Глава 17

POV: Китнис Эвердин Тот вечер, когда Мартин и Прим под конвоем миротворцев покинули наш дом, стал моим самым худшим днём. Я ещё никогда не видела, чтобы отец хоть когда-то так злился. Мне кажется, если бы не миротворцы, он мог Мартина прям там… нет, прочь дурные мысли, он не стал бы. Про мать я вообще отказываюсь говорить – так пассивно это принять и даже не шелохнуться, словно ничего и не произошло. И вроде бы только вчера мы с ним охотились вместе и гуляли по лесу, несмотря на причитания родителей… Теперь я больше не смогу с ним также проводить время или будить его ранним утром, предварительно послушав сонные бормотания, по типу «Я захвачу мир!» или «Кико номер 24.». Моя любимая его фраза, это «Неправильно, хома, неправильно, широкую на широкую.». Интересно, это что же ему такое сниться? В прочем, этого стоило ожидать. С самого детства наша семья была не правильной. Поняла я это, когда в первые пошла в школу и подслушала разговоры моих сверстниц. Все они делились своими фирменными петельками для вязания или всякими рецептами, для которых не нужны много продуктов. Никто не рассказывал, как они с папой шли на охоту, как их отцы учили мастерить стрелы или как правильно подвесить тушу, чтобы вся кровь стекла. Когда же я старалась проводить побольше время с мамой, то она всегда делала это нехотя, хоть и почти не показывала этого… почти, потому что я это замечала и мне самой уже не хотелось, особенно, когда я заметила её облегчение после того, как я находила "дела поважнее". Только с отцом мы были близки, но он почти всегда пропадает где-то в шахтах или на какой-то серьёзной охоте, где мне нет места. В такие моменты мне казалось, что я одна и у меня никого нет. Но всё поменялось в один день, когда мне сказали, что у меня будет брат или сестра. Хотя как оказалось позже, у меня будет и брат и сестра. Я тогда не могла осознать, почему я так обрадовалась этой новости, но те месяцы ожидания были самыми волнительными! Вот только это не идёт ни в какое сравнение с тем, когда я увидела двух младенцев, которых передали маме. Моей радости не было придела, а когда Мартин мне тогда улыбнулся через стекло, я прям там и расплылась в умилении. Наверное, это моё самое лучшее воспоминание, которое я когда-либо запечатлела. Вот только не я одна была счастлива. Мама больше всего нянчилась именно с Примпроуз и временами с Мартином, и то, только чтобы покормить. А когда ему исполнилось год, то она и вовсе перестала обращать на него внимание и мне приходилось ухаживать за ним. В прочем, стоит отметить, что с ним было легко: он не плакал, был спокойным, когда хотел наделать делов, всегда меня предупреждал, а как он нежно игрался с моими волосами. Одним словом, чудо, а не ребёнок. Когда он подрос, мы стали не разлей вода. Мне даже как-то стало грустно за Прим и вроде бы она весело проводит время с мамой и растёт обычной девочкой, но я не хочу, чтобы она чувствовала себя обделённой с нашей стороны, я буду хорошей сестрой и всегда буду на её стороне! Наверное, так же подумал и Мартин, когда в какой-то момент просто переключился на неё, тем самым начав уже обделять вниманием наше общее время. На утро после их ухода я просто провела в прострации, прерываясь на плачь, от осознания того, что я снова одна. Лучше бы я вообще не знала подобного, чтобы не жалеть о утрате. Однако, на моё удивление, ко мне подошла Эль, села рядом и просто обняла, гладила по голове и говорила что-то. Я не вслушивалась в её слова, мне хватало и того, что она просто сама подошла ко мне и просто была со мной. Когда же она отправилась в котёл, я тоже решила не тухнуть дома и пошла в лес, поохотиться. Вот только в лесу было пусто, словно кто-то уже распугал всю живность. Побродив ещё где-то час, я, наплевав на охоту, просто начала собирать ягоды, чтобы залезть куда-то на верх, закрепиться и подремать после сладкого полдника. Проснулась же я где-то ближе к обеду. Пройдясь ещё раз и не найдя никакой живности, решила сделать небольшой обход и пройтись по луговице, но наткнулась там на Мартина, который разлёгся на сырой траве. Сам он был в какой-то странной одежде, такого наряда у него точно не было, и с повязкой на глазу. Быстро подбежав к нему и осмотрев глаз под повязкой, удостоверилась, что всё хорошо, только он сильно его зажмурил… видимо из-за света. Взяв его на руки, отправилась с ним домой, где застала маму, которая монотонно чистила коренья. Увидев нас, она выдала свой шок вперемешку со страхом, но быстро взяла себя в руки и отослала меня в комнату. С её слов стало понятно, что он там уже где-то часа четыре лежит. После того, как я его помыла и переодела, решила просто посидеть рядом, а то он даже на минуту не пришёл в себя, когда я его тряпкой протирала. Смотрела на него, а внутри само по себе нарастало чувство обиды в вперемешку с желанием обнять и