Часть 411

Глава 411.

«Истинно удивительная вещь», — воскликнул Чен Сюнь с ноткой восхищения, переводя взгляд на флакон с Таинственным молоком. «Попробуем его эффект... нанесём на глаза», — продолжил он, осторожно открывая флакон. Внутри переливались белые искры, словно текучие звёзды, мерцающие в пустоте, эфемерные и едва уловимые. Чен Сюнь напрягся, взяв две капли и аккуратно закапав их в глаза. Всё его тело содрогнулось, ощущение было похожим на то, что он испытал во время прорыва на стадию Слияния с Пустотой. Море, туманы, береговая линия, наполняющая всё пространство энергия небес и земли — теперь всё это стало чётче и яснее. Он мог видеть, как одна за другой открывались невидимые прежде линии энергии, словно мир вдруг стал простым, прозрачным, обнажая свою суть. «Инь и Ян... Пять элементов... они взаимодополняют друг друга. Пять элементов должны сочетаться с Инь и Ян», — бормотал Чен Сюнь, погружённый в собственные мысли. Его аура стала возвышенной и таинственной, а одежды, не тронутые ветром, легко колыхались вокруг него. «Журавлик... Дерево Журавля Пяти Элементов Инь-Ян... сущность всего сущего...» — продолжал он, его глаза начали светиться, постепенно превращаясь в нечто необычное, способные видеть саму суть. Пять элементов — ключ к совершенству бессмертного Дао, и для завершения не хватало лишь Инь и Ян. Прошёл ещё миг, и его зрение вернулось в норму. Он мог с помощью этой жидкости контролировать ранее неподвластные состояния. Это действительно было ценное сокровище. Однако прогресс в тренировке техники Водяного Духа, которую он приостановил на год, был медленным — его разум не находил покоя. Он уже не мог вернуться к тому беззаботному состоянию, в котором был раньше, когда мог улыбаться и игнорировать насмешки окружающих. Теперь Чен Сюнь не был прежним — годы, казалось, оставили свой след. Вздохнув, он вновь погрузился в тишину, слегка опустив голову. Чёрно-белые линии на его лбу начали тревожно мерцать, а его тёмные волосы медленно приобретали серебряный оттенок. «Муу?» — доносилось до него, как сквозь пелену. «Брат, я собрала для тебя цветы, хи-хи», — прозвучал весёлый голос. «Брат Сюнь, если мне суждено умереть естественной смертью, то куда бы вы ни пошли, я пойду с вами!» — прозвучал третий голос. … Три голоса внезапно прорвались в его сознание, и Чен Сюнь резко поднял голову, его глаза на мгновение наполнились яростью. Но спустя секунду чёрно-белые линии на лбу потускнели, а на висках остались лишь несколько серебристых прядей. Глаза Чен Сюня, словно окутанные туманом, стали загадочными и непостижимыми, их вид был скрыт в глубине, недоступный обычному взгляду. Он вновь закрыл свои чувства в себе и открыл Камень Памяти, сделав почтительный поклон: «Приветствую, старший». Теперь он стоял в иной реальности, где на вершине горы сидел старец, излагающий своё учение. Великие реки и горы откликались на его слова, показывая, как глубоко старец владел энергиями небес и земли. Чен Сюнь окончательно превратился в одного из тех, кого в мире культивации презирали — богатых выскочек. В то время как он впитывал мудрость, одновременно применяя Сок Неба и Земли и Таинственное молоко, цена его обучения за эти два часа была астрономической. Только за этот короткий период его расходы составили около пятисот тысяч средних духовных камней. Если бы он продолжал в том же духе каждый день, его годовые затраты на культивацию достигли бы почти 180 миллионов средних духовных камней! С такими тратами даже мусороперерабатывающий завод не смог бы больше обеспечивать его нужды. И хотя ни один талантливый культиватор не мог бы позволить себе подобную роскошь, Чен Сюнь, похоже, пока не осознавал всей серьёзности ситуации. Сейчас он тихо сидел на побережье, погружённый в медитацию, отстранившись от мирских забот. … Солнце поднималось и опускалось, облака были чисты, а ветер лёгок. Время словно скользило