Ретроградное движение - всего лишь другой тип движения

... – Думаю, мне надо вам о многом рассказать, верно? Санджи не смог сдержать улыбки, видя, как его команда присоединяется к нему под деревом. Дамы – его милые прекрасные дамы – располагались на больших подушках, закинутые на траву. Он хотел было поморщиться от того, что с подобных наволочек выводить пятна травы такой геморрой, но решил промолчать, сейчас это было абсолютно лишним. Чоппер и Усопп устроились рядом на подушках, остальные просто рассаживались на траву. Кажется, Луффи решил использовать в качестве кресла Джимбея, но Зоро ему не позволил. Санджи действительно скучал по ним эти две недели – наблюдать издалека без возможности прямо взаимодействовать, определенно било по больному месту. По тому больному уязвимому месту, которое он никак не мог вылечить с тех пор, как они отплыли из Вано. Не было особой разницы, в некотором роде, боль была одинаковой что тогда, что сейчас. Он сам решил занять качели, пока есть такая возможность, а остальная команда устроилась рядом, рассаживаясь полукругом. Ему нравилось сидеть на качелях, но такая возможность выпадала разве что ночью во время бессонницы – и после того, как команда принялась четко следить за тем, как он спит, она вообще пропала. Сейчас же нет нужды ждать ночи или чей-то очереди. В конце концов, Крис был прав – они оба невероятные эгоисты, и иногда об этом надо напоминать. На плечах Санджи все еще был плед, которым его укрыл Чоппер, когда понял, что не удержит в лазарете, а в руках он теребил подвеску, которая защищала его все это время. Он не стал говорить олененку, что ему полегчало не от его лекарств, а от того, что она вновь вернулась к нему в руки, в конце концов, лекарств от дьявольских фруктов пока еще не существует. Но есть ли лекарства от разбитых душ? – Я думаю, каждый из вас помнит инструктаж, что вам рассказали в порту, – увидев согласные кивки, он продолжил, слегка ухмыляясь. Как она там сказала, невезение? – Так вот, мне так не повезло. Свою Связь я встретил на рынке через пару часов, абсолютно не понимая о происходящем здесь. Одно событие тянет за собой другое, как домино, и вот я стою посреди рынка, меня обнимает Даэбер, продавец вокруг меня ругает какого-то пацана, что мне никто ничего не объяснил, и в моей голове лишь одна мысль: "Неужели я наконец действительно поехал крышей?" – Ты действительно ее Развязал почти сразу? – удивленно протянул Усопп, поднимая голову от фотографий, которые повар попросил собрать вместе на одну доску. Он не обижался, что друг больше поглощен действиями, чем слушает его – в конце концов, их прекрасный снайпер может делать и то, и другое. А еще этот проходимец прекрасно понимает, что излишнее внимание лишь помешает ему, и таким способом дает ему пространство. Болван. – Ага. Мое сомнение было простым, – Санджи улыбнулся, вспоминая выражение лиц команды «Орбиты», когда они увидели его. Конечно, в "Барати" повара относились к нему теплее, но именно экипаж этого корабля первым ему открыл, что такой настоящий мир – мир за стеной его тюрьмы. Когда он рассказал Крису о своей Связи, тот надолго замолчал, рассматривая фотографии и что-то бормоча себе под нос. Быть может, у него не было такой связью с ними, поэтому его жизнь сложилась иначе? – Я хотел знать, не расстроены ли были люди с корабля, который вытащил меня из Джермы, о том, что они подхватили на борт такого, как я. Они же хотели узнать, как сложилась бы судьба ребенка, которого они вытащили из тюрьмы, но не смогли спасти. Нам было достаточно друг друга увидеть. Так много – и одновременно так мало. Все было бы хорошо, но уже по прибытию сюда, на этот остров, начались проблемы. Первая – собственно, и самая главная – у меня была немного надколота душа. Совсем немного, я считаю, но вот Хайди-чан и Софи-чан долго на меня кричали по этому поводу. Я не против женского внимания, но вообще-то был еще Крис! – тихие смешки Робин и Брука расслабили его. Хоть кого-то он успокоил своими словами, ему действительно стало легче. Потому что говорить о причинах было тяжело и неправильно, но необходимо. Впрочем, остальные заметили перемену в дальнейшем тоне разговора и замолчали, прислушиваясь еще внимательнее. Что ж, от этого не убежать, правда? – Вот тут и пошло все немного не так. – Почему у тебя вообще душа Расколота, Санджи-кун? – нахмурилась Нами, рассматривая карты течений острова. Да, им повезло отплыть и оказаться за его климатической зоной, но Крис предупредил, что некоторые из окружающих остров течений могут развернуть их назад, и теперь их прекрасный навигатор проверяла, миновала ли опасность на самом деле. И даже столь щепетильное дело не мешало ей слушать его, судя по равномерному стуку указательного пальца по бумаге. – Пирожный Остров? – Честно? Это вы. – Что? – Нами удивленно моргнула и подняла на него взгляд, с силой сжав карту в руках. Это сделала вся команда – они все смотрели растерянно, даже Зоро, даже Брук, но Санджи не мог не сдержать мягкой улыбки в их адрес. Так невыносимо больно видеть их такими, ведь он причиняет им боль своими словами. Но... но как же приятно знать, что на твоей стороне есть кто-то, кто тебя поддержит, кто будет испытывать такие эмоции за тебя. Он не заслужил никого из них, но он сделает все, чтобы быть рядом с ними. – О ч-чем ты, Санджи-кун? – После Вано вы все... ну... я очень рад, что вы стали больше показывать, как любите меня, что здесь мое место, – повар не мог перестать улыбаться и лишь сильнее сжал подвеску. Их любовь и его эгоизм. Может, прав именно Джадж, а не Рейджу – он неудачник, но не потому что у него есть способность по-настоящему любить, а потому что любит он как-то неправильно. Или его экзоскелет оказывает на него такое влияние, все сильнее превращая его в того, кем он не хочет быть? С другой стороны, вряд ли он получит ответ, если не расскажет всю свои историю и свои мысли. – Но честно, этого много. Очень много – мне было тяжело справляться с этим, я иногда буквально хотел остаться один, чтобы собраться с мыслями, не более того – но и в этом мне было отказано. Я понимаю, почему так, как вы волнуетесь при этом – или, быть может, это мое наказание, чтобы я больше не совершил ничего опасного для команды, но я не справлялся с таким наблюдением. И при этом с моей стороны было чертовски неблагодарно чувствовать все это, не так ли? Вы и так пришли спасать меня от собственных ошибок, вы показываете мне, что мое место здесь, на этом корабле, но честное слово – мне иногда нужно не какой-то кулинарный вызов, который вы мне предлагали, а банальная уборка в общей комнате, когда у меня нет сил. Я люблю вас, но... разве я не неправ в этой ситуации? Вы даете мне все, а я еще и капризничаю. Любой другой капитан давно бы выкинул меня из команды, – он перевел взгляд на Луффи, который поджал губы. – Любая другая команда не общалась бы со мной как с равными, – он вновь перевел взгляд на подвеску и сжал. Выражение лица Луффи уже достаточно сломало его снова, он определенно не был готов увидеть других. – И, ну... Возможно, это неловко и очень глупо, но вы перестали прикасаться ко мне – я всегда познавал мир через ощущения, и... вы, конечно, совершенно справедливы в том плане, что я заслужил это наказание, но я не мог справляться с этим. Это заслуженно, но это чертовски больно, и ничего я не могу с этими мыслями сделать, как бы не убеждал себя. Я