не отпускать. Где-то через пару часов пришли эти взъерошенные клоуны, которые и увели у меня брата. Вот только вся эта взъерошенность была связана с тем, что они не нашли Мартина для какого-то дела. Обрисовав ситуацию, послала их, а то смотря на них у меня только усиливаеться желание взять лук и всех перестрелять. Уже ближе к ночи я стала переживать, но когда он открыл глаза, а точнее глаз ровно в полночь, то словно камень с плеч упал. И первое о ком он спросил, была Прим. Не то что бы я завидую или думаю, что он переживает только о ней, но именно я тут весь день с ним сидела и ухаживала и ни на минуту не отходила и вообще…. Больше не выдержав такого, решила просто уйти, раз он пришёл в себя, то значит всё в порядке, да вот только я не ожидала его хватки и просьбы полежать с ним. Ну как минимум потому-что он выглядел уставшим, а схватился так, буд-то хочет оленю шею раздробить. В тот момент я была неописуемо счастлива и уже в обнимку с ним, слёзы предательски капнули на его майку, и он не мог не заметить этого, но он просто прижал меня к себе сильнее… я даже не заметила, как погрузилась в сон. * * * Утром следующего дня, или это был тот же, если я легла за полночь, в общем, в этот день я проснулась очень выспавшейся, но одна в кровати. Хотела я уже снова впасть в уныние, как нашла записку от Мартина: Дорогая Китнис Спасибо за то, что ты такая замечательная сестра и прости за то, что я такой ужасный брат. Обещаю, что как-нибудь возмещу свою убогость, но сейчас мне нужно инсценировать смерть нашего главного по миротворцам. С решимостью и любовью, твой Мартин ( ◡̀_◡́)ᕤ От этих слов стало как-то так тепло на душе… а эти его рожетсы, которые он вырезал на вершинах деревьев, мне всегда нравились и если мне не изменяет память, то он никогда их не повторял, все были уникальными. Вот только меня смущает часть про начальника миротворцев, ведь не мог же он его убить, вед так? Вот только мои надежда на то, что это просто шутка, умерла от шока после объявления о кончине полковника Крейя и трауре в связи с этим событием. Нужно выбросить эту записку… нет, просто вырезать этот фрагмент… не, просто очень хорошо спрячу, да, так и сделаю! Вот только я настолько была в шоке от записки, что даже не заметила, как траур перерос в праздник, на котором я в первые попробовала алкоголь. А как Мартин песни горланил, я же знаю, что он может и получше петь, но как по мне, обстановка располагала. Надо бы почаще такие спонтанные концерты устраивать. Но вот в последний раз я Мартина видела только на его и Прим день рождении. Роуз конечно уверяла меня, что он просто погрузился в медицину с головой, но он же обещал! Впрочем, на это можно закрыть глаза – я, всё-таки не смотря на все события, успела дошить костюм, и он на нём смотрелся просто отпадано. А когда он снял верх и закатил рукава рубашки, с трудом сдержала себя, чтобы не накинуться на него и не затискать. * * * Так, где-то через недели две спустя, как я потеряла из виду Мартина, начали происходить какие-то странности – начнём по возрастающей. Однажды Прим пригласила меня на чаепитие со сладостями, через своих подпевал, которые ей в пол кланяться как солдатики. Странность заключается в том, что мы не пошли в деревушку победунов, а отправились в торговый – знала бы, оделась поприличнее – где она встретила меня у какой-то аптеки, и в процессе выяснилось, что у меня есть дедушка. Мы конечно перекинулись пару фразами любезностей, но стало понятно, что он относиться ко мне так же, как и мать. Другая же странность заключалась в очень красивой скамейке со спинкой, которая в один день просто появилась на луговице. Обойдя его со всех сторон, решила на ней полежать, так как только недавно с охоты вернулась, всю попу отморозила, и не успела я оглянуться, как уснула крепким и приятным сном, а когда проснулась, холода и усталости словно и не было, а сил хоть отбавляй! Но всё это меркнет перед двумя самыми непонятными случаями абсурда. Первая, это Банда Бараки! Эти придурки то и дело кого-то бьют да шманают, кто сдачи дать не может. Так они тиранят всех, кроме девок, и то, только потому-что Мартин этому бараке как-то так по носу за нас вдарил, что маме пришлось его вставлять, но всё равно вышло криво. Какого же было моё удивление, когда этот придурок со своей сворой пришёл на урок, ВОВРЕМЯ, и отсидел его, ПОЛНОСТЬЮ! Услышала я про эту историю на следующий день, но до этого я видела, как они вечером со своей шайкой, одетые в балахоны, убирались в шлаке. Как по мне, это гиблое дело, но они продолжали и через неделю стало чисто! Улицы конечно не блистали как в торговом, но постоянно перепрыгивать через мусор больше не нужно было. И вот с чего такие выверты поведения, мне не ведомо. Но самый апофиоз странных событий был четыре дня назад… * * * Как обычно, собравшись в школу, прихожу где-то за 5-10 