он снова уснул. Неизвестно, сколько прошло времени, когда Рэд вновь открыл глаза. На улице было темно, в комнате зябко. Он взглянул на старый телефон с разбитым экраном. Час ночи. «Снова минус день. Минус ещё один день из трёхста таких же». Парень встал посреди комнаты и застыл, словно энергии хватило только на то, чтобы подняться. Чудовищно кружилась голова, тошнило, ноги тряслись и вонь от одежды только подогревала эти ощущения, но благодаря этому он всё-таки решился пойти в душ и сбросить грязные вещи. «Постираю позже. Когда-нибудь», - и погрузился под холодный, исцеляющий поток. Нацепил мятую чёрную толстовку, пропахшую омерзительным стиральным порошком, насмехаясь над собой же: «Следующее принятие душа и смена одежды, видимо, снова через пять дней. Если доживу». После "уходовых процедур" Клифф в который раз шатаясь и опираясь на стену, как на трость, подошёл к окну, и открыл его нараспашку, вглядываясь в темноту, изредка перебиваемую светом фонарей совершенно неэстетичным жёлтым цветом, от которого хотелось вырубить электричество навсегда. «А могу ведь сейчас... Что меня так держит? Почему я всё ещё живу? Что меня останавливает каждый раз? - не находил он ответы, но почему-то не мог спрыгнуть с 7 этажа. Он не боялся оборвать жизнь, наоборот, ему было страшно остаться. Будто постоянно находился меж двух огней, в кровавой борьбе, где две стороны одинаково сильны. Ещё оставшаяся капля весомых чувств всё повторяла: “Убейся. Ты не сдался этому миру. Ты ничтожество. От тебя никакой пользы, да и ты сам этого не хочешь. Ты никто. В чём смысл тянуть?” А разум твердил: “Смысл всегда есть”. И так продолжалось на протяжении последних двух лет. Каждый раз казалось, что он уже докоснулся до дна, но каждый новый месяц доказывал обратное; ещё есть, куда скатываться. - Подожду ещё. Или нет? - и мысли парня вновь заискрились с новыми силами, не давая покоя, что хотелось просто поддаться чьему-то приказу, избегая ответственности за собственный выбор. - За что мне зацепиться? У меня ничего нет. У меня никого нет, - сел Рэд рядом с подоконником, уткнувшись в стену. - Я пытаюсь за что-то зацепиться, - усмехнулся он, - какой жалкий, - начал с яростью ударять лоб об угол подоконной доски, оставляя след, пытаясь выбить все мысли и вновь опустошить грязный сосуд впитавшихся ядов. - Если я хочу за что-то зацепиться, не значит ли, что я хочу жить?» - и Клифф остановился, пытаясь унять раздвоение понятий о правильном решении. Мертвец разогрел в микроволновке пиццу, и принялся за трапезу. Тут же его бросило в жар, помутнело сознание, в глазах начало двоиться, а живот бурлить, и он моментально отбросил тарелку в стену, отчего послышался звонкий треск разбивающихся осколков, что волновало сейчас парня в последнюю очередь. Клифф свернулся в клубок, ожидая окончания уже типичного для него приступа. Прошла неделя, две, три, парень потерял счёт времени; он так и остался сидеть на грёбанной плитке, вставая лишь раз в день, чтобы сходить в туалет и пару раз надкусить уже заплесневевшие, сухие булки, но на большее его не хватало. - Это невыносимо, - еле слышным голосом прохрипел он и встал, облокотившись на подоконник, открыв окно нараспашку. - Всё. Конец, - и Рэд свесил ноги с окна. Было раннее утро. Солнце только немногими лучами виднелось над горизонтом, когда на улице заметили лежащего парня в расцветающем возрасте в луже крови.