3

⠀⠀⠀⠀Я не мог не признать - Оранжевая комната поражала. Поражала прямо в сердце, широко открывая рот в форме буквы «ах». Мне доводилось видеть разные помещения. Это мне очень нравилось. ⠀⠀⠀⠀Разумеется, сама комната, с ее на удивление приличным светом, длиной метров девять, шириной семь, а высотой четыре, с мягким ковром светло-серого цвета, покрывавшим почти всю площадь паркетного пола, была вполне приятна на вид и на ощупь. И еще казалась официальной, но не слишком. ⠀⠀⠀⠀А вот тот факт, что здесь можно было бы пить чай четырнадцати людям - или устраивать танцы для четырех-шести пар, - впечатлял больше. И был в этом некий... странный, прохладный, запоминающийся уют по-викториански. Тот самый, хара́ктерный. В общем-то, мелочь, но все-таки... ⠀⠀⠀⠀Ладно, шутка. Не мелочь. Большая была комната. Но это было только «раз»! ⠀⠀⠀⠀Два. Целых четыре двери этой комнаты, каждая из которых украшалась десюдепорт с растительным орнаментом и антаблементом с прямыми линиями, сияли чистотой и белизной. Как будто их только что покрасили. Причем две из них находились во фронтальной стене с камином; а еще по одной - в двух других, перпендикулярных. Удобно, согласитесь, для того, чтобы незаметно появляться и так же незаметно исчезать. Я почувствовал, что начинаю живо заинтересовываться местом. Хотя и в несколько необычном смысле. Увы мне... ⠀⠀⠀⠀Розовато-серебристые обои, начинавшиеся на высоте около метра, имели узор в виде узких золотистых стилизованных цепочек, между которыми на небольшом расстоянии находились упрощенные изображения венков. Их оттеняли соответствующей высоты белые филенчатые панели от пола с бордюрами. ⠀⠀⠀⠀Набивные стулья XIX века, с забавно выступающими задними ножками, высотой около метра, и с сиденьями сантиметров пятьдесят шириной в количестве четырнадцати штук стояли в комнате вдоль трех стен. Тиснение и атласная обивка каждого из них в точности перекликались с узором и цветом обоев, за исключением того, что эти узоры смотрелись чуть более крупно. Широкие мягкие оттоманки вдоль коротких стен в том же цветовом решении так и манили на них опуститься. Это было хорошее, надежное, крепкое дерево. Что тоже радовало. ⠀⠀⠀⠀Три: три широких окна, выходивших точно на запад, с серебристыми шторами могли в одно, правильно выбранное время давать достаточно много света, а в другое - достаточно немного. Кстати, о свете! Я в принципе не видел, чтобы общий тон помещения тяготел к оранжевому!.. Но освещенность мне нравилась. Парадокс. Хотя также радовала возможность уменьшить обзор и устало опереться на крепчайшие, полутораметровой толщины внешние стены из хорошего обожженного кирпича, приготовленного с добавлением бертолетовой соли: так строили военные укрепления в Западной Европе в семнадцатом-восемнадцатом веке. Согласитесь, действительно же весьма неплохо!.. ⠀⠀⠀⠀В окна я тоже долго смотрел и снимал. Я использовал свой навороченный Casio - могу я сделать фото на память? Уж очень чудесный вид на крохотную часовенку, по ощущению века этак пятнадцатого, и на ранее посещенную мной рощицу, находившуюся вне усадьбы, открывался с этой точки обзора. К тому же, стоило подождать, пока нашими ребятами велись предварительные записи и анализ. ⠀⠀⠀⠀Ну, и температура в здании, как в лучших европейских домах, поддерживалась на уровне 18-20 градусов выше нуля по Цельсию. ⠀⠀⠀⠀Где-то после часа возни все было готово и экспозиция оказалась такой: стол и два стула находятся в пределах области, отграниченной стоящими у стены с камином двумя холодно-белыми фрострамами моделирующего света высоко на кронштейнах. Два источника нейтрального рисующего света стоят под углом к камину перед съемочной площадкой. Контровый свет расположен между моделирующими источниками. Фоновый нейтральный вынесен в пространство перед площадкой, сам светильник на конце длинной штанги крепится к высокой и тяжелой железной «ноге» с широким основанием, и он практически нависает над местом действа. ⠀⠀⠀⠀По сторонам «подиума» - две статические камеры. ⠀⠀⠀⠀Под прямым углом к стене с камином - экран фона.⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀⠀⠀А затем в комнату вошла она - сама владелица Крофт-мэнор, леди Л. Э. А. Крофт, Ph.D., графиня Эббингдонская, в сопровождении уже знакомого нам управляющего... и что-то изменилось. ⠀⠀⠀⠀Первое, что бросилось мне в глаза - тот факт, что леди Крофт оказалась на диво невысока: где-то между ста шестьюдесятью и ста семьюдесятью сантиметрами. Очень невысока. ⠀⠀⠀⠀Женщина шествовала спокойно, даже несмотря на эту сравнительно новую и вряд ли столь уж приятную для нее ситуацию. Спокойно и уверенно - я подчеркиваю. Шествовала. У нее, конечно, не было проблем с тем, чтобы, не глядя, перешагивать по очереди десяток разной толщины проводов, ни разу не наступив ни на один. Я видел небольшое покачивание корпуса, быть может, не