минут до начала урока. На входе меня, как обычно, ждёт моя «подруга» Мадж, а точнее должна была, но никого не было. Не то чтобы я прям ждала её, просто не привычно, когда в жизни что-то меняться и это что-то очень привычное, которое всегда происходило и не должно было меняться. С самой мисс Андерси ситуация вышла не самая хорошая. Началось всё с первого дня похода в школу, что ознаменовало потерю времени, в угоду бессмысленным действиям, по типу изучения арефмантики и громматики, что как по мне тупо. Мартин и Прим конечно журили меня тем, что если не буду учиться, то стану валенком, но как по мне, лучше быть живим валенком, чем мёртвым ботаником. Научили уж тогда как ловушки ставить, а то отец постоянно обещает, но у него всё никак руки не доходят до этого аспекта охоты. Так вот, дойдя до этой двухэтажной тюрьмы, меня с группой детей отправили в дальние коридоры, где нам выделили пару комнат, которые мы не должны покидать ни в коем случае. В прочем, в первый же день мы забили на это правило и собирались в широких коридорах, дабы как-то развлечь себя. Вот так, после первого урока в коридоре ко мне прилипла эта, эта, эта чудо-дарование, в одежде больше схожее на разноцветные тряпки. Она, поймав меня и похвалив мой прикид, что как по мне, он не выделялся среди прочих, начала без умолку со мной говорить. Так, наверное, думала она, ведь в действительности это был односторонний монолог, где я изредка угукала на её вопросы. Из редких разрозненных фраз стало понятно, что она дочь мера…, впрочем, это можно было понять ещё на перекличке, когда озвучили её фамилию, но тогда я не знала наизусть фамилий и имён верхушки нашего дистрикта, но отец и Мартин настояли на выкуривании этих политес. И Так. Весь. ДЕНЬ! Уже в конце уроков я хотела её где-то придушить и закопать. Не дало мне это реализовать её цветные тряпки и Мартин, который спрыгнул с ветки и просто спас меня. Вот только эта двинутая просто переключилась с меня на Мартина, однако она не учла, что Мартин не такой терпеливый и добродушный как я, так что после её похабных намёков, он на неё так посмотрел, что даже мне стало некомфортно до рвоты. Хуже было бы, если бы он достал рупор и начал во всеуслышание её поносить. Вот только эффект оказался схожим, так как кто-то срисовал эту картину и в добавок они как-то узнали про его выражение, которым он охарактеризовал её – вульгарно одетая женщина с пониженной социальной ответственностью. Тогда за столом я не поняла ВЕСЬ смысл сказанного, но мне хватало того, что отец чуть отваром не поперхнулся, а мать налилась краской как свежая земляника. Вот так она стала изгоем нашего класса, да и школы в принципе. Её отец, когда услышал про это, рвал и метал, да вот только Мартина никто не сдал, так что отделались все выговором, а сама Мадж стала одеваться примерно как я и стала менее людимой, но со мной она продолжала исправно общаться. Она уже надоедала не так сильно, да и я от части виновата в случившемся, так что просто оставила как есть. Да и как по мне, так ей идёт больше. Именно поэтому, когда я вошла в класс и увидела её, с дебильной улыбкой на лице, при этом игнорируя меня и даже не вникала в тему урока, меня это ошарашило. Поэтому уже я выцепила её на перемене и стала расспрашивать, что случилось? Любопытно же. — Так, а теперь выкладывай, кто это в лесу умер, раз ты такая блаженная ходишь? — О Китнис, ты не представляешь, вчера ночью произошло такое… я никогда это не забуду. — ВЫКЛАДЫВАЙ! — Ну станет с тебя, не торопи, я всё расскажу. – перехватив меня за локоток, она потащила меня куда-то за уголок и осмотревшись, слегка взволнованно вздохнула и посмотрела мне прямо в глаза. — Но сперва, скажи, что ты знаешь, что на втором этаже? — Причём тут это, ах, ладно! В общем, так какая-то закрытая часть, вроде лаборатории, куда можно подняться на лифте, но он под замком. – помню, какого-то слишком проблемного пацана унесли, когда он слишком сильно настаивал на том, чтобы дать нам туда доступ. — Да и дело в том, что я попросила папу дать мне туда доступ, но только в библиотеку. Если хочешь, могу тебе что-то достать оттуда. Так вот, обычно, когда мне грустно, я иду туда и читаю чтонибудь, пока не усну, а утром просто спускаюсь к вам. — Поэтому ты никогда не опаздываешь. — В точку! Так вот, сидела я за лампой, читала и вдруг в коридоре послышался шум, но я тогда просто списала на ветки деревьев стучащие по окну, ну или на призраков, по мнению Бараки, хихи. Так, о чём я? Да, так вот, проигнорировав этот шум, я продолжила читать и минут через пять или десять, я не помню точно, сзади меня, кто-то одной рукой схватили за рот, а другой за горло, представляешь! — Да что тут радостного, дура! – она совсем себе мозги прожгла чтением? А если бы это был маньяк? И куда только этот жирный боров смотрит!? — Нет, ты не поняла! Тем, кто меня