Глава 8

      Проснулась я без помощи Тинки, когда за окном было еще темно. Попыталась уснуть снова, но не смогла, голову переполняли мысли.       В книгах и в кино все было намного проще. Но фильм и был хорош тем, что, просидев полтора часа в мягком кресле, я знала, что за дверьми кинотеатра реальный мир.       Но, когда я сама оказалась, персонажем этой сказки, мне захотелось забиться под кровать и никогда оттуда не выходить.       До Хогвартса, я читала книги, ходила по магазинам, занималась своим здоровьем. Ну и потихоньку училась колдовать. Этакая демоверсия магического мира: у тебя в принципе обычная жизнь, но ты можешь научить летать перышко.       Были конечно ледяные души в виде посещения Гринготса и особенно Азкабана, но это тоже было как будто не по-настоящему. Как экскурсия на крокодилью ферму. Пощекотать нервы и вернуться в привычный олл инклюзив в отеле.       А вот сейчас я понимала, что магия меня пугает. Когда видишь, как исчезает еда и посуда со столов, как сверкает звездами зачарованный потолок, как двигаются картинки на портретах... Мозг человека, выросшего вне волшебства, к этому просто не был адаптирован.       Может, еще не поздно снять все деньги со счетов Долорес и сбежать на какие-нибудь Бермудские острова. Купить себе домик на берегу океана, выращивать бананы-ананасы, удочерить девочку или самой родить, я еще не такая старая... И просто забыть все это как страшный сон…       Я помотала головой и глотнула воды из стакана на прикроватном столике.       Нет,я была в курсе, что путь к вершине нужно пробивать клыками и когтями. Заклинаний я не знаю, в ЗОТИ я разбираюсь примерно так же, как американский опоссум... И все, что у меня есть — это... Да, ничего у меня нет. Разве что острый язык. Хотя, и он в последнее время стал меня подводить.       Когда-то, в прошлой жизни, я планировала преподавать иностранные языки, со временем стать директором, может быть даже министром образования какой-нибудь области, но никак не… это.       Я ведь даже не знаю, с чего начинать! А учить детей сугубо сухой теории мне не хотелось. Я прекрасно понимаю, что это не только ни к чему хорошему это не приведет, но и моя репутация вообще сойдет на нет.       Был у нас в школе один учитель. Так совпало, что тоже преподаватель Защиты, ну, то есть ОБЖ. Приходил на урок, открывал учебник, сорок пять минут что-то бормотал сам себе, потом уходил, а на следующий день опрашивал.       Уважение к этому учителю было даже ниже нулевого уровня: ученики откровенно занимались своими делами. Я, например, делала задания по другим предметам, которые не успела выполнить дома.       Когда приходило время отвечать, ученики платили ему тем же. Вставали с места и, опустив глаза вниз, где лежали либо учебник, либо шпаргалка, что-то бормотали. В принципе, он особо и не следил за дисциплиной, поэтому в журнале красовались одни пятерки.       К чему я это все? А к тому, что я с бесконечным теплом вспоминаю свой выпуск. Могу перечислить всех одноклассников, всех учителей, начиная с начальной школы, а заканчивая теми, кто преподавал у нас всего лишь год. Всех, а вот преподавателя по ОБЖ совершенно не помню. Напрочь из головы выветрились и его имя, и фамилия, и внешность. Помню, что он был и что его не любили. Все.       Вроде профессор-привидение Биннс использует именно этот подраздел теоретико-информационного метода обучения. Что-то я его вчера на педсовете не видела…       Мне это категорически не подходит.       Да что уж мне. Школе чародейства и волшебства Хогвартс это не подходит.       Ну так не зря же меня назначили генеральным инспектором? Уроков у меня сегодня два и оба во второй половине дня. В первой можно и по замку прогуляться, на коллег посмотреть, себя показать.       И к Бинсу зайду первому. Чтобы уж сразу отстреляться.       Я все-таки смогла немного подремать, а сваренный Тинки кофе и вовсе привел меня в благостное расположение духа. Горы свернем, если потребуется!       В кабинет Бинса я вошла одновременно с ним. Только я через дверь, а он из доски Мой испуганный вскрик потонул в таких же возгласах первокурсников.       Обычный невысокий, лысый старик в старомодном камзоле. Вот только полупрозрачный.       — Приветствую, профессор Бинс, — произнесла я, привлекая его внимание. —Позвольте недолго поприсутствовать на вашем уроке.       — Конечно, — равнодушно ответил тот и без паузы начал нудеть. — Первокурсники, мое имя Картберт Чарльз Бинс, я преподаю историю магии. Тема сегодняшнего урока – введение в историю магии. Школа чародейства и волшебства «Хогвартс» была основана примерно в 990 году четырьмя магами: Годриком Грифиндором, Салазаром Слизерином, Кандидой Когтевран и Пенелопой Пуффендуй. Их имена носят ваши факультеты…              Я зевнула, не открывая рта. Муть. Украдкой оглядевшись по сторонам, я увидела сонных первокурсников. Первокурсников, профессор Бинс! Вот тех детей, у которых только вчера горели глаза, когда они увидели Хогвартс. Часть из них маглорожденные. Они в принципе волшебство увидели буквально вчера! Какого хрена они спят на вашем уроке, как будто сонного зелья выпили!       Я быстро написала в блокноте «Бинс», поставила рядом с ним жирный минус и вышла из класса. Будь у меня такой историк, я бы вообще ничего не знала!       — Профессор Амбридж? — Макгоногал прервалась на полуслове, когда я вошла в класс и приподняла тонкие брови. На сухом старческом лице на секунду отобразилась неприязнь.       — Доброе утро, профессор Макгоногал, — пропела я. — Позволите присутствовать на вашем уроке генеральному инспектору Хогвартса? — козырнула я должностью.       Губы Макгоногал сжались в нитку.       — Конечно, — процедила она. — Присаживайтесь.       Отвратительный тон. Но не выяснять же отношения при учениках? Второй курс. Слизерин, Пуффендуй.       — Заклинание «Эбублио», — произнесла Макгоногал. — Есть те, кто о нем слышал?       Руку поднял мальчишка с пшеничными волосами, которые были в тон его желтому галстуку.       — Оно превращает предметы в мыльные пузыри! — выкрикнул он. — Папа делал мне такое на день рождения!       — В двенадцать лет? — тут же вставил какой-то слизеринец под хохот одноклассников.       Мальчишка покраснел.       — В семь… — тихо пробормотал он.       — Пять баллов со Слизерина, мистер Беннетт, — моментально отреагировала Макгоногал. — И плюс пять Пуффендую, мистер Флойд.       Ученики Пуффендуя расплылись в злорадных усмешках.       — Эбублио! — произнесла Макгоногал, делая быстрое круговое движение палочкой.       Массивный преподавательский стол вдруг стал прозрачнее, в нем появились просветы, которые становились все больше, дерево постепенно превращалось в пузыри, еще несколько секунд, и эти пузыри начали отрываться и плыть по классу.       Второкурсники открыли рты от восторга. Даже Беннетт, только что заявлявший, что пузыри — это развлечение для детей.       — Мистер Лоуренс, пожалуйста, не лопайте пузыри, — заметила Макгоногал. — Я не хочу, чтобы у моего стола потом отсутствовала ножка.       Я уже хотела открыть рот, чтобы заявить, что в таком случае не надо было трансфигурировать нужную вещь, но заметила скрываемую улыбку профессора. Мебели ей явно было не жалко.       — Фините, — произнесла Макгоногал, и пузыри исчезли, вместо них снова появился стол.       Интересно, а тот кусочек столешницы уже был отколот?       Придраться мне было не к чему. Напротив фамилии Макгоногал в блокноте появился плюс.       — Спасибо, профессор, — я кивнула. — Я пойду.       — Всего доброго, профессор Амбридж, — произнесла она таким тоном, каким желают сгинуть на болоте.       Подземелья Снейпа пронизывали холодом до костей. Как здесь учатся дети? С другой стороны, техника безопасности, конечно… Голый камень. Если что-то загорится, потушить будет легче… Хотя можно сделать нормальную комфортную лабораторию и поставить там огнетушители. Или научить всех заклинанию «Агуаменти». Даже я его уже почти выучила. Так что первокурсникам будет нормально.       Ох, попала. Грифиндор, Слизерин, пятый курс. Поттер меня пробуравил таким взглядом, что от него василиск мог сдохнуть. Хоть чему-то Снейп научил мальчишку за эти годы. От зелья-то дым идет.       Ладно, с Поттером мы еще попозже поговорим.       — Доброе утро, профессор Снейп, — произнесла я с неизменной улыбкой. — В обязанности генерального директора Хогвартса входит посещение уроков. Вы же не против, — я намеренно произнесла эти слова с утвердительной интонацией.       — Держитесь подальше от котлов, — безразличным тоном ответил Снейп. — Особенно мистера Долгопупса.       Невилл покраснел и плотнее прижал крышку котла. Оттуда что-то пыталось сбежать.       — Вы не вмешаетесь? — уточнила я, отходя в сторону.       Крышку подкинуло особенно сильно, и Невилл навалился всем телом, чтобы удержать ее.       — Мне интересно, подохнет эта тварь до конца урока или нет.       Он сейчас про зелье или Долгопупса?       