под луной

На утро Анжелика проснулась, чувствуя себя разбитой. Её взгляд сразу упал на телефон — от Вани больше не было сообщений. Она слегка потянулась, пытаясь прогнать сонливость, и с трудом заставила себя встать с дивана. Ожидал новый день, и, как обычно, приходилось собираться в школу. Квартира была пуста — мать уже ушла на работу, которую ей удалось найти после долгих попыток. Это была хоть какая-то занятость, но явно не та, о которой мать мечтала в молодости. Анжелика знала, что та ненавидит свою работу, но вынуждена ходить туда, чтобы хоть как-то держаться на плаву. Анжелика лениво подошла к холодильнику и открыла его дверцу. Пустота. Несколько давно позабытых упаковок, чуть-чуть масла и банка с остатками кетчупа. Она снова почувствовала раздражение — не то, что на мать, скорее на весь этот вечный цикл. Опять нечего есть. Даже приготовить завтрак не из чего, не говоря уже о том, чтобы просто взять что-то с собой в школу. Она закрыла холодильник и тяжело вздохнула. Придётся опять давиться школьной едой — кислой картошкой, пережаренными котлетами и жидким супом, который больше походил на воду с травами. Её желудок сжался при одной мысли об этом. Но выбора не было. Она быстро оделась, собрала рюкзак и, глянув на своё отражение в зеркале, направилась к выходу, пытаясь не думать о предстоящем дне. Выйдя из подъезда, Анжелика на мгновение остановилась, чтобы ощутить утренний воздух. Он был прохладным, свежим, но не таким бодрящим, как хотелось бы. Всё вокруг казалось серым — небо, дома, и даже люди, спешащие на работу или в школу. Она машинально потянулась в карман, доставая пачку своих мятных «Мальборо». Щёлкнув зажигалкой, закурила, вдохнув знакомый, резкий аромат ментола, который всегда слегка успокаивал её. Дым обжигал горло, но именно этот привкус был для неё чем-то родным. Каждый выдох смешивался с её мыслями, каждая затяжка была как способ хоть ненадолго забыться. Лика медленно шла к остановке, не торопясь. Впереди был ещё один обычный день — те же скучные уроки, те же вопросы учителей, на которые у неё не было ни желания, ни сил отвечать. Её мысли снова вернулись к Ване и их разговору накануне. Этот случайный момент поддержки казался теперь почти нереальным, но от этого не менее важным. Сделав последнюю затяжку, она потушила сигарету об урну, ощущая, как дым уходит вместе с её тревогами. Остановка уже была видна впереди, и Анжелика шагнула быстрее, готовясь к очередному дню, который ей предстояло пережить. Анжелика зашла в знакомый 41-й автобус, сжав в руках ремешок своего рюкзака. Как всегда, она направилась к своему привычному месту в конце салона у окна. Это было её маленькое убежище — уголок, где можно было отсидеться, ни с кем не разговаривая, и наблюдать за потоком однообразных пейзажей за окном. Внутри автобуса царила тишина, если не считать редких кашлей и чиханий. Вирус, который, кажется, захватил весь город, накладывал свою тень на атмосферу. Люди молчали, отгородившись друг от друга, некоторые носили маски, другие просто пытались как можно меньше контактировать с окружающими. В этом молчании было что-то угнетающее, словно весь автобус погружён в тягучее состояние безразличия и усталости. Девушка повернулась к окну, опершись головой о холодное стекло. Машины и дома проплывали мимо, как будто она была на автомате, двигаясь по привычному маршруту. Всё казалось однообразным и лишённым смысла. За окном мелькали знакомые улицы, но ей казалось, что она смотрит на них, как через пелену. Наконец автобус замедлился у её остановки, и Анжелика, поднявшись со своего места, направилась к выходу. Холодный утренний воздух ударил в лицо, когда двери автобуса открылись. Она вышла на тротуар, привычно