просто по приезду сюда устал от всего – от контроля, от того, чего нет, от мыслей. Иногда я специально изматывал себя физически сильнее, лишь бы не чувствовать сна. Иногда я говорил сам с собой, повторяя рецепты или песни, лишь бы не оставаться со своими мыслями. Это противоречие, усталость, старые кошмары и сомнения – этого вполне достаточно для Раскола Души. Что, впрочем, я и сделал, и даже моя Связь не помогла мне в этом. Оказывается, некоторым Расколотым душам хватает своей Связи, чтобы как-то залатать раны и протянуть как можно дольше. Мне вот не хватило. Он сделал паузу, но никто из команды не торопился добавлять вопросы. Быть может, если он посмотрит на их лица, то сразу станет все понятно, но... но он все еще трус и не готов столкнуться с последствиями своих слов. Санджи усмехнулся – а чего он еще ждал? Он и без того достаточно облажался на Пирожном Острове и частично в Вано, так еще и на этом богом забытом острове список его ошибок пополнился, а вишенкой на торте он им преподнес, что это была не та забота, которая ему требовалась. Он должен был радоваться тому, что ему уже давали, не надо было гнаться за чем-то большим. Не выгнали из команды и продолжают считать равным себе? Заткнись и наслаждайся, раньше у тебя и такого не было! Он должен поддерживать их всех, а не ломать еще больше. Но этот остров показал, что этого ничерта не было ему достаточно. – Меня нашла Хайди-чан – та девчушка, что вы видели. Ну, которая с белыми волосами и красными глазами. – и отвела в пекарню, где... я увидел сам себя. Самого себя, который месил тесто и широко улыбался посетителям. И, как оказалось, с еще более Расколотой Душой, чем я. Санджи усмехнулся, вспоминая ту встречу. Почему-то тогда не было страха или ужаса, не было отвращения – было лишь любопытство: какая история была у него, кто поселился на этом дурацком острове? Он привык к тому, что вокруг него есть кто-то с его лицом, непривычно было то, что это лицо не пыталась его побить. По крайней мере, не за дело. Пожалуй, в этом было его преимущество перед командой – не думать, что это он, а кто-то из братьев, сразу на душе становилось легче. Разве что ему не было ни с кем из своих братьев так... так уязвимо. – Он прожил на острове пять лет, потому что его Связь погибла от атаки Теней через пять минут, как прибыла на остров. А от превращения в Тень его спасла все та же Расколотая Душа и благословение Хайди-чан. – Так та девочка и есть богиня? – наконец-то кто-то присоединился к его монологу после всех тех ужасных слов и, конечно же, это была дражайшая Робин-чан. Неудивительно, что ее заинтересовала история острова после всех тех неточностей, что они встретили. Ох, ей определенно понравится разница между настоящей историей и тем, во что она превратилась для остальных, археолог любит подобные вещи. – Почему она не помогла тебе? Она же могла излечить твою душу, как мы слышали? – Нельзя излечить Расколотую Душу подобным способом, Робин-чан. С ней я должен был справиться самостоятельно, ведь это моя душа. А Хайди-чан не могла мне помочь, потому что была слаба, она только вступила в свои права, – улыбнулся Санджи, слегка поднимая подвеску и глядя на то, как отражается от нее солнечный свет. – Здесь нет богов – лишь фруктовики. Я не знаю, какой это плод, думаю, вряд ли теперь вообще кто-нибудь узнает, и в энциклопедии я его не встречал, но Хайди-чан выбрали преемницей буквально накануне приезда Криса на остров. Та атака Теней, которая убила Связь Криса, убила и предыдущую «богиню», не оставив ее преемнице никаких инструкций. Благо, сам фрукт после смерти владельца появляется только на острове, и его нашли довольно быстро – всего несколько часов, не без помощи