Книга 2. Глава 1. День рождения — хуже некуда

Когда Рон с близнецами, Джинни и Гермионой спустились к завтраку, Бродяга, Ремус, Нимфадора и Гарри стояли и о чём-то негромко переговариваясь. Лица у взрослых были серьёзными, а Гарри казался задумчивым, но спокойным. — Куда ты пропал? — сразу брякнул Рон, подходя к Гарри. — Всё в порядке? — одновременно спросила Гермиона, изучающим взглядом скользнув по Ремуcу и Тонкс. Близнецы, как всегда, нашли повод для шутки. — Наверное, готовили сюрприз, — сказал Фред. — Или секретное общество, — подхватил Джордж. — Членством в котором мы, скромные родственники, обделены. Джинни молча стояла напротив Гарри, нервно дёргая рукав своей кофты. Гарри заметил это движение, встретился с ней взглядом и, подойдя ближе, положил ей на плечо тёплую ладонь. — Всё хорошо, — тихо сказал он так, что слышала только она. Пальцы Джинни разжались, перестав мять ткань. Вскоре в зал стала стекаться вся школа. Воздух гудел от удивлённых голосов — столы факультетов исчезли. Вместо них в Большом зале стояли диваны, пуфики и кресла, сгруппированные будто в гигантской гостиной. Между ними были расставлены чайные столики с печеньем, бутербродами и кувшинами с соком. Когда последний ученик устроился, Дамблдор встал. Его голос, усиленный заклинанием, мягко заполнил пространство. — В связи с исключительными обстоятельствами, уроки на ближайшие время отменены, — объявил он. Волна радостного шёпота прокатилась по залу, но смолкла, когда директор поднял руку. — Надеюсь, все хорошо выспались. С сегодняшнего дня мы приступаем ко второй книге. Прошу всех серьёзно отнестись к прочтённому. А теперь, кто первым будет читать? — Давайте я, — вызвалась Астория. Глава 1. ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ — ХУЖЕ НЕКУДА, — прочитала она заголовок. В доме № 4 по Тисовой улице во время завтрака разразился очередной скандал. — И не в последний, — едва слышно пробормотал Поттер. — Опять эти Дурсли, — закатил глаза Симус. Ранним утром мистер Вернон Дурсль проснулся от громкого уханья совы, долетевшего из комнаты племянника. — Громкого уханья? — подняла бровь Джинни. — Третий раз за неделю! — проревел он, садясь во главе стола. — Вышвырни ее немедленно, коль не умеешь с ней управляться. — Сове в клетке скучно, — в который раз принялся объяснять Гарри. — Пустая трата времени, — притворно серьёзно сказал Фред. — Она вольная птица. Хорошо бы выпускать её хоть на ночь. — Ты не выпускал её на ночь полетать?! — возмутилась Браун. — Я не мог, мне не разрешали, — защищался Гарри. — Это же издевательство над бедной птицей! — раздражённо закатив глаза произнесла Джинни. — Гарри, твой дядя ужасен, — поморщилась Лаванда. — Ты только заметила? — фыркнула Гермиона. — Я что, по-твоему, идиот? Не знаю, что от сов именно ночью жди неприятностей? — Это почему от сов одни неприятности? — нахмурился Колин. — Я так понимаю, Вернон все ещё помнит, как в первой книге его дом завалили письмами, — задумался Ремус. Дядя Вернон переглянулся с женой и вытер усы, в которых запутались кусочки яичницы. — ФУ! — поморщилась Падма. Гарри хотел что-то возразить, открыл было рот, но кузен Дадли, смачно рыгнув, заявил: — Хочу ещё бекона! — Много хочешь, — фыркнула Анжелина. — Ну и манеры, — поморщилась Нарцисса. — Возьми, деточка, со сковородки. Там ещё много, — сказала тётя Петунья, и глаза её от умиления увлажнились. В зале все фыркнули. — Этому мальчишке следовало преподать урок хороших манер, а не поощрять все его капризы, — возмутилась мадам Боунс. — Кушай на здоровье, пока есть возможность. Школьная еда просто