кинув взгляд вперёд. Перед ней стояла школа — большое, серое здание, которое, несмотря на свою знакомость, каждый раз вызывало у неё одинаковое чувство тяжести. Эти стены видели всё: её ошибки, разочарования, случайные моменты радости и бесконечную скуку уроков. Школа, словно гигантская клетка, поглощала всех, кто в неё входил. Она на мгновение остановилась, оглядываясь на окна, где уже начали мелькать ученики. Лёгкая дрожь прошла по её телу, и она снова почувствовала ту же пустоту, что и каждое утро перед началом занятий. Здесь её ждали очередные уроки, пустые разговоры с одноклассниками, взгляды учителей, которые она старалась избегать. Всё это казалось бесконечным циклом, который она проживала изо дня в день. Брюнетка глубоко вдохнула, как будто собираясь с силами, и направилась к входу. Её шаги эхом раздавались в голове, с каждым шагом приближая её к очередному, похожему на все предыдущие, школьному дню. Зайдя внутрь школы, Анжелика быстро скинула куртку в раздевалке, не задерживаясь ни на минуту. В голове уже витали мысли о том, как пережить очередной день, но её шаги были на автомате — столько раз повторённый маршрут до класса не требовал никаких усилий. Она подошла к двери кабинета математики и толкнула её, как всегда, чуть замедляясь перед входом, будто собираясь с духом. Когда она вошла, первое, что привлекло её внимание, — это знакомая белая макушка, выглядывающая из-за парты у окна. Денис. Он, как всегда, был погружён в свои мысли или что-то писал в тетради, словно весь окружающий мир не существовал. Девушка невольно улыбнулась, почувствовав лёгкое облегчение от его присутствия. Этот привычный образ был как якорь в море хаоса, и хотя сегодня они не смогут встретиться после школы, само осознание того, что он здесь, рядом, немного согревало. Она подошла к своему месту рядом с ним и тихо уселась, бросив рюкзак на пол. Перекинув взгляд на Дениса, она чуть шутливо сказала: — Белый цвет тебе всё ещё идёт. Денис, услышав её голос, поднял голову и, приподняв брови, поприветствовал её с легкой улыбкой: — Привет, Ликундра. Не ожидал тебя так рано увидеть. Анжелика удивлённо посмотрела на него: — А ты-то что тут делаешь? Ты же говорил, что будешь только через пару дней. Денис пожал плечами и с лёгкой усмешкой ответил: — Да, план был такой. Но мы вернулись сегодня утром. Родители, как всегда, сразу загнали меня в школу, чтобы "не отставал". Даже поспать толком не дали. Он изобразил страдальческую гримасу, но в его глазах светилась привычная ирония. Анжелика хмыкнула, немного посочувствовав другу, но одновременно почувствовала, как на душе стало легче от того, что он снова рядом. — Бедный ты мой, — сказала она с сарказмом, — ни дня отдыха. Надо же, родители — настоящие тираны. — Да, не дают расслабляться, — подыграл он, откинувшись на спинку стула и махнув рукой. — Но с тобой хоть день станет повеселее. Анжелика усмехнулась, и вдруг школьный день перестал казаться таким тягостным. Она легонько пихнула его в бок, притворно хмурясь: — Мог бы предупредить. Мне вчера пришлось в темноте одной выходить на улицу курить, — начала она с укором, но в голосе слышалась скорее шутливая обида. Денис рассмеялся, глядя на неё: — Ну прости, не знал, что ты не справишься без меня, — он подмигнул, улыбаясь. — Надеюсь, ничего страшного не произошло? Анжелика закатила глаза, пытаясь скрыть лёгкую улыбку: — Да, как раз наоборот. Подумаешь, какого-то чела встретила. Он подошёл, сел рядом... просил номер. Вот к чему всё это привело! Денис приподнял брови, явно заинтригованный: — Ого, так ты теперь у нас популярная дама? Может, зря я тебя одну оставил, надо было как-то защитить от этих "незнакомцев". Анжелика усмехнулась, не