Криса – но все равно это был провал. Хайди-чан достались в наследство лишь старые записи, полуживой библиотекарь, который не знал и половины того, что должна знать «богиня», да кое-как спасенный Крис, ставший ее Слугой – потому что он теперь ни человек, ни Тень, но человек с Расколотой Душой и способностями Теней. Она могла поддерживать в подобном состоянии только одну душу, и мы согласились, что это будет Крис. – Почему? – Луффи спрятал лицо за полами шляпы, но повар лишь покачал головой. Такой простой вопрос, но как же много было скрыто за ним. Почему у Криса была Расколота Душа, Почему они оба решили выбрать лишь одного из них, Почему Крис оказался на этом острове один без команды, Почему, Почему, Почему... – Потому что несмотря на свое противоречие, я знал, что если попрошу вас о помощи, вы мне поможете, – этот ответ дался Санджи легко. Теперь, после всего случившегося – Пирожный Остров, Вано, этот клочок земли – он знал ответ на именно этот вопрос и был уверен в ответе, несмотря ни на что. Быть может, знай он его на Дзо, все было бы иначе, а сейчас остается идти вперед. – А Крис просить помощи мог только у Хайди-чан. Кем бы он не был тогда, когда только прибыл, теперь он тот, кто есть сейчас. И просить помощи у вас не смог бы никогда. – Тогда почему ты не попросил помощи сразу? – Луффи поднял лицо, и Санджи с искренним облегчением заметил, что он действительно был расстроен, что он не сделал это сразу. Видеть своего капитана грустным, понимать, что ты причина – невозможно больно. Но почему-то эта боль заглушалась тем облегчением, что даже после случившегося, после его сказанных слов, взгляд его капитана не изменился. Для него Санджи все еще Санджи. – К чему надо было все это делать? – Потому что у острова есть еще одна проблема Связи, – рассмеялся Санджи, поворачивая подвеску на солнце под другим углом и наблюдая за тем, как отражается астеризм внутри кристалла. – Кто вам сказал, что Связь должна быть одна? – А? – он недоуменно склонил голову, позволяя шляпе слегка съехать набок. Впрочем, судя по шепоту других, вопрос сбил с толку и остальную команду. – Никто никогда не утверждал, что при попадании на остров, вы получите только одну Связь. Пока я сомневался, пытаясь понять, как рассказать вам в тот вечер в баре, что со мной происходит, появилась еще одна нить – она Связала Криса со мной. Мы поговорили с Хайди-чан в тот день с утра и пришли к выводу, что если вы узнаете о том, что если существует возможность еще одной Связи, они появятся. – Почему? – Чоппер поднял мордочку, стараясь вытереть подступающие слезы. – Что не так было бы? Мы же справились с одной, справились бы и с другими! – Потому что чем больше Связей вокруг тебя, тем больше шанс Расколоть Душу или стать Тенью. Связь – это сомнение, которое нужно преодолеть. Я искренне переживал, что ты призовешь Арлонга в качестве второй Связи, Джимбей, – усмехнулся Санджи, кивая рыбочеловеку. Неудержимо хотелось закурить, но он был уверен, что стоит ему просто заикнуться на эту тему, Чоппер не просто к кровати его привяжет, еще и заставит прослушать полный курс его двадцати часовой лекции без перерыва. Трижды. – Поэтому и дал подсказку про истинную природу Связей. Я должен был защитить вас. И нападение Теней из-за меня в этот план явно не входило. Но и повторять ошибок Дзо – разбираться со всем в одиночку – я тоже не особо желал. Я... я понял, что могу попросить помощи, что разбираться со всем одному совершенно необязательно. Я верил в вас, в то, что узнай вы правду, мы найдем способ разобраться с этим, но страх ошибиться, страх потерять кого-то из вас оказался сильнее. – Так вот как ты позвал на помощь – ты попросил ее у Хайди и