Глава 10

      Прошел месяц как я поселилась в доме Родольфуса. Первые несколько дней, я настойчиво пыталась переехать в отель, но Родольфус каждый раз возвращал меня. —Ты не можешь оставаться в отеле, Пожиратели смерти найдут тебя быстрее чем ты думаешь, — произнес Родольфус после моего очередного побега. — А здесь они меня будто не найдут! Что если твой друг или брат расскажут обо мне? — Не расскажут, они прекрасно понимают, что меня ждет если кто-то узнает о нашей связи. Да и им тоже придется не сладко, — ответил он и притянул меня в свои объятия. - Пообещай мне, что больше не сбежишь, иначе мне придется запереть тебя. — Хорошо, я останусь у тебя, но ненадолго, — согласилась я.       К моему большому удивлению жить с Родольфусом оказалось комфортнее, чем я думала. Мне не приходилось ни о чем беспокоиться. Я давно забыла как это жить нормальной жизнью, но все же, я не могла выбросить из головы мысли о Гарри и Роне. Как они сейчас? Чем заняты? Удалось ли им найти следующий крестраж?       Родольфуса же каждый день посылали по каким-то поручениям Темного лорда, и я каждый раз думала, а что если Пожирателям смерти удалось их найти? Но когда я спрашивала об этом Родольфуса, он говорил, что они не нашли Гарри. — Тебе не стоит так беспокоиться о Поттере и Уизли, — произнес однажды Родольфус. Он только вернулся с очередного поручения. — Они мои друзья, и я всегда буду беспокоиться о них, — ответила я. — Друзья, которые бросили тебя? — Я сама ушла, потому что была зла на них. Но я обязательно вернусь, — ответила я. — Я не хочу чтобы ты возвращалась и помогала Поттеру, — произнес Родольфус, наливая себе виски.       Он выглядел злым с того самого момента, как вернулся с задания. — Что-то случилось? - поинтересовалась я, заметив его настроение. — Нет. Ты услышала, что я тебе сказал? — Родольфус, ты мне не муж, я не обязана тебя слушаться, — ответила я. — Мы можем это исправить. — Что? — Мы можем пожениться и уехать, — ответил Родольфус. Я не смогла сдержаться и рассмеялась, но не от радости, а от абсурдности его слов. — Мы не можем пожениться. Я люблю тебя, но сейчас все эти разговоры неуместны, а ты если любишь меня, то примешь любое мое решение, — ответила я. — Я не позволю тебе подвергать свою жизнь опасности, — произнес Родольфус и залпом выпил содержимое бокала. — Это бессмысленно, я не хочу продолжать этот разговор. — Нет, мы продолжим говорить об этом, пока ты не дашь мне клятву, что не будешь помогать Поттеру, продолжая подвергать свою жизнь опасности, — произнес Родольфус, снова наливая себе огненный виски. — Этого не будет, никогда, — ответила я, поднимаясь из-за стола. - Я думаю, будет лучше если сегодня я переночую в отеле. — Ты никуда не пойдешь, — прокричал Родольфус хватая меня за руку. — Отпусти меня, ты пьян и не соображаешь, что делаешь! — Я прекрасно все понимаю, если ты сейчас выйдешь за эту дверь, между нами все кончено!       Я не ожидала услышать такое от Родольфуса. Он как никто знает, как тяжело мне приходилось, как важны для меня друзья. Но в то же время я давала ему понять, что он также занимает важное место в моей жизни, и я не хочу никого терять. Но сейчас он ставит меня перед выбором, разбивая мне сердце. Месяц назад, передо мной также стоял выбор, и я готова была сделать его. Но сейчас, я не буду выбирать. — Если ты этого хочешь, хорошо. Между нами все кончено, но помни, что это не я так решила, а ты! - ответила я, чувствуя как на глаза наворачиваются слезы. — Гермиона... Родольфус попытался взять меня за руку, видимо до него только сейчас дошел смысл сказанных им слов. — Гермиона, подожди, я не это имел в виду. Я... — Я ухожу Родольфус. Хочешь ты того или нет, но Гарри и Рон мои друзья, и сколько бы мы не ссорились, я все равно поддержу их и никогда не оставлю в беде, — ответила я, отдернув руку. — Ну и проваливай к своим друзьям! - закричал он, и швырнул стакан, тот врезался в стену и разлетелся на мелкие осколки.       Сейчас передо мной стоял тот самый Родольфус Лестрейндж, которого я встретила впервые два года назад. В его взгляде сейчас не было ни намека на нежность или любовь, которую он ко мне испытывал. Его глаза горели ненавистью.       Я начала медленно отступать к двери ведущей в гостиную, боясь повернуться к нему спиной. Я отвлеклась лишь на секунду, когда он оказался за моей спиной трансгрессировав. — Далеко собралась? - прошептал он мне на ухо.       Я чувствовала его горячее дыхание на своей коже. Он обнял меня за талию, притягивая к себе. Родольфус убрал мои волосы на правое плечо, обнажая шею. Его поцелуи обжигали, по-прежнему заставляя мое сердце биться быстрее. Но, как и сказал Рон, я всегда должна думать головой. Лишь раз я поддалась зову сердца, и вот что из этого вышло. Я убрала руки Родольфуса и медленно отстранилась. Повернувшись к нему лицом. Я прошептала одними губами:

"Прости"

      Трансгрессировав в свою комнату я схватила волшебную палочку и переместилась на площадь Гриммо. Стукнув палочкой по замку, я услышала как он щелкнул механизм и вошла в дом. Пройдя проверку, я вошла в гостиную. Из кухни выскочил Гарри следом за ним выбежали Рон и Кикимер. — Гермиона? - удивленно произнес Гарри и опустил палочку.       Увидев их я не смогла сдержать слез и расплакалась. Ребята бросились ко мне. Я ожидала, что сейчас они выставят меня за дверь, но вместо этого я оказалась в крепких объятиях. — Где ты была? Мы искали тебя везде! Начали подумывать даже самое худшее, что ты попала в руки Пожирателей смерти, — произнес Рон. — В каком-то смысле так и было, — ответила я, вытирая слезы. — ЧТО? - в один голос спросили ребята. — Я была у Родольфуса, — честно ответила я. Парни переглянулись, но ничего не сказали.       Мы пошли на кухню, где вкусно пахло едой. За этот месяц дом изменился до неузнаваемости, и даже Кикимер теперь выглядел иначе. — Ну, как вы здесь поживали без меня? - спросила я. — Честно, жутко скучно. Я никак не мог привыкнуть к том, что меня никто не отчитывает, — ответил Рон. — Да, мы скучали, — добавил Гарри. Все замолчали, каждый размышляя о чем-то своем. — Прости меня Гермиона, за те слова, — вдруг произнес Рон. - Я был не прав. — Тебе не за что извиняется, — ответила я. - На самом деле ты был прав, я всегда была той кто слушает голос разума, а не сердца. Если бы я не поддалась чувствам, ничего бы этого не случилось. — Гермиона, мы все были не правы, — произнес Гарри, беря меня за руку. - Но правда в том, что мы все заслуживаем любви. В какой-то момент твое сердце выбрало человека, которого возможно ты будешь любить всю оставшуюся жизнь, и это нормально. Любовь способна изменить даже самого плохого человека.       Я почувствовала, что снова начинаю плакать. Мое сердце разбито, я не уверенна увижу ли я снова когда-нибудь Родольфуса.       Все что я сейчас могла сделать это занять себя поисками крестражей. Я выпила травяной чай, чувствуя, как мне становиться легче. — Вам удалось что-то узнать о крестражах? - спросила я, немного успокоившись. — Да, мы даже смогли найти один, — ответил Рон — Правда? — Да, это медальон Регулуса Блэка, но достать его будет не так легко, — произнес Гарри. — Почему, где он находится? - спросила я. — В Министерстве магии, у Долорес Амбридж, — ответил Гарри. Я поморщилась вспоминая эту неприятную особу. — Действительно, достать медальон будет не так легко, но вместе мы справимся, — произнесла я. — Еще бы, теперь когда ты снова с нами, мы сможем заполучить медальон, а потом найдем остальные крестражи и победим Тёмного лорда, — ответил Рон. — Вы молодцы, — похвалила я ребят. — Спасибо, мы старались, — произнес Гарри. — И какой у вас план? — Мы планируем пробраться в Министерство магии с помощью Оборотного зелья, других вариантов нет. — Я пойду с вами, — ответила я. — Думаю, для этого хватит меня и Гарри, — произнес Рон. — Ой, не начинай, ради Бога, — произнесла я. — Ты состоишь в списке "магловских выродков", не явившихся на собеседование. Тебе нельзя в Министерство. — А ты, предположительно, помираешь в "Норе" от обсыпного лишая! Уж если кому идти и не следует, так это Гарри, его голову оценили в десять тысяч галеонов... — Ладно, я останусь здесь, как покончите с Волан-де-Мортом, дайте мне знать, идет? Мы с Роном рассмеялись, так приятно снова быть в компании друзей. — Ну хорошо, — произнес Рон, — если мы идем все трое, трансгрессировать нам придется поодиночке. Под одной мантией невидимкой нам уже не поместиться.       Мы решили идти завтра, чему я была рада. Сейчас я готова была браться за любое дело, чтобы отвлечься от грустных мыслей.       Спать мы легли поздно ночью - после того как провели несколько часов, снова и снова обсуждая все подробности своего плана, пока не выучили его наизусть и не смогли слово в слово пересказать его друг другу.       Я никак не могла уснуть, продолжая думать о Родольфусе. Чувство тоски не оставляло меня. Интересно, о чем думает сейчас Родольфус? Сожалеет ли о своих словах? С этими мыслями я погрузилась в беспокойный сон.