сдержав улыбки, и притворно вздохнула: — Ну да, видишь, как ты мне нужен, — сказала она с лёгким сарказмом. — Но не волнуйся, я сама справилась. Денис покачал головой, рассмеявшись, и между ними снова воцарилась лёгкая, непринуждённая атмосфера, как будто всё вернулось на свои места. Так и прошёл целый день. Уроки сменяли друг друга, но Лика почти не замечала времени, благодаря присутствию блондина. Они шутили на переменах, перебрасывались колкими комментариями и иногда уходили в свои обычные разговоры о том, что было у каждого на уме. В его компании всё казалось легче, даже скучные и затяжные занятия. Учителя проходили мимо, не особо замечая их разговоры, а Анжелика чувствовала, что этот день пролетает быстрее, чем она ожидала. Каждый раз, когда она видела его белую макушку или слышала его очередную шутку, на сердце становилось чуть теплее. Несмотря на все сложности в жизни, этот день оказался терпимым, потому что Денис был рядом. Когда закончился последний урок, Анжелика почувствовала усталость, но не ту, что давила её по утрам. Это было скорее ощущение, что она пережила этот день, а не просто протянула его. Девушка не спешила возвращаться домой сразу после школы. Внутри неё было странное нежелание вновь окунаться в ту тяжёлую атмосферу, что ждала её за дверями квартиры. Поэтому она решила сначала зайти в магазин, купить хоть что-то поесть. Взяв пару йогуртов и хлеб, она направилась к кассе, чувствуя, как желудок тихо урчит от голода. Когда вышла из магазина, время уже близилось к вечеру, но уходить домой ей не хотелось. Она решила прогуляться по парку. Тихие аллеи с чуть пожелтевшими листьями под ногами успокаивали. Её мысли блуждали в разных направлениях — о школе, о Денисе, о случайной встрече с Ваней вчера. Всё казалось таким далёким и в то же время реальным. Прохожие шли мимо, некоторые гуляли с собаками, другие с детьми, и Лика на какое-то время просто забылась, наблюдая за этой обычной жизнью вокруг. Постепенно вечерние сумерки начали сгущаться, превращая тёплые краски дня в мягкую темноту. Она достала телефон, посмотрела на часы и поняла, что пора идти домой. Когда девушка наконец подошла к подъезду своего дома, на улице уже темнело. Зайдя в подъезд, Анжелика почувствовала холод, характерный для старых домов, где сквозняки гуляют по лестничным пролетам. Её шаги гулко раздавались в пустоте подъезда, и это как-то ещё сильнее подчёркивало ту отчужденность, которую она чувствовала в последнее время. Она поднялась по ступенькам к своей двери, достала ключи и на секунду замерла, собираясь с мыслями перед тем, как войти. Внутри квартиры всегда царила тяжесть — и не только из-за матери, но и из-за общего ощущения пустоты. Отец умер, и с того момента в их доме словно угас свет. Она открыла дверь и, как обычно, первым делом почувствовала запах — смесь табака и застоявшегося воздуха. Куртка полетела на вешалку, а она сама прошла мимо кухни, бросив беглый взгляд внутрь. Мать сидела за столом, на этот раз без бутылки, но с лицом, выражающим ту же усталость и безразличие. — Привет, — сказала Анжелика, проходя мимо. Мать ответила коротким «Привет», не поднимая головы от чашки. Лика не стала задерживаться, прошла в свою комнату, оставив пакеты с продуктами на кухонном столе. Она бросила рюкзак на пол и упала на диван, чувствуя, как усталость и голод наконец дают о себе знать. В комнате было тихо, и кареглазая вдруг осознала, как сильно она нуждается в этой тишине — в контрасте с суетой дня. Телефон в кармане завибрировал. Она вытащила его и увидела сообщение от Вани: «Ну как день прошёл?» Девушка улыбнулась, хотя сама не могла объяснить, почему это сообщение вызвало у неё такую реакцию. Она быстро ответила: «Нормально. Ты как?» Всё-таки было приятно знать, что кто-то о ней думает, пусть даже это был почти незнакомец. Через несколько минут Ваня ответил: «Нормально. Ты сегодня будешь на площадке курить?» Анжелика на секунду задумалась, глядя на экран телефона. Её взгляд блуждал по комнате, в которой тусклый свет лампы создавал полуразмытые тени на стенах. Она устала, но чувствовала, что если останется дома, всё это давление и бессмысленность вечера снова навалятся на неё. Она быстро набрала ответ: «Да, думаю, выйду. Через полчаса?» Ваня почти сразу же ответил: «Окей, буду ждать тебя там». Брюнетка положила телефон на стол и подошла к окну. За ним медленно сгущались сумерки, холодный осенний ветер лениво покачивал ветки деревьев. В душе накапливалось желание просто выйти, побыть где-то в тишине, далеко от домашних проблем и пустоты. Анжелика села за свой письменный стол, достала тетрадь и ручку. Перед ней лежали разрозненные строки её новой песни. Это был её способ выразить то, что она не могла сказать вслух — все чувства, мысли, и даже боль, которую она испытывала. Она аккуратно переписывала строчки, добавляя что-то новое, черкая старое, погружаясь в процесс, как будто это был её личный мир, в котором она могла спрятаться. Прошло около получаса, и она, удовлетворённо закрыв тетрадь, откинулась на стуле. Мысли о том, что пора выходить, напомнили о встрече. Она тихо подошла к балкону и вытащила спрятанную там пачку мятного «Мальборо». Курить дома она не могла, мать бы сразу заметила, но балкон был её маленьким тайным местом. Одевшись, Лика вышла из квартиры, тихо прикрыв за собой дверь, и направилась к площадке, где обычно курила. В вечернем воздухе чувствовался прохладный ветер, и каждый шаг был освобождающим — уход от всего, что её гложет, к чему-то более лёгкому, пусть даже на пару часов. Анжелика быстрым шагом пересекла двор, направляясь к знакомой площадке у дома. Вечер был прохладным, и её дыхание смешивалось с холодным воздухом, образуя лёгкий пар. Путь был знакомым и почти успокаивающим, каждый шаг по тротуару как будто освобождал её от тяжести мыслей и хлопот. Когда она подошла к площадке, парень уже был там. Он стоял, опершись на металлические перила, и, заметив её, кивнул с легкой улыбкой. Его длинная чёлка была взъерошена ветром, а тёмная куртка почти сливалась с сумерками. — Привет, — сказал он, когда она подошла ближе. — Привет, — ответила Анжелика, доставая пачку сигарет. Она протянула одну Ване, но он отказался, подняв руку. — Спасибо, я не курю, — сказал он, улыбнувшись. Анжелика закурила сама, сделав первую затяжку и выдыхая дым в сторону. Вокруг была тишина, нарушаемая лишь редкими звуками проезжающих машин вдалеке. Ваня смотрел на неё, и, хотя они почти не разговаривали, их молчание не было неловким. Это было как раз то, что ей нужно — просто быть рядом с кем-то, не чувствуя необходимости что-то объяснять или обсуждать. — Тяжёлый день? — спросил он, глядя в сторону. Анжелика пожала плечами: — Да как всегда, ничего нового. Школа, уроки, дом... Ты же знаешь, как это бывает. — Понимаю, — кивнул он, продолжая смотреть куда-то вдаль. — Иногда просто хочется выйти и всё забыть. Она молча кивнула в ответ, снова затягиваясь сигаретой. Девушка молча курила, поглядывая на Ваню, который стоял рядом и вглядывался в темноту. Похоже, у него тоже были свои мысли, свои заботы, о которых он не спешил рассказывать. Её затянутое настроение немного разрядилось — было проще находиться с кем-то, кто не требовал от неё объяснений. — А у тебя как день прошёл? — спросила она, чтобы хоть как-то поддержать разговор. Ваня посмотрел на неё, слегка улыбнувшись. — Да тоже ничего особенного. Я сегодня с друзьями пересекался, но