Часть 3

Глава 3: Пикси Пузыри Гермиона не могла поверить в то, что произошло прошлой ночью. Она была убеждена, что проснется в любую секунду и поймет, что это был сон. Девушка была в Выручай-комнате с Драко Малфоем, и они вместе катались на колесе обозрения. В какой Вселенной это могло по-настоящему произойти? Уровень привлекательности Драко взлетел до небес с тех пор, как он показал ей свой проект. Кто знал, что этот показушный, самовлюбленный блондин на самом деле был ребенком в душе? Девушка всегда знала, что он был милым, однако Гермиона никогда не позволяла себе даже думать об этом, потому что не могла вынести его надменной, высокомерной версии в ранние годы в Хогвартсе. По правде говоря, насколько глупой она должна была быть, чтобы влюбиться в жестокого мальчишку, потому что, по словам других девочек: "Он был горяч". Ее мама учила смотреть глубже. Та всегда говорила: "Люди не могут выбирать карты, которые им выпали, но они могут выбирать, как ими пользоваться." Гермиона с гордостью сказала, что она отлично разыграла карты, не хвастаясь. Тем не менее, Гермиона не была слепой. Впервые девушка осознала, что Драко привлекателен однажды на пятом году обучения в Хогвартсе. Она собиралась в библиотеку, где планировала провести часы в подготовке к СОВ. Думала, что будет там одна, поскольку было раннее утро субботы, но оказалась не права. За одним из столов возле окон, выходивших на огромное поле Хогвартса, сидел Драко Малфой. Грейнджер не имела ни малейшего представления, что он читал, однако тот был настолько увлечен, что даже не заметил девушку. Взгляд его серых глаз был ясным, а волосы светлыми прядями спадали на лицо. Его чуть приоткрытые от увлеченности губы были притягательного розоватого оттенка. А линия его подбородка была настолько острой, что о него можно было порезаться. Внезапно все слухи, которые ходили о нем среди девушек ее возраста и старше, обрели полноценный смысл. Она не хотела зацикливаться на этом, и в то же время, была влюблена в Уизли и видела себя в качестве миссис Грейнджер-Уизли. Это было до того, как Рон решил двигаться дальше и разрушил все, остановив свой выбор на шумной и безмятежной Лаванде. Какое-то время Гермиона задавалась вопросом, способен ли мужчина любить женщину такой, какая она есть, а не только потому, что та готова позволить ему дотронуться до себя. Она была возмущена Роном и раздражена тем, как Гарри продолжал делать предположения, что Драко был пожирателем смерти. Однако девушка была вынуждена признать, что тот стал более замкнутым и отдалился ото всех. Ей не хотелось беспокоиться, если ему нужна помощь; "Он заслужил все то, что с ним происходит", — это говорила она сама себе. Но ее другая часть не могла не чувствовать себя виноватой, что Гермиона не пыталась помочь Драко, особенно после того, как побывала в поместье Малфоев. Это был один из тех моментов, когда девушка не могла поверить, что они выбрались живыми. Когда Пожиратели позвали Драко, чтобы тот опознал их, Грейнджер подумала, что они облажались, и была удивлена, когда парень вел себя так, будто не знает их. С тех пор раскаяние преследовало «Золотую девочку». Идея о том, что ему пришлось прожить почти два года с Волдемортом, была очень болезненна для нее. Теперь поведение юноши обрело совершенно другой смысл в ее глазах. Она хотела обнять его и защитить. Тем не менее, Гермиона не тешила себя надеждами: несмотря ни на что, Драко Малфой все еще был на верхушке волшебного мира, и она понимала, что у нее нет ни единого шанса. Она тихо попыталась послушать, как он объяснял, как работают аттракционы, ее внимание колебалось между ее любопытством к механике этой магии и волнением в его глазах, которое заставило их сиять бледно-зеленым светом. Судя по всему, маленькие светящиеся шарики были волшебными магнитами, которые скрепляли части каждого аттракциона. Драко потратил месяцы, работая над ними и делая их максимально безопасными. - Самое сложное в этом было придумать идеи для игр, веришь или нет, - сказал юноша, смотря на палатки в углу. – Мой