***

      Я не переставал ломать все что попадало мне под руку, даже спустя час после ухода Гермионы. Гостиная превратилась в руины, вокруг валялся разбитый фарфор, вся мебель была разломана, до такого состояния, что ни одно заклинание не сможет собрать ее обратно. Я огляделся по сторонам, в поисках уцелевших предметов, но таковых в гостиной не оказалось. — Что здесь произошло? - спросил Рабастан, едва переступив порог дома. — Не твое дело, — ответил я, и пошел на кухню, намереваясь допить оставшиеся в бутылке виски. — Вообще-то это и мой дом, — ответил Рабастан, следуя за Родольфусом. - Так что здесь произошло? Где Гермиона? - поинтересовался Рабастан, который уже привык к этой девчонке. — Ушла. — Куда? — К Поттеру, куда же еще. Нужно было давно сдать его Темному лорду, тогда бы Гермиона никуда не ушла, — произнес я, сделав несколько глотков обжигающего напитка прямо из бутылки. — Ты же понимаешь, что сделай ты это, она бы тебя никогда не простила. — А как бы она об этом узнала? Темный лорд вознаградил бы меня, и тогда я увез бы ее так далеко, как только возможно. — О чем ты говоришь? Мне плевать на Поттера, но... — Что? — Ты ведь хотел стать лучше, ради Гермионы. — Уже перехотел. Мы расстались, и вернулись к началу. Я ужасный Пожиратель смерти, каковым она меня и считает, а она... она... - я почувствовал как в горле образовался ком.       Я могу обманывать всех вокруг, но собственное сердце не обманешь. Я никогда не смогу сделать ничего, что причинит Гермионе боль. Но я должен попытаться отпустить ее. Она имеет право на нормальную жизнь, в которой не будет меня.