Часть 30

***

⸻ Под утро в комнате отдыха стояла почти полная тишина — только мягкое дыхание спящих ребят. За ночь девушки, укутанные плащами, успели перевернуться кто на спинку, кто на бок, по-детски прижимая одеяло. Парни же спали кто как: кто полулёжа, кто лицом в подушку, кто на животе, кто, обнявшись с девушкой крепче, чем разрешал бы в бодрствовании. Эрвин, который уснул первым и лежал рядом с Лилей, сейчас выглядел необычайно спокойным, почти домашним. Его рука всё ещё находилась возле её плеча, будто он держал её даже во сне. Конни сполз на пол, но всё равно положил голову на кроватку Саши. Райнер прижимал к себе Хисторию, будто охраняя. На другом конце комнаты Леви, Жан, Бертольд и Эрен спали прямо на животиках своих девушек — Леви на Лиле, Жан на Азуми, Бертольд на Ханджи, а Ерен уткнувшись лбом куда-то в одеяло Микасы. И самое удивительное — девушки, перевернувшиеся ночью, аккуратно положили руки на головы парней, будто успокаивая их даже во сне. В этот момент тихо открылся коридорный свет, дверь скрипнула, и в комнату вошёл Пиксис. Он шагнул вперёд… и замер. А затем — громко, искренне, с того самого тёплого смеха, который редко слышали даже ветераны, — расхохотался. — Ну и картина! — выдохнул он, держась за живот. — Эрвин Смит, командующий разведкорпусом, спящий как котёнок! Да ты посмотри на себя! Эрвин вздрогнул, приподнялся, моргнул, ещё не понимая, что происходит. — Пиксис?.. — хрипло спросил он, оглядываясь и тут же замечая, как Леви, всё ещё спящий, прижался лбом к Лиле. — …Это не то, что ты думаешь. — О, я как раз думаю ровно то, что вижу! — засмеялся Пиксис ещё громче. — Герои человечества, значит? Защитники стен? А спите как телята в обнимку! Он подошёл к Леви. — Леви! — слегка толкнул его ногой, всё ещё смеясь. — Ты бы видел своё лицо. Ты хоть осознаёшь, что у тебя волосы стоят дыбом? Леви только фыркнул во сне и крепче прижал Лилю, как кошка — подушку. Пиксис вытер слёзы со смеха. — Честно, я бы приказал вас всех наказать… но вы так мило выглядите, что даже я не смогу. Эрвин, покрасневший как никогда, только вздохнул и попытался привести себя в порядок. — Прошу… не упоминать об этом никому, — процедил он. Пиксис улыбнулся хитро. — О, нет, Эрвин. Я как раз собираюсь рассказать всем. ⸻ ⸻ Пиксис, всё ещё давясь от смеха, встал в центре комнаты, набрал воздуха в грудь и громко, командным голосом, который мог разбудить даже мёртвых, рявкнул: — ПОДЪЁМ, СОЛДАТЫ! Комната вздрогнула. Все парни дёрнулись одновременно. Леви подскочил, но сразу же получил лёгкий удар лбом в подбородок — Лиля от неожиданности тоже резко приподнялась. Жан чуть не упал с кровати, потому что Азуми в панике вцепилась в его плечи, не понимая, что происходит. Бертольд, испуганный криком, рывком поднялся — и стукнулся головой об кроватку Ханджи. Ерен вскрикнул: — ТИТАНЫ?! И Микаса тут же одним движением схватила его за шиворот, будто удерживая его от броска вперёд. Девушки, которые проснулись первыми от крика, мигом замерли… и заметили на ком именно спали парни. А затем — началась тишина. Та самая неловкая, густая тишина, от которой даже Пиксис перестал смеяться. Реакция девушек Лиля, полностью покраснев, смотрела на Леви, который только что лежал у неё на животике. — Эм… Л-Леви… — она прикрыла лицо руками. — Ты… спал… прям на мне… Леви поморгал, пытаясь сообразить, что сказать: — …Удобное место. Пиксис прыснул. Азуми сначала ошарашенно посмотрела на Жана, потом на его растрёпанные волосы и след от её руки на его щеке. — Жан… ты… всю ночь лежал… у меня… здесь?! Она ткнула пальцем в живот. Жан, красный как томат: — Н-не моя вина! Ты сама меня под голову подтянула! — Я СПАЛА! — взвизгнула Азуми. — И ЧТО?! — огрызнулся Жан. Пиксис снова разразился смехом. Ханджи, ещё сонная, щурилась на Бертольда: — Оу… ты мило сопел… прямо мне в живот… Бертольд чуть не умер от смущения. Микаса, уже полностью спокойная, посмотрела на