Часть 1

– Действительно, пацан, – хмыкнул Старк, оборачиваясь. Хеппи толкнул мальчишку в спину, вынуждая сделать шаг навстречу его боссу. – Я надеялся, что хотя бы в жизни ты выглядишь постарше, – Мужчина сделал глоток и, оперевшись на стол бедром, начал пристально разглядывать непрошенного гостя. Паркер исподлобья глянул на мужчину, за которым следил около месяца. Когда Джей Джона Джеймсон вызвал его к себе в кабинет и предложил тысячу долларов за пару снимков, Питер подумал, что босс над ним издевается, ведь этот скряга мог бы соревноваться со Скруджем из Рождественской истории. Все встало на свои места, когда было озвучено имя. Паркеру показалось, что цену сильно занизили. Не то, чтобы фотографии Тони Старка были чем–то диковинным. Лицо генерального директора фармацевтического холдинга Старк–Ин часто красовалось на обложках журналов. Его харизма заставляла «плавиться» объективы фотоаппаратов, и это было не просто красным словом из желтой газетенки. Питеру доподлинно известна история одного из бывших сотрудников, чей обожжённый труп был найден около одной из забегаловок в Лас–Вегасе. Следствие зашло в тупик из–за полного отсутствия улик по делу, и его быстро закрыли, не предавая огласке. И лишь сотрудники Дейли Бьюгол понимали, что Стив Роджерс пал жертвой рук мистера Старка. Парень был жилистым и щуплым, но весьма сообразительным. На его счету было несколько громких разоблачений, например, одной из лабораторий, проводившей опыты над животными без разрешения или пара статей о дедовщине в армии. Роджерс взялся за Старка после очередной стычки местных в Бронксе, где предположительно была одна из точек Тони. За пару дней до происшествия репортер ходил как на иголках, уверяя, что наконец–то смог достать необходимые сведения и теперь сможет разоблачить этот преступный синдикат. Очевидно, в этот раз «правда» оказалась Роджерсу не по зубам, что было не удивительно. Историю семьи Старк можно было преподавать в школах. Его отец – Говард Старк в послевоенное время помог властям навести порядок в городе, превратившись из простого местного гангстера в «уважаемого» человека. Обзаведясь необходимыми связями, отец Старка попытался расширить свой зону влияния и стал помимо оружия, которое, как утверждали некоторые, модифицировал сам, продавать кокаин. Но не учёл одного, что его «добропорядочные» вышестоящие друзья не захотят поддерживать его начинания. Столкновение с конкурентами было столь же неизбежно, как таяние льда. Итальянская мафия того времени беспощадна и обширна. И это первое, с чего начал Тони Старк, оказавшись у руля. После пары кровопролитных сражений на улицах города его объявили в розыск. Говорят, что благодаря связям конгрессмена Обадайи Стейна, Тони Старка удалось вывезти живым из страны. Долгое время Старк путешествовал по Европе, заводил друзей и учился. Вернулся он в компании очаровательной и смертоносной русской разведчицы, учёного с раздвоением личности и ветерана Афганской войны. Тони Старк вернулся в родной город с целью завоевать его. Имея изворотливый ум, нужные связи и понимание рынка, мистер Старк сумел вывести свою фармацевтическую компанию на международный уровень, пополнив ряды членов Форбс. Обвинения прошлых лет были сняты. Старк активно занялся благотворительностью, спонсируя различные программы в самых разных областях. Со стороны могло показаться, что молодой мужчина встал на путь истинный, но…   Питер не знал, кто первым пустил слух или обнаружил, что Старк не перевоспитался, как казалось на первый взгляд. Юноша был слишком мал, когда началось восхождение Старка, но он прекрасно помнил, как мужчина приезжал пару раз к ним в школу и выступал перед классом, рисуя им перспективы их светлого будущего. Он был красив, умен и красноречив, а чтобы покорить детские умы, этого вполне достаточно. Этого и пары коробок конфет. Мэй не разделяла восторга племянника, касательно мужчины, но не спешила разбивать фантазии ребенка, который загорелся идеей идти работать в Старк–Ин. Когда пришло время, Мэй сказала лишь одну фразу: «Тони Старк – человек, которого стоит опасаться». Женщина не была склонна к приукрашиванию действительности, не запугивала мальчика без причины, и именно поэтому юноша воспринял предупреждение всерьез. Увлечение химией, зародившееся в младшей школе не прошло, и Паркер постоянно участвовал в выставках и лелеял надежду все же однажды поймать удачу за хвост в виде