Снейп молча буравил меня взглядом. Ученики также молча что-то варили. На доске был написан рецепт. Это все его методы преподавания? Делайте, что хотите?       — Вы пытались занять должность преподавателя от темных искусств? — уточнила я, раз уж он был не занят.       — Да, — ледяным тоном ответил тот.       — Но безуспешно, — притворно вздохнула я.       — Как видите, — процедил он, и вдруг резко пошел в мою сторону.       Я машинально отступила на шаг и стиснула в руке палочку. Шансов у меня нет, разве что успею ее воткнуть в глаз Снейпа.       Однако тот остановился, не доходя до меня ровно одну парту.       — Отвратительно, мисс Лэмб, — ледяным тоном сообщил тот, к моему удивлению, слизеринке. — В дополнительной литературе, которую я вам давал, написано, что надрез должен быть крестовидным, чтобы сок выделялся лучше. Или вы передумали после Хогвартса подавать документы в Европейскую гильдию зельеваров?       — Извините, профессор Снейп, — девочка с убранными в хвост волосами схватилась за другой боб и разрезала его правильно. — Не передумала.       — Надеюсь, — холодно произнес он. — В любом случае, пока я веду у вас этот предмет, дать задний ход вы не сможете. Если за пять минут найдете еще одну ошибку, так и быть, баллов не лишу.       Внутри меня все заклокотало от гнева. А вот у девчонки аж глаза загорелись. Она попеременно смотрела то на доску, то на зелье, то на собственные записи.       — В рецепте три цветка златоцветника, — произнесла она. — Но если добавить три с половиной, то заживляющие свойства зелья будут лучше. Только надо уравновесить рогом единорога. Два грамма.       — Один, — поправил Снейп. — Приемлемо.       Приемлемо??? Серьезно? Тебе ученица зелье усовершенствовала! Твоя же, между прочим!       Я вскинула брови и посмотрела на него.       И в ту же секунду перед глазами промелькнули недавние события: я разучиваю заклинания, я иду в маггловскую клинику, посещаю Гринготс, спускаюсь в метро и слышу шум поезда.       — Стоп! — заорала я. — В этом месяце, вы, профессор Снейп, работаете без премии, а если вы еще раз примените ко мне оклюменцию, то вылетите отсюда раньше, чем произнесете слово «зельеварение»!       Я развернулась на каблуках и резко вышла прочь, хлопнув, напоследок, дверью.       Твою мать!       Думай, Амридж! Думай, черт бы тебя побрал!       Что он видел? Ну ходила я в маггловскую клинику. Так это для сравнительного анализа медицины! Ну заклинания учила. Так не учила, а повторяла программу, чтобы пользоваться при учениках заклинаниями их уровня, тем самым побуждая интерес к учебе. Ну поезд меня размазал по рельсам. Тут сложнее, да…       Сейчас этот двойной агент потащится к Дамблдору, все ему доложит, и меня будут очень долго исследовать. Чтобы это не произошло, нужно что сделать? Нужно, чтобы Дамблдора здесь не было.       — Тинки! — я ворвалась в свою комнату, схватила пергамент и быстро и небрежно начала писать.       «Корнелиус! Вызови Дамблдора к себе. И дай ему срочную работу за пределами Хогвартса! Это важно!       Долорес»       — Да, госпожа? — эльфийка появилась по первому зову, когда я поставила подпись и начала махать письмом, чтобы чернила быстрее высохли. Мне нужны шариковые ручки, чертовы вы консерваторы!       — Фаджу лично в руки срочно! — велела я, отдавая ей письмо, едва оно просохло. — Даже если занят. Скажи, что это не терпит отлагательств!       Тинки кивнула и тут же исчезла.       Меня затрясло. У Фаджа вообще есть полномочия давать какую-то работу Дамблдору? Если он хотя бы задержит его на денек, другой, неделю, мне уже будет хорошо. А потом что?       Я глубоко задышала. Успокоиться. Ничего такого Снейп не видел. И вообще, может, у вас легилеменция хромает, дорогой профессор. Чеееерт. Я ж ее оклюменцией назвала. Молодец, Амбридж, садись, два.       Инспектирование учителей пока приостановим. Сейчас я успокоюсь, потом проведу первый урок. А потом отправлюсь в больничное крыло. Если в Хогвартсе все идеально с медициной, то я испанский летчик.       Я прилегла на кровать и мой взгляд упал на глобус. Тинки притащила его из дома? А зачем? Я же не просила…       Чтобы убедиться в догадках, я подошла ближе. Да, тот самый глобус, заполненный внутри алкоголем. Я помешкала. Мой первый урок через полчаса.       А еще я взвинчена, раздражена, у меня трясутся руки, и мне хочется сдохнуть.       Я достала бутылку огневиски, немного плеснула в стакан и сделала маленький глоточек.       По телу разлилось тепло.       Ладно, пожалуй, это именно то, что мне и было нужно.