Криса? – догадался Усопп, откладывая доску с фотографиями в сторону. – Ну... это... – Это определенно прогресс, но не тот, который бы вы хотели, я знаю, – рассмеялся Санджи, слегка раскачиваясь на качелях. Иногда, когда он встречал их на суше, и тем более когда они оставались на несколько дней, он раскачивался даже сильнее – они напоминали ему качку на корабле, к которой он уже привык, и без нее чувствовал себя совершенно некомфортно. А тут... ну, это было просто приятно, может это было по-детски, но это было приятно. – Проблема в том, что мне нельзя было находиться вдалеке от Святилища долго, но и бросать вас одних, ничего не делая, пока вы сражаетесь со всем этим, я не хотел. Тот факт, что для Криса из-за защиты богини время остановилось, сколько бы он не провел на острове времени – именно по этому прошло пять лет, а он все ещё как я – а я был не против сменить одежду – мы решили попеременно меняться местами. – Подожди-ка, – Френки поднял руку и покачал головой. – Ты хочешь сказать, что временами мы думали, что это ты, но это был Крис, а там, где мы думали, что это был Крис, был ты? – Ага, – ухмыльнулся повар, перебрасывая подвеску из руки в руку. Совершенно дурацкая идея, которая родилась из-за того, что дети принимали их друг за друга, подарила им просто потрясающую возможность узнать свою семью – свою команду – с другой стороны. И, честно, это тоже было весело. – Это было испытание для нас обоих – насколько я могу быть среди вас, а вы не увидите меня. Насколько он не забыл команду, что так любил. Чоппер, ты говорил, что я спас тебя тогда при нападении Теней на второй день, да? – олененок неуверенно кивнул, явно не желая вспоминать что-то подобное. – Так вот, это был Крис. Почти все атаки Теней отбивал он, потому что, как Слуга Богини, он действительно мог упокоить несчастных раз и навсегда. Усыпил вас тогда и перетащил в Святилище тоже он. Но именно я был на рынке. И именно я убегал с корабля во второй день. Очередная тишина, очередная пауза в его монологе, но Санджи, закрыв глаза, вспоминал песню, что так любила напевать Хайди. Она понравилась Крису – понравилась и ему, если честно. Кажется, ее пела предыдущая "богиня", а может кто-то ещё – он слегка пропустил тот момент, когда ему рассказывали историю песни, она ему просто понравилась. – Это совершенно ясно, – тихо напел он, закрывая глаза. – Какого цвета небо? Прекрасно описывала его состояние в тот момент. – Я видел обычный понедельник, – кажется, остальные замолчали не столько погруженные в свои мысли, сколько прислушиваясь к его пению. – Ветер и запах города проносятся сквозь звуки приходящих и уходящих людей. Санджи поднял подвеску над собой, глядя на то, как солнце отражается от нее, несколько ослепляя. Он все-таки не успел сбежать с острова вовремя, Хайди заметила верно, его срок истек еще в порту, и следующие дни, пока они покидали климатическую зону острова, команда буквально сражалась за его жизнь, не понимая, что они сделали не так. Он так и не сказал им, что они ошиблись в подсчете дней, за которые истекло благословение Хайди, да и вряд ли теперь это важно. – Мир, который я вижу, полон улыбок. Я уверен, что завтра пейзаж останется прежним. Даже без благословения и с Расколотой Душой он не мог оставить эту команду. Они не бросили его, он не должен был бросить их. – Мы менялись все две недели. Чем больше он скрывал свою силу – свое пламя, силу Тени – тем становилось хуже ему. Из-за того, что были разрушены некоторые обереги, благословение Хайди-чан на мне работало неправильно, оно начало разрушать меня изнутри. Мы торопились, стало чуть небрежнее. По крайней мере, нам не пришлось симулировать, что плохо только одному из нас – оба