что-то как-то не пошло. Ты знаешь, как это бывает — вроде бы со всеми, а чувствуешь себя одиноким. Анжелика кивнула, прекрасно понимая, о чём он говорит. — Да, такое часто бывает. Иногда думаешь, что лучше просто одной посидеть где-нибудь, — ответила она, выдувая струю дыма. Они снова замолчали, каждый погружённый в свои мысли. Ваня посмотрел на неё, как будто хотел что-то сказать, но колебался. Наконец он решился: — Слушай, а у тебя часто такое? Когда дома, ну, не хочется быть? Лика слегка напряглась, не ожидая такого вопроса, но всё же ответила, пожав плечами: — Почти всегда. Там атмосфера тяжёлая… Ну, ты понимаешь. Хочется выйти, просто подышать, чтобы хоть на время забыть. Ваня задумчиво кивнул. — Понимаю. У меня что-то похожее, но не так остро. Иногда просто хочется сбежать, знаешь? Анжелика усмехнулась, хотя в этом усмешке был скрыт больной подтекст. Сбежать — идея, которая часто приходила ей в голову. Но куда? И что будет дальше? Она вытряхнула пепел и посмотрела на Ваню. — Да, но от себя не убежишь, — сказала она, задумчиво глядя на свои ботинки. — Хочется сбежать, а бежишь по кругу. Анжелика вдруг ощутила, что разговор зашёл в слишком личную зону, и, чтобы не погружаться ещё глубже в мрачные мысли, решила сменить тему. Она повернулась к Ване, затушив сигарету о перила, и спросила: — Расскажи лучше о себе. Кто ты вообще такой? Я тебя встретила вчера, и всё, что знаю — это твоё имя. Ваня усмехнулся, слегка пожав плечами, как будто не был уверен, что стоит рассказывать. — Да нечего особо рассказывать, — начал он, потирая затылок. — Я обычный парень. Живу в паре кварталов отсюда, учусь в универе, подрабатываю. Ничего особенного. Анжелика покачала головой, не собираясь так легко его отпускать. — Ладно тебе, — сказала она с лёгким намёком на усмешку. — У всех своя история. Ты же не просто так вчера появился. Есть что-то, о чём можно рассказать. Ваня посмотрел на неё чуть внимательнее, будто оценивая, насколько можно быть откровенным. — На самом деле, я живу один. Мне уже 21, родители давно в другом городе, а я перебрался сюда учиться и остался. Снимаю квартиру, работаю фрилансером — программирую понемногу, но, честно говоря, не особо это люблю. Анжелика удивлённо посмотрела на него: — Один живёшь? И как тебе это? — Нормально, — ответил он, пожимая плечами. — Иногда скучно, конечно, но привык. Тишина, никого вокруг, никто не лезет. Да и сам решаешь, когда и что делать. Но иногда, знаешь, не хватает людей, общения. Анжелика задумчиво посмотрела на Ваню, чувствуя какое-то странное притяжение к его свободе. Жить одному в 21 — это было так далеко от её реальности, где всё ещё зависела от матери, школы, обязанностей. — Круто, — сказала она с лёгким оттенком зависти. — Ты можешь делать что хочешь, когда хочешь. Ваня усмехнулся — Это да, но у такой свободы есть своя цена. Анжелика кивнула, чувствуя, как его слова пробуждают в ней смешанные чувства. Свобода, о которой она мечтала, действительно казалась заманчивой, но она осознавала, что это не так просто, как кажется. В одиночестве была своя тяжесть, своя цена, о которой Ваня говорил с лёгкой усмешкой, но в его глазах читалось понимание этой тишины. — Ну, а что дальше? — спросила она, заглядывая в его задумчивое лицо. — Чем ты хочешь заниматься? Оставаться в этом городе или тоже планируешь сбежать, как все мы мечтаем? Ваня слегка улыбнулся, опустив взгляд на свои руки, которые он нервно теребил. — Если честно, я ещё не до конца решил. С одной стороны, тут всё привычно. Работа, друзья — те немногие, что остались. Но с другой... иногда кажется, что надо двигаться дальше. Поменять что-то, уйти от этого рутинного круга. Но, знаешь, страшно. Привычная жизнь