Часть |

Утро. Очередной блевотный день. Джон поднимается с кровати, которая едва ли спасала его от ненавистной жизни. Стоп, вы ещё не понимаете что здесь происходит? Тогда я вам расскажу.. Жизнь писателя разделяется на 2 части, до встречи с дримерами и после. Когда Линч очухивался от всего что произошло, Джон, как мы знаем, провожал Болтона к себе во время. Но когда писатель задал вопрос, на который ждал вероятный ответ, шатен получил его, но совсем не такой какой ожидал. Хоть это были слова, но они были острее любого меча. Как только Джон наконец начал требовать объяснений, Болтон предательски смылся, оставив Джона одного, с собственными мыслями, которые пронзали сердце насквозь. Дядя Линча думал что Джон расскажет своему напарнику, и они решат проблему вместе, но писатель так не планировал. Он решил что замкнутся в себе и стать депрессивным челом будет безопаснее. Шатен знал что это не лучшая идея, но рассказывать Егору о своих проблемах, это было как-то стыдно, да и не было желания чтобы за него волновались. Потом спустя время, на писателя наступила сильная апатия. Ему очень хотелось стать снова весёлым жизнерадостным кентом, но навязчивые мысли никак не давали это осуществить. Одним как казалось обычным ничем не отличающимся днём, Джон как всегда поплёлся в душ. Он снял с себя одежду, и залез в теплую ванну. Немного побультыхавшись взор упал на сверкающее на тусклой лампе лезвие. Он давно не решался на этот шаг, но сегодня самочувствие было ещё хуже. Взяв небольшой кусочек острого лезвия, он поднес его к теплой коже. Резко в руке вспыхнула острая но приятная боль. Она была словно наркотик, такой сладкий и приятный но такой недоступный и вредный. Кожа под кусочком метала словно таяла, и разделялась на два берега пореза. Вдруг из пореза начала сочится алая кровь. Она словно чаровала растворяясь в воде. В крови вспыхнул небольшой выброс адреналина и в голове вырос необъяснимый азарт. Хотелось снова и снова резать теплую плоть своего тела. Вдруг взгляд упал на выпирающую вену на пальце. Лезвие приблизилось к ней. В один момент, когда лезвие начало дотрагиваться к вене, внезапно взял сильный страх и лезвие полетело на пол. В голове что-то щёлкнуло, и в подсознании вырос огромный ужас - все руки писателя были изрезаны. Джон аккуратно сполоснул свои руки и вылез из ванны. Далее бережно обмотал их бинтами и пошел обратно на кровать, на душе стало немного легче но физически только хуже. С тех пор прошло полтора месяца, раны зажили, а вот шрамы остались. Писатель давно жалел что сделал этот шаг, но ничего уже не сделаешь. Самым главным страхом это была даже не смерть, а страх того что Линч узнает что находится на его руках. Да и писатель сам себя стыдился, он считал что он ведёт себя словно маленький ребенок. Лишь одна мысль о том что Линч узнает, какая дичь происходит с его верным напарником, сводила шатена с ума. В душе, примерно в стороне сердца бил словно звонкий колокол, такой громкий как из церкви. И этот звон разносился по всему телу, от центра груди, до кончиков пальцев на руках и ногах. А в голове пролетало небольшое головокружение. Руки немели. За частую, если это чувство пропадало не сразу, то уходило оно после небольшой тряски головой. В один как снова казалось обычным утром Джон в очередной раз понимается с кровати, из-за резкого рингтона телефона. Скорчив недовольную рожу, Джон взял телефон с тумбы и преподнёс его к уставшим глазам. На экране высветилось самое родное «Линч». Взгляд резко изменился, с сонного и недовольного, на серьезный и немного напуганный. - Алло, привет Линч. - сказал Джон. - Приветик приятель, слушай, а не хочешь ли ты ко мне в гости?) - весело ответил Линч. - Д-да как-то не оч.., то есть не знаю. - немного запнувшись промямлил Джон и добавил. - А что? - Да ну просто скучно одним сидеть, вот и спросил. Да и может быть поможешь мне разобрать хлам в подвале? - пытаясь заманить друга сказал Линч. - Н-ну я не знаю даже.. - Приезжай давай, и это не обговаривается!) - внезапно прервал Егор, и сбросил трубку. На лице Джона было отчётливое не понимание и немного раздражения. Он конечно был раздражён настойчивостью его друга, но по большей части он был очень рад что у него есть такой прекрасный приятель. На сонное лицо натянулась первая улыбка за этот 1 с чем-то месяца. Далее шатен пошел в ванную, почистить зубы и привести себя в порядок. Помыв голову, очкастый бро начал чистить зубы. Далее одев свой свитер со штанами, писатель по привычке по плёлся на кухню. Шатен взял с собой какую-то булку и пошел обратно в спальню. Зайдя в спальню Джон быстро захватил небольшой рюкзак и побежал на улицу. На улице довольно теплое утро, из дверей подъезда выходит недовольный парень в очках. Заглянув в кошелек, писатель увидел там ощутимую пустоту. Почти все деньги были на карте, а её он забыл в квартире. Возвращаться не хотелось от слова совсем. Да и что такого в общественном транспорте? Найдя в кошельке пару купюр, Джон решил проехаться на трамвае, он безумно их любил, хоть и почти никому говорил. Писатель двинул вперёд, к остановке. Как только шатен подошёл к остановке, тут же подъехал трамвай, настроение резко поднялось. И вот, трамвай уже на конечной остановке. Все оставшиеся пассажиры вышли, в том числе и писатель. Следующий путь предстояло пройти пешком. Середина дня, в двери дома журналиста звонит звонок. Егор с радостью открыл двери. Не успев окатить взглядом дом, плечи Джона были крепко охвачены объятьями Линча. Глаза писателя немного начали слезиться, из-за чего он нежно по нежился об плечо второго. Журналист принял гостя, они попили чай и занимались делами которыми обычно занимаются на ночёвках. Про уборку все давным давно забыли, да и собственно журналист и не планировал ею заниматься, это была просто уловка. Вечер, пора спать. Мальчики пошли купаться, первым был Линч а вторым по счету Джон. Линч вышел из ванны и пошел в гостиную к Джону. Как только Линч был достаточно близко он похлопав друга по спине сказал. - иди купаться, приятель. - Хорошо. - сказал Джон, на нём виднелась искренняя улыбка которая словно манила взгляд Егора. Джон поднялся с дивана и направился к двери в ванную комнату. Искупавшись, Джон напялил на себя халат и закатил рукава. Взгляд устремился на шрамах от лезвия. На глаза наплыли слёзы, от понимания того что смерть уже близко. Спустя некоторое время мысли начали просто добивать писателя. Джон уже захлёбывался в своих же слезах. Внезапно в двери постучали, и была слышна фраза - "приятель, всё хорошо.?". Джон испугался и вздрогнул, рукава быстро закатились обратно. Писатель быстро умылся и открыл дверь. - Д-да, всё нормально.. - растерянно сказал Джон. - Нет, я же вижу что-то случилось. - настойчиво сказал Линч и схватил того за руку. Джон мигом выдернул её, тем самым напряг журналиста. - Просто.. просто мыло в глаза попало вот и красные. - Ч-черт, Джон, я же вижу с тобой что-то происходит, расскажи прошу. - ещё настойчивее сказал Линч и снова схватил того за запястье. - Погоди, это что..