Пролог

В тенистом полумраке медицинской палаты Дистрикта 12 витала атмосфера страха и беспокойства. Стон матери, истощенной трудами родов, пронзал сердца присутствующих. Она держала в руках своих двух младенцев, своих единственных надежд, словно последние капли воды в опустошенной пустыне. Отец, стоявший в соседней комнате, его лицо отражало беспомощность и тревогу. Его кулаки сжимались, борясь с бурей эмоций, которая разгоралась внутри. Вёл он беседу с врачом, пока медсёстры приводили всё в порядок. — Поймите, мистер Эвердин, это самый лучший вариант в сложившейся ситуации. Отец вспыхнул от бешенства, отвергая эту идею, но в его глазах читалась борьба с неведомым будущим. Мать, изнуренная, держала в руках двух младенцев, ее светлые глаза полные беспокойства. — Ты себя слышишь!? Какие к чёрту варианты!? Врач поднимает брови с ледяным выражением. — В этом мире, вынужденном выживанием, часто приходится принимать трудные решения. Я лишь предлагаю вам вариант, который может обеспечить лучшее будущее для вас и вашей семьи. Отец отвечает, сжимая кулаки: — Лучшее будущее для меня - это сохранить свою семью в целости. Я не дам вам ни одного из моих детей! — Ваши чувства понятны, но у меня есть обязанность предоставить вам варианты. Наши ресурсы ограничены, и вы, вероятно, уже столкнулись с нехваткой всего, начиная от пищи и заканчивая медицинской помощью. Роды - сложное событие, требующее множества ресурсов. Продажа одного из младенцев может стать выходом из вашего трудного положения. Оставить двоих - это дополнительная нагрузка на вас и на окружающих вас. Я бы порекомендовал вам продать девочку, её может даже на органы то и не продадут, есть возм. Не успел он договорить, как кулак ровно пролетел с низу верх по челюсть. Одна из медсестёр распахнула дверь и принеслись помогать своему коллеге, пока на них взирал разъярённый мужчина. — Если дальше будешь настаивать, то простым апперкотом не отделаешься, ясно?! Держась за челюсть и опираясь на свою подругу, он всё же отступил, мало ли на что ещё способен этот псих. — Предельно. А теперь, бери свою соплячку и проваливай! Пациенту и детям нужен покой. Перед уходом, Джон подошёл к своей жене, которая кормила своих детей и не была в силах осмыслить спор, задала вопрос, который волновал её всю эту неделю. — Как мы их назовём, Джон? — Ну, с дочкой мы давно определились … - вспомнил ту весёлую перепалку. — Примроуз, а парня, хм... – тут Джон задумался, но быстро собрался с мыслями. — Мартин, Мартин Эвердин. И тут малыш остановил трапезу и неестественно распучил глаза, а через секунду начал орать. Шок длился недолго, родителя выгнали, а мать стала убаюкивать малыша, в то время как малыш был в ПОЛНОМ АХУЕ!