отец не был сторонником развлечений. С самого детства я должен был соответствующе одеваться, вести себя подобающе. В программу моих родителей по воспитанию детей не входили игры. И я не настолько талантлив, как братья Уизли. Неловкое молчание повисло в воздухе, когда кабина стала медленно опускаться. - Мне жаль, - сказал Драко тихим голосом. Смерть Фреда была все еще больной темой. - Все в порядке, я имею в виду…это не твоя вина, и Фред был действительно великолепен, - сказала она. – Почему ты не связался с Джорджем? Возможно, вы бы могли работать вместе, - добавила она спустя некоторое время. Глаза Драко широко раскрылись, а затем тихий смешок слетел с его губ. - Да, точно, могу представить, - раскритиковал Драко, - он бы напоил меня одним из своих зелий, которая оставила бы меня прикованным к постели неделями только за то, что я спросил его об этом. Гермиона рассмеялась, поняв, как легко было с ним просто смеяться в последнее время. - Возможно, - ответила девушка. – Но он так же поступает с теми, кто ему дорог. Юноша улыбнулся. Нервозность стала сходить на нет. Он был рад, что привел ее сюда. Драко получал удовольствие, работая над этим проектом месяцами, но слишком волновался, чтобы кому-то показать. Ее восхищение и радость заставили его буквально светиться от счастья и гордости. Малфой решил отвезти девушку на сторону с палатками, где он все еще занимался разработкой игр для парка. Они прошли сквозь несколько стендов с красочными цветными предметами, испытывая свою удачу в каждой из игр. Довольно быстро Драко пришел к мысли, что Гермиона не умела проигрывать и была еще более невыносима, когда побеждала. Когда они играли в волшебную версию "Ring Toss", в которой кольца набрасываются на горлышко бутылки. Они становились больше при каждом промахе и меньше с каждым попадаем, девушка становилась все более и более расстроенной, что в конечном итоге она стала левитировать пластиковые кольца на бутылки своей палочкой. Грейнджер протестовала, когда Малфой пытался объяснить ей, что это было жульничеством, высмеивая у её отсутствия ловкости. У большинства стендов в конце была полка, которая была пуста или содержала несколько пыльных плюшевых мишек. Гермиона также заметила, что лишь у немногих палаток были вывески с названиями. - Стенды с названиями обозначают те игры, разработка которых завершена, - объяснил Драко. Наконец, он остановился у одного из них, где огромными желтыми буквами красовалась надпись "ПИКСИ ПУЗЫРИ". - Этот – мой самый любимый, - сказал он, улыбаясь. - Вероятно, не твой конек, Грейнджер. - Посмотрим, - ответила та уверенно, чувствуя вызов. – Что это за игра? - Что ж, - начал Драко, заворачивая за угол. Сначала он нажал на маленький рычаг рядом со стеклянным кубом, достаточно большим, чтобы вместить один из котлов, которыми они пользовались в классе зелий. После чего появились пузырьки размером с золотой снитч, одни пустые, другие содержали фиолетовых крылатых маленьких существ. - Ты должна целиться дротиками в пустые пузырьки. Если ты попадаешь в пузыри с пикси, то автоматически проигрываешь. Гермиона открыла рот, чтобы начать протестовать, ее брови поползли вверх от возмущения. - Перед тем, как ты что-либо скажешь, - прервал ее Драко, - пикси не настоящие. Это просто уменьшенные копии из «Всевозможных волшебных вредилок». Но они могут принести столько же вреда, сколько и живые, поэтому сосредоточься. Тебе нужно попасть в пять пузырей. Гермиона нахмурилась, глядя на пузыри и прикусив нижнюю губу. Ее сосредоточенное лицо было за гранью очарования, подумал Драко. Он держал дротики и смотрел, как девушка делает первый выстрел. Игра была трудной, учитывая, что пузыри продолжали перемещаться по всему стенду и их размеры были недостаточно большими, чтобы в них было легко попасть. Тем не менее, Грейнждер попала и в первый раз, и во второй. После третьего удачного попадания девушка пустилась в пляс, и ее победный танец был настолько смешным, что Драко не удержался и рассмеялся. - Ты также чувствуешь себя, играя в свой дурацкий