гранта на обучение. Столкнуться со Старком лицом к лицу, естественно ему больше не удалось, даже когда тот посещал его школу. Питер отсутствовал в тот день. После смерти Бена Мэй тяжело заболела. Уже больше полугода они вместе боролись за ее жизнь, и Питер брал любую подработку, иногда прогуливая занятия в школе. И когда на очередной летучке Джона Джеймсон объявил, что заплатит любому тысячу долларов за стоящий материал, Паркер осознал, что обречен взяться за эту работу. У Мэй наконец–то наступил период ремиссии, ей нужна была поддерживающая терапия, чтобы окончательно вернуться к прежней жизни, а на это нужны были деньги. Поэтому Питер согласился, загнав глубоко всевозможные сомнения и очевидный страх за собственную жизнь. Репортеры в военное время первыми прибывали на передовую, он тоже справится. Первое время Питер просто присматривался к своему объекту, изучал расписание, собирал информацию в интернете. Парень не особо верил, что сможет накопать что–то стоящее на самого Старка, ведь по факту, круги, где вращался мужчина, были очень далеки от района, где жил Паркер. Большую часть времени мужчина проводил в разъездах, которые были не по карману студенту старшей школы (бесполезно было устраивать погоню на автобусе), но предполагаемое расписание перемещений «цели» пару раз удалось украсть у одной из его ассистенток, оказавшись в нужное время и в нужном месте. Однако иногда мистер Старк появлялся в бедных районах на своем дорогущем ауди с хромированными дисками. Он посещал больницы, школы, раздавая гранты на обучения или помощь в лечение. Эдакая лотерея жизни. В такие моменты вокруг него всегда была куча репортеров и свиты. Питер старался забраться, как можно выше в эти дни. Он одалживал у своего друга Нэда квадрокоптер, чтобы иметь возможность отследить траекторию передвижения Старка после. Таким образом он нашел это место. Случай. Везение. Но сейчас Паркер стоял перед лицом одного из самых влиятельных и опасных людей страны. Ужас медленно подступал к нему, давая в полной мере насладится потными ладонями, бешеным сердцебиением, частым дыханием и вакуумом в голове. Единственной мыслью, выныривавшей из бездны отчаяния, была «Беги!». – Полагаю, ты в курсе, что вторжение на частную собственность влечет за собой неприятности? – Голос Старка на мгновение вывел парня из транса. Юноша несколько раз моргнул, словно приходя в себя. Все происходящее казалось ему нелепым кошмаром, вот только никак не удавалось проснуться. С той самой минуты, как огромная тень здоровяка, который был личным водителем и телохранителем Старка, возвысилась над макушкой Паркера, какая-то часть его мозга потеряла связь с реальностью или точнее отказывалась принять ее как таковую. Хеппи, как он представился, был весьма любезен и отвесил всего пару подзатыльников прежде чем, как котенка за шкирку бросить к ногам своего хозяина. По-хорошему, можно было прикинуться дурачком, потеряшкой или доставщиком пиццы, но что–то в глазах Старка подсказывало парню, что про его мотивы уже давно все известно. – Хватило наглости сюда залезть, а теперь трясешься от страха? – Недовольно смерив взглядом юношу, продолжил свой монолог Тони. – Я ждал немного большего. – Голос мужчины звучал разочаровано. Старк допил свой виски и начал вертеть бокал в руке. – Что скажешь, Паркер? – Произнеся фамилию, мужчина бросил взгляд на юношу, который моментально вытянулся по струнке. – Зачем ты здесь? Он знает его имя. Он покойник. Даже хуже, чем покойник. У покойников есть имя, про них кто–то помнит. А Питера Паркера сейчас распылят до атомов и сотрут любое упоминание из анналов истории мегаполиса, а бедная тетя Мэй умрет, так и не узнав, что случилось с ее родственником. –Я…– Начал юноша, но от напряжения голос надломился, и Паркер снова замолчал. Время шло, терпение Старка было на исходе. Это было видно по тому, как он периодически постукивал пальцем по стенке бокала. – Я… охотник за головами, –Неожиданно выпалил юноша и зачем–то в конце добавил. – Сэр. Губы мужчины дрогнули в подобие улыбки, но через секунду он вернул себе серьезный вид, лишь в глазах скакали бесята. – И за чьей головой ты пришел, малыш? – Елейным голосочком поинтересовался Старк. Питера резануло по ушам это обращение. Да, он выглядел моложе своих лет и был весьма щуплым, нескладным подростком. Недоедания и недосып делали его похожим на приведение. Но это не означало, что его умственные