отвратительна! — Благо, у нас такой проблемы нет, — хмыкнул Рон. — Он похудел? — удивилась Джинни. — Скорее наоборот, — хмыкнул Гарри. — Глупости, Петунья, — отрезал дядя Вернон. — Я в этой превосходной школе никогда не голодал. Думаю, и нашему сыну еды там хватает. Дадли, очевидно, еды хватало: он был такой толстый, что бока у него свисали с краёв табуретки. — Оно видно, — шепнул Фред. — ФУ! — поморщились сестры Патил и Лаванда. — Ребёнку нужно срочно на диету, — нахмурилась Молли. — Дай мне сковородку, — приказал он Гарри. — Ты забыл волшебное слово, — напомнил ему Гарри. — Правильно, хоть кто-то же должен учить его манерам, — буркнула Амелия. — Какое из? — хмыкнул Симус. — Пожалуйста, — закатил глаза Гарри Эта простая фраза подействовала на семейство, как красная тряпка на быка. — Хорошие манеры не для них, — кивнул Артур. Дадли ойкнул и с грохотом свалился с табуретки. Миссис Дурсль, вскрикнув, прижала ко рту ладони. А мистер Дурсль вскочил со стула, и на висках у него вздулись синие жилки. — Вот это реакция, — нахмурилась Молли. — Этому человеку не помещало бы полечить нервы, — буркнул Тедди. — Я только хотел сказать: он забыл слово «пожалуйста», — стал торопливо оправдываться Гарри. — Это очевидно же, — удивилась первокурсница Когтеврана, — разве нет? — Видимо, не для всех, — ответила её сокурсница. — Сколько раз нужно тебе говорить, — брызгая слюной и стуча кулаком по столу, прошипел дядя Вернон, — в моем доме никаких слов на букву «в». Да и как ты посмел учить моего сына! — Он исключил все слова на букву «В»? — хмыкнул Симус. — Возмутительно! — крикнул Фред. — Возникает опрос: озможно сегда не говорить слова на букву «В»? — Проверите после книг, — строго сказала Молли. — Но ведь… — Я предупреждал тебя, что не потерплю под этой крышей упоминания о твоём уродстве! Бродяга зарычал на книгу. — Каком уродстве? — прошипела Джинни. — На своего бегемота посмотрели бы! — Я бы ещё поспорил что именно является уродством, — возмутился Колин. Гарри взглянул на багровую физиономию дядюшки, побледневшее лицо тёти Петуньи, которая силилась поднять с пола пыхтевшего сыночка, и тяжело вздохнул. Зал взорвался от смеха, представив, как миссис Дурсь пытается поднять жирного Дадли. — Хорошо… хорошо, — кивнул он. Дядя Вернон опустился на стул, дыша словно рассвирепевший носорог, его крохотные глазки, казалось, хотели пробуравить Гарри насквозь. — Ну, и мерзость, — пробормотала Джинни, скривившись. С самого начала летних каникул дядя Вернон обращался с ним, как с бомбой замедленного действия. — Странно, он мог бы просто тебя игнорировать, — заметила Гермиона. Дело в том, что Гарри был и в самом деле необычный мальчик, не такой, как все. — О, неужели? — раздражённо фыркнул Малфой, — А то мы не знали. Гарри Поттер был волшебником. Он приехал домой на каникулы, закончив первый курс Школы чародейства и волшебства «Хогвартс», что на волшебном языке значит «вепрь». — Где его чуть не убили, — заметила Джинни. — Зачем нам повторяют то, что мы и так знаем? — непонимающе поинтересовался Дин. — Вдруг за ночь забылось, — пожал плечами Джордж. Естественно, Дурели не обрадовались его приезду, но это пустяки по сравнению с тем, что чувствовал, живя в этом доме, Гарри. — Бедный ребёнок, — произнесла мадам Памфри. Он очень скучал по школе, скучал по замку, его таинственным переходам, привидениям, по урокам и учителям (но, конечно, не по Снейпу, преподававшему волшебное зельеварение), по общим трапезам в Большом зале. — Очень польщён, мистер Поттер,— произнёс Северус. — Простите, сэр, — вставил Гарри. А какая у него замечательная