схватил за шею был твой брат! Мартин?! Что… так я ищу его, думаю о нём, переживаю, а он по запретным местам шляется! Ну всё, найду и отпинаю… не сильно, по попе. — Я знаю, сама в шоке. Кароче, он схватил одной рукой меня за рот, другой за шею и начал на ней перебирать пальцами, потом он наклонился очень близко и прошептал на ушко: «А теперь слушайся меня, как никого другого до селя, понятно? Отлично. Я пришёл сюда за тем, что принадлежит мне по праву сильного.» и на этом моменте он особо сильно вцепился своими пальцами мне в шею, а другой рукой чуть придвинул губы приоткрывая мой ротик. – То как она описывала их встречу во всех мельчайших подробностях, при этом скрестив ноги, заставило меня вспыхнуть красным. Ну не мог Мартин такого сказать, не мог… или же мог… почему он с ней так, а не… Так, стоп, прочь такие мысли, это неправильно… ведь так? И пока я путалась в своих мыслях, эта дура продолжила. — Когда он меня отпустил, мы направились к полкам, но, когда на месте не нашлось искомого, он развернулся и за шаг преодолел расстояние между нами, наклонился, страстно поцеловал в губы и после укрылся в тени ночи. — Так, ну это уже точно бред, хватит мне лапшу на уши вещать! — Тю, Китнис, какая ты скучная, но то что он меня поцеловал… в шёчку, это правда. Интересно, а куда пропали эти книги по медицине? И как он вообще на второй этаж попал, для меня это загадка… * * * — Вот как-то так, Прим. Я просто отказываюсь даже представлять, что у неё в голове твориться. Нибось начиталась своих дебильных романов. — О, так значит в тот раз, та психованная дочка мэра – это Мадж, ясно. Тогда и мне есть что тебе рассказать, сестрёнка. POV: Примроуз Эвердин После того дня, как Мартин официально подтвердил то, что я волшебница, жизнь моя преобразилась и вошла в странный ритм, где вроде бы всё монотонно, но при этом так разно. Как оказалось, волшебники, ну или ведьмы в моём случае, не только в котле зелья варят или колдуют палочками, но ещё и могут входить в собственный разум! Но если честно, поколдовать мне пока хочется больше. Когда Мартин объяснил общий принцип, я весь день ходила, пытаясь "заглянуть внутрь себя", но ничего не выходило. И вот, перед сном я взяла свою волшебную палочку и в надежде хоть когда-то попасть во внутренний мир, легла спать. Проснулась же я где-то посередине пшеничного поля, где в дали виднелся мой "дом". Но это не дом наших родителей, не аптека дедушки и не резиденция господина Эбернети – это мой замок, который я представляла! Дом, в котором я когда-то буду жить! И тут меня осенило, что я попала во внутренний мир! Значит это правда. Не то что бы я не верила, просто это так нереально, хотя, теперь надо привыкать ко всему необычному. Кто же знал, что те сказки о мальчике-волшебнике и тёмном змеином архимаге – правда? Стараясь не потерять этот шанс, я с трудом, но перешла это поле и вошла в замок, который был пустой, за исключением длинной лестницы, ведущий в люк. Поднявшись по лестнице, открываю из последних сил и вижу… бесконечные полки книг. Некоторые выглядят обычными, за исключением размера, а остальные покрыты пылью и очень много пустых. Если мне, не изменяет память, то эти книги – мои воспоминания. Пройдя чуть дальше, беру самую крайнюю книгу. После долгого отряхивания пыли и приведения его в удовлетворимое состаяние, открываю его и… оказываюсь в больнице, ночью, при этом на улице льёт дождь. Оглянувшись, вижу медсестёр, которые меня не замечали, а на койке... — Мама? Но она тоже меня не замечает и просто лежит с закрытыми глазами. Но даже в таком состоянии она продолжает выглядеть очень красиво. Значит, это просто мои воспоминания, но о чём? Хотя, учитывая, что книга была очень пыльной и то, что я даже близко не помню о таком, то... — Мисис Эвердин, вот ваши детки, их нужно покормить. — Да, конечно. И ей передали два свёртка из полотенца – Мартина и меня! Пока я-маленькая хмурилась и тёрла глаза, Мартин во всю агукал и очень энергично кушал, пока не заметил в окне Китнис, ооо, какая же она милая, немогу! Вот только эту идиллию прервал звук удара и падения тела об пол, и в след за ними приглушённые крики папы. Теперь понятно, почему Мартин… Но даже мысль додумать мне не дала накатившая усталость и я падаю на холодную плитку, вот только боли от сталкновения нет, и я открываю глаза у себя в кровати с ужасной мигренью, а из носа капает кровь. Уже днём этого дня, после трапезы я поведала о своём успехе Мартину, умолчав о головно-кровавом конфузе и хоть он меня похвалил и был рад за меня, но от меня не ускользнула капелька завести, в прочем, это чувство быстро развеялась, когда он зачитал мне лекцию о оклюменции и леглименции. Наверно он сам ни одну ночь изучал это, раз так много знает о таком и даже дал особым процессам свои названия, а тут я заночь всё смогла. Из рассказанного стало понятно, что я