тоже ведь имеет своё... странное удобство. Лика кивнула, полностью понимая его слова. Это постоянное ощущение тупика, где вроде бы хочется перемен, но одновременно пугает неизвестность. — А ты? — спросил Ваня, наконец взглянув на неё. — Чем ты живёшь? О чём мечтаешь, кроме как сбежать? Анжелика вздохнула, глядя на тлеющую сигарету в руке. — Я? Ну мне еще 17, но я мечтаю... наверное, больше всего о том, чтобы найти место, где будет спокойно. Где не надо будет чувствовать этот постоянный груз на плечах. Не знаю, как объяснить. Иногда я пишу, сочиняю песни — это помогает. Но, если честно, сама ещё не до конца понимаю, чего хочу. Она снова сделала затяжку, выдыхая дым, который растворялся в холодном вечернем воздухе. — Думаю, я просто ещё в поисках, — добавила она, усмехнувшись. — Как и все мы. девушку молча встала и отошла в сторону. Она не знала, что сказать дальше, и внезапно почувствовала необходимость побыть наедине с собой. Медленно направившись к качелям, которые стояли неподалёку, она села на одну из них, обхватив руками холодные железные цепи. Лёгкий скрип послышался, когда качели едва заметно качнулись под её весом. Она глядела на землю перед собой, наблюдая за тем, как её ноги касаются асфальта, толкая качели. В голове крутились мысли о Ване, о свободе, которую он описывал, о том, как он живёт один, без постоянного давления семьи, но при этом не лишён чувства одиночества. Всё это казалось одновременно таким знакомым и далёким. Тишина снова повисла между ними. Ваня остался стоять у перил, но теперь время от времени бросал взгляд в её сторону. Анжелика не спешила говорить, наслаждаясь моментом своего молчаливого уединения. Ваня, заметив, что Анжелика ушла на качели, подошёл ближе. Он сел на соседнюю качелю, отодвинувшись на небольшое расстояние, чтобы не нарушать её пространство. — Ты знаешь, — начал он, слегка покачиваясь, — иногда тишина говорит больше, чем слова. Девушка посмотрела на него и кивнула. В её душе накапливались чувства, которые трудно было выразить словами. Она понимала, что просто сидеть и молчать — это уже способ общения, это возможность разделить момент с кем-то, кто тоже чувствует. — Я иногда тоже прихожу сюда, когда нужно подумать или просто уйти от всего, — продолжал Ваня. — Это место как будто даёт возможность немного отвлечься от реальности. Брюнетка вернулась к мыслям о том, что она не единственная, кто ищет утешение в простых вещах. Вдруг ей стало легче, словно она нашла союзника в своём стремлении к спокойствию. — Да, именно так, — сказала она тихо. — Здесь всё кажется... менее угнетающим. Важно, что можно хотя бы на время забыть о том, что происходит дома. Ваня кивнул, понимая её чувства. — Знаешь, — произнёс он, — если ты когда-нибудь решишь сбежать от всего этого на время, дай знать. Могу показать тебе пару интересных мест в городе, где можно просто побыть наедине с собой. Анжелика посмотрела на него с интересом. Она знала, что даже одна короткая поездка могла бы стать началом чего-то нового, чего-то, чего ей так не хватало. — Это звучит здорово, — ответила она, стараясь скрыть свою неожиданную радость. — Может, даже очень здорово. Слова, которые они обменивались, как будто начали создавать невидимую связь между ними. Вечернее небо постепенно темнело, звёзды начали появляться, и в этот момент Анжелика почувствовала, что наконец-то не одна. Внезапно звонок телефона разорвал атмосферу веселья. Лика резко остановилась, а Ваня чуть приподнялся, глядя на неё с интересом. Она потянулась к карману куртки и вытащила телефон, увидев, что это мать. С трудом вздохнув, она решила ответить, хотя внутри её что-то сжалось. Она знала, что разговор с мамой всегда приносил волнения и