кровать под пологом на четырёх столбиках в круглой спальне на самом верху башни! Почту приносят совы, а в хижине на опушке Запретного леса живёт добрый лесничий Хагрид. Хагрид широко улыбнулся. Но особенно он скучал по квиддичу, любимой игре волшебников: шесть колец на высоких шестах, четыре парящих мяча и четырнадцать игроков верхом на метлах. — Ещё бы, — хмыкнула Гермиона, она не сомневалась, что Гарри Поттер будет скучать именно по квиддичу. — Мальчишки,— согласно кивнула Падма. — Квиддич, — вторила ей сестра. Привезя племянника домой, дядя Вернон первым делом отобрал у него весь волшебный скарб — учебники, палочку, мантию и метлу новейшей модели «Нимбус-2000». — ЧТО?! — возмутилась Минерва. — И как ты будешь делать уроки? — удивилась Лаванда. — Это никого не волновало, — ответил Гарри.        Северус задумался. Все это отправилось в чулан под лестницей и было заперто на замок. — Как так можно??!! — возмущались все любители игры. — Как будто Гарри будет пользоваться магией вне школы, — фыркнул Деннис, Гарри же не дурак. Рон и Гермиона красноречиво покосились на друга. — Всё это было случайно, вы прекрасно об этом знаете, — пробормотал Гарри, закатывая глаза. — Но с тётей всё-таки было круто, — шепнул Рон. Дурслям наплевать, что Гарри не выполнит летнего домашнего задания, а без тренировок его исключат из команды факультета. —Не смеши, тебя исключит только сумасшедший, — фыркнула Анджелина. — Но да, терять подготовку не нужно. Обычных людей, в чьих жилах нет ни капли волшебной крови, маги называют «маглы», что на их языке значит «простаки». Для простаков — не для всех, конечно — волшебник в семье — позор. И чтобы пресечь всякую связь с миром чародейства и колдовства, дядя Вернон даже сову Буклю посадил под замок. — Издевательство над животным! — прогремел Хагрид. Гарри в семье Дурслей был во всем белой вороной. — Да и слава Мерлину, что ты не похож на них, Гарри! — фыркнул Рон, — Мы бы с тобой тогда не общались. — Вот уж спасибо, друг, — в тон ему отозвался Гарри. — Ты бы тоже не стал со мной общаться, будь я хоть чуть-чуть похож на них. — Справедливо. Дядя Вернон — представительный мужчина с пышными, черными усами и без намёка на шею. — Всю шею скрывают подбородки, — фыркнул Чарли. Тётя Петунья — тощая блондинка с лошадиным лицом, а розовощёкий, белобрысый Дадли весьма смахивал на поросёнка. Все дети, а также некоторые взрослые, прыснули. — Описание подходящее, — успокоившись, хмыкнул Джордж. Гарри же был маленький, худенький, сквозь круглые очки на мир взирали блестящие зелёные глаза. Черные как смоль волосы вечно взъерошены, на лбу тонкий шрам, похожий на разряд молнии, — единственное свидетельство трагических событий, в результате которых одиннадцать лет назад Гарри был найден Дурслями на пороге их дома. — Кто знал, что Дурсли решат, что Поттер их домовой эльф, — фыркнул Люциус. Он, разумеется, не помнил, как он чудом избежал гибели, — ему тогда был всего годик. — Судя по всему, знает только наш гость из будущего, — фыркнул Блейз. Он посмотрел на Тедди, который еле заметно ему кивнул, от чего у Гарри отлегло на сердце. Он больше в этом не один. Великий черный маг лорд Волан-де-Морт, чьё имя и по сей день наводит ужас на волшебный народ, подверг заклятию семейство Гарри. Мать с отцом погибли, а на мальчика злые чары не подействовали; о произошедшем напоминал только лёгкий зигзаг на лбу. Но вот что странно: после этого злодейства колдовская сила Волан-де-Морта невесть почему сама собой исчезла. А Гарри очутился на пороге дома единственных родственников — тётки по матери и её мужа. Он