способности были на той же стадии развития, как и его тело. А еще Паркер очень быстро бегал, спасибо Флешу и его придуркам, что каждый раз доставали парня в школе. – А разве кроме вас здесь есть еще кандидаты? – Ляпнул Паркер, прикидывая, сможет ли он перепрыгнуть через стол, стоявший на пути к вожделенной свободе. От размышлений его отвлек смех. Мужчина хохотал, сотрясаясь всем телом. – А ты забавней, чем кажешься, – улыбнулся мужчина и поставил бокал на стол, на который все это время опирался бедром. – Что там у него? – Он кивнул на рюкзак, который держал Хеппи. – Фотоаппарат и прочая аппаратура для съемки, – Буркнул громила, беззазорно роясь в рюкзаке. – Я был уверен, что ты весь облеплен жучками, – Хмыкнул Старк, перекатываясь с пятки на носок, засунув руки в карманы. – Похоже, Дейли-Бьюгол теряет хватку. Так что же нам с тобой делать, Питер Паркер? Голова кружилась от недостатка кислорода, отчего Питер ощущал себя немного пьяным и поэтому более храбрым. – Можем сделать пару селфи и разойтись по домам, – Постарался как можно непринужденнее ответить юноша, делая пару мелких шагов в сторону. Получилось скорее жалко, чем весело. Хеппи цокнул языком, и юноша тут же замер, не рискуя оборачиваться. – Ты осознаешь, во что ввязался? – Продолжил Тони, словно не обращая внимания на вытаращенные глаза Питера, ищущие выход. – Я, конечно, понимаю, что героев и в наше время хватает. Но неужели ты настолько веришь в это «правое дело», что готов ради этого подставить собственную шею? – Скорее впечатляет барышню, – неохотно подал голос громила. Старк одобрительно ткнул пальцем в сторону помощника. – Деньги тоже хороший мотиватор, но на твоем лбу написано, что ты скорее отдашь последнее, чем заработаешь нечестным путем, – Задумчиво приложив палец к губам, продолжил монолог мужчина, подходя с каждым разом все ближе и ближе. Питер не сразу заметил, что радиус движения Старка всё уже, а когда это понял, мужчина стоял уже совсем близко. Вблизи Тони Старк выглядел не столь эффектно, как на снимках: морщинки, выбивающиеся прядки волос из идеально уложенной прически, мешки под глазами. Но даже эта небрежность не отменяла ауры власти и силы, которая преобладала сейчас в помещение, заставляя дышать часто и неслышно. – Мне всегда было интересно, на чем базируется эта готовность к самопожертвованию. Просветишь? Паркер, молча, жевал губы, не зная, куда себя деть. Находиться в непосредственной близости с таким собеседником было крайне неловко. – Боишься? – Хмыкнул Старк, возвышаясь над собеседником на целую голову. – Разумно. – Мужчина пожал плечами, склонив голову на бок. – Об этом месте знают лишь единицы, – Продолжил Старк, обводя пальцем подвальное помещение, заставленное столами с какими–то приборами, проводами и прочим техническим оборудованием. – А ты умудрился меня вычислить за… сколько? – М-месяц? – Неуверенно ответил Паркер, продолжая мять руки, не поднимая головы. – Я так плохо конспирируюсь? – Удивленно приподнял брови Тони. Ответа не последовало. Мужчина сложил руки на груди, отчего пуговицы на его черной рубашке натянулись, обнажая огромный рубец на груди. Из-за этого шрама Старк получил прозвище Железный человек. В прошлом году во время официальной командировки Старка в Ирак, он был схвачен группировкой, именовавшей себя «Девять колец». Они приговорили его к смерти, но каким–то чудным образом Старку удалось сбежать. Когда он вернулся – полетели головы. Старк поднял всю свою сеть на поиск предателя, в городе начались беспорядки. Смерть Обадайи Стейна стала шокирующей новостью. Судебное разбирательство, последовавшее за ним, было не менее зрелищным. Во-первых, Тони Старк отказался от адвоката и вызвался защищать себя сам. Во-вторых, он сумел обнародовать файлы с переговорами Стейна и лидера группировки, похитившей его, а так же данные его счетов, демонстрирующих коррупционную деятельность конгрессмена, находясь под неусыпным наблюдением стражей порядка. В-третьих, Тони Старк был оправдан ввиду того, что улики, представленные обвинителем, были скомпрометированы главным свидетелем, выступавшим по делу – офицером, проводившим задержание, у которого была любовная связь с жертвой, что выяснилось непосредственно в зале суда. Мужчина вышел из здания суда с гордо поднятой головой под гвалт репортеров и вспышки камер, тем самым явив миру свое настоящее лицо. – Мне вот интересно, когда ты совершал столь