по волнам, что мягко касались берега. Это были волны сменяющихся времён года — весны, лета, осени и зимы. В мгновение ока прошло пятьдесят лет. За эти пятьдесят один год Чен Сюнь и Черныш вложили свои очки бессмертия в сущность всего сущего и магическую силу. Силуэт, некогда сидевший неподвижно на побережье, исчез, оставив после себя лишь пустое кресло и горы мусора, что тянулись за ним, как огромные волны. За все эти годы мусороперерабатывающий завод заработал огромное количество духовных камней, и никто не знал, сколько их было, кроме одного факта — ресурсы для культивации покупались неимоверными объёмами. Сегодня, на рассвете. На побережье мусорного завода было пришвартовано десяток драгоценных судов длиной более ста чжанов. Эти суда принадлежали клану Оплакивающих Духов, который полностью отвечал за транспортировку между мусорными островами. Три тысячи членов этого клана полностью перешли на сторону Чен Сюня, теперь они были готовы пойти за ним на смерть и не мыслили иного пути. Алхимическое пламя Чен Сюня претерпело кардинальные изменения и стало способным удалять примеси и токсичные элементы из пилюль. Все работники мусороперерабатывающего завода использовали эти пилюли для своей культивации. Даже Цинь Ли, Цинь Вань, Сун Хэн и Гу Лишэн уже достигли поздней стадии Зарождающейся Души. Их ауры становились всё более мощными, и они начали захватывать второй мусорный остров. Конфликты всё же возникали, но когда некоторые смутьяны оказывались окружены тысячами людей, те лишь презрительно усмехались и заявляли, что «вы победили за счёт численного превосходства», но говорили это на коленях. Второй мусорный остров без труда был захвачен мусороперерабатывающим заводом, и на нём уже начали строить заводы по переработке. Внутри завода находились только телепортационные формации, а Рубинчик всё ещё работал на старом заводе, занимаясь сортировкой мусора, не выходя за пределы своей территории. Сколько же духовных камней они заработали — знала только Журавлик. Тем временем, на острове Личэнь статус Юнь Цзиня и Ло Шуан стремительно повышался. Даже их друзья даосы, благодаря этому, также оказались на борту этого «корабля» успеха. Всё шло к тому, что когда все пять мусорных островов будут полностью захвачены, вся мусорная индустрия мира Таинственных Глубин затрепещет. Их лозунг был прост: «Мы не ищем какого-либо конкретного мусора, но весь мусор, который принадлежит великим силам Туманного Моря — это наш мусор». Мусорный остров, в пещере под духовной жилой девятого ранга. Мо Фуян, с серьёзным выражением лица, больше не выглядел таким простодушным, как прежде. Он стал более зрелым и рассудительным. В этот момент к пещере приблизилась тень, заслонив яркий свет солнца, и её очертания были настолько ослепительны, что трудно было рассмотреть детали. «Старший!» — Мо Фуян глубоко вздохнул, его решимость была непоколебима: «Моё тело достаточно закалено, я готов попробовать». Тень, стоявшая у входа в пещеру, постепенно стала приобретать форму — это был Чен Сюнь с невозмутимым и спокойным выражением лица. «Старина Мо, возьми этот фиолетовый бессмертный плод Тайвэй и съешь его. Это очень важный секрет, никому не говори извне об этом», — сказал Чен Сюнь, протягивая плод, окружённый сиянием бессмертной энергии, от которого исходило лёгкое свечение: «Один плод увеличит твою жизнь на две тысячи лет». Дрожь! Мо Фуян задрожал всем телом, его аура вышла из-под контроля, заставив всю пещеру содрогнуться. Увеличение жизни на две тысячи лет... Даже прибавка в пятьсот лет могла бы вызвать крупную войну в районе Туманного Моря, ведь это было поистине небесное сокровище! «Старший, Мо Фуян не достоин такого дара!» — Мо Фуян глубоко поклонился и даже отступил на шаг назад, в его глазах кроме потрясения не было больше ничего. Такой сокровенный плод мог быть предназначен для старшей госпожи, а ему, с его посредственными