прожил с ними десять лет, не понимая, с чего бы это вокруг него творились порой очень странные вещи. И никогда не подвергал сомнению рассказ дядюшки, что его родители погибли в автомобильной катастрофе, после которой у него и остался на лбу этот шрам. — Врун, — фыркнула Джинни. — Скорее бы узнать, что тогда случилось, — заволновалась братья Криви. А ровно год назад Гарри получил письмо из «Хогвартса», открывшее ему правду. Он поехал туда учиться, и вдруг оказалось, что он знаменитость и все его по этому шраму узнают. — Это «в предыдущей серии», мы поняли, — отмахнулся Колин. — Чего? — не понял Рон. — У вас что... а, в прочем, не важно, — отмахнулся Криви, — проехали. Но сейчас лето, время каникул, и он опять дома, где с ним обращаются как с паршивой собакой, вывалявшейся в зловонной грязи. Сегодня у него день рождения, но никто из семейства даже не вспомнил об этом. Он и не ожидал подарка, от них и пирожка не дождёшься. Но чтобы уж совсем забыть…Грустные мысли Гарри прервало многозначительное покашливание дяди Вернона. — Вечно ты себя накручиваешь, — закатила глаза Джинни. — Сегодня, как вы помните, у нас важный день… — начал он. — О, дядя сам нарушил своё правило! — Он сказал "важный", а это на букву "В"! — продолжали веселиться близнецы. — Он серьёзно? — удивился Рон. —Да не может такого быть... Гарри от неожиданности поперхнулся. — …возможно, именно сегодня, — продолжал мистер Дурсль, — я заключу самую крупную в жизни сделку. — О, это больше похоже на правду, — хмыкнул Рон, кто-то недовольно фыркнул с другого конца зала. Нынешний Гарри покачал головой — и на что он рассчитывал? Гарри опять принялся жевать свою гренку. Как дядюшка надоел со своей дурацкой сделкой! Последние две недели только о ней и разговор. Сегодня вечером в честь хозяина богатой строительной фирмы будет дан званый обед. Дядя Вернон, чья собственная фирма делает дрели, мечтает получить от него выгодный заказ. Гость обещал быть с женой. — И твой дядя сделает все, чтобы он прошёл идеально, — закатила глаза Гермиона. — Что в этом плохого? — фыркнул Драко. — Ну, для тебя подлизывание — это обычное дело, — махнул рукой Рон. — Зато он добивается своего, в отличие от некоторых, — фыркнула Пэнси. — Довольно! — прервал ещё не начавшийся спор директор. — Не мешало бы ещё раз отрепетировать сегодняшний вечер, — предложил дядя Вернон. — Отрепетировать?.. — удивилась Чжоу. — Неужели это настолько важное мероприятие? — О, ты даже не представляешь насколько, — буркнул Гарри, голос его сквозил сарказмом. — Прелесть... — Итак, к восьми ноль-ноль каждый должен быть на своём месте. Петунья, ты будешь… — В гостиной, — подхватила тётя Петунья. — Моя обязанность — со всей учтивостью приветствовать дорогих гостей. — Учтивостью? — засомневалась Джинни. — Прекрасно. А ты, Дадлик? — Я открою гостям дверь, — ответил толстяк и, приторно улыбнувшись, прибавил: — Мистер и миссис Мейсон, позвольте взять ваши пальто! — Он долго репетировал? — хмыкнула Кэти Белл. — Очень, — с улыбкой кивнул кивнул Гарри. — Ах! Они сразу его полюбят! — воскликнула тётя Петунья. — Театр одного актёра, — закатив глаза, прошептала Нимфадора. — Надеюсь, тебя не заставили участвовать в этом цирке? — поинтересовался Ремус и глаза его недобро блеснули. Гарри тяжело вздох — заставить то не заставили, но кто сказал, что всё прошло хорошо... — Молодец, Дадлик! — похвалил сына мистер Дурсль и повернулся к Гарри. — Сейчас что-то будет, — вздохнула Минерва. — А ты что будешь делать? — Буду тихо сидеть у себя в комнате, как будто меня вообще нет, — пробубнил на одной ноте Гарри. — Неплохо, — кивнул Билл. — Надеюсь, ты помешал? — с надеждой спросил Дин, Гарри проигнорировал вопрос. — А слово "вообще" тоже на букву "В"! — И "в комнате" тоже начинается на эту букву! — Два раза за одно предложение! Как ты мог, Гарри! Как ты мог... — И это мой день рождения...