квиддич? – спросила девушка. – Потому что я начинаю тебя понимать. - Вообще, квиддич никогда не заставил бы меня сделать такое – сказал он, посмеиваясь и имитируя ее танец. - Это потому, что ты никогда не ощущал вкус победы, - с хитрой улыбкой повторила она, и прежде чем он смог ответить, Гермиона продолжила. – В любом случае, что я получу в качестве приза? - Настолько в себе уверена? – поддразнил юноша. - Волков бояться - в лес не ходить. Если я выиграю, то попрошу у тебя то, что хочу, а если проиграю, что, конечно, маловероятно, то можешь просить меня выполнить то, что ты хочешь. Знаменитая малфоевская улыбка стала еще шире, как только он согласился на предложение, хотя и его сердце стало биться чаще. Ее радость стоила ей, однако, следующего выстрела. Она задела пустой пузырь, но дротик пролетел дальше и попал в тот, в котором был пикси. Злонамеренное существо продолжало создавать хаос и лопнуло еще один пузырь с другим созданием внутри. В течение нескольких секунд все пикси были снаружи. - Не переживай, - сказал Драко. - Здесь наложены чары сдерживания. Они не выберутся из куба. - Тогда как он здесь оказался? – спросила Гермиона, указывая на пикси, летающим над головой Драко. Как оказалось, заклинание последнего не было настолько сильным, чтобы сдержать писки, как думал юноша. Коварное маленькое существо ухватилось за прядь светлых волос раздраженного Драко. Ругательства и угрозы не отпугнули эльфа. Вместо этого он потянул юношу за волосы и завязал их узелками вокруг небольшого железного шеста позади. Все это время Гермиона произносила заклинание за заклинанием, пытаясь обездвижить его, но все было напрасно из-за ее истерического хохота, из-за которого рука сильно тряслась. Наконец, пикси был обездвижен, и Гермиона направилась освобождать очень раздраженного волшебника, который сидел, скрестив руки на груди. Его поведение заставило девушку рассмеяться еще больше, когда та пыталась отвязать волосы. Однако из-за близости тел, Грейнджер старалась сдерживаться. Стоя перед ним, Гермиона протянула руку к узлу. Когда Драко наконец был свободен, то он сделал шаг вперёд и пространство между ними значительно сократилось. Они были так близко, что девушка могла почувствовать его дыхание. Гермиона покраснела, смутившись. Она не могла отвести от него глаз, когда он наклонился вперед. Громкий шум вернул их к реальности, и молодые люди отодвинулись друг от друга. Следующие двадцать минут они провели, гоняясь за озорными существами и пытаясь не натворить еще большего беспорядка. - Иммобулюс!* - Гермиона наложила заклятие на пикси, который выпотрошил огромного бордового плюшевого мишку, находившегося рядом. * заклинание заморозки - Это последний, - объявил Драко, пересчитав пикси и вернув их в пузыри. - Думаю, нам стоит отдохнуть, - сказал юноша, обращаясь к Гермионе. Он подвел ее к небольшому стенду, где стояли стулья и столы, а в центре был миниатюрный водопад с янтарной жидкостью. - Сливочное пиво? - спросила Гермиона. - Да, - ответил Драко, протягивая стакан. Девушка с улыбкой приняла теплый напиток, наслаждаясь его сладостью. Она удовлетворенно вздохнула, глядя на мерцающие вдалеке огни аттракционов. - Ты первый человек, который увидел это, ты знаешь? - сказал внезапно Драко. - Это потрясающе! - ее щеки покраснели, и она отвела взгляд. - Ты проделал большую работу. - Похвала от тебя, Грейнджер, многое значит, - ответил юноша. У Драко скрутило живот, но он понимал: либо сейчас, либо никогда. Он спросит, а потом забудет об этом раз и навсегда. - Что ж, ты проиграла, - начал юноша. - Разве? - уклончиво спросила Гермиона. - Технически, я попала в пустой пузырь. - Да, а также в пузырь с пикси, - возразил Драко. - Сдавайся, Грейнджер. Ты продула. - Ладно-ладно, - задумалась та. - Чего ты хочешь? - Хм...- он колебался. - Потанцуй со мной. Гермиона ахнула. Она взглянула на него растерянным взглядом и затем отступила. Девушка взяла его руку и позволила отвести себя в маленькую беседку. Та была белой и имела восьмиугольную форму. Драко взмахнул палочкой, украшая павильон светом и белыми розами. Гермиона почувствовала, как кровь приливает к щекам. Она внезапно почувствовала себя очень неловко. Взглянув на свою белую футболку с совой, читающей книгу, нервно провела рукой по волосам, пытаясь привести их в порядок. Драко держал ее левую руку, и она беспокоилась, что нервозность заставит ее ладони вспотеть. Юноша провел Грейнджер в беседку и посмотрел на нее. Гермиона никогда раньше не чувствовала себя так, словно пара глаз пронзает ее плоть насквозь и проникает прямо в душу. Она лихорадочно сглотнула и положила руку ему на плечо. Драко тоже был на взводе. Его сердце колотилось так быстро, что он даже боялся, что если подступит к Гермионе слишком близко, то его волнение может передаться ей, да и рука, которую он положил ей на спину, была слишком теплой. Тем не менее, когда раздались первые звуки музыки, он закружил ее с легкостью и изяществом. Быть аристократом давало свои преимущества. Часы практики классических танцев были обязательным требованием, которое он должен был выполнять каждый год в течение пяти лет, с тех пор, как ему исполнилось восемь. Малфой был в своей стихие. Юноша был приятно удивлен умением Гермионы позволять другому вести. Их движения были такими же завораживающими, как и слияние двух рек. Девушка ни разу не отвела взгляда от Драко, с того момента, как они начали танцевать. Его точность заставила Гермиону чувствовать себя комфортно, и та позволила счастливо вести себя. Ее беспокойство начало исчезать, когда она поняла, что он также нервничал. Чувствовала, как бьется его сердце, когда он бессознательно прижимал ее ближе. Думала что-то сказать, но не знала, что именно. Она была поражена тем, каким привлекательным он был в тот момент. Его глаза цвета грозового неба заставляли ее почувствовать, словно в животе порхают бабочки. Грейнджер не хотела портить момент, но каким-то образом ей это удалось. - Вчера ты извинился передо мной, - сказала девушка. Он моргнул несколько раз, вглядываясь в нее, словно он только что выплыл из дрёмы. - Думаю, что теперь пришла моя очередь. Я была не права насчет тебя. Я раньше думала...и говорила, что ты трус. Но трус не переживет тех лет, что вы провели с Волдемортом в собственном доме и под его постоянными угрозами. Трус не пощадит жизнь другого человека, а будет бороться только за свою. Такой человек не будет бороться за свою семью и любимых. Он не стал бы извиняться и признавать свои ошибки. И определенно не построил бы что-то настолько красивое, как это! - сказала Гермиона, обводя взглядом волшебный парк и снова заглядывая в глаза. - Ты, Драко Люциус Малфой, не трус, и мне очень стыдно за слова, сказанные мной раннее. Гермиона увидела самую удивительную вещь, произошедшую в тот день. Хрустальная капля скатилась по щеке Драко, пока он смотрел на нее более пристально, чем когда-либо прежде. Не задумываясь, Гермиона поднялась на носочки, и их губы встретились. Сначала поцелуй был легким и нежным, немного солоноватым от пролитой им слезы. Затем Драко крепче обнял ее и углубил поцелуй. Обхватив руками его шею, девушка отдалась новым для себя чувствам. Все ее тело покалывало и бросало то в жар, то в холод, в то время как бабочки в животе неистовствовали. Они целовались, казалось, целую вечность, но когда юноша отстранился, Гермиона мгновенно осознала, что ей хочется еще. Когда оба вернулись в общежитие, то поняли, что уже наступил вечер. После поцелуя они почти не разговаривали и сосредоточились на устранении беспорядка, учиненного пикси, прежде чем молча покинуть Выручай-комнату. Гермиона не была уверена, что и думать о неловком молчании, но не осмеливалась нарушить его. Когда они вошли в общую гостиную, Драко взял ее за руку, заставив ее вздохнуть с облегчением. Парень улыбнулся и сказал: - Грейнджер, я просто хотел узнать, останешься ли ты на зимние каникулы. Если да, пойдешь со мной на свидание? Гермиона улыбнулась и смущенно кивнула головой. Драко наклонился, чтобы коснуться её губ, думая о том, насколько иногда бывает блаженной бессонница.