13.

Выйдя из подъезда я, не дожидаясь Антона, чуть ли не побежала к машине Серёжи. Хотелось разбавить своё окружение, потому что час в одной квартире с Шастуном прошёл будто странный сон, после которого просыпаешься в поту и потом ещё весь день ходишь и думаешь, что это было.  Сажусь на уже привычное заднее сидение и только сейчас замечаю, что я тут не одна. Рядом со мной сидит брюнетка буквально модельной внешности. Изящная, красивая, будто сошла с обложки. Я даже не замечаю, как начинаю просто в открытую на неё пялиться. Осталось только открыть рот, чтоб оттуда потекли слюни. А она широко улыбается и здоровается с Антоном, который наконец сел на своё переднее сидение. А затем переводит взгляд на меня. – Я Даша, – чуть громче ожидаемого говорит она и наклоняет голову в бок. Я замечаю, что даже Тоша, кажется, ахуел от красоты этой девушки и пристально её рассматривает.  – Арина, – улыбаюсь в ответ и слегка киваю головой, невербально говоря о том, что мне приятно познакомиться.  – А ты девушка Антона, да? – она прикусывает губу и переводит взгляд на Шастуна. А я морщусь и отрицательно качаю головой. – Нет, – кажется, слишком быстро и громко произнесла я, отчего даже мне самой стало не по себе. Услышала надменную усмешку с переднего сидения и еле сдержала в себе желание шарахнуть Шастуна по голове чем-нибудь тяжёлым.  – О.. ладно, – на секунду смутившись, Даша снова улыбнулась и пожала плечами.  А затем мы перешли на более отстранённые темы. Оказывается они с Серёжей встречаются уже месяц. И об этом знали все кроме меня. Даже обидно как-то. Но я почему-то именно так и представляла подходящую для Серёжи девушку. Красивую, эффектную, такую, чтобы затмевала всех на своём пути и у Матвиенко не было даже шанса посмотреть на кого-то другого.  Сначала Даша показалась мне чересчур наигранной. Это было второе впечатление, после того, как я отошла от шока с её красоты. Однако к концу поездки эта напускная доброта и доброжелательность растворились. Ей больше не надо было вести себя как-то так, чтобы расположить меня к себе. И вот такая, с иногда глупыми шутками и довольно умными рассуждениями она зацепила меня ещё больше. Мы даже обменялись инстаграмами, чтобы скидывать друг другу дурацкие рилсы, которые обсуждали полпути.  Оказалось, что мы приехали последние. И это вообще не дача. И не Серёжи. Это скорее усадьба. Красивая аккуратная территория с несколькими небольшими домиками и одним большим по середине. А ещё там была огромная беседка с мангалом, бассейн и лес прямо за забором. С первого взгляда это выглядело очень красиво, эстетично и уютно.  Я тут же выпустила Тошу и он побежал резвиться в траве, весело виляя хвостом. Но никогда не терял меня из виду, всегда держался где-то поблизости, пока я здоровалась со всеми знакомыми.  Макс и Олеся приехали не одни. Взяли с собой Джимми и он достаточно быстро подружился с моим щенком. Теперь же они вместе бегали, бесились и постоянно валили друг друга на траву.  – Прям как мы, – Макс широко улыбается и треплет меня по голове. Волосы встают дыбом и теперь я больше похожа на одуванчик. Кидаю на него злобный взгляд и пихаю в живот.  – Ну Максим, – протягивает Олеся и подходит ко мне. Она поправляет мои волосы, а затем довольно улыбается. Благодарю и отправляю воздушный поцелуй ей в ответ, а она хихикает и отмахивается.  Ощущаю себя так, будто в детстве приехала с родителями на какой-то праздник за городом. Папа только и делает, что прикалывается, а мама ругает его и пытается держать всё под контролем. Наконец вылезаю из своих мыслей и замечаю, что Макс с Олесей о чём-то спорят, шутят и смеются. Решаю им не мешать, поэтому практически незаметно ухожу. Не знаю куда себя деть, ведь все почему-то заняты делом, поэтому иду в сторону беседки, где Арс, Серёжа и Даша пытаются разжечь мангал. Ну, вообще скорее просто Арс. Серёжа и Даша для моральной поддержки.  – Смотри, Арс, ещё одна помощница пришла, – Матвиенко широко улыбается и заваливается на скамейку, – Теперь точно быстрее справимся.  Даша улыбается мне и садится рядом с Серёжей. А я останавливаюсь около Арса и наблюдаю за его попытками разжечь мангал. Так мы точно далеко не уедем.  – Тут всё намокло. И вообще обычно этим занимаются Дима и Шаст, ну и где они? – Попов заметно начинает то ли злиться, то ли истерить и оборачивается к другу. А Серёжа просто очень весело пожимает плечами.  – Я могу помочь, – киваю и забираю горелку из рук Арса. Тот устало вздыхает и скрещивает руки на груди. А я вспоминаю, как ходила в поход в детстве с отцом и братом.  Тишина, лес, палатки, наш пёс бегает вокруг и обнюхивает территорию. Пахнет ёлкой, костром и лесом. Под весёлые разговоры папы и Саши, я разглядываю ночное небо, заполненное россыпью звёзд и загадываю желание каждый раз, когда вижу падающую звезду. А потом папа подзывает меня к себе и проводит курс юного пионера. По крайней мере он так это называл. Учил разжигать костёр, раздувать его до большого пламени и чуть засыпать землёй, чтобы он поутих. Добавляю в мангал чуть больше углей, распределяю их по всей поверхности, затем отрываю часть от бумажного пакета и поджигаю её. Кидаю на угли, чуть раздуваю и, о чудо, огонь начинает понемногу разгораться. Раздуваю ещё больше и уже через пару минут разгорается пламя.  Улыбаюсь, довольная собой и перевожу взгляд на Арса. Вижу его удивление, буквально отпечатанное на лице и хлопаю его по плечу. Серёжа смеётся, приглашая присесть к ним с Дашей в беседку, а я отмахиваюсь и довольная иду в главный дом. Хочется чего-нибудь выпить. Желательно алкогольного.  Захожу на кухню и замечаю там Катю Позову, про себя подпевающую слова звучащей из колонки музыки. Мы с ней однажды уже встречались, формально знакомы. Здороваюсь с ней и получаю ответный кивок и широкую улыбку.  – Тебе помочь? – замечая, как она возится с мясом для шашлыка, а его, между прочим, очень много, подхожу к ней ближе.  – Ой, да, буду очень благодарна, – она указывает головой в сторону пакетов с овощами, – Помой и порежь на салат, пожалуйста.  – Будет сделано, шеф, – говорю я и слышу тихий смешок от Кати.  Ну и приступаю к делу. Готовить я в целом не очень люблю. Дома чаще всего обхожусь доставками или уже готовой едой из магазина. Но сейчас мне даже нравится. Увлекательный процесс. Хотя такое ощущение, что я готовлю на целую роту солдат.  Погружаюсь в огуречно-помидоровую нарезку настолько, что даже не замечаю зашедшую на кухню женщину, пока чуть не врезаюсь в неё, когда в очередной раз направляюсь к раковине. С ней мы ещё не знакомы. Пялюсь несколько секунд, а затем, наконец, вспоминаю все правила приличия и решаюсь познакомиться. – Я Арина, – глупо улыбаюсь я, не зная, что ещё можно ей сказать.  – Дарина, – женщина говорит это без особого энтузиазма и уходит к Кате. Я будто кожей почувствовала её холод и неприязнь ко мне через одно слово. Ну интонация была просто убийственная. Я возвращаюсь к своим овощам, как бы нелепо это не звучало, а в голове у меня крутится её имя. Дарина. От кого-то я его уже слышала. И не раз.  Стараюсь всё же не зацикливаться, слегка пританцовываю под ритм музыки и спустя, наверное, двадцать минут, мой салат был готов. Ещё и овощную нарезку отдельно сделала. Получила похвалу от Кати, довольно улыбнулась и ускользнула с кухни, прихватив с собой полстакана виски. Решила исследовать территорию самостоятельно.  И на заднем дворике, в тени деревьев, которые выглядывают из-за высокого забора, я обнаружила одинокую скамейку. Отличное место для спокойного перекура и уединения со своими постоянными мыслями.  Сажусь и поджигаю сигарету. А затем делаю глоток алкоголя. Слегка морщусь и откидываюсь на спинку скамейки. Зачем вообще я согласилась? И зачем сюда приехала? Боже. Наверное я никогда не перестану винить себя за каждое действие.  Делаю ещё один глоток. А затем залпом выпиваю всё содержимое стакана. Чувствую, как оно рвётся наружу, но закуриваю это сигаретой. Вроде чуть отпускает.  Прикрываю глаза и докуриваю сигарету. Хочется заснуть прямо тут. И чтобы больше никто меня сегодня не трогал. Но мне всё же приходится открыть глаза, когда я слышу писклявый лай, который звучит всё ближе и ближе. Вижу испуганного Тошу, который со всех сил мчится ко мне. Улыбка автоматически появляется на моём лице. Подхватываю щенка и сажу к себе на колени.  – Тебе тоже там не нравится? – всматриваюсь в глаза щенка, а он тихо скулит мне в ответ и облизывает мою руку, – Спасибо, что появился в моей жизни.  Аккуратно чмокаю щенка в морду, а он виляет хвостом и гавкает. Вздыхаю и снова откидываюсь на спинку скамейки, разглядывая, как Тоша пытается улечься на моих коленях.  – Аринка, ну куда ты пропала, – поднимаю взгляд и вижу приближающегося Зайца. И улыбаюсь. Это, наверное, единственный человек, которого я рада сейчас видеть, – Отложи свой депресняк, скоро уже праздник начинается.  – Легко сказать, – вздыхаю и прикрываю глаза. Максим садится рядом со мной и я чувствую, как он прикладывает руку к моему лбу, проверяя, здорова ли я. И меня это так забавляет, что я не сдерживаю смешка, – А кто такая Дарина?  – А, вы уже познакомились? Это жена Шеминова, – Макс усаживается полу боком и ставит локоть на спинку скамейки, чтобы лучше меня видеть. А я открываю глаза и смотрю на него в ответ. – А зачем я тут? – стараюсь сдерживать свою нервозность и начинаю активнее гладить Тошу. Это реально расслабляет.  – Чтоб было над кем посмеяться, – Заяц насмешливо закатывает глаза и аккуратно толкает меня локтем в плечо, – Ну Белка, не унывай. Или я всем расскажу как ты три года назад в клубе заигрывала с… – Хватит, – прерываю друга и чуть ли не испепеляю его взглядом, а он хватается за живот и краснеет от смеха. Придурок, – Ты поклялся, что никому об этом не расскажешь, Загайский. – Ты меня вынуждаешь, Ариночка, – Максим кладёт руку мне на плечо и по-братски прижимает к себе, будто пытается хоть чуть-чуть успокоить. А я громко выдыхаю и кладу голову ему на плечо. И мы вдвоём сидим в тишине. Наслаждаясь шумом леса, свежим еловым воздухом и попытками Тоши угнаться за своим хвостом. Солнце уже готовится к закату, окрашивая небо в нежно розовые тона. Наблюдаю за этой картиной и ощущаю невероятно сильное, несвойственное мне в последнее время желание взять в руки кисть и запечатлеть этот момент на холсте. Но наша идиллия, естественно, прерывается.  – Максим, ну ебать копать, ты пошёл позвать Арину, а не пропасть вместе с ней, – Шастун, не вынимая сигарету изо рта, начал возмущаться, активно жестикулируя. И абсолютно игнорируя моё существование. Прикольно придумал.  – Шаст, ну ебать копать, весь кайф испортил, – Заяц повторил интонацию Антона, покривлялся и развёл руками. А Шастун громко вздохнул, недовольно пробурчал себе под нос что-то похожее на «идиот», развернулся и ушёл, вновь оставив нас в расслабляющей тишине.  Ну и хорошо. Без его недовольного лица намного спокойнее.  Мы сидим в тишине, прижавшись друг к другу, будто котята, которых выкинули на улицу, ещё минут пять, а затем Макс поднимается со своего места и протягивает мне руку. Выбора не остаётся и я поддаюсь. Поднимаю Тошу на руки и мы втроём направляемся к беседке, где уже играет музыка, жарятся шашлыки и слышатся громкие разговоры.  Я сажусь на свободное место около Олеси и аккуратно усаживаю сонного щенка себе на колени. Он тут же скручивается в клубок и засыпает, тихо посапывая.  – Всё хорошо? – Олеся чуть наклоняет голову и шепчет мне прямо на ухо. Я натягиваю улыбку и киваю. На что она искренне улыбается и аккуратно поглаживает меня по плечу.  Всё-таки Макс и Олеся – идеальная пара. В который раз я в этом убеждаюсь. Два самых солнечных, улыбчивых и по-своему ненормальных человека нашли друг друга в этом большом мире. Я уже вижу как плачу от счастья на их свадьбе и от этого по телу разливается тепло.  – Мой сюрприз подъехал! – из мыслей меня выбивает громкий голос Дарины. Я поднимаю на неё недоверчивый взгляд, а она хлопает в ладоши и уходит в сторону ворот.  Почему-то у меня очень плохое предчувствие. Дарина изначально показалась мне какой-то странной. И явно очень недружелюбно настроенной ко мне. А тут ещё и сюрприз.  И мои чувства меня не подвели. Спустя пару минут она возвращается не одна. Ведёт под руку… угадайте кого! Естественно, без скандалов этот вечер не мог бы обойтись. Рядом с Дариной идёт Ира. Ира, блять, Кузнецова.  Настроения на ссоры, ругань и выяснение отношений у меня точно нет, поэтому я опускаю взгляд вниз. Глажу Тошу, а тот перебирает лапками мои ноги и подставляет спину под прикосновения. Хорошо ему живётся.  На удивление, моё присутствие Ира просто проигнорировала. Поздоровалась и обнялась со всеми, кроме меня, Макса, Олеси и Арса. Вот так команда изгоев. А Шастуна она чуть не расцеловала. Неужели она хочет снова его завоевать? Мне даже как-то по-женски обидно за неё. Об неё ноги вытирают, а она из кожи вон лезет, чтобы хоть чуть-чуть привлечь к себе внимание. Обидно, потому что я такое уже пережила. И глядя назад, с точностью могу сказать, что такого больше не повторится. Это отвратительный опыт.  Шашлыки уже пожарились, все разместились за большим столом, зажгли приглушённые уличные фонари и принялись за разговоры. У меня аппетита не было от слова совсем. Я съела лишь пару кусочков мяса и то только потому что Дима и Серёжа очень настаивали и уверяли в том, что такие вкусные шашлыки я больше нигде не попробую. Зато тосты я никогда не пропускала. И тост Стаса за работу, и тост Серёжи за деньги, и даже тост Кати за любовь. Виски расслабляет, добавляет вечеру чуть комфорта и раскрепощения.  После четырёх шотов мы с Димой уже вовсю обсуждали предстоящий в этом году чемпионат мира по футболу. Когда в мой организм попадает хоть капля алкоголя – я могу говорить на любые темы. И плевать, что футбол я не смотрела уже лет десять. Главное – тема и собеседник.  Ненароком я поглядывала и на Иру, сидящую напротив меня. Её взгляд был прикован к нам с Антоном. Хотя мы сидим в разных краях стола и единственное наше взаимодействие за этот вечер – это просьба налить колы.  Меня это даже начинает подбешивать, но я все усилия вкладываю в то, чтобы сосредоточиться на разговоре с Димой и заставить свой пьяный мозг промолчать.  – Может перекур? – прищурив глаза, пытаюсь нормально разглядеть Диму. Но он предательски отказывается, говоря, что ему пока что хватит.  Пожимаю плечами и оборачиваюсь. Максим во всё горло поёт песни Касты в переносной микрофон, Олеся у него на бэквокале и подтанцовке. Арс, Стас и Дарина что-то бурно обсуждают. Серёжа, Даша и Ира общаются в своей компании, пытаясь привлечь и Шастуна, но он лишь иногда говорит что-то впроброс и дальше и утыкается в телефон. В общем компанию себе я явно не найду. Поэтому лишь вздыхаю и поднимаюсь со своего места.  Сначала заношу Тошу в дом, решив, что детское время уже окончено и пусть он спит в тишине. А потом снова направляюсь к тихой скамейке за домом. Но там меня ждёт неожиданный сюрприз в виде Антона Шастуна. Моргаю несколько раз, чтобы точно убедиться, что это всё не пьяный сон, а затем молча падаю рядом с ним на скамейку. Облокачиваюсь на спинку и прикуриваю сигарету.  – Прикинь, я сказал им, что у меня серьёзный звонок и сбежал сюда, – Антон тоже облокачивается на спинку и я буквально физически ощущаю на себе его взгляд.  – Тебе не понравился сюрприз? – тихо усмехаюсь и выдыхаю струю дыма. Но всё ещё не решаюсь посмотреть на Антона. Нам нельзя надолго оставаться наедине, когда мы пьяные. Обычно после такого наутро мы просыпаемся в одной постели.  – Дарина умеет вечер испортить, – он тоже поджигает сигарету. А затем ставит локоть на спинку скамейки прямо около моей головы.  – Она страдает. И мне реально её жаль, – осмеливаюсь и поворачиваю голову. И тут же встречаюсь взглядом с изумрудными глазами, – Я знаю каково это. И мой тебе совет – спаси её. Хотя бы ради того, что ты когда-то её любил.  – А может и не любил… – шёпотом говорит Антон и чуть наклоняет голову, рассматривая моё лицо. Эти слова просто прибивают меня к скамейке гвоздями и я даже будто бы физически это ощущаю. Слов нет, кислород перекрыли. И я сижу с открытым ртом, не зная, что на это отвечать. А Шастун, видя моё замешательство, откашливается и делает ещё одну затяжку сигаретой, – Как я могу ей помочь? Я всем видом показываю как мне плевать. Да что уж там, я ей в лицо это говорил. Но она продолжает.  Меня забавляет тот факт, что мы не можем произнести её имя в слух. Или просто не хотим. Но всё равно оба понимаем о ком идёт речь.  – По своему опыту могу сказать, что поможет лишь долгий, нудный, но будто отрезвляющий разговор. Так сказать словесная пощёчина. Будет больно, она никогда тебя за это не простит, но, как говорил Вася Баста: «Любовь проходит быстро, ненависть бессмертна», – отворачиваюсь от Антона и снова рассматриваю лес. При свете луны он более таинственный и пугающий. В общем обстановка подходит под этот разговор.  – Меня чертовски бесит, что ты всегда права, – стонет Антон и утыкается лбом в моё плечо. Я даже вздрагиваю от неожиданности, тушу сигарету и аккуратно поглаживаю его по волосам. От них как обычно пахнет еловым одеколоном вперемешку с табаком. Этот запах определённо точно когда-нибудь сведёт меня с ума.  – Звезда упала, – после долгой паузы говорю я, рассматривая ночное небо, – Загадывай желание.  – Хочу просидеть так до утра, – шепчет Антон, а я почему-то хихикаю. Меня забавляет то, на сколько эта ситуация странная. Вспомнив её наутро я бы точно решила, что это пьяный бред.  – Дурачок, ты рассказал – теперь не сбудется, – так же шепчу я, а Антон устало стонет и притягивает меня ближе к себе. Обвивает рукой мою талию и снова кладёт голову на плечо.  – Мне с тобой так хорошо, так… легко. Как будто ты ненастоящая, – он щипает меня за бок и после моего «Ай» глупо смеётся, – А нет, всё-таки настоящая.  – Дурак, – аккуратно стукаю его по голове, отчего Шастун ещё больше смеётся. Этот смех тихий, мягкий и очень успокаивающий. Хочется укутаться в него как в одеяло в холодный зимний день.  Я продолжаю поглаживать Антона по голове и он даже, кажется, засыпает. Или просто делает вид, что спит. Но я слышу тихое сопение и чувствую как вздымается и опускается его грудь при равномерном дыхании.  Замечаю ещё одну падающую звезду и загадывают то же самое, что и Антон до этого, только теперь про себя. Хочу, чтобы этот момент никогда не заканчивался.  – Арии..на, – пьяный Максим ведёт под руку такую же пьяную Олесю и орёт. Но замечая меня на полуслове затихает, – Сладких снов, – шепчет он, а я хмурюсь и показываю ему кулак, он широко улыбается, делает вид, что закрывает рот на замок и уводит обратно ничего не понимающую Олесю.  Но даже этого хватило, чтобы Антон проснулся. Он поднял голову с моего плеча и сонно почесал бороду. Я убью Зайца. Я столько раз произносила эту фразу, но только сейчас она, кажется, действительно исполнится.  – Ришка, пошли спать? – хриплым ото сна голосом говорит Шастун и зевает. Разглядывает меня, протягивает руку и убирает волосы с моего лица. Потом морщится и трёт глаза, – Хотя нет, пошли сначала выпьем, чтобы лучше спалось.  Я улыбаюсь и киваю. Помогаю Антону встать и мы вдвоём направляемся к почти опустевшей беседке. Там остались лишь самые стойкие – Дима, Катя, Стас и Серёжа. Даже этот отпуск ещё не закончился, а они уже планируют новый.  – Шаст, ну скажи, что Бали круче Эмиратов, – обиженно говорит Серёжа, крутя в руках стакан колы.  – Круче там, где тебя, Серёжка, нет, – хмыкает Антон и усаживается на скамейку в беседке. В такие разговоры я не влезаю, потому что единственное, куда я могу себе позволить полететь в отпуске – это в Беларусь к родителям. И то вряд ли, поэтому молча присаживаюсь рядом с ним и поднимаю свой уже стакан виски. Видимо шотов им было мало. Шастун замечает недовольство Серёжи и аккуратно бьёт его по плечу, – Да ладно тебе, у меня на следующий отпуск другие планы. Увы, ребята, без вас.  – Тут, кстати, штрафные, – Дима тыкает пальцем, указывая на наши с Антоном стаканы, – Вы ушли курить и пропали на час.  Я неловко ёжусь, а Антон весело хмыкает и протягивает мне стакан со словами «До дна?». Я принимаю его эстафету и киваю. Мы чокаемся и под весёлые взгляды ребят допиваем наши “штрафные”.  Чувствую на языке горький вкус и, кажется, это был перебор. Перехватываю у Серёжи колу и осушаю его стакан. Вот теперь лучше.  – Всё хорошо? – Антон с неподдельным волнением смотрит на меня и аккуратно дотрагивается рукой до спины. Я киваю несколько раз для убедительности. И Шастун выдыхает. Ну и отлично.  Они снова заводят разговор об отпуске, а я скучающе вожу пальцем по горлышку стакана. В глазах двоится, а в горле до сих пор чувствуется горький привкус виски, который не перебила даже сладкая кола. Морщусь, фокусирую внимание на стакане, но у меня не получается. Всё плывёт и от этого становится смешно.  Встаю со своего места под непонимающие взгляды ребят и хватаюсь за спинку скамейки чтобы устоять на месте.  – Всем спокнэй.. споконой.. спк.. – путаюсь в буквах и смеюсь с этого. Громко выдыхаю и вкладываю все усилия  в то, чтобы составить предложение, – Сладких снов корче. Киваю сама себе головой, разворачиваюсь и щурю глаза, чтобы сфокусироваться на дороге к домику. Но ноги заплетаются и на половине пути я чуть не падаю.  – Всё хорошо. Стою, – говорю я больше самой себе и продолжаю путь до дома.  Преодолев эту достаточно сложную дорогу, я вваливаюсь в свою комнату и закрываю дверь. На меня тут же пытается запрыгнуть радостный Тоша, которого я, видимо, разбудила своим внезапным появлением. Одной рукой хватаюсь за спинку кровати, а второй аккуратно глажу пса.  Падаю на кровать и с досадой замечаю, что ещё неплохо было бы переодеться. Еле как стягиваю с себя всю одежду и надеваю свою самую любимую розовую пижаму. В шортах и майке стало намного комфортнее. Падаю на кровать, притягиваю к себе Тошу, чмокаю его в голову и моментально засыпаю. Не зря Антон говорил, что после алкоголя лучше спится. 

***

– Арин.. Арина.. ну просыпаймся наконеееец, – я еле разлепляю глаза и пытаюсь сфокусировать взгляд на человеке, который уже несколько минут пытается меня разбудить. Хотя по голосу я давно поняла, кто это, но глазам я верю больше.  – Антооон, сколько время? – морщусь я и решаю снова закрыть глаза.  – Четыыыре часа утра, – гордо заявляет Шастун и ложится ко мне, накрываясь моим же одеялом, бессовестный, – Я поговорил с И..рой.  Одна фраза заставила меня тут же забыть о сне, об алкоголе и обо всём остальном. Я открываю глаза и встречаюсь взглядом с Антоном, который сейчас лежит непростительно близко. И от него чувствуется очень сильный запах алкоголя. Даже для меня.  – Она уехала. Вот прямо.. сей..час. Сказала, что я уврод, ко..зёл, ублюдок и видеть мня она больш не хочт, – с искренней радостью в голосе говорит пьяный Антон. И мне почему-то тоже очень радостно, что он урод, козёл и ублюдок. Но не в моих глазах точно.  – Я тебя поздравляю, Тоша, – после этих слов проснулся и мой верный друг, который уже успел сбежать от меня на пол. Тихо гавкнул и снова заснул. А я улыбнулась и, нащупав ладонь Антона, аккуратно её сжала. – Я не дйду до свой комнатыыы, можн с тобй посплю? Могу даж на корике… – я вижу с каким трудом Антону даётся каждое слово и ещё сильнее улыбаюсь.  – Спи, Антон Шастун, – я улыбаюсь так, что кажется моё лицо скоро просто лопнет, чмокаю его в щёку и разворачиваюсь, – Сладких снов.  – Ты лучшья, –  бубнит Антон и утыкается носом в мой затылок, – Сладких снов, Риша.  И я снова засыпаю с улыбкой на лице. Как и все предыдущие разы, когда засыпала с ним.