— наигранно грустно произнёс Гарри. — И чтоб ни единого звука! — напомнил дядя. — Затем я веду их в гостиную, представляю Петунье и предлагаю что-нибудь выпить. В восемь пятнадцать… — Я приглашаю гостей к обеду, — важно произнесла тётя. — А ты, Дадлик, скажешь… — Мистер и миссис Мейсон, позвольте проводить вас в столовую. — Дадли протянул пухлую руку невидимой даме и прибавил, гордо взглянув на родителей: — Ну как? — Из них ужасные актёры, — поморщилась Сьюзен. — Я бы сбежал с такого приёма, всё так наигранно, — поморщился Симус. — Маленький мой, ты истинный джентльмен! — Тётушка чуть не прослезилась. Многие в зале фыркнули. — Никакого воспитания, — покачала головой Минерва. — А ты? — Дядя Вернон зыркнул злобным взглядом на Гарри. — Тихо сижу у себя в комнате, как будто меня вообще нет, — тупо повторил Гарри. — Зачем он у тебя второй раз спрашивает? — удивилась Тонкс. — Думает, что я с первого раза не пойму, — закатил глаза Гарри. — С вами такое часто бывает, — криво усмехнулся Северус. — Правильно, — кивнул дядюшка. — За обедом каждый скажет гостям что-то приятное. Петунья, ты что придумала? — А сложно просто сказать что-то приятное? — удивилась Молли. — Для них — да, — ответил Гарри. — Вернон рассказывал, как вы прекрасно играете в гольф, мистер Мейсон! Миссис Мейсон, позвольте вас спросить, где вы купили это очаровательное платье? — Слишком наигранно, — поморщилась Джинни. — О, это ты ещё что придумал Дадли не слышала, — хмыкнул Гарри. — Очень хорошо! А ты, Дадлик? — На прошлой неделе мы в школе писали сочинение на тему «Мой кумир». И я написал про вас, мистер Мейсон. — Перебор! — хором крикнули близнецы. — Какой идиот на это поведётся? — фыркнул Драко. — Да, послушаем мастера подлизу, — хмыкнул Рон.        Драко бросил на Рона презрительный взгляд. Это уж было явно чересчур. Тётя Петунья от избытка чувств разрыдалась и прижала сына к груди, а Гарри нырнул под стол — ещё увидят, как он трясётся от беззвучного смеха. В зале же никто не сдерживал смех. — Ну, а ты? Гарри вылез из-под стола, изо всех сил стараясь не фыркнуть. — Наблюдаешь цирк в первом ряду, — хмыкнул Сириус. — Тихо сижу в комнате, как будто меня вообще нет, — отчеканил он. — Вот именно. Я ничего не говорил Мейсонам о тебе. Незачем им это знать… — Придурок, — закатила глаза Джинни. — Джинни! — пригрозила Молли. — После обеда Петунья пригласит их в гостиную пить кофе, а я как бы невзначай заведу разговор о дрелях. Глядишь, до начала вечерних новостей и подпишем контракт. И тогда завтра утром едем по магазинам. Надо столько всего купить для отдыха на Майорке! — Надеюсь, ничего у них не выйдет, — заметил Рон. Никакой радости Гарри это известие не доставило. Ему все равно — что Тисовая, что Майорка, лучше к нему относиться не будут.  — Это точно, — кивнула леди Лонгботтом. — А сейчас мы с Дадли едем покупать смокинги. Ты, Петунья, приведи все в идеальный порядок. А ты, — повернулся он к Гарри, — не мешай тётушке, не путайся под ногами. Бродяга зарычал. — Благо тебя, Гарри, не заставили убираться, — фыркнул Фред, — приятного было бы мало. Гарри вышел в сад. Был чудесный солнечный день. Он прогулялся по лужайке, сел на скамейку и грустно запел: «С днём рожденья тебя, с днём рожденья тебя…» И ни открыток, ни подарков, а вечером просто хоть совсем умри. — Почему