Часть 1 Признание в любви

      Волшебник шёл по торговому ряду практически напролом. Еле поспевающий за ним друг пытался шагать рядом, но постоянно натыкался на других, таких же «искателей», поэтому стопорился, чем распалял негодование как друга, так и прохожих.       — Да объясни ты наконец, что мы ищем! — остановился посреди ряда парень, не желая больше бесцельно бродить по городскому рынку.        Ча Ыну только закатил глаза. Что тут можно объяснить, когда и так всё ясно, как слеза русалки в пробирке?       Только вот Пак Чимин не хотел ничего понимать, с него и так достаточно. И речь даже не о сегодняшнем дне, а о ситуации в целом. Его друг был в отношениях с несносной воображалой и зазнайкой Ан Юна. Эта ведьма все нервы ему вытрепала, а теперь вот из-за неё они ходили по цветочному ряду. Хорошо хоть коричный пряник с глазурью купили сразу, иначе бы он придушил друга, это точно.       — Лиловую орхидею для Юны, — будто очевидное, пояснил Ыну.       — Конечно, орхидею… А то, что она растёт за Триморьем, и то, что в конце зимы её никак не достать, а если и найти, то втридорога, ты, конечно, не учёл.       — Хватит бухтеть! Что делать?!       — Снимать штаны и бегать! — пробурчал недовольно Пак. — Так хоть деньги за просмотр соберём, а то на стипендию ты только гиацинт ей купить и сможешь.       Друзья стояли в проходе, обтекаемые людьми, и каждый думал о своём, переваривая ситуацию. Ыну в глубине души понимал, что затея с цветком глупая и признаться в любви можно и без этого, но хотелось же красиво, как-то удивить. Не дешёвыми фокусами из книги заклинаний, а чтобы как у людей. Они ведь в Академии со всякого рода существами общаются и сплошь магичат. А тут вроде как и всё просто, но необычно, своими руками и с душой. Чимин же, наблюдавший за терзаниями друга, хорошо помнил, что именно гиацинт — любимый цветок Юны, но говорить этого не стал. Из вредности. Да и просто неловко как-то, что он знает, а её парень нет.       — Что делать? — почесал подбородок Ыну и, как на спасителя, уставился на друга.       — Чего ты на меня смотришь? Я откуда знаю?       Чимин искренне недоумевал, почему должен решать проблемы друга. Опять. В очередной раз. И всё ради этой «миленькой» Юны. Демоны б её побрали!       — Ладно, — не вытерпел этого настойчивого взгляда Чимин. — Есть одна идея.       — Я знал, что ты не откажешь другу, — засиял Ыну, по-братски хлопнув Пака по плечу.       — Злоупотребляешь, — буркнул тот в ответ и увёл Ча с этого душного места под названием «рынок».        Химичить в алхимической лаборатории без преподавателей запрещено. Но Чимину, участвовавшему во многих опытах и защищавшему Академию на Съезде магического ремесла, разрешалось посещать её самому. Колбочки, скляночки, пробирки, змеевики и различные жижи казались Ыну, который с факультета практической магии, непонятными и скучными. То ли дело шандарахнуть по кому-нибудь магическим фаерболом, да ещё и мечом не забыть добавить вдогонку. Опасно, но живо.       — И что ты будешь…       — Мы будем, — сделал ударение на первом слове Чимин, так как не собирался в одиночку всё делать. — Возьмём златоцветный купорос, смешаем его с кристаллами опала и метеоритным сиянием. Добавим три капли горной воды и всё это будем нагревать до пяти по шкале Крауса.       — Ага… — многозначительно выдал Ыну, ничего не поняв, ни единого слова.       — Ясно, — поджал губы Чимин. — Сиди здесь и не мешай тогда.        Парень ловко орудовал пробирками, внимательно следил за своей субстанцией и вообще был так увлечён, что не обращал внимания ни на что вокруг. Особенно на друга, которому надоело сидеть без дела. Скука толкала на неразумное любопытство. Ча рассматривал склянки на стеллаже, периодически чихал, трогая особо пыльные, и даже не заметил лабораторного полтергейста, который следовал за ним по пятам, выжидая момента. И вот когда у Чимина уже готов был реактив и оставалось вылить его в форму, чтобы тот застыл, раздался резкий хлопок и послышался устрашающий смех злобного приведения. Рука Пака дрогнула, и он пролил мимо, заляпав халат.       — Та чтоб тебя! — ругнулся парень и скороговоркой прочёл заклинание, парализующее на время вредителя. — Ыну! Твою ж мракобесью мать! Какого ты стал лазить по стеллажам?!       Ча был в зелёной дымке чихающего порошка из шкуры горного змия. Редкостная пакость, как сам змий, так и получаемый из него порошок.       — Апчхи! Чхи!        Паку только и оставалось, что закатить глаза и наспех искать противодействующую настойку, иначе этот балбес будет чихать до самого вечера, а то и утра. Тут уж не до признаний в любви и прочих радостей.