прошлась по грани, так как после первого раза мне нужно было выбраться из разума и отдохнуть, а не начать копаться в самом первом, почти развеянном воспоминании. Благо уже позже, мне стало легче – тропинка от места появления до замка была протоптана, а книги я начала разбирать по не многу, от свежих к старым. Вообще, мне нравилось временами, вне урока погружения, открывать книги с счастливыми воспоминаниями и часами на пролёт пересматривать, а точнее перепроживать их, просто вставая на место самой себя и отыгрывать роль молодой версии себя. Конечно Мартин строго настрого запретил подобный эскапизм, да и я понимаю все риски… просто иногда хочется вернуться в те редкие времена, когда мы всей семьёй были вместе и радовались мелочам. Так же, когда я разбирала мою память, я наконец-то дошла до того момента, когда мы с мамой изучали растения, а точнее похожие на лекарственные травы сорняки или другие растения, имеющий ядовитый фактор. Я конечно вызубрила самые важные, но остальные мне никак не довались, до этого момента. Когда я прошлась по ним и со стороны их рассмотрела, то для меня всё встало на свои места, словно я всегда знала их различия и просто забыла. Подобное откровение отразилось и на самом интерьере замка – теперь, кроме лестницы и стола со стулом, на котором лежали некоторые книги, которые я изучала особенно тщательно, в другом краю замка появилась оранжерея, где были представлены все те растения, которые я когда-либо видела! В теории можно даже экспериментировать с этими травами без материальных трат, но помня о кровавом конфузе, то скорее всего попытайся я так сворить непроверенный препарат, так мой мозг свариться в кашу, при попытке расчитать итоговый результат, так что только по мелочи. Так проходили мои уроки оклюменции, хотя название не совсем отражало суть, но мне хватало и этого. Леглименцию же мне пока не удавалось натренировать, так как со слов Мартина, это опасно не только для того, чью память я пытаюсь прочитать, но и для меня. Условием же стало создание барьера для моего разума, что как бы обезопасит мой разум от проникновения (хотя от кого, в нашем дистрикте только мы маги), так и поможет уберечься от последствий неудачного проникновения. Так что мне оставалось только перебирать книги и варить зелья, а точнее препараты, так как запасы сырья были на исходе. После повышения мистера Опенсорса, братья Аматерасу… белый и синий как-то удобнее и по привычнее будет. Так вот, они получили повышение до подполковника и майора соответственно, так что у них нет времени для вылазки в лес, так что эксперименты по зельям откладываться и даже обычная готовка зелий тоже – мне тогда для мистера Эбернети и Антонии пришлось сворить препарат по методике дяди Мортиса, с добавлением медной стружки. Из всей этой ситуации с нехваткой сырья я решила выкрутиться и на время переехать к дедушке, пока Мартин не решит свои проблемы с докторской степенью, чтобы вместе подумать над источником или источниками сырья. Тут и денежку заработаю, и за дедушкой присмотрю, да и поэкспериментирую с препаратами за счёт Капитолия. Про то, что львиную долю сырья экспортирует из Капитолия я узнала у нашего нового полковника Опенсорса, который вот прям просто так захотел меня навестить. Так-то я думала, что нам, а точнее дедушке привозят всё необходимое для препаратов из 9 и 11, но как бы не так – в замен на всякие реагенты и прочее, Капитолий требует сделать из половины присланного специальную партию, которые экспресс рейсом отправят обратно в столицу. Как поведал мистер Опенсорс, в Капитолии врачей как таковых почти нет, есть только квалифицированные специалисты старой закалки и парочка их подмастере. Львиная доля "врачей" - это обычные инженеры с минимальными навыками по оказанию первой помощи (в лучшем случае), задача которых состоит в том, чтобы просто запускать сей аппарат, который уже и производит диагностику с лечением. Такие высококвалифицированные специалисты в фармакологии как дедушка работают только на играх, проектируя всякие яды разного пошиба. Вот так и выходит, что хоть и не самые лучшие, но врачи есть только в дистриктах на ряду с фармацевтами, а в Капитолии хватит и того, что производят в дистриктах. В таком случае странно, что они не создали какой-нибудь 14 дистрикт, который будет специализироваться на лечении. Это также объясняет и то, почему ассортимент и общее количество препаратов в аптеке так снизилось – дедушка старенький и слабенький, все силы уходят на создание партии для столицы, а что-нибудь неудачное или лёгкое в изготовлении по остаточному принципу уходит на прилавок. Раньше то и Мортис готовил, и мама помогала, а теперь… В прочем главное я здесь и теперь риска потери аптеки нет, ведь если пару раз не закроем норму, то дедушка лишиться звании и статуса, а аптеку либо закроют, либо передадут кому-то