Рон и Гермиона не поздравили тебя? — недоуменно спросил Билл, — Я был уверен, что вы уже стали достаточно близки для поздравлений. — Не делай поспешных выводов, — недовольно пробормотал Рон. — Всё куда сложнее, — вздохнув, ответила Гермиона, поймав непонимающий взгляд Билла. Взгляд его, бесцельно блуждая, остановился на зарослях живой изгороди. Никогда ещё у него на душе не было так тоскливо, так одиноко. Бродяга грустно заскулил и положил голову на колено Гарри. Нет рядом ни Рона Уизли, ни Гермионы Грэйнджер — его лучших друзей. Совсем они про него забыли. — ЭЙ! — возмутились друзья. — Ну, на тот момент, все так и выглядело, — буркнул Гарри. За все лето ни одного письма! — Ни одного? — нахмурился Чарли. — Я точно знаю, что Рон писал Гарри, — отозвался Джордж, — и жаловался, что Гарри не отвечает. — Значит, письма не доходили, — закончил мысль Фред. — Кто-то перехватывал все письма для Гарри Поттера? Какой-то помешанный фанат? — фыркнул Драко, закатывая глаза. Гарри переглянулся с друзьями, сдерживая улыбки, знал бы Малфой кто был этим самым «фанатом»... А ведь Рон — тогда в июне — даже звал его погостить. — Моё предложение было в силе! — возмутился Рон. — Но как я должен был догадаться, — фыркнул Гарри. — Как Гарри может быть в безопасности, если даже в относительно спокойное время кто-то перехватывает его письма, — прошептала Нимфадора Ремусу. Люпин нахмурился, но не ответил. Сколько раз Гарри хотелось заклинанием отпереть клетку и послать друзьям с Буклей письмо. Но это сулит большие неприятности. Несовершеннолетним волшебникам применять магию вне стен школы категорически запрещается. Дядя Вернон, правда, о запрете ничего не знает. Знал бы, давно бы запер племянника в чулане вместе с метлой и волшебной палочкой. — Не сомневаюсь, — фыркнула профессор Стебель. — Надо было давно наведаться к этим родственникам. Все семейство ох как боится, что он возьмёт и превратит их в навозных жуков или в кого ещё хуже. — Интересная идея, — хмыкнул Фред. — Это было бы круто! — обрадовался Колин. — Мистер Криви! — Простите, — отозвался Колин и шёпотом добавил, — всё равно было бы здорово. Первые две недели Гарри придумал забаву: надоест ему Дадли, он и начнёт что-нибудь бормотать — толстяка как ветром сдунет. По залу прошли смешки. Но писем от друзей все не было, волшебный мир превращался в мираж, и Гарри надоело потешаться над кузеном. А сегодня друзья не вспомнили и про день рождения. — Не понимаю, кому нужно было перехватывать твои письма, — всё ещё недоумевал Ремус. Получить бы из школы хоть какую весточку, от кого угодно, даже от злейшего врага Драко Малфоя... — О, не надейся, Поттер, — фыркнул Драко. ...(не зря его фамилия значит «злокозненный»), лишь бы увериться, что Хогвартс не сон. Маглорожденные понимающе закивали — летом частенько казалось, что Хогвартс — не более чем фантазия. Конечно, и в школе всякое бывало. В конце третьего семестра Гарри лицом к лицу столкнулся с самим Волан-де-Мортом. — Да, чего в принципе не должно происходить в школе! — недовольно заметила Молли. И хотя нынешний Тёмный Лорд был лишь бледной тенью прошлого, он никому не пожелал бы встречи с таким чудовищем. — Ужас, представить страшно, — прошептала Парвати. — Это да, — вздохнул Гарри. Чего-чего, а хитрости и лукавства черному магу и сейчас не занимать. Ясно, что он ни перед чем не остановится, чтобы вернуть былое могущество. Правда, Гарри опять удалось спастись, уже второй раз. — Повезло, что выжил, — буркнула Молли. Но жизнь его висела на волоске. С того дня прошла не одна неделя, а Гарри нет-нет да и проснётся ночью в