временами пугали местных жителей настолько, что принимали нас за восставших мертвецов. А скелет, значит, на такие мысли их совершенно не наводил, как же. – А что за обереги? – Брук с тихим звоном поставил чашку на блюдце. Шутку он явно оценил, судя по тому, как еле слышно просмеялся "йо-хо-хо-хо", хотя и достаточно, чтобы Санджи услышал. – Почему они влияли? – Как я уже сказал, основные события на острове вызваны обладателем дьявольского фрукта. Не было сбежавшей богини, были выжившие после Пустого Столетия. Не было сокровищ – были лишь остатки памяти, что смогли спасти с тех времен. Обереги были вещами, которые принадлежали первым обладателям этого дьявольского фрукта. Честно – я не знаю, потому что не знает Хайди-чан. Но она знала, что это влияет на работу острова, и знала, что мне просто не повезло, что все совпало в один день. Хотя, не сломай кое-кто оберег, возможно, было бы проще. По крайней мере, вариант, что у меня начнут отказывать органы, до разрушения кристалла не то что не высказывался, даже не рассматривался. – Да кто ж знал, – тихо пробормотал Луффи, вызывая у остальных непроизвольные смешки. Нами все-таки ударила его по голове сложенной картой. – А что значили ваши фразы с Крисом? – Робин мягко улыбнулась, глядя на него. Конечно, вряд ли он мог скрыть подобное от нее, она явно заинтересовалась и этой частью. Еще одна небольшая проблема, ха. – Это к тому, почему он пришел на этот остров, – главное их различие с Крисом. Истинная причина того, что сломало их обоих, но в разные стороны. – Точнее, он просто попал на него после того, как сбежал со свадьбы на Пирожном Острове. – Зачем тебе с нее сбегать? – нахмурился Луффи, почесывая затылок. – Мы же тебя спасли! – Вы спасли меня, Луффи, – безрадостно рассмеялся Санджи. – Но не его. Никто из вас не прибыл на Пирожный Остров. Вообще никто. В этот раз тишина была абсолютно другой, нежели чем когда он сказал, почему у него Раскололась Душа. И впервые за все это время вся команда не сводила взгляда не с него, но с Луффи, который, в свою очередь, уже не мигая, сверлил взглядом его самого. Наверное, он ему не верил, но почему-то молчал. Наверное, он злился на него, но все равно молчал. Наверное, он... Неважно, что скрывается за этим "наверное". Важны лишь факты, в конце концов. – Он сбежал сам, – усмехнулся Санджи, покачав головой, вспоминая их разговор. Видеть плачущим самого себя это определенно уникальный опыт, если бы он не рыдал в этот момент сам. Иногда он задавался вопросом, как бы поступил, если бы был на месте Криса, и до встречи с ним ему не приходил вариант "сбежать за ними". В этом вопросе в глазах Санджи Крис был куда сильнее его самого. – К тому моменту, как он почти добрался до этого острова, пришла информация, что вы проиграли в Вано. Тебе, Ло и Киду пришлось срочно перегруппировываться, но часть из вас схватили Дозорные, часть – Кайдо. А потом он попал на остров. Знаешь, я думаю, он боялся уходить с острова, потому что понимал, что раз за ним не пришли, то спасения он недостоин. Ведь как бы я не боялся, когда оказался в тот момент в Джерме, где-то в глубине души я как ребенок ждал, что меня спасут. Помните, что вы кричали детям в Панк Хазарде, Нами-сан? – он посмотрел на нее, заставляя Нами отвернуться от капитана и посмотреть на него. – Что если ребенок кричит и плачет, вы не можете отвернуться от этого? – Да, но... – Я был тем ребенком, – тихо пробормотал Санджи, сильнее сжимая подвеску. – Я был тем ребенком, но Джадж лишь отвернулся от меня. Я был тем ребенком, но братья смеялись надо мной. Я был тем ребенком, и Рейджу чаще всего стояла рядом и улыбалась. Я даже не могу описать, как в тот момент я был расстроен. Почему