плачущего от смущения Эрена: — Ты опять двигался во сне. — Я думал, что на мне титан сидит! — простонал Эрен. — Это была я. — спокойно сказала Микаса. — ХОТЯ БЫ НЕ ТИТАН! Пиксис, вытирая слёзы — Ох, ну вы даёте, молодёжь. — Я за всю жизнь не видел такой… семейной картины! Эрвин на секунду закрыл лицо руками — он понял, что это утро будет преследовать их всех ещё долго. ⸻ Когда общий смех начал стихать, дверь снова приоткрылась, и в комнату вошёл врач. В руках у него была папка с осмотрами, а на лице — абсолютное спокойствие человека, который уже много видел… но к такому не был готов. Он остановился на пороге, оглядел комнату: • парни растрёпанные, красные, кто сидит на полу, кто на краю кровати; • девушки полусидят, укутанные плащами ребят; • Пиксис держится за живот от смеха; • Жан и Азуми спорят, перебивая друг друга; • Леви пытается сделать вид, что всё под контролем, хотя у него волосы стоят дыбом; • Бертольд прячется за Ханджи; • Эрвин выглядит так, будто хочет провалиться сквозь землю. Врач молча моргнул. Потом второй раз. И наконец, издал глубокий, усталый вздох: — Я не понял… — Почему вы выглядите так, будто тут только что прошла битва с девиантами?! Комната замерла. Все одновременно: — ЭТО НЕ ТО, ЧТО ВЫ ДУМАЕТЕ! Врач поднял бровь: — Правда? А что я должен думать, если вижу: — трое парней на полу, — двое девушек лежат поперёк кровати, — один капитан (он посмотрел на Леви) выглядит так, будто его переехал конь, — а Пиксис смеётся, как подросток? Пиксис снова прыснул. Девушки: Лиля, краснея до ушей: — Мы просто… заснули… все вместе… Азуми, машет руками: — И я случайно пнула Лилю с кровати! Врач посмотрел на неё так, будто услышал диагноз века. Жан быстро добавил: — И мы нашли их, когда вернулись с задания! Леви сухо сказал: — Они ждали нас. Уснули. Мы их перенесли. Всё. Врач прикрыл глаза: — Значит… это была массовая… групповая… необъявленная ночёвка? Пиксис прыснул так сильно, что схватился за стену. Врач, окончательно сдавшись: — Ладно. Только скажите честно: — КТО ЭТО ЗАТЕЯЛ? Все дружно указали на Ханджи. Ханджи: — Я? А что? Наука требует наблюдений! Врач устало потерял переносицу: — …Понятно. — Ладно. Раз вы все живы, целы и только морально помяты — тогда собирайтесь. — Девушки — на утренний осмотр. — Парни — умойтесь. На вас страшно смотреть. Он вышел, бормоча: — Битва… точно битва… только без титанов… ⸻ После слов врача в комнате снова воцарилась лёгкая суматоха. Леви первым поднялся — волосы всё ещё торчали после ночи, и Лиля, хихикнув, тихонько протянула руку и пригладила ему чёлку. Леви моргнул, удивившись такому жесту, и пробормотал: — Не обязательно было… Но уголки его губ дрогнули — едва заметная, настоящая улыбка. Лиля аккуратно встала с кровати, ноги ещё чуть дрожали. Она обвела комнату взглядом, увидела, что Азуми тоже пытается подняться, и сразу протянула ей руку: — Пойдём вместе… нам всё равно на осмотр. Азуми взяла её руку, поднялась и благодарно улыбнулась: — У тебя руки тёплые… Спасибо. Позади них Жан уже подлетел к Азуми, готовый подставить плечо: — Ты уверена, что дойдёшь? — Дойду, — сказала Азуми и сжала руку Лили сильнее. Леви стоял рядом с Лилей, следя пристально: — Если почувствуешь головокружение — сразу скажи. — Не почувствую, — тихо ответила Лиля, но всё же опёрлась на него чуть больше, чем сначала. Эрвин открыл дверь, Пиксис махнул рукой: — Ну что, дамы вперёд. А мужчины — если что, ловите! Парни дружно фыркнули. Лиля и Азуми, взявшись за руки, аккуратно вышли из комнаты, а за ними шагали Леви и Жан — настороженные, внимательные, будто девушки могли исчезнуть в любой момент Девушки дошли до двери кабинета осмотра. Врач внутри готовил инструменты, а перед дверью Леви и Жан остановились. Леви коротко сказал: — Ладно, мы пойдём подождать в коридоре— Но Азуми тихо подтолкнула Лилю локтем и шепнула ей: — Сейчас. Давай их поцелуем. Лиля кивнула, щеки покраснели, и обе