холодном поту: опять привиделось это страшное лицо, безумные глаза. Такая жуть! Интересно, а где сейчас Волан-де-Морт? Внезапно Гарри весь напрягся: из середины кустарника за ним явно кто-то следил. — Ну вот! Теперь у ребёнка паранойя! — вскинула руки Молли. — Мне очень не нравится переход от Волан-де-Морта к тому, что у тебя кто-то в кустах сидит, — моментально напрягся Ремус. — Не паникуй раньше времени, — пыталась успокоить его Тонкс, при этом сама не сводила тревожного взгляда с книги в чужих руках. Гарри вскочил со скамейки — в густой листве мелькнули два огромных зелёных глаза. — Ты про это не рассказывал, — напряглась Гермиона. — За тобой следят?! — воскликнул Деннис. Гермиона с Роном бросили на него вопросительные взгляды, Гарри кивнул. — Ни дня у тебя спокойного, Гарри, — фыркнула Джинни. — А я знаю, какой сегодня день, — донёсся до него насмешливый голос Дадли, приближавшегося вразвалочку. Огромные глаза мигнули и исчезли. — Что, что? — Гарри не отрывал взора от живой изгороди. — А я знаю, какой сегодня день, — повторил Дадли, подходя ближе. — Великое достижение! Наконец-то ты выучил все дни недели. Многие в зале оценили шутку. — У тебя сегодня день рождения. А где же поздравительные открытки? — хихикнул Дадли. — Ах он уродливый морж, — прошипела Джини. — Выходит, у тебя даже в твоей уродской школе нет друзей. — Кто бы говорил, Дадлик! — раздражённо фыркнул Рон — Смотри, как бы твоя мама не услыхала, что ты упомянул мою школу, — сухо проговорил Гарри. Дадли подтянул сползавшие с толстого пуза штаны. — А чего ты так уставился на кусты? — подозрительно спросил он. — Да вот прикидываю, от какого заклятия они сильнее вспыхнут. С разных концов зала раздались смешки. — Ох, Гарри, я в восторге, — улыбнулся Джордж. С поросячьих щёк Дадли сполз румянец, он отбежал назад и, заикаясь, проговорил: — Трусливый поросёнок, — хмыкнул Рон. — Ты… ты… не посмеешь. Папа сказал, будешь колдовать, он вы… выгонит тебя из дому. А… а куда ты пойдёшь? У тебя и друзей-то нет! — Да успокойся уже, есть у него друзья, — закатив глаза, отозвался Рон. — Причём побольше, чем у некоторых, — радостно закончил Фред, под уничтожающий взгляд матери. — Джокер-покер, фокус-покус, фигли-мигли, — угрожающе затараторил Гарри. — Только не говори, что он поверит, — взмолился Драко. — Гарри! — рассмеялись близнецы, — Это потрясающе. — Спасибо, — хмыкнул Поттер, лукаво улыбаясь. — Как скоро он поймёт, что это — полная ерунда? — с усмешкой поинтересовалась Гермиона. — Он вряд ли до этого дойдёт, — пробормотал Рон. — Он может и вряд ли, а вот Петунья — точно должна понимать, что ты дуришь её сыночка, — вздохнул Ремус. — Странно, что она не помнит про то, что колдовать все Хогвартса запрещено. — Мама! — завопил Дадли и понёсся в дом. — Мама! Он занимается… сама знаешь чем! Студенты расхохотались. — Гарри! — воскликнул Фред, — Как же ты посмел! — Поттер закатил глаза, сдерживая усмешку. — Ты наверняка сломал ему психику, — трагично вздохнул Джордж. — Мальчики, — покачав головой, вздохнула Молли — терпение у неё стремительно заканчивалось. Дорого заплатил Гарри за доставленное себе удовольствие. Веселье быстро сошло на нет. — Что на это раз? — выплюнула Гермиона. Тётя Петунья сразу поняла, что слова эти ничего не значат, что с её сыночком ничего не случится, как, впрочем, и с живой изгородью. Но для острастки замахнулась на племянника сковородой,... — Что? — Ремус сжал руки в кулаки. ...