тревогу. — Алло, — произнесла она, стараясь придать своему голосу уверенность. — Где ты? — раздался настойчивый голос матери. — Я тебя жду дома! Анжелика почувствовала, как её настроение стремительно уходит в минус. Она знала, что у матери всегда были требования, всегда были вопросы, которые не сулили ничего хорошего. — Я немного задержусь, — ответила она, стараясь сохранить спокойствие. — Я просто на улице, с другом. — Каком другом? Ты что, снова с Денисом? — мать продолжала, не унимаясь. — Ты должна была прийти домой сразу после школы! Анжелика почувствовала, как внутри закипало раздражение. Она не хотела ссориться, но в то же время ей хотелось отстоять своё право на собственное время и пространство. — Я не с Денисом, — произнесла она, пытаясь сдержаться. — Я с Ваней. И не переживай, я в порядке. — Ваня? Кто это? Почему ты с ним? Ты же знаешь, что мне не нравится, когда ты тусуешься с незнакомыми! — голос матери стал ещё более строгим. Девушка закусила губу, её сердце забилось быстрее. В такие моменты она чувствовала, как пропадает всякая свобода. — Мама, я уже взрослая. Мне 17, я сама решаю, с кем проводить время! — Ты не взрослая, ты ещё учишься, — парировала мать, и в её голосе слышалось раздражение. — Я не собираюсь сидеть сложа руки, пока ты шатаешься по улицам. Иди домой! Разговор закончился, и Анжелика отключила звонок, в душе ощущая разочарование. Она вернулась к Ване, который смотрел на неё с беспокойством. — Всё в порядке? — спросил он, заметив её подавленное настроение. Анжелика покачала головой, стараясь не выдать, насколько её это задело. — Да, просто... мама снова наехала. Ей не нравится, что я не дома, — ответила она, чувствуя, как волна разочарования накрывает её. Ваня молчал, понимая, что разговоры о семье могут быть непростыми. Он вздохнул и предложил: — Может, вернёмся к качелям? Не стоит зацикливаться на плохом. Кареглазая сделала глубокий вдох, чувствуя, как давление от разговора с матерью не даёт ей покоя. Парень заметил, что она не настроена продолжать, и с пониманием кивнул. — Нет, наверное, мне пора идти, — произнесла она, глядя на него. — Не хочу, чтобы мама снова волновалась. Ваня встал с качелей и слегка нахмурился. — Понимаю, — сказал он, стараясь не проявлять разочарование. — Напиши мне, когда дойдёшь до дома. Анжелика оценила его заботу. Её сердце немного растаяло от этой мысли. — Спасибо, Ваня, — ответила она, стараясь сохранить улыбку. — Надеюсь, завтра встретимся снова? — Конечно, — кивнул он. — Жду твоего сообщения. Береги себя. Она развернулась и пошла к выходу с площадки, а потом к своему дому. На улице стало немного темнее, и вечерний ветер нежно касался её лица, как будто подбадривая. Дорога домой казалась бесконечной, и в голове снова возникали мысли о том, как сложно ей с матерью. Но она старалась не зацикливаться на этом. Ваня — это что-то новое, интересное, и Лика чувствовала, что их встреча может стать началом чего-то важного для неё. Когда она наконец дошла до своего подъезда, в её груди снова возникло привычное беспокойство. Она поднялась на второй этаж, стараясь быть тихой, чтобы не привлекать внимание. Открыв дверь в квартиру, она увидела, что мать всё ещё на кухне, сидя за столом с бутылкой, смотрела что то по телевизору и даже не посмотрела в сторону дочери. Анжелика старалась не обращать на это внимания, проходя мимо и уходя в свою комнату. Закрыв за собой дверь, она выдохнула с облегчением. Пока она сидела на своём диване, в голове крутились мысли о Ване и о том, что он может значить для неё. Может быть, это был тот самый шанс на перемены, о которых она так мечтала. Анжелика достала телефон и написала ему короткое сообщение: «Дошла. Спасибо за вечер.»