девушки одновременно шагнули к своим парням. Прежде чем Леви и Жан успели понять, что происходит, девушки взяли их за форму, потянули на себя и мягко поцеловали. Парни замерли на секунду — а потом, словно их что-то прорвало: Жан, чуть наклонив голову, углубил поцелуй Азуми, прижимая её ближе, но всё равно бережно, будто она могла разбиться от одного резкого движения. А Леви, привычно сдержанный, вдруг поддался моменту — он осторожно обхватил Лилю за талию, притянул к себе и прижал спиной к стене, продолжая поцелуй уже увереннее, чем раньше. Лиля обхватила его за ворот плаща, и сердце у неё стучало как сумасшедшее. Жан боковым зрением увидел Леви и тихо фыркнул: — Капитан, ну вы даёте… Леви, не отстраняясь, только хрипло ответил: — Тихо, Жан. У меня сейчас перерыв. Азуми тихо рассмеялась между поцелуями. Наконец девушки отстранились, запыхавшиеся, но счастливые. — Ну… теперь можете идти, — улыбнулась Лиля. Жан провёл пальцем по щеке Азуми: — После осмотра — сразу ко мне. Леви кивнул Лиле, поправив ей ворот: — Быстро заканчивай. Я под дверью. Парни ушли, но оба выглядели так, будто этот поцелуй сбил их с дыхания сильнее, чем целый час тренировки Осмотр Врач жестом пригласил Лилю и Азуми внутрь. — Проходите, девочки. Сначала проверим пульс, дыхание, суставы… после вашей вчерашней «ночёвки» надо убедиться, что всё в порядке. Лиля села на кушетку, Азуми рядом — на стул. Врач по очереди осмотрел обеих, проверил рефлексы, попросил сделать несколько шагов, наклониться. — Хорошо, — кивнул он наконец. — Восстановление идёт быстрее, чем ожидалось. В этот момент дверь резко открылась, и в палату зашёл Пиксис, как всегда бодрый, с лёгкой улыбкой. — Ну что, доктор, — потер руки он. — Девочки готовы к чему-то посерьёзнее, чем прогулка до столовой? Врач поднял бровь: — Например?.. — Посадить их на лошадей. Пусть попробуют лёгкую тренировку. Без рывков, без галопа. Просто шагом и немного рыси. Лиля и Азуми одновременно широко распахнули глаза. — Правда можно? — тихо спросила Лиля. Врач посмотрел на их осанку, на результаты осмотра… вздохнул. — Можно. Но аккуратно. Очень аккуратно. Пиксис хлопнул в ладони: — Отлично! Тогда идём, барышни. Ваши кони уже ждут. На тренировочной площадке Когда девушки вышли из медицинского блока, весь отряд, уже закончив тренировки, сидел на ограждении или стоял, болтая и обсуждая что-то. Первым их заметил Конни: — Эээ… А ну смотрите! Девочки идут! Жан подскочил: — Они что, серьёзно идут на лошадей?! Леви прищурился, но в глазах мелькнула теплая гордость: — Врач разрешил. Значит, готовы. Рядом Ханджи радостно подпрыгнула: — Отлично! Я уже хотела провести эксперимент на устойчивость в седле! Эрвин тихо её осадил: — Без экспериментов, Ханджи. Посадка на лошадей Инструктор вывел двух спокойных, хорошо обученных лошадей. Азуми первой подошла к своей, погладила по морде. Жан стоял рядом, будто готов был подхватить её в любую секунду. — Я смогу сама, — сказала она, но улыбнулась ему. Она аккуратно взобралась в седло — чуть медленнее, чем раньше, но уверенно. Потом Лиля подошла ко второй лошади. Леви стоял почти вплотную, но делал вид, что просто наблюдает. — Тебе помочь? — спросил он тихо. — Нет… — Лиля улыбнулась и мягко поднялась в седло. — Я помню, как это делается. Леви поймал её за талию ровно настолько, чтобы подстраховать. — На всякий случай, — пробормотал он. Тренировка Лошади шагали по кругу. Девушки держали спину ровно, дыхание спокойное. Через несколько минут инструктор разрешил чуть ускориться — лёгкая рысца. Азуми смеялась тихо, волосы развевались. Жан, наблюдая, выглядел так, будто впервые за месяц расслабился. Лиля ехала осторожно, но уверенно. Леви стоял неподвижно, следил за каждым её движением — будто взглядом мог защитить. Ханджи визжала от восторга: — Они прекрасно держатся! Посмотрите на баланс! Микаса улыбалась едва заметно, Эрен подбадривал: — Вот это да, восстановились! Эрвин кивнул: — Отличная динамика. Тренировка продолжалась долго — девушки не спешили прекращать. Им казалось, что они вернулись к нормальной жизни, к силе, к себе. Лиля, проезжая мимо Леви, поймала его взгляд — и в груди стало тепло. Азуми несколько раз обменялась улыбками с Жаном — они сияли. После тренировки Лошади остановились, и инструктор помог Лиле и Азуми аккуратно спуститься на землю. Девушки были немного уставшие, но счастливые — мышцы приятно гудели, дыхание было ровным. Жан сразу подбежал к Азуми: — Ты потрясающе держалась. Честно, лучше, чем некоторые новички. Азуми улыбнулась и поёжилась от лёгкой усталости: — Спасибо… Я думала, будет сложнее. Леви, подходя к Лиле, слегка коснулся её плеча, проверяя, не дрожат ли руки: — Как самочувствие? — Хорошо… даже лучше, чем ожидала, — тихо сказала она. И в этот момент на площадку вошёл врач, держа в руках небольшой блокнот. Он осмотрел девушек быстрым профессиональным взглядом. — Впечатляет, — сказал он. — Вы обе неплохо удерживали равновесие, и мышцы реагируют лучше, чем вчера. Я доволен вашим прогрессом. Азуми и Лиля переглянулись — обе светились от гордости. — Но! — добавил врач, — сегодня вечером вам нужен отдых. Без лишних нагрузок. Идея вечера у костра В этот момент к девушкам подбежали Ханджи, Микаса, Хистория и Саша — вся компания явно что-то обсуждала. Саша, почти подпрыгивая от восторга, выпалила: — Мы решили устроить вечер у костра! Все будут! Хотим с музыкой, горячим чаем и шутками! Хистория подхватила мягче: — Мы подумали… может, Лиля и Азуми тоже смогут прийти? Микаса, сложив руки за спиной, кивнула: — Мы будем следить, чтобы им не было холодно и чтобы они не переутомились. Ханджи посмотрела на врача, прищурив глаза: — Ну что? Разрешишь наших девочек на маленький, спокойный вечерок? Мы гарантируем: никаких экспериментов, никаких прыжков через костёр! Врач вздохнул, но в конце концов улыбнулся уголками губ: — Если они будут сидеть, а не танцевать вокруг огня — разрешаю. — Ура! — раздалось сразу от всех девушек. Лиля повернулась к Леви: — Ты тоже будешь там? Он кивнул. — Конечно. Жан положил руку Азуми на спину: — Значит, идём все вместе. Когда Лиля и Азуми подошли к костру, воздух уже был тёплым от огня, а вокруг звучали голоса девочек, которые радостно махали им руками. Парни сидели чуть поодаль — специально, чтобы “не мешать девичьим разговорам”, как сказал Конни, но на самом деле все они украдкой наблюдали за девушками. Лиля и Азуми опустились на бревно рядом с остальными девчонками. Сразу поднялась суета: — Ну что, как тренировка? — Саша наклонилась ближе, сияя глазами. — Серьёзно, вы сегодня выглядели, как элита элиты, — сказала Ханджи с неприкрытым восхищением. Азуми тихо улыбнулась: — Мы просто очень стараемся… Лиля кивнула: — И парни наблюдали за каждым нашим шагом. Я видела. Девочки переглянулись и засмеялись. — Особенно Жан, — добавила одна из девушек. — Он сидел так, будто готов был подхватить тебя в любую секунду. Азуми покраснела, спрятав лицо в воротник. Ханджи хитро глянула на Лилю: — А Леви весь такой суровый-суровый… но смотрел на тебя мягче, чем на чай. Лиля подняла брови: — Да ладно вам… — Не “ладно”! — вмешалась Саша. — Когда вы поцеловались возле кабинета, я думала, стены оплавятся. У девочек снова вспыхнул дружный смех. Лиля прикрыла лицо ладонями, но улыбалась: — Ну… так получилось… Они продолжали обмениваться поддразнивающими репликами, обсуждали тренировки, рассказывали, кто как держался в седле, кто на какой лошади ездил, и у кого получилось лучше. Тем временем парни, сидящие за своим “мужским” костром в нескольких метрах, украдкой наблюдали. — Они там наверно про нас говорят, — буркнул Жан, щурясь. — Конечно про нас, — спокойно сказал Леви, не отрывая взгляда от Лили. — О чём ещё им говорить? Конни фыркнул: — Да они сейчас нас обсуждают, спорим! Эрвин вздохнул и улыбнулся: — А мы — их. Всё справедливо. Микаса тