Часть 1

      — Локи, иди ко мне. — Ласково позвала Сигюн, нежно проведя изящной ладонью по водной глади. Она зашла в реку по бедра, позволяя течению играть с кончиками локонов.       Но Локи не спешил присоединяться к жене: его заворожила представшая картина. Солнечные лучи играли с поверхностью воды, в результате чего та искрила и переливалась сотней ярких бликов. Жаркое лето во всю заявляло о себе — его сопровождали птичьи песни с зелеными пышными кронами деревьев. Воздух будто слегка подрагивал, передернутый дымкой наваждения. Температура дурманила, раскрепощая мысли, заглушая голос разума и вводя в беззаботную негу.       Моментом ранее, богиня с неприсущей ей легкостью, скинула невесомое платье на траву, полностью обнажаясь. Каштановые пряди, что на солнце отливали медью, волнами сниспадали на плечи и грудь. Мягкие изгибы женского тела, плавные движения, в коих скользила томность и кошачья грация, все это очаровывало, без остатка поглощая все его внимание. Трикстер почувствовал, как ноги подводят его и поспешно опустился рядом с покинутым платьем, продолжая наблюдать. Девушке удалось полностью завладеть мыслями бога, но не его чутьем. Никогда не дремлющее, оно подсказывало ему о неправильности происходящего, о каком-то подвохе. Ибо жена его была по-девичьи скромна, с трудом оголялась даже при муже и в принципе редко была игривой. — Локи, — сладко протянула богиня, тщетно пытаясь поймать его взгляд. — Ты идешь?       Но ее возлюбленный был слишком увлечен извилистым путем хрустальной капли, чье путешествие началось с ключицы и завершилось в ложбинке меж грудей. Сердце в груди подпрыгнуло, пускаясь в огненный пляс, растворяясь в бешеном ритме. Любил ли он ее? Без сомнений. И желал, страстно, самозабвенно, дико. Карие глаза загорелись золотым. Божественная сущность изнывала под личиной смертного. Кто бы мог подумать, что только эта женщина могла заставить Локи потерять контроль, она не сдерживала его, а скорее наоборот, позволяла страстной импульсивности вершить необдуманные поступки, достойные бога озорства.       Огонь в его глазах слегка ошарашил Сигюн, но она решила воспользоваться повисшим молчанием, чтобы заговорить. — Знаешь, а ведь эту реку называют пристанищем влюбленных… — Молвила та, с замиранием сердца выжидая реакции, которая должна была предрешить ее дальнейшие действия. — Да, что-то такое слышал. — Задумчиво протянул Локи.       Девушка тряхнула волосами и мокрые локоны разделились, открывая нежно-розовый сосок. Уже новая капля обогнула его, заставляя богиню дрогнуть. Но ее смутило не столько водное прикосновение, сколько искра, вспыхнувшая во взгляде наблюдателя. Ей не была привычна подобная вульгарность, обычно она всегда присекала что-то такое у мужа, едва заметив. Однако, сейчас Сигюн сама бесстыдно провоцировала его на эту реакцию. — Вся прелесть этой реки в том, — Та изо всех сил старалась не обращать внимания ни на что. Слишком изящная для мужчины, рука бога потянулась к завязкам на рубашке. — Что, если в нее войдет влюбленная пара, то вода останется спокойной. Но если о любви солгали… она окрасится кровью лжеца.       Начавший было также обнажаться, трикстер замер с неопределенным выражением лица. Было понятно, что он о чем-то размышляет, однако, взгляд в ту же секунду стал непроницаем. Усмешка покинула тонкие губы, Локи побледнел, теряя свой привычный здоровый цвет, словно увядающий цветок. Сердце богини йокнуло и замерло. Он нервно сглотнул и растворился в воздухе.       Девушка затеяла все, заранее ожидая подобной реакции, но все равно не смогла сдержать слез. Никогда, он никогда не говорил о том, что любит ее. С самого начала брака всего лишь насмешливое «Взаимно!» в ответ на чистосердечные признания Сигюн.       Может так даже лучше, ведь не хочу же я слышать от него ложь…       Ее с головой захлестнуло чувство одиночества. Да, она замужем, но таких жен даже куры засмеют, которые не заслуживают услышать от мужа слова любви. Молодая жена закрыла лицо руками. Вдруг, что-то теплое коснулось ее плеча. В следующую секунду, шепот обжег ухо, заставляя вздрогнуть. — Ты же не думала, что способна обмануть бога лжи, искорка?       По спине табуном побежали мурашки, когда знакомые руки обвили ее талию. — Я лишил тебя повода пострадать и лишний раз обвинить своего непутевого муженька, уж извини меня, дорогая. — Усмехнулся Локи.       Сигюн покачала головой и развернулась, оказываясь с ним лицом к лицу. Наболевшее не успело покинуть ее сердце, и сейчас она не собиралась дать трикстеру улизнуть. — Ты никогда не говорил, что любишь меня! — Впервые выкрикнула богиня, используя запал. — Я не нравлюсь тебе?! Я просто игрушка? Любовница?! Скажи мне, Локи!       Она сама не верила, что сказала это. Заплаканная, мокрая и разочарованная. Рвано дыша, девушка не спускала с него глаз, ожидая реакции. Наконец-то, все разрешится, прямо сейчас.       Локи поднял руки в примиряющем жесте, его улыбка сделалась еще шире. — Искорка, я столько раз говорил эти слова, что они утратили всякий смысл, слетая с моих уст. Поверь, мое «взаимно» стоит намного больше, чем все ныне забытые сладострастные речи. Но если твое сердце так желает этого — да, я люблю тебя, Сигюн, дочь Фрейи.       В ту же секунду с души упал тяжелейший камень. Сигюн упала к нему на грудь, прижимаясь и ища ласки, утешения в его объятиях. Она любима. Он взял ее за подбородок, заставляя смотреть в золотистые глаза, полные игривости, и настойчиво поцеловал в губы.       Его первое признание в любви богиня запомнила на всю жизнь. Иногда, сидя у огня и с нежностью перебирая ярко-рыжие пряди, она слышала его голос — Да, я люблю тебя, Сигюн, дочь Фрейи.