тогда мне не помогли? И... стали ли бы вы мне помогать? Я получил свой ответ – вы спасибо меня из Джермы. Но Крис лишь подтвердил ту мысль – я спасения был недостоин. – Его Раскол Души это потому что его я его не спас? – тяжело произнес Луффи и поднял на него взгляд. Впервые за долгое время – наверное, со времен Ватер Севен и той страшной ночи в гостинице – Луффи выглядел на свой возраст, даже младше. И абсолютно такой же детский непонимающий и обиженный взгляд. Санджи хотел бы его обнять, но не мог. Не сейчас. – Именно это сломало его душу? – Его душу сломало то, что он предпочел себя вам. У нас были похожие сомнения – как он мог желать спасения от вас, если вы сами были в беде? На тот момент мы из-за меня были зажаты между двух Йонко. Нам нельзя было рисковать, и это было одной из причин, почему мы ушли к Большой Мамочке. Но... ты спас меня, – он не мог не улыбнуться, глядя на все еще по-детски обиженного, но внимательного капитана. –Ты рискнул и показал, что он окупился. Ты развеял мое сомнение. У него не было такой возможности, его сомнение осталось прежним. Стоит ли всего – жизней, мечтаний, стремлений – такое спасение? Почему он должен был хотеть помощи, которую вы не могли ему дать. И нужна ли вообще помощь от кого-то вроде него. Поэтому он пользовался остановкой времени и не торопился уплывать с острова – потому что боялся, что его помощь будет нежелательной. Что вы предпочтете исчезнуть, а не принимать помощь от того, кто недостоин был вашей помощи. – И от диалог на палубе... – Теперь он смог найти в себе силы смириться с ответом, – то, как Крис смотрел на команду, на корабль, на горизонт... Он нашел свой ответ. Он развеял свое сомнение. Из-за Раскола Души и остатков благословения Хайди он видел, как разбилась их с Крисом Связь. Они стали действительно свободны в тот момент, и все остальное для них обоих уже не имело значения. – И будете ли те вы рады этому или нет – он просто пойдет дальше. Если его будущее будет вдали от вас – что ж, так тому и быть. – Ты думаешь также, Санджи? – такое чувство, что Луффи даже не дышал, наблюдая за ним, но это лишь смешило еще сильнее. – Конечно нет. Я – не он, и он – не я. Но при это я – это он, а он – это я. Но жить бы мы хотели немного иначе, поэтому и повторили ту фразу. Наступила очередная пауза, а Санджи поднял подвеску к солнечным лучам. Хайди была права – крыло окрасилось в великолепный синий цвет, напоминая теперь прозрачное стекло с плавающей рыбой под ним в виде крыла. Какие бы не были у него вопросы к самому себе, какие бы выводы не сделает команда от его слов, он пойдет вперед уже без тех дурацких сомнений. Его будущее его ждет. – Что ж, я не то чтобы многое понял из всего этого, – Санджи устало вздохнул, бросая взгляд на Луффи, который в этот раз теребил шляпу в руках. – Но теперь-то я могу тебя обнимать, верно? А то они мне не давали! – Да, теперь можешь, – улыбнулся повар, но тут же поднял руку, заставляя приготовившегося прыгнуть капитана остановиться. – Но это не отменяет твоей овощной диеты за записку. – Ну Сааааанджи, они же не злятся на тебя! – Они и не должны были, сохрани ты записку! – Какую записку? – вопрос Нами заставил обоих спорщиков вздрогнуть и Санджи, закутавшись в плед, указал на Луффи, который тут же попытался отползти за Зоро. – Луффи, о какой записке говорит Санджи-кун? – Йо-хо-хо, – рассмеялся Брук, передавая Робин небольшой мешочек монет. – Я удваиваю собственную ставку. Санджи вновь повернулся к небу и подвеске. Теперь он действительно был готов идти дальше. Что бы не было дальше – он готов. – Возьми меня за руку, сделай шаги и позволь мне поехать на поезде в будущее. Скажи мне, что путешествие продолжается