отчаянный поступок, что ты ожидал здесь увидеть? Содомию? Нарколабораторию? Подпольную больницу для торговли органами? Что-то примерно такое Питер и ожидал увидеть, ведь именно такие вещи показывают в кино. Он надеялся, что сможет бесшумно просочиться, как человек-паук, сделать пару снимков и сбежать прежде, чем его заметят. План был провальным с самого начала, но другого почему-то не было. Вожделенная тысяча баксов затуманивала рассудок, делая Питера, если не храбрым, то, как минимум, снижала уровень его самосохранения. – А я считал тебя умнее, – разочаровано вздохнул Старк. – Можно подумать, вы все про меня знаете, – негодующе пробурчал Паркер. Тихо, но не достаточно. – Расписание твоей дрочки мне неизвестно, но пару компрометирующих снимков на твоем ноутбуке завалялись, – ехидно заметил Тони, с удовольствием наблюдая, как округляются глаза парня, а уши приобретают вишневый оттенок. – Что ж, сегодня все получили хороший урок, – Хмыкнул мужчина, отходя на шаг назад. – Я буду более бдительным впредь, а ты чеши домой и делай уроки, – Мужчина махнул рукой в сторону Хеппи, который с готовностью положил свою лапищу на плечо Паркера. – Шагай, – буркнул он, ведя парня к выходу. Паркер почувствовал, как внутри вместо чувства облегчения закипает злость. Он только что такого страху натерпелся и все в пустую? – Я еще раз вас найду, – Неожиданно выпалил юноша. Все на секунду замерли. – Извини? – Спросил несколько озадаченный Старк, невольно обернувшись. – Я…– Неуверенно начал Питер, но заметив, что мистер Старк смотрит на него с интересом, постарался выдернуть руку из хватки Хеппи (правда, ничего не вышло), чтобы с достоинством продолжить. – Я не отстану от вас, пока не получу доказательств. – Доказательств чего? – Удивился мужчина. – Отсутствия инстинкта самосохранения в твоей тушке? Хеппи тихо хмыкнул, чем оскорбил Паркера до глубины души. Нахохлившись, как воинственный воробей, юноша решил идти ва-банк. – Я смог найти ваше «логово» – показав пальцами кавычки, парень продолжил. – Смогу еще раз. И не отступлюсь, пока не получу желаемое. – Звучало бы весьма впечатляюще, не будь у тебя ширинка расстегнута, – Скептически скривил рот Тони. Уши парня вспыхнули, и он тут же схватился за молнию. Мужчина снова расхохотался. – Ты мне нравишься, шкет, – улыбнулся уголком губ Старк. – Но не настолько, чтобы терпеть твои выходки. Иди домой. Хеппи снова схватил Паркера за шкирку и потащил на выход. Грубо вытолкав его на улицу, мужчина кинул парню рюкзак и захлопнул перед ним дверь. Юноша понуро уселся на асфальт, прижимая рюкзак к груди. В голове гудело, а ноги болели от напряжения так, словно он только что марафон пробежал. Разочарование медленно топило его в своих глубоких водах. Он облажался. Теперь Старк перенесет свое место, что бы здесь не было, хотя на нарколабораторию это, конечно, не походило, но откидывало юношу обратно, в самое начало пути. Посидев немного, предаваясь самобичеванию, парень встал и понуро побрел прочь. Внезапно юноша увидел то, чего не ожидал, в одном из проулков стояла ауди Старка. Мысль еще не успела до конца оформиться, как юноша постарался бесшумно подкрасться к машине и наудачу дернул багажник. Залезая внутрь, парень представлял, как его награждают посмертно, а Мэй в качестве благодарности помогают пройти курс реабилитации за счет города. Неплохая перспектива, если он сможет в прямом эфире засветить нелегальную деятельность Старка. Устроившись поудобнее парень приготовился ждать. Но не успел он зайти в программу для подключения, как багажник открылся. Парень зажмурился от яркого света. – Ты приставучий, как постельный клоп, – Раздался едкий голос Старка. Над открытым багажником возвышался Хеппи. – Здесь камеры слежения повсюду, гений. Паркер неуверенно высунул голову. – Вылезай, шкет, мое терпение на исходе,– Подбадривал его мужчина, который сегодня явно был в хорошем расположении духа, а может быть он был просто под кайфом. – Что мне с тобой делать, насекомое? – Дать денег? – Наудачу предложил Питер. – Или по шее, – хмыкнул здоровяк. – Раз уж ты так рвешься стать частью моего мира, поехали. Будет тебе сенсация. *** Сидеть рядом с Тони Старком на заднем сидении его дорогого автомобиля было странно. Питер прижимал свой рюкзак с камерой к груди, словно он мог защитить его от пули, которую мистер Хоган мог пустить ему в лоб или сердце с легкого кивка его босса. Старк сидел и что-то сосредоточено читал на своем навороченном телефоне, не обращая ни малейшего внимания на своего пассажира.  