ещё. Пусть он пока отсыпается в обнимку с зайцем этим. Возвращаясь к нашему полковнику, мне стало как-то не по себе, ведь не стал бы целый глава миротворцев 12 дистрикта тратить своё время на такую соплячку как я, чтобы поведать об особенностях устройства притока поставок сырья, так что в перерыве между заваркой чая, я попыталась проникнуть в его разум, дабы посмотреть, что же он хочет на самом деле. Вот прав был Мартин, здоровая паранойя – залог здоровья параноика, тогда я не воспринимала данное выражение всерьёз, но теперь поняла, что он сильно приуменьшал значимость данного умозаключения. Как выяснилось при лёгком анализе разума, он до того, как наведаться ко мне, навестил Мартина, но более выяснить не удалось, так что я пошла за палочкой и чуть не спалилась, благо списала на то, что пошла за мятой для чая. Уже с палочкой и Кларком, который просто лежал в уголке, но изрядно так трепал нервы своим присутствием, мне удалось выяснить подробности данного визита и то что я узнала мне крайне не понравилось – как минимум то, что минут двадцать назад он угражал моему братику, а теперь так мило и любезно рассуждает о его потенциале как зельевара со мной. Мартин конечно преувеличивает то, что он вообще ничего не может сворить, но подыграть то ему стоит. В прочем, другие аргументы братика хоть и имеют под собой смысл, но очень натянутый, что как по мне не критично… тогда, можно продолжить спектакль, хихи. Когда же наша "светская беседа" плавно перетекла в русло варки "особых" препаратов, то я просто слово в слово пересказала позицию Мартина, слегка адаптируя рассказ под мою манеру речи, не забывая выказывать вежливость, что как по мне, усилило эффект, ведь с братом он хоть и с трудом, но держал мину, а при мне его прям прорвало, где кроме кривой рожи, он к этому обильно выплёскивал наружу своё раздражение, что меня очень сильно позабавило. Надо тщательно перечитать этот фрагмент в разуме, чтобы потом Мартину показать. Уточнив ещё пару моментов, я выпроводила этого вымогателя, но что бы он не натворил глупостей, я передала небольшую партию стандартных препаратов, но которые были приготовлены мною. Даже используя сырьё сомнительного качество по стандартному рецепту, но вливая в неё порционно ману, то это повышает положительные свойства, при этом уменьшая вредоносный эффект. Когда я помогала деду, то чуть ли на метре готовила их, чтобы ненароком не улучшить их, а то эти примут такую версию за стандарт, так мне потом и клепать их нужно будет на постоянной основе. И подумала я, что всё, можно окунуться в разум и вспомнить лето у воды, как в дверях образовался какой-то побитый парень, в грязной и порванной одежде. Если бы не светлые волосы и голубые глаза, то посчитала бы его за случайно забредшего шлаковца. Слегка пошатываясь подойдя к прилавку, он что-то невнятно протараторил и вручил мне довольно знакомую бумажку. Развернув её, лицезрела письмо Дорогая Прим Пишет тебе твой лучший (и единственный) старший брат. Записку твою получил, правда так и не понял, зачем нужно было совать её в холодильник. Холодец попробовал, было очень вкусно, спасибо. Рад твоим успехам по обустройству замка. Так же не против твоего пребывания у нашего дедушки – если ты так решила, значит на то были причины. Но вот то, что ты забрала моего кролика, это очень сильно меня расстроило. Что же касаеться этого оборванца – это сын нашего многоуважаемого Опенсорса. Он у нас маг, так что просился в ученики. Я сам занят, но и тебя не хотелось обременять, однако у меня появилась идея – если он настолько настойчив, то дай ему какую-нибудь грязную или муторную работу, если не будет ныть и исправно выполнять, то я возьму в ученики, если нет – шли его на все четыре стороны. Но перед этим изрядно помучай – ты просто не представляешь, через что я прошёл из-за его папани. В общем на этом всё. Удачных экспериментов и всего наилучшего. Твой Мартин (∩^o^)⊃━☆ Ох, братик, ты не представляешь, сколько я знаю о вашей беседе, так что разделяю твои чувства. Но вот то, что магов больше чем два, меня напрягло, ведь если больше двух, то может быть и больше трёх… что-то мне резко захотелось попрактиковаться в оклюменции в самом что ни на есть прямом смысле этого слова. Но тут меня и осенило, что можно попытаться проникнуть в его голову раньше, дабы оценить ситуацию, да вот только это оказалось гораздо сложнее без палочки, чем обычно. Видимо к магам, даже не тренированным, сложнее проникнуть в разум, чем даже к взрослому не магу. А когда он начал нервно оглядываться, то стало понятно, что я хотя бы смогу понять, когда у меня будут копаться в голове, что как минимум придаёт вариативности ситуации. — Значит ты у нас хочешь стать магом? – получив молчаливый, но уверенный кивок, продолжаю – Тогда сперва уберись тут и. – Достаю из-под прилавка энциклопедию трав – после выучи эту