так что Гарри едва от неё увернулся, да ещё выше головы завалила работой. Бродяга залаял на книгу. — Успокойте свою псину, Поттер, — фыркнул Снейп. — Пока все не закончишь, об обеде и не мечтай, — бросила она и вернулась к своим делам. Дадли принялся за третий рожок мороженого, а Гарри взял губку, вымыл окно, машину, потом постриг газон, унавозил клумбы, обрезал и полил розовые кусты. Солнце палило нещадно, он устал и хотел пить. Оставалось ещё покрасить скамейку. — Это эксплуатация детского труда! — вслух, что она делала очень редко, возмутилась Андромеда. — Незаконная, — возмутился профессор Флитвик. — Это ужасно! — воскликнула Молли, — Гарри не должен работать чтобы поесть! Конечно, на Дадли не стоит обращать внимание. Но как не расстроиться от его слов? Может, и впрямь нет у него в школе друзей? — Не правда, Гарри, — хором воскликнули Рон с Гермионой. — Да, Гарри! — подхватили близнецы, Поттер хмыкнул. — Больше я не сомневаюсь. «Видели бы они сейчас, как знаменитый Гарри Поттер раскидывает по клумбам навоз», — горестно размышлял он.    По залу прошли смешки. — Действительно жаль, что мы не лицезрели этого, — усмехнулся Малфой. Спина уже еле разгибалась, по лицу градом катил пот. — Ты проработал весь день без перерыва? — ужаснулась Молли. — А что? Обычное дело, — буркнул Гарри. — Нет, Гарри, даже по магловским законам твоих дядю и тётю могут посадить в тюрьму, — ответила Гермиона. В половине восьмого тётушка наконец позвала его. — Иди ешь! Да смотри, наступай на газеты! А то ещё нанесёшь грязи. — Сами его отправили в грязи копаться — теперь возмущаетесь, — закатила глаза Тонкс. Гарри вошёл в прохладную, сверкающую чистотой кухню. На холодильнике высился праздничный пудинг: гора взбитых сливок, украшенная засахаренными фиалками. А в духовке аппетитно шкварчал в ожидании гостей свиной окорок. Тётя Петунья кинула на стол тарелку с двумя ломтями хлеба и куском сыра. — Я не понял, это что, всё? — холодно поинтересовался Ремус. — Да в его возрасте это даже не перекус! — Нет, мистер Поттер точно не может оставаться там дальше, когда это вредит его базовым потребностям, — заключила мадам Помфри. — Директор, я настаиваю, чтобы мы навестили данную семью после прочтения всех книг, — заметила мадам Боунс. — Разумеется, — вздохнул Дамблдор. Гарри тяжело вздохнул — страшно представить, что будет дальше. На ней уже было вечернее платье цвета лосося. — Давай быстрее, гости будут с минуты на минуту! — приказала она. Вымыв руки, Гарри с жадностью набросился на скудный ужин. Не успел он проглотить последний кусок, как тётушка схватила со стола его тарелку и махнула рукой. — Дай ему доесть! — возмутилась Джинни. — Марш к себе! — прошипела она. Проходя мимо гостиной, Гарри увидел дядю Вернона с сыном. Оба были в смокингах и галстуках-бабочках. Поднявшись наверх, он обернулся и в последний раз окинул взглядом прихожую и лестницу. — Запомни: один звук — и тебе несдобровать, — донеслось напутствие дяди, который вышел из гостиной, чтобы ещё раз напомнить Гарри, как себя вести. — Зуб даю — что-то обязательно произойдёт, — заключил Фред. — Не дай Мерлин, — пробормотал Артур. Гарри на цыпочках вошёл к себе в комнату, осторожно прикрыл дверь и замер. На кровати у него кто-то сидел. — Ну, конечно! — фыркнул Чарли, — Гарри, ты просто притягиваешь неприятности. — Гарри обречённо развёл руками. — Почему кто-то вообще так легко проник к тебе в дом? — Это тот, кто следил за тобой? — догадался Симус. — Это мы узнаем из следующей главы, — вздохнула Гермиона. — Ужасные маглы, нужно подумать, что мы можем сделать, дабы они понесли заслуженное наказание, — заметила мадам Боунс. — Кто будет читать дальше? — спросила Астория. — О, позвольте мне, — сказал профессор Флитвик.