Часть 3. Начало?

      «-Амели Эванс, вставай! — голос мамы раздался прямо у правого уха.       Открыв глаза, девушка очутилась в своей комнате, в родительском доме находящимся в родном городе Син сити. Сочетание пастельных цветов стен и штор обволакивало разум. Захотелось поспать ещё часиков 3-4.       — Дорогая, новые соседи заглядывали к нам сегодня рано утром, принесли шарлотку. Я как раз в это время пончики готовила. Можешь отнести их им? Она такая милая женщина. Чувствую, мы подружимся, — она мечтательно задумалась о чём-то, пока Амели потягивалась на кровати.       — Ладно мам, я спущусь к тебе скоро, — встав с кровати и включив песню «The Weeknd — Save your tears», девушка, пританцовывая направилась умываться. Через некоторое время она уже стояла с пончиками у двери большого белого дома с голубой крышей. Окна второго этажа были панорамными, а на третьем этаже было огромное круглое окно. Это был один из самых элитных и красивых домов на их районе. Раньше здесь жила сумасшедшая семейка, которая не знала слова «тишина» и «сон». В их доме было всегда много народу, и они устраивали вечеринки каждые выходные. А семья Эванс ценила тишину, поэтому, когда они переехали, а вместо них пришла новая милая семейка Бэйкеров, мама не знала куда деть себя от счастья. Они с миссис Бэйкер регулярно передавали друг другу вкусности, а Амели была личным доставщиком.       Девушка потянулась к двери и костяшками пальцев легонько постучалась. Через несколько секунд она услышала звук разблокированного замка, затем дверь приоткрылась. С порога на неё смотрел парень 18 лет. Он выглядел сонным и вяло прислонился к дверному проёму. У него были широкие темные брови и растрепанные волосы. Его глаза были серого цвета? Он часто моргал, будто пытался прояснить зрение, и рассмотреть его глаза необычного цвета ей не удалось. У него был аккуратный нос, чуть вздернутый кончик и пухлые губы.       — О! — её губы приоткрылись в удивленном звуке.       Его кожа на лице выглядела теплой и мягкой. «Он точно только, что встал с кровати» — подытожила девушка.       — Не знала, что у Миссис Бэйкер есть брат.       — Угу, — он зевнул, прикрыв рот тыльной стороной руки и продолжил более бодрым голосом, — у неё нет брата.       — Виллиам, сынок, кто там? — раздался голос сзади.       В дверном проёме появилась голова миссис Элис, а удивленное выражение лица сменилось теплой улыбкой и морщинками в уголке глаз, при виде гостьи.       — Дорогая! Как дела?       Амели улыбнулась в ответ и положительно покивала. Женщина толкнула парня рядом и прошла, когда он чуть подвинулся. Руки миссис Бэйкер сомкнулись у неё на плечах       — Это мой сын, Виллиам, — она кивнула в сторону парня, — А это — Амели, знакомься сынок. Их взгляды встретились и Амели наконец смогла разглядеть его глаза. Они были не просто серыми, а серо-голубыми.»       Проснувшись, девушка почувствовала невыносимую боль в висках и тошноту в районе груди, по её позвоночнику прошелся табун мурашек.       — Это был сон?       Уголки её губ слегка приподнялись, когда она вспомнила их первую встречу. Легкая ностальгия накрыла её и воспоминания будто вчера прошлись перед глазами.       Они впервые встретились на улице. Она в тот день рано проснулась и вышла на прогулку, а он возвращался, домой попивая кофе. Первой её мыслью было:       «Откуда такой красивый парень у нас на районе?»       Амели быстро вернулась домой, поднялась к себе в комнату, выключила все лампы и через шторы в комнате начала за ним наблюдать. Тот парень долго сидел на веранде с бумажным стаканом из «Starbucks» и наблюдал за восходом солнца. Через некоторое время как он зашел в дом, на 3 этаже включился свет. Она долго пыталась разглядеть хоть что-то, как в следующею секунду Бэйкер открыл круглое окно и его взгляд остановился прямо на ней. Не зная, что делать она натянула улыбку и помахала. Несколько секунд он просто смотрел на неё, затем отвернулся и исчез.       Позже её мама приготовила пончики и попросила её передать соседям, но девушка отказалась, ибо не хотела сталкиваться с новым соседом и там же умереть от стыда.

