II. ДОЖДЬ

      II       Во сне Меган идёт потив потока воды; вода грязная и серая. У Меган промокли туфли, разношенные и мягкие, из приюта; на ней почему-то белое платье, и подол платья в воде.       Река когда-то была дорогой между больницей и рядом магазинчиков – и старых складов разного странного – на Элисон-роуд.       Идти непривычно тяжело; и Меган не видно дна, и ноги она ставит наугад, не зная, далеко ли это дно.       Чувство, когда не видно дна... такое странное.       Неуверенность.       Во сне она идёт и идёт, и почему-то не может перейти реку. За дорогой – деревья, серые лондонские дома, булыжная мостовая.       Какой-то молодой человек её спрашивает:       — А вы уверены, что мы перейдем?       Или "что мы сможем перейти?".       Нет, "перейдём".       Хотя это неважно.       Человек переходит – идёт быстрее неё – и разворачивает подвёрнутые брюки. Меган думает, что он оглянется, но он не оглядывается.       Меган не видит, как он уходит к серым домам: борется с водой.       <...>       И Меган открывает глаза. Как будто выныривает из воды, из мутной грязной воды. С усилием, и глаза жжёт.       Чужая рука лежит на плече. Том сидит и смотрит — лицо у него спокойное, насколько может Меган судить в полумраке комнаты.       Но во второй руке – палочка.       Хотя ему нельзя колдовать при магглах.       Меган шевелит губами. Губы сухие, потрескались, ей хочется пить.       - Какого драккла ты не сказала, что ты болеешь?..       Том бы так не сказал.       И вообще что-то... неправильно.       И Меган просыпается снова — шевелит плечом ______под его рукой и просыпается снова.       Реддл сидит в изножье постели, вполоборота к ней, Меган, и Меган вздрагивает.       Реддл спрашивает:       – Холодно?       Меган холодно, и шерстяное одеяло почти не греет.       – Ты зря спишь в платье, — категорично говорит Том и что-то переставляет на столе: маленький круглый столик – у него под руками, и там какие-то склянки, какая-то беленькая чашка, Томовы записи и что-то ещё, чего Меган не видит лёжа.       А Том подает ей чашку, и Меган смеётся.       – Что? — спрашивает он терпеливо — тоном "добрый вечер, миссис Коул, я рад вас видеть", тоном префекта своей магической школы, тоном человека вне подозрений.       — Я... вспомнила... приют, — говорит Меган, отводя чашку. Томову руку с чашкой. И кашляет.       Том хмурится. И что-то шепчет про "мордредов статут".       У него выражение лица "мордредов статут". Меган хорошо изучила все выражения его лица.       У неё по спине идёт жар — жар, как при болезни, испарина, и по ступням тоже.       Она улыбается.       – Всё в порядке.       Том смотрит.       Словно на дуру.       Том смотрит на нее... как на магглу, думает Меган весело и прикрывает глаза от яркого света.       У Тома на лице тени — тени усталости.       Он вырывается к ней — вот так — каждый месяц. Иногда чаще.       Как он уходит из своей школы, не потревожив учителей и своего профессора Дамблдора, Меган не спрашивает.       Последний курс – это тяжело.       Тем более — когда учишься колдовству.       — Мой Лорд, — говорит Меган чуть слышно, — не тревожьтесь.       Он улыбается.       Улыбка у него кривоватая — но весёлая.       — Как думаешь, - говорит он, отставив чашку и оперевшись о простынь по сторонам от безвольно лежащих рук Меган, — как думаешь, мне приятно это слышать от магглы?       Он улыбается.       У него в глазах весёлые искры.       И Меган качает головой.       – Нет, мой Лорд.       А Том вдруг смеётся. Весело. Смех делает живей его бледное лицо, и даже тени у глаз не так заметны.       – ...Спи, — говорит он мягко.       – Ты... не уйдёшь?       Она говорит сквозь сон.             <..........>       ...В этом странном доме как будто бы всё собрано по кусочкам: разная мебель; узенький коридор с высоким тёмным шкафом кажется очень... древним, каким-то библиотечным, и тёмным-тёмным...       На кухне — узенькое окно-бойница.       Вправду как в башне.       – Спи, — повторяет Том.       В комнате тепло. Темно, одеяло колется, а Меган вслушивается в шаги Тома Реддла и не может уснуть.       – Что ты... ходишь?       Что ты мечешься, хочет спросить она, но на такое Том точно разозлится.       Том замирает.       - Я думаю.       Он волнуется, Меган научилась различать оттенки его голоса (и звуки шагов).        – Ложись. У тебя первым уроком Трансфигурация.       Том в темноте смеётся. Подходит и ложится – сначала садится с краю. Кровать одна, есть диван в гостиной, но он неудобен даже Меган — серенький, ребристый и жёсткий, обитый какой-то жёсткой тканью поверх деревянной основы.       На нём хорошо пить чай, но спать невозможно.       – Спи, – повторяет Меган. – Спите... мой Лорд.       А за окном ночь.       Лето сорок четвёртого года.       Нет, не лето – сентябрь, поправляется Меган и зевает. Том чем-то шуршит и ложится — к ней за спину; и обнимает за пояс. Говорит: – Спи.       Меган давно лежит поверх одеяла, ей слишком жарко.       Ей вправду пора спать.       Надо ведь... выздороветь.       И Тому пора спать, Том совсем усталый.       Она улыбается своей ребячливости и открывает глаза. В комнате всё серое: темно. Тихо.       Дыхание Тома чуть колышет ей волосы.       У неё косы, ему нравятся косы.       Ей тоже нравится.       Ей очень тепло.       Спокойно.       Очень тепло.       Магглы должны бояться Тёмного Лорда, но она видит мальчика, который когда-то защитил её от других приютских.       Давнего друга.       Близкого себе человека.       Она видит Тома, но ей не страшно.       Очень, очень спокойно.       За окном ночь.       (16.07.2022)