книгу наизусть… вВыполнять! – а я пока пойду и прилягу рядом с Кларком. * * * Это субботнее утро ознаменовало мой внутренний покой, так как я наконец-то научилось легко и быстро как погружаться во внутренний мир, так и оттуда выходить, при этом не теряя сознание. На такой радостной ноте я даже не заметила, как оказалась за общим столом, пока Пи раскладывает нам завтрак. Этому ушастому достался кочан капусты, Карку – обглоданная кость оленя с редкими вкраплениями мяса, мне же с дедой поставили овсянку с кусочками оленятины и кубиком масла. Вообще, Литтер оказался на удивление решительным, хоть и забитым парнем. Любую мою бредовую просьбу он выполнял незамедлительно и даже не жалуясь на свою тяжёлую судьбу. Когда я поняла, что он точно не сдаться, то попросила дедушку его оставить, на что он только устало вздохнул, мол раз медведя оставили, то и человека можно. В какой-то момент мне даже стало стыдно, и я разрешила ему приготовить одно зелье – я конечно была морально готова, что все ингредиенты уйдут в молоко, но когда я в результате получила зелье, которое даже разбавлять водой не нужно, то поняла, что он точно талантливый волшебник. А как он был рад… в прочем это не отменило того, что он НИКОМУ не должен про это рассказывать, даже своей семье… нет, ТЕМ БОЛЕЕ своей семье. В остальном, дни протекали размеренно… пока не начали из отовсюду притекать всякие, которым подавай по двадцать штук по каждой позиции. Я тогда не на шутку разозлилась и сказала, что мол есть лимит препаратов, если хотите больше, то приносите сырьё, а там уже и поговорим. Они уже хотели прова свои несуществующие покачать, но в ситуацию вовремя вмешался Синий! За что я ему безмерно благодарна. Так, условием и угрозам, я надеялась избавиться от пласта назольевых клиентов, ведь никто же из торгового не будет дождливой осени переться в глубь леса, чтобы достать пару листочков… вот только когда на следующий день ко мне выстроилась очередь, которая держала под локотком вязанные корзинки, набитые всякими травами, то я там и встала. Вот откуда!? Я бывала час с мамой, которая знала где искать, максимум пол корзины собирали, а тут! Благо Пи понял ситуацию правильно, собрал корзины и сказал, что в субботу всё будет готово. Правда нашлась пара мозговитых, что знали о расписании и что мы в субботу не работаем, но этот осиновый лист заверил, что мы лично им доставим их на дом, за дополнительную плату… так что пусть теперь сам, после обеда, по составленному списку таскает этот гигантский саквояж, набитый хрупкими склянками. Покончив с завтраком, дедушка с Кларком и зайчиком пошли досматривать двадцатый сон, а я с Пи пошли загружать приготовленные медикаменты, но неожиданно для меня и, как видно по побледневшему виду этой ветки, в аптеку вошли через главный ход… говорила же, не откладывать закрытие аптеки. Игнорируя эту статую, пошла вниз, где застала девочку, на вид как ровесница Китнис, которая держала книгу по хирургии о которой рассказывал Калеб и которую он в своё время не нашёл – «Практические навыки в общей хирургии на примере переродков.» с иллюстрациями, под авторством доктора Т. Ф. Ганнибала, последнего высокопрофессионального хирурга Капитолия, самого первого ученика самой доктора Волумении Гаал! Откуда!? Надо как-то вызнать или просто переписать, но мне даже слова не дали — Девочка, а Мартин здесь? Позови его. – Я что, для неё какая-то посыльная? И откуда она Мартина знает? Не уж то это для него? — Его нет, он ушёл куда-то по делаем, но я могу передать это изда. — Да, ага, передашь, конечно, видела я, как ты этот учебник глазами поедала. Раз его нет, то прощайте! – и не дав мне объяснить, что я так-то его сестра, она просто развернулась и ушла, засунув учебник обратно и хлопнув дверью. Вот так, униженная и слегка грустная, я вышла на улицу, где предварительно врезала этому умнику, который решил меня поутешать. Вот прав был дядя Мортис, дура думает, что она кошка или бессмертная, раз решила наезжать на фармацевта… я же могу случайно перепутать флаконы и в место бодрящего тебе достанется слабительное, хотя, он тоже бодрит, так что я считай ничего и не сделала. Вот так мы шли от одной лавки к другой, сдавая средства, в замен получая либо денежку, либо бартер. Жду не дождусь дойти до пекарни и набрать печенюшек, а то и целый торт для наших воскресных чаепитий с Китнис. По пути мы встретили Антонию или как любит называть её Мартин, Алексию. Она, отценив ситуацию, помогла мне и этому болезному донести собравшийся бартер. Сама она мне очень нравиться! Может она с другими и грубая слегка, но с нами она просто душка, а за нас встанет горой. А наша первая встреча, ахаха, я всегда эту книгу держу близко, чтобы пересматривать её – лицо Мартина, когда отец превратился в графа было просто неописуемым. Она даже с Китнис нашла общий язык во время нашего