особенно женственное, но это пустяк. ⠀⠀⠀⠀Хотя... ее глаза... впрочем, пока неважно. ⠀⠀⠀⠀И Лара была действительно хороша. ⠀⠀⠀⠀Постановка ног леди Крофт выглядела как фиксация шага на середине стопы, будто любое прикосновение к земле производится с небольшим нажатием вперед. Похожим образом ступают по льду, залитому водой (или перед тем, как обезвредить противника), – но у знаменитой путешественницы это получалось скорее ловко, нежели робко. Словно она двигалась на мягкой, невидимой платформе у обуви. ⠀⠀⠀⠀Также было ясно видно, что, помимо особой постановки подошвы, пятки ног хозяйки дома при каждом следующем шаге описывают короткую, еле заметную дугу вдоль противоположной стопы. В результате носок оказывался отстоящим на некоторое четкое расстояние впереди и смотрящим чуть в сторону, образуя некий хорошо выверенный разлет с опорной конечностью. Это, как и перешагивание препятствий, происходило автоматически и безошибочно. Ноги женщины не отрывались высоко от земли. Шаги ее не были широкими, - скорее, чуть семенящими. Но это я так видел, со своей кочки, из своего болота. ⠀⠀⠀⠀Хорошая походка. ⠀⠀⠀⠀И вот, - эта особа, ступающая, словно маленькая хищница, при смене кадра на общий превращается вдруг в великосветскую британскую львицу! ⠀⠀⠀⠀Как-то вдруг резко становится ясно, что в образе Лары сочетаются аристократическая строгость с расслабленностью уверенного в себе человека: использованный ею черный, приталенный блейзер с глубоким v-образным вырезом мягко скрадывает выдающиеся формы груди, подчеркиваемые обтягивающей водолазкой, нижнюю часть наряда составляли прямые широкие черные брюки из мягкой ткани. ⠀⠀⠀⠀Шею путешественницы украшает тонкая нитка жемчуга, наброшенная прямо на ворот черной водолазки (удивительно, что драгоценность удается разглядеть), на правой руке, поверх рукава, привлекает внимание крупный, странный, из материала, похожего на кость, браслет с абстрактным ультрамариновым глифом. ⠀⠀⠀⠀Глиф напоминал одновременно древо и черепаху. ⠀⠀⠀⠀Женщина была обута в классические черные закрытые туфли с замшевыми вставками и на широком низком каблуке. ⠀⠀⠀⠀И все это казалось подобранным совершенно естественно и невероятно органично. Полагаю, самой Ларой. ⠀⠀⠀⠀Еще одна смена вида. Передний план. Каштановые, чуть-чуть курчавящиеся волосы леди Крофт затянуты в традиционную косу, добавляющую некоей странной простоты образу путешественницы и великосветской львицы. Скуластое лицо вроде бы спокойно. Макияж женщина использует лишь самую малость – оливково-золотистая кожа с ровным загаром и так выглядит хорошо, хотя ее лицо уже не обладает той характерной юношеской мягкостью; кожа не кажется обветренной (что, вообще говоря, тоже странно после времени, проведенного ею в Африке). Миндалевидные, чуть раскосые глаза смотрят живо и внимательно… ну, может быть, только жестковато. Что, впрочем, понятно. ⠀⠀⠀⠀И тут у меня возник еще один вопрос, совершенно естественный для того, чья челюсть нынче отпала, пробила фундамент дома и добралась до залежей нефти в глубине земной коры: кто же сейчас перед нами - леди или... леди? ⠀⠀⠀⠀Но наблюдение я продолжал. Не люблю оставлять важные детали неотмеченными. ⠀⠀⠀⠀Я видел, что лоб Лары с небольшой мечевидной морщинкой между густых бровей высок и ровен, хорошо замечался крохотный шрам над верхней губой. Над левой бровью также виднелась светлая полоска. Когда анфас путешественницы мягко сменился на профиль, обнажая красивой формы основание нижней челюсти и ушную раковину, а анфас, в свою очередь, сменился на вид полу-сзади и сзади на скрытую воротником блейзера крепкую, но изящную шею, - интрига лишь усилилась. Сильное тело. Крепкая шея. Явно плотно и ладно сбитая фигура. ⠀⠀⠀⠀Я бы сказал, что вся она казалась... каким-то образом «квадратной», когда кадр опять сменился. Но это, конечно же, было не так, вы понимаете! ⠀⠀⠀⠀...Закончив небольшую «дугу почета», Лара уверенно уселась на левый относительно оператора стул, чуть довернула корпус в сторону – так, чтобы примерно три четверти ширины спины опирались на высокую спинку викторианского стула, перекинула косу на правое плечо, устроила одну руку на подлокотник, а вторую уложила на предплечье сверху. ⠀⠀⠀⠀Осанка ее при этом не потеряла ни грана изысканности и прямоты. Поза выглядела совершенно устойчивой. ⠀⠀⠀⠀Свет ложится неплохо, кожа не теряется на фоне освещения и обоев, глаза на удивление сразу и быстро становятся более подчеркнутыми и глубокими. ⠀⠀⠀⠀«Я готова» – говорит леди Крофт чуть низковатым, но звучным голосом. Приключение закончилось. Или только началось? ⠀⠀⠀⠀Микрофон… кажется, я напрочь забыл подать ей микрофон. ⠀⠀⠀⠀Хотя вскоре исправил ошибку. ⠀⠀⠀⠀И прекрасно было бы счесть, что теперь продолжение мероприятия гарантировано, но... так просто бывает очень редко. Это вы тоже понимаете. Потому что это действительно бывает редко.