***

      — Ну что? Как я выгляжу?        Ыну крутился перед слюдовым зеркалом и оглядывал себя со всех сторон. Штаны, заправленные в замшевые сапоги, рубашка с завязками навыпуск, укороченная кожаная куртка и улыбка до ушей.       — На редкость глуповато, как влюблённый дебил, — монотонно проговорил Пак, нехотя отрываясь от городского альманаха.       — Злыдень, — машинально ответил Ыну и махнул рукой: и так сойдёт.       А впрочем, что тут могло не «сойти»? Ча Ыну на потоке был парнем видным. Все девчонки заглядывались на него, пока он шёл по коридору или бродил по территории Академии. Ещё и капитан сборной по зомбиболу. Мечта многих! Но для него светом в окне была Ан Юна. Что особенного в ней нашёл, для Чимина было загадкой. Но нашёл, и вроде бы были счастливы, встречались на зависть многим, чего тут скрывать.       — Так что, тебя к утру ждать? — крикнул Чимин, когда друг выходил из комнаты.       Но тот ничего не ответил.       Ыну с Юной договорились встретиться у плачущего фонтана Дивы. Она опаздывала, но это не заставляло парня нервничать. В такой святой день Амура каждой девушке, ведьмочке хотелось выглядеть самой-самой.       В красивом красном пальто, с накрученными локонами Юна шла парню навстречу. Она смущённо улыбалась, завидев Ча издалека. Они расстались вчера на приятной ноте: Ыну перенёс её на руках через лужу у ведьминского общежития и жарко поцеловал на прощание. Конечно, она бы могла справиться сама и с помощью левитации, но побыть обычной девушкой очень уж хотелось. Почему-то парням нравились человеческие магички больше, чем потомственные ведьмы.       — Ты такая красивая, — вместо приветствия сказал Ыну и протянул Юне купленный ещё утром пряник.       — Спасибо, — улыбнулась девушка, принимая сладкий подарок.       — Это ещё не всё, — быстро предупредил парень и нервно сглотнул. — Юна, ты мне нравишься. Ты примешь мои чувства и?..       Ыну открыл шкатулку, которую вырезал вплоть до самого вечера, и протянул ей.       — Эти звезды всегда будут сиять, как и моя любовь к тебе. Ты примешь мой подарок?        Ведьмочка ничего не ответила, только радостно кинулась на шею магу, который тут же оторвал её от Земли и закружил.       — Да блаженны будут демиурги на небе! — закатил глаза Чимин, испытывая жуткую неловкость от таких пафосных и пламенных речей друга. — Ляпнул, что в лужу ногой ступил. Тупица!       Парень стоял за углом и хорошо видел, что происходило у фонтана. Ему ничего не стоило остаться в общежитии, но хотелось подсмотреть за ними, особенно за этой врединой!