днья рождения и как позже она оговорилась, то Алексия как старшая сестра… хоть она и не признается в этом на прямую. Вот только сегодня она какая-то меланхоличная. Выяснилось, что Мартина уже второй день нигде не видно и она с Хеймичем переживают, не попал ли он в передрягу, на что я её успокоила, мол он предупреждал, что может просто взять и пропасть на пару дне, хотя сама отгоняла дурные мысли. Вот так, перекидываясь фразами мы дошли до пекарни, а точнее не дошли пару метров, ведь посредь улицы стояла эта утренняя пигалица, которая спорила на громких тонах с госпожой Хэринарс. Как оказалось, именно у этой дамы граждане торгового приобретали травы. У неё есть своя небольшая оранжерея, которая нифига не маленькая, где она выращивает цветы и так, просто, чисто за одно и весь перечень необходимых для препаратов трав! Вот накой!? Столько тайн, столько загадок. Благо, у нас рядом целый миротворец, хоть и в гражданском. Вот только я переоценила квалификацию Антонии, ведь она присоединилась к этому спору с пожилой мадам, ведь тема спора – это Мартин. Одна сторона конфликта считает его монстром и вторым пришествием неназываемого, а вторая, что он великий, лучший, классный и так уже 15 минут подобных комплиментов. И вроде бы, когда конфликт относительно разрешился, наша бравая миротворка решила узнать, а чего это она так защищает честь Мартина, да и вообще, почему ищет? — Ну так очевидно же, я его девушка, а вот почему ищу… это личное. – И отводит взгляд, не забывая покраснеть. Ну и ну, и когда он только успел? Он конечно говорил, что хочет в будущем иметь много жён, но как по мне, пока и Антонии хватит, да и я с Кит… так, прочь дурные мысли, эх. Так вот, наша Антония, дай бог не дура, решила вызнать, а с какого перепугу ЕЁ Мартин это парень такой нахалки, на что та выдала следующее… вот лучше бы молчала — Не знаю, на кой такой старухе такая информация, но мы сним вчера ночью вытворяли всякое. – и такое одухотворённое лицо. А тем временем прошлая толпа начала снова собираться. — И что же, небось просто целовались. – Так, в смысле просто? Ты что, не прочь от… ясно, беру свои слова обратно, есть ещё и третий режим, где у неё мозги просто отключается, когда речь о Мартине идёт. — Нет, то есть да, мы целовались! Ну а ты что, пенсия, завидуешь? — Ну а что мне завидовать такой соплячке. Вот мы вместе душ принимали, и он даже трогал меня там. – вот тут даже мой барьер оклюменции дал трещину, и я сама налилась краской. Когда он успел вытворить с ней всякое!? Хотя, может это часть его практики по анатомии… Ни черта подобного, это было именно то самое. Конечно, под «Там» она подразумевала свои передние рюкзаки, но это не отменяет того факта, что он весь её облапал! Я готова была уже стать вся красной, что аж из носу кровь потекла, но вовремя ворвались полковник Опенсорс и мистер Мэр, Кристофер Андерси, а он то что тут делает? Хотя про вовремя я преувеличила, ведь пока они пробрались через толпу, то успели наслышаться подробностей, про лапание и поцелуи и только имя этого альфонса было не известно. В итоге мы имеем кортину, где два лица, обременённые коласальной властью, уступающей только власти Капитолия, стоят на против одной 16-летней и одной 9-летней девочки, пытаясь выяснить, кто этот мерзавец, кто их обесчестил. Как по мне, Мартин ничего такого не сделал, а обесчестили эти дуры сами себя своими враками, мне даже в их разум не нужно проникнуть, чтобы это понять. И вот стоят эти две нашкодившие дурочки, глаза отводят, краснеют, а имя на отказ выдавать не хотят, но по сдвоенному крику «Убью Мартина!» стало понятно, на кого все шишки упадут, так что мне пришлось вмешаться и объяснить, что эти две дуры – это две дуры, наговорившие с три короба. Вот только это не отменила того, что эти две понесут наказание и выплатят штраф, даже я, мол за брата. Я даже подавилась своим возмущением и аргументами, когда эти дядьки на меня зыркнули. Примечание на будущее, держать подальше от пасий Мартина… как минимум, когда они вместе. * * * — Вот так, выплатив штраф, я отправилась по своим делам. — Значит эта дура всё выдумала, прирою дуру! — Да ладно, Китнис, ну замечталась она, с кем не бывает. — Но если честно, Прим, меня смущает то, как ты просто относишься к тому, что у нашего браться будет или правильнее сказать уже есть несколько девушек и те даже как-то и не против. — Ну, это же Мартин. Меня больше смущает качество этих девиц… надо бы им мозги вправить. Давай я возьму Антонию, а ты свою подружку. Так мы сможем настроить на всякий лад… ну к примеру, что мы, как его сёстры, тоже часть семьи, и что с нами тоже нужно делиться… ведь так? — … да, звучит справедливо, он же наш братик, это естественно, что его сёстры захотят проводить с ним время, можно даже вместе… — … да, обычное времяпрепровождение… — … да. *синхронные звуки отпития чая*.