Сердце Паркера то и дело пускалось галопом, как только в голове возникали кадры его грядущей смерти: его тело закатывают в бетон, потом его тело скидывают в Гудзон с бетонным блоком, привязанным к ногам, его труп в ковре везут на свалку, где его тушку растащат городские крысы. Нужно было им меньше смотреть старые фильмы с Мэй. От мыслей о родной тетушке стало совсем тоскливо. Как он мог вообще в это ввязаться? Если он сможет выбраться живым, то больше никогда в жизни не будет участвовать в чем–то подобном. – Прекрати ерзать своей задницей по кожаным сидениям, обивку попортишь, – вдруг подал голос Тони, чем застал парня врасплох. На секунду Паркер даже перестал дышать. Просидев в положении, в котором ему послали предупреждение около тридцати секунд, юноша осторожно попробовал сменить позу, ибо все мышцы уже начали подрагивать от напряжения. – Ради всего святого, Паркер, ты лучше себя вел в окружении бетонных стен! – Рявкнул Старк, бросая гневный взгляд на мальчишку. Паркер, вытянулся по стойке смирно и снова замер, притворяясь каменным изваянием, Тони лишь устало закатил глаза. Последние новости, очевидно, были не очень приятными, раз настроение мужчины так резко испортилось. Сделал про себя вывод парень. До этого момента, не смотря на гнетущую обстановку, Тони Старк казался приятным собеседником. Не то, чтобы Питер ожидал отборной ругани, но явно не подобной доброжелательности. В своих интервью Старк всегда выглядел самодовольно, пафосно, эксцентрично. Сам факт того, что он лично нянчился с такой мелочью, как Питер, не вписывался в картину мира Паркера. Это выбивало из колеи и давало слабую надежду на благополучный исход. Машина еще некоторое время петляла по городу, а после остановилась около трехэтажного здания в одном из кварталов гетто. Питер уже бывал в этом районе, когда следил за Старком. Парень тогда пробежал пару кварталов следом, повезло, что машина ехала медленно, словно любуясь местными красотами, что, конечно, навряд ли. Юноша предположил, что в этом районе точка сбыта наркотиков или оружия, иначе, для чего самому Тони Старку показываться в подобном месте, если только он не объезжает свои владения.  – Доставай камеру, парень, сейчас я тебе покажу, как работает твоя хваленая система, за честь которой ты так борешься. – Устало выдохнул Тони, прежде чем выйти из автомобиля. Зданием оказалась больница. Около входа стояла карета скорой помощи и несколько санитаров помогали достать носилки с пациентом. – Мистер Старк, – уважительно здоровался персонал клиники, когда мужчина проходил мимо. Тони кивал им в ответ и шел дальше, а люди невольно расступались перед ним, чтобы дать ему пройти. Доктора приветливо улыбались, как и некоторые пациенты. Питер мотал головой, разглядывая пошарпаные стены, пациентов.  – Что мы здесь делаем?  – Терпение, мой юный падаван. – Хмыкнул Старк, толкая очередную дверь.  – Мистер Старк. – Главврач встал навстречу гостю. – Чем обязаны?  – Хотел навестить свою любимицу, она ещё не спит?  – Уже достаточно поздно для посещения, но уверен, она будет рада вас увидеть. –Доктор сделал приглашающий жест и четверо мужчин вышли в коридор.  Больницы всегда вызывали у Питера ощущение беспокойства, хотя за последнее время он уже мог бы и привыкнуть к белому мерцающему свету, делающему кожу болезненной, к запаху чистящих средств и смерти. Мэй всегда храбрилась перед очередным визитом, но каждый раз, переступая порог больницы, в её глазах виднелся страх. Страх, что она больше не покинет этих стен. Однако пока фортуна была на их стороне.  За ширмой в общей палате обнаружилась арабская девочка лет пяти. Удивительно, что ребёнка держали вместе с взрослыми.  – Джахиза? – Позвал врач. Девочка резко открыла глаза. На секунду её лицо исказило от страха, но увидев знакомые лица, она тут же успокоилась.  – Тони? – С сильным акцентом произнесла она. – Привет.  – Привет, маленькая принцесса. Как поживаешь? – Мягко улыбнулся мужчина, присаживаясь на край кровати.  – Хорошо. Мне снился Джамаль. Он рассказывал как прекрасен райский сад, – Тихо ответила Джахиза переходя с одного языка на другой, но видимо Тони хорошо её понял, потому что тут же взял её за руку.  – Уверен, ему там хорошо, – Кивнул он. – Как твои успехи с протезом?  – Она ещё учится, но прогресс на лицо, – Поспешил ответить за девочку главврач.  – Он тебя достаёт? – На арабском поинтересовался Тони, с лёгким прищуром глядя на девочку. Джахиза хитро улыбнулась в ответ, посмотрев на главного врача, который заметно побледнел.  –Нет, – Мотнула она головой. – Доктор Браун хороший. Он мне помогает. А ещё сестра Джейн. Она часто мне читает.  Лоб главного врача, заслышавшего своё имя, покрылся испариной. Если Старк пытался этим походом сюда убедить Питера, что он не такой, каким его считают, поведение доктора Брауна скорее доказывало обратное.  – В следующий раз привезу тебе вкусностей, – Пообещал Тони уже на английском, вставая с постели. Мужчины уже собирались уходить, доктор начал задергивать штору, но Тони его остановил.  – Чуть не забыл, – Тони наигранно хлопнул себя по лбу. – Я же привёл к тебе нового друга. Его зовут Питер, он фотограф.  – Привет, Питер. – Помахала абсолютно растерянному Питеру девочка. – Джамаль тоже любил фотографировать, а потом двое полицейских его забрали.  – Мне очень жаль, – Только и смог выдавить из себя парень.  Миллионы лет эволюции прекрасно научили людей распознавать эмоции и намерения других существ, этот навык был необходим для выживания, как пещерным людям, так и жителям мегаполисов. Увеличение скорости жизни сократило весь процесс от опознания какого–либо внешнего сигнала до осознания его значения до миллисекунд. Теперь это происходит на уровне рефлексов, отчего большинство людей перестало придавать этому значения, списывая удачное избежание неприятностей на ведение или предчувствие. Но некоторые профессии обязывают глубинному изучению мимике, жестам и их значениям. Политики, бизнесмены, учителя. Люди, для которых важно всего за пару первых минут понять, что за люди стоят перед ними, что ими движет, чем можно их заинтересовать, предположить их следующее действие. Питер, как фотограф, тоже интересовался физиогномикой. Чтобы получить удачный кадр – одной аппаратуры мало. Нужен свет, нужно понимание своего объекта, чтобы предвидеть его реакцию и движение и успеть поймать "тот самый" кадр. Питер отлично владел этим навыком, но Тони Старк очевидно был хорош абсолютно во всём, потому как предугадать его реакцию лишь по внешним параметрам было крайне затруднительно. Вот и сейчас Тони умудрялся держать всех людей в комнате в напряжении, кроме, пожалуй, Хеппи. У здоровяка был такой усталый вид, как у многодетной матери на детской площадке. Видимо, его уже ничем нельзя было удивить.  – Протез, который вы предоставили мисс Дишан отлично подошёл, она делает большие успехи, – Начал отчитываться доктор Браун, семеня рядом со Старком. – Уверен, через пару недель она сможет бегать, как раньше вот только...  – Только что? – Недовольно буркнул Старк, резко останавливаясь, отчего Паркер не ожидавший такого поворота событий вписался бы прямо в спину мужчины, если бы здоровяк Хеппи, не придержал его за плечо.  – У мисс Дишан нет родных, мы не можем держать её в больнице дольше положенного времени и...  – Уверен, вы сможете найти ей подходящую семью, – Улыбнулся уголком губ Старк и продолжил движение по коридору.  – Но это не входит в мои компетенции... – Попытался возразить доктор.  – Надеюсь на вас, док, – Не оборачиваясь, бросил Старк, подняв вверх руку на прощание.  Вернувшись в машину, мужчина снова уткнулся в телефон. Питер сидел рядом несколько подавленный и, кажется, рассерженный.  – Чего дуешься, шкет? – Не глядя, спросил Старк, листая что–то на экране. – Зачем вы меня сюда привезли? – Буркнул парень.  – Показать тебе, свои владения. Эта больница и ещё пара десятков ей подобных в нескольких округах получают финансовую и медикаментозную поддержку от моего лица.  – Значит, вы сбываете наркотики через больницы?  Мужчина отложил телефон и обернулся к собеседнику. – Так, шкет, – Старк снял свои затемнённые очки. –Ты же в курсе, что прежде чем оксикадон стал запрещённым препаратом, его назначали, как болеутоляющее всем подряд? Та же участь постигла и анальгин. И это я назвал только два самых ярких примера. К твоему сведению, твоё горячо любимое государство не спонсирует подобные заведения в полном объеме, ведь выделенные средства просто не доходят до пункта назначения, оседая в карманах бюрократов, – Тони ткнул пальцем в сторону больницы.– Врачи должны сами закупать лекарства по рекомендации фарм представителей. Как ты думаешь, сколько из них оглашает полный список побочных эффектов и противопоказаний? Сколько врачей закрывают глаза на эти списки? Ну же, малыш Паркер, я жду ответа.  – Это не отменяет...  – Конечно, это не отменяет того факта, что я "гипотетически" – и снова жест руками. – Сбываю запрещённые препараты через аптеки больниц, но возможно, выручка от них идёт в сами больницы на закуп необходимых лекарств и оборудования.  – И я должен поверить в эти сказки, просто потому что вы привели меня в бедный квартал к маленькой девочке, которая не смотрит на вас с гримасой ужаса на лице? А как же сотни других девочек, который в один прекрасный день проснулись сиротами, потому что ваши «препараты» убили их родителей? – Значит, по–твоему, я разыграл настоящий спектакль, чтобы произвести на тебя впечатление? – Усмехнулся Старк. – Похоже, моя самооценка нуждается в доработке, мистер Паркер. Не хотите дать несколько уроков?  Питер ничего не ответил, глядя в окно машины. Его губы то и дело порывались что–то сказать, но каждый раз парень останавливал себя прежде, чем успел открыть рот. – Не думай, малыш, что меня хоть сколько–то волнует твоё мнение или чьи–либо ещё. Весь этот спектакль был начат задолго до этого одним амбициозным парнем по имени Дик Чейни. И теперь ты, и я лишь шестерёнки в огромной машине под названием экономика.  – Вы торгуете оружием!  – Если бы система, поклявшаяся защищать своих граждан, работала, мне не пришлось бы им помогать.  – Помогать? Это по-вашему помощь? Вы что, Робин Гуд?  – Отчасти, – Пожал плечами Старк.  – Ушам своим не верю, - Всплеснул руками юноша. – Массовые беспорядки на улицах нашего города и военные действия на улицах города другой страны вы хотите оправдать этим?  – Война – это деньги, малыш. Она позволяет двигать этот локомотив, который мы с тобой зовём своей страной, вперёд, в светлое будущее.  – Вы действительно в это верите?  –Что, разочарован? Такова жизнь, малыш, и она совершенно не похожа на ту сказочку, которой нас пичкают в детстве.  – Мир не без добрых людей.  – А кто сейчас говорил о людях? Кажется, речь шла о прогнившей системе, продажной полиции, политике и медицине, о том, что жителям нашего города приходится покупать оружие, чтобы безопасно перемещаться по городу. Думаешь, что если бы меня не было, то мир стал бы лучше. Ошибаешься дружок, на моё место может прийти кто похуже и даже не один, и тогда Нью–Йорк захлебнется кровью.  Машина остановилась около больницы, в которой Мэй проходила лечение.  – Зачем мы здесь? – Тут же напрягся Паркер. – Люди, по большей части, не могут обеспечить себе достойную жизнь, даже будучи законопослушными гражданами. Докажу на примере. В среднем по стране от рака ежедневно умирает больше семи тысяч человек, из них более двух тысяч умирает от рака печени. – На этих словах Питер невольно вздрогнул, уставившись на Старка, нечитаемым взглядом. – Пересадку этой самой печени получат только 10% пациентов по всей стране. Только в этой больнице, – мужчина ткнул пальцем в окно. – Больше пятидесяти пациентов стоят на очереди, помимо твоей тетушки. Один из них Фрэнк. Про таких, как он, говорят – паразит. Он пьяница, наркоман и многодетный отец. Семеро его отпрысков не горят желанием делиться со своим папашей органами, поэтому ему остаётся уповать на массовую катастрофу. Кроме него здесь же наблюдается учитель младших классов, менеджер среднего звена, помогающий местному детскому дому, пара прихожан из церкви Св. Варфаламея и так далее, и так далее. Каждый из этих граждан, включая твою дорогую тетушку, добросовестно платят налоги, соблюдают законы и правила поведения в общественных местах. Но Фрэнк уже одной ногой в могиле и когда его состояние станет критическим, его перенесут в начало списка, подвинув, например, главу семейства, который может и не дожить до следующего донора. – Питер отвернулся и снова посмотрел в окно, на больницу. – Как думаешь, после того, как Фрэнк получит новую печень, он станет законопослушным гражданином? Или он продолжит вести маргинальный образ жизни, демонстрируя полное отсутствие ответственности и моральных обязательств. А как же быть с теми, кто действительно заслуживает второго шанса? Как насчет твоей тети, Паркер? Она была так хороша собой, пока не оказалась здесь. Ее энергии хватило бы, чтобы обеспечить маленький квартал, кажется, так говорил твой дядя? Питер зажмурился, стискивая зубы до боли в челюсти. Сердце стучало в районе глотки, а глаза щипало от непрошенных слез. То, что говорил Старк, было правдой, и Питер это знал. Он видел уже такое несколько раз, когда маленькие дети, женщины и мужчины, ждавшие, что с минуты на минуту получат долгожданный орган оказывались задвинуты, потому как кто–то другой умирал в этот момент.  – И ты будешь меня убеждать, что жителям города не нужна моя помощь? Тебе не нужна? – Вы пытаетесь меня купить? Старк фыркнул, а затем, сняв очки с фиолетовыми стеклами, внимательно посмотрел на собеседника. – Шкет, ты невнимательно меня слушал, включай голову. Я могу купить Дейли–Бьюгол со всеми вами и распустить к херам собачьим за пару секунд. – Тогда зачем все это? – Считай, что мне стало скучно и я решил привнести, таким образом, в общественность диссонанс о своей персоне. – Каким же образом? – Ты напишешь статью, которую твой любимый Джей Джей опубликует, уж я постараюсь. – Почему вы думаете, что я напишу то, что вам выгодно? – Потому что ты напишешь правду, а эта специя не всем по вкусу. – Допустим. Но одной статьи от малоизвестного писаки вроде меня будет недостаточно, что бы изменить устоявшееся мнение о персоне вроде вас. – Уверяю тебя, когда твоя статья попадет в сеть, эффект будет потрясающим, вот увидишь. – Загадочно улыбнулся мужчина, надевая очки обратно. – Что ты теряешь, Паркер? Тебя ведь отправляли за материалом, так выдай им его. А об оплате я позабочусь. Питер долго смотрел на профиль Старка, размышляя на тему, имеет ли он моральное право соглашаться на сделку с человеком, виновным в терактах, смертях малолетних и прочих "подвигах".  Юноша никак не мог понять, в чем мог быть "выигрыш" для Старка, если статью Питера опубликуют. Что он мог в ней написать? Что его не убили при первой встречи, что Старк одной рукой спонсирует больницы в бедных районах и помогает сиротам обрести дом, а другой рукой снабжает родителей этих детей или самих детей наркотиками и оружием, тем самым поднимая уровень преступности в городе до небывалых высот? – Что это значит? – Что по моему звонку твоя тетя может получить новую печень и полный курс реабилитации в ближайшее время. А ты должен будешь признать, что система, которую ты так отчаянно защищаешь, сгнила окончательно. Этого мне будет достаточно. Предложение было крайне заманчивым, тем самым напоминая сделку с дьяволом. Питер может за пару минут решить главную проблему – спасение жизни Мэй. Неужели жизнь близкого ему человека стоит меньше, чем его мальчишеская убежденность в том, что добро всегда побеждает, что Мэй сможет бороться ровно столько, сколько нужно на ожидание донора, что в последний момент никто не унесет печень, предназначавшуюся ей кому–то вроде Фрэнка? И сможет ли Питер после этого смотреть в глаза своей тете, зная, что этим самым поступком предал все, чему она его учила? *** Мэй спала, когда Питер неслышно зашел в ее палату. Ее состояние резко ухудшилось, похоже, что лекарства уже не давали нужного эффекта. – Мы делаем все, что сможем, – развел руками доктор Коулмэн. Они боролись вместе с ним за жизнь Мэй долгие полгода. Они продали свой дом, обустроившись в крохотной квартирке в Куинсе, Паркер нашел подработку, но его усилий все равно было недостаточно. Юноша обессилено рухнул в кресло, запустив руки в волосы. Если Мэй умрет, он себе не простит. Тяжело вздохнув, юноша достал телефон и начал накидывать статью в заметках. – Питер? – Слабо позвала его Мэй через пару часов. – Как я здесь оказалась? – У тебя был приступ, – начал объяснять Питер, беря тетушку за руку. – Повезло, что соседка миссис Генрих зашла к тебе за солью. Как ты себя чувствуешь? – Голова очень сильно болит, – пожаловалась женщина, прикладывая руку ко лбу. – Не волнуйся, утром станет легче. А теперь спи. – Юноша поцеловал Мэй в лоб и погладил по щеке. Женщина послушно закрыла глаза и засопела. Она была бледной, худой, изможденной. Из первой красотки она превратилась в свою тень. Питеру больно было видеть, как последний близкий человек на Земле ускользал из его рук. Встав с кресла, юноша подошел к окошку, за которым была видна бетонная стена соседнего здания. Эту палату оплатил Старк. О том, что Мэй стало плохо, он сообщил перед тем, как уехать на своей дорогущей машине: «Пока мы беседовали, у неё был приступ. Ты был занят, так что Хеппи распорядился на этот счёт. Не волнуйся, всё оплачено». Питер оглянулся на мирно спящую тетушку. Ему хотелось верить, что, когда она все узнает, она его поймет.