способностями, такой дар казался пустой тратой. «Не беспокойся, у меня этого плода в достатке», — холодно произнёс Чен Сюнь, бросив на Мо Фуяна проницательный взгляд: «Прими его, и не забывай, что я говорил тебе раньше». Мо Фуян медленно поднял голову и посмотрел на Чен Сюня, который когда-то был подобен тёплому весеннему ветру, а теперь казался совершенно другим человеком. В груди что-то сжалось, он почувствовал странную боль. Ему хотелось последовать за Чен Сюнем и помочь ему разрешить любые проблемы. Внезапно, в глазах Мо Фуяна загорелась решимость: «Да, старший!» Он с почтением подошёл ближе и без колебаний проглотил плод прямо перед Чен Сюнем. В его взгляде не было сомнений — даже если бы это был ядовитый плод, он бы принял его с радостью. Как только Мо Фуян съел плод, его тело начало окутывать сложная сеть мистических символов, и небесное сияние спустилось на него, сопровождая изменения внутри его тела. Он был ошеломлён и поспешно сел в медитацию, чтобы начать поглощать силу плода Тайвэй. Его лицо исказилось от боли — плод словно воздействовал на его душу, принуждая её стать сильнее, что и приводило к увеличению продолжительности жизни. Чен Сюнь, заложив руки за спину, терпеливо ждал, не мешая процессу. Спустя полдня Мо Фуян резко открыл глаза. Его аура стала ещё мощнее, и он быстро поднялся на ноги: «Спасибо за вашу великую милость, старший!» «Ты застрял на стадии Зарождающейся Души. Когда твоё тело будет полностью закалено, найди меня, и я дам тебе ещё Драгоценный Рубиновый Плод», — Чен Сюнь кивнул и пояснил: «Я сравнивал этот плод с другими лекарствами для закалки тела, и ни одно из них в Туманном Море не может сравниться с ним». «Да», — с почтением ответил Мо Фуян, опустив голову. Он чувствовал странное изменение в своём теле — казалось, что его контроль над духовной энергией ослаб, а вместо этого он начал улавливать неуловимые следы энергии пяти элементов. Взгляд Чен Сюня стал глубже. Плод, который он дал Мо Фуяну, уже не был обычным Драгоценным Рубиновым Плодом, а плодом, изменённым с помощью техники водяного духа пяти элементов. Он использовал Мо Фуяна для экспериментов с путём бессмертия для пяти элементов, начиная с модификации тела. (Хм, там действительно написаны два разных фрукта, может имелось ввиду, что он его ему и так даёт рубиновые плоды на постоянной основе) В конце концов, следующим шагом станет преодоление запретного барьера Дао — разрыв меридианов и концентрация духовного корня пяти элементов! Однако модификация тела показала себя более эффективной, чем мгновенный разрыв меридианов, и «Пять Элементов Великого Дао» играли ключевую роль, снижая риски. «Старина Мо, ты много потрудился в последнее время», — Чен Сюнь похлопал его по плечу: «Если получится, твой путь бессмертия станет намного длиннее». В этих словах скрывался и другой смысл: если не получится, путь к бессмертию будет закрыт навсегда. Мо Фуян понял это, но его глаза по-прежнему сияли решимостью. Он не жалел ни о чём — его жизнь в эти годы была насыщенной, и этого было достаточно! Чен Сюнь уже собирался уходить, когда вдруг услышал встревоженный голос за пределами пещеры. «Брат! Брат!!» «Журавлик? Что случилось?» — Чен Сюнь повернулся и строго посмотрел в сторону выхода из пещеры: «Не будь такой взбалмошной. Девушка не должна так себя вести, где твоё достоинство?!» «Брат, у нас больше нет духовных камней! Ты всё потратил!» — закричала Журавлик, перепрыгивая с ноги на ногу, её чёрное платье развевалось в воздухе. «Что? Как это?!» — Чен Сюнь был ошеломлён. Он мгновенно вылетел из пещеры, как буря, и встал перед Журавликом, выкрикнув: «Младшая сестра, где духовные камни?!» Журавлик развела руками с обиженным выражением на лице: «Ты потратил их на ресурсы для культивации. Доходы не покрывают расходы». Чен Сюнь застыл на месте, переваривая услышанное, проглатывая раз за разом слюну, не в силах поверить в это.