***

      Неделя пролетела быстро. Амели жила дальше в своей рутине. Ей больше не снился сон о нём. Она долго размышляла над своим сновиденьем и пришла к одному решению. Ей нужны снотворные, чтобы так много перед сном о нём не думать. Это сказывалось на её концентрации. Но через еще одну неделю он всё-таки вошёл в её сон, но в этом сне всё было по-другому.       «— Мам, ну вот зачем тебе эта перестановка? — ныла Амели, когда мама протирала пыль под холодильником, который они переставляли примерно час из-за тяжести.       Амели чувствовала, что это кто-то другой сказал за неё.       «Это опять сон» — подумала она.       Мама встала и хрустнула шеей.       «Сейчас она бросит тряпку в ведро и скажет: Дорогая, не стой столбом. Помоги мне». В следующею секунду, мама произнесла то, о чём подумала Амели:       — Дорогая, не стой столбом. Помоги мне.       «Надо еще протереть под диваном в гостиной»       — Надо еще протереть под диваном в гостиной.       «Как думаешь, куда можно переставить этот диван?»       — Как думаешь, куда можно переставить этот диван?       Амели будто знала всё происходящее. Будто они жили по сценарию, который она выучила от А до Я.       — Этот день … сейчас должен прозвенеть звонок, — произнесла девушка.       В следующею секунду кто-то постучался дверь и прозвенел звонок.       — Ты ждешь кого-то? — спросила обыденным голосом мама.       «Это был Виллиам Бэйкер. Он пришел помогать с перестановкой. Сейчас мама пойдет открывать дверь и скажет, что нам не нужна помощь и что мы отлично справляемся. Это уже было» — мысли мешались в голове Амели, и она побежала к двери опережая маму, которая уже направлялась к двери.       — Мам, я открою.       За дверью и правда был Бэйкер. Он был одет в черное худи и на голову был накинут капюшон. Увидев её, в его глазах что-то сверкнуло, затем он чуть замялся прежде, чем начать.       — Я это… эм… мама попросила помочь вам… — он многозначительно посмотрел на неё, — сказала, у вас уборка или как-там…       — Да, у нас перестановка мебели. Рук не хватает, — она драматично вздохнула.       Всё происходило по-настоящему. Всё было таким реалистичным. Вот что значит осознанное сновидение? «Так приятно спустя столько лет просто стоять и болтать с ним» — подумала Амели.       — Да. Вот перестановка. Я… э чем могу помочь? — для этого вопроса ему понадобилось уйму сил потратить. Видимо он раньше никому свою помощь не предлагал и сюда его, наверное, мама отправила.       — Для начала зайдём? — она чуть подвинулась и пропустила его в дом.       Увидев его мама была рада, хоть и пыталась это скрыть словами:       — Ох, в этом не было необходимости. Мы сами отлично справлялись.       На такое он отвечал смущенной улыбкой.       Виллиам Бэйкер оказался сильным парнем, хоть и выглядел худым. Когда он поднял стол на его руках появилась синева выступающих вен. Мама много расспрашивала его. Спрашивала про школу, дом, друзей, хобби. Оказалось, у него был маленький круг общение, да и то все они были детьми бизнес-партнёров его отца, он хорошо учился и любил играть на гитаре. Он был немногословен. А Амели он будто и не замечал, либо просто делал вид.       Когда она протянула ему полотенце после того, как они закончили, и он умылся, он даже не поблагодарил. Умылся. В ванной. В её ванной. И ни намёка на благодарность…       Лишь прошел в её комнату и начал расхаживать, по пути рассматривая её книжную полку, рабочий стол, стену, украшенную гирляндой, детские фотки и наконец дошел до закрытых темных штор. Чуть приоткрыл её и ухмыльнулся, затем шепотом сказал:       — Вот откуда наша маленькая шалунишка наблюдает за своим соседом?       Амели попала в ступор, её щеки заалели и сердце учащенно забилось. Казалось её глаза вылетят из орбит. Она была поражена будто ударом молнии. Вдруг за её спиной послышался низкий бархатный баритон:       — Успокойся Эванс. Я знаю, что я привлекательный.       Его теплое дыханье коснулось её шеи, этот участок кожи начало слегла гореть. От его голоса по телу Амели прошлись мурашки. Она повернулась к нему и их взгляды встретились. Его серо-голубые глаза сейчас выглядели темными. Его лицо было непроницаемым. Она фыркнула и вернула ему ту же монету. Поднялась на носочки, подвинулась к его левому уху и прошептала:       — Броня. Вот, что я вижу у тебя на лице и тут нет ничего привлекательного!       — Дети, спускайтесь. Давайте поужинаем, — голос мамы заставил отойти от него на шаг.       Прежде чем он отвернулся она разглядела эмоцию промелькнувшею на секунду у него на лице. Он выглядел удивленным».