Часть 603

Глава 603.

Они спокойно плыли, и никто из не осмеливался их беспокоить, идиотов не было… Журавлик, попрощалась со всеми у внешних границ острова Таинственной Пещеры и направилась к Даосскому Храму. Выбраться на столь долгое время ей удалось лишь благодаря некоторым связям... … На острове Личэнь, сквозь просветы в облаках, лучи солнца озаряли все вокруг, падая на величественные бессмертные города. Чен Сюнь и Черныш отправились в Бессмертный Дворец для совершенствования. Инь Тяньшоу на заднем дворе Зала устанавливал Великую формацию четырёх сторон света. Нити выгравированной силы правил проявлялись в мире, разносился звук Великого Дао. Они сосредоточенно слушали Дао. Особенно Чен Сюнь. У него в душе было еще так много вопросов, например, о связи между силой Великого Дао и силой правил. «Возможно ли сражаться, превосходя свой уровень?» – Инь Тяньшоу начал наставлять их, вливая в них множество основополагающих знаний. Черныш постоянно фыркал, его зрачки дрожали. Если все действительно так... Тогда, достигнув ранней стадии Великого Совершенства и усвоив несколько сотен нитей силы правил, они смогут противостоять легендарным почтенным мастерам поздней стадии Великого Совершенства! Дни летели незаметно. Чен Сюнь и Черныш были очень заняты, жадно впитывая знания. Особенно Черныш, его интересовало искусство талисманов и формаций, как выгравировать силу Великого Дао на заготовках для талисманов и так далее. Он слушал, как завороженный. Черныш не ошибся много лет назад: путей формаций бесчисленное множество, и формации талисманов определенно могут стать отличным способом усовершенствовать его мастерство в формациях. Например, раньше, чтобы разложить мусор, они просто сваливали его в формацию. Если же он освоит формации талисманов, то сможет усовершенствовать разлагающие формации, классифицировать их, сделать полностью автономными, создав настоящую линию по переработке и разложению мусора. Чен Сюнь и Черныш не интересовались внешним миром. Они постоянно находились лишь в двух местах – на Горе Бессмертной Чистоты и в Бессмертном Дворце Личэнь, ни на минуту не останавливаясь. Инь Тяньшоу был поражен этим зрелищем. Неужели у этих человека и быка раньше действительно не было наставника на пути бессмертия?... Особенно его поражала тетрадь Чен Сюня, исписанная вопросами о пути бессмертия. Он глубоко вздохнул. Уже одна эта жажда знаний показывала, что он не ошибся в них, в них не было ни капли стремления к быстрой выгоде. Время от времени Чен Сюнь задавал вопросы о силе правил Великого Совершенства, заставляя Инь Тяньшоу смеяться, говоря, что их путь еще долог, и им не следует быть нетерпеливыми, но все же давал им несколько советов. Время шло, они узнавали друг друга все лучше, Чен Сюнь становился все более рассудительным, но никогда не подавал виду. Теперь они были учениками, а Инь Тяньшоу – учителем. Однако с заднего двора Зала постоянно доносились грохот и вибрации, которые порой не могла сдержать даже формация Инь Тяньшоу. Эти толчки заставляли нескольких наблюдателей нервничать, они думали: «Что происходит?... На Дворец напали?!» Инь Тяньшоу тоже был в ужасе: «Какие же техники совершенствуют эти двое младших, что сила Великого Дао так мощно их наполняет? Одна капля – и мир содрогается!» Цуй Ин часто приходила, с мягкой улыбкой на лице. Теперь Инь Тяньшоу улыбался гораздо чаще, чем раньше. Инь Тяньшоу часто гневно кричал на этих человека и быка: «Вы уже достигли стадии Слияния с Дао, стали старшими наставниками, а до сих пор не можете контролировать мощь своих техник?! Нелепо!» Чен Сюнь и Черныш смущенно улыбались. Они никогда раньше не испытывали такого огромного роста силы на какой-либо большой стадии. Усиленную системой силу десяти тысяч Дао нельзя было контролировать по их желанию. Они уже очень сдерживались, им нужно было еще привыкнуть, а заодно помочь старику Инь ухаживать за старым деревом. Но это дерево было не Деревом Журавля. Старик Инь сказал, что оно называется «Хранитель Памяти», это драгоценное дерево из его родных мест, в котором хранятся воспоминания многих старых друзей, оно уже превзошло пределы простого дерева. В такие моменты Цуй Ин сидела рядом и улыбалась. У этих двух младших не было никакой высокомерной надменности, присущей гениям, они были очень похожи на Инь Тяньшоу в молодости. В малом мире её дед точно так же отчитывал Инь Тяньшоу, выражение лица было просто один в один. В её глазах мелькнули воспоминания, она смотрела, как листья на ветру постепенно увядают. Жизнь — это действительно круговорот. Тот непревзойденный гордец небес теперь тоже начал наставлять потомков. Весна сменяла лето, осень уступала место зиме. «Хранитель Памяти» был свидетелем течения времени. Три фигуры, век за веком, практиковали под деревом, они также были свидетелями распускающихся весенних цветов, летнего зноя, осеннего ветра и зимних снегопадов. Каждый миг был уникальным и драгоценным, запечатленным в глубинах памяти, становясь неизгладимым пейзажем в их сердцах и душах. Чен Сюнь и Черныш, взращивая Небесную Сущность, постоянно посещали Дворец Бессмертных. Время летело, словно белый скакун, проносящийся мимо, и в мгновение ока прошло шестьсот лет. … Сегодня шёл сильный снегопад. Огни в зале были теплыми и яркими, мерцая мягким светом, рассеивая зимний холод. Под большим белоснежным деревом стоял Инь Тяньшоу, скрестив руки за спиной. Его взгляд был спокойным и решительным. Он посмотрел на две приближающиеся фигуры. Снежинки, падая на них, превращались в тонкий слой инея. На снегу виднелись их следы. С каждым вздохом человек и бык излучали ритм силы Великого Дао, останавливаясь вдали. Чен Сюнь, одетый в белое одеяние, был чист, словно снег. Он стоял вдали, созерцая падающий снег, его сердце было спокойным и ясным. Черныш также спокойно стоял рядом, излучая мощную ауру. Снежинки, падающие на его черную шерсть, делали его похожим на снежную гору. Он пристально смотрел на Чен Сюня, между ними словно существовала молчаливая связь. Инь Тяньшоу погладил бороду, в его взгляде промелькнула глубокая и древняя мудрость: «Чен Сюнь, Черныш, шестьсот лет практики Дао, обрели ли вы какое-либо просветление?» Глаза Чен Сюня были ясными. Он склонил голову и сложил руки: «Старший Инь, Дао безгранично, бессмертные искусства бесконечны. Только с сердцем, спокойным, как стоячая вода, можно следовать Небесному Пути и постичь Великое Дао. Путь совершенствования извилист и тернист. От смертного к совершенствующемуся, от совершенствующегося к бессмертному — это постепенный процесс». Инь Тяньшоу слегка улыбнулся, его взгляд стал еще глубже: «Только с накоплением опыта лет можно постичь истинное значение. Вы уже прошли долгий путь, но вам все еще нужно быть настойчивыми. Каждый прорыв — это всего лишь новая отправная точка». «Да, старший Инь». «Му-у». В глазах Чен Сюня и Черныша читался накопленный годами опыт, все их существо излучало ауру спокойствия, подобную древней горе. Они снова низко поклонились старшему Инь, выражая свое уважение и благодарность. «Небо необъятно, мир огромен и бесконечен, стоит его увидеть. Возвращайтесь, когда будет время» — Инь Тяньшоу посмотрел на бескрайний снежный мир, его лицо, покрытое морщинами, казалось еще более изборожденным: «Не беспокойтесь, с правилами великого мира, в районе Туманных Деревьев не произойдет ничего непредвиденного. Запомните, путь совершенствования — это не только стремление к увеличению силы, но и совершенствование души. Не теряйте дух бессмертных!» «Чен Сюнь запомнит!» «Му-у!!» «Ха-ха, ступайте. Надеюсь, в будущем ваши имена прогремят повсюду, и этот старик в районе Туманных Деревьев тоже услышит о ваших деяниях» — Инь Тяньшоу вдруг рассмеялся: «Если понадобится моя помощь, даже за тысячи ли я примчусь на помощь и одним взмахом меча пробью небеса, чтобы помочь вам преодолеть трудности. Не нужно бояться!» Он никогда не упоминал о ненависти за малый мир и не рассказывал многого о себе, не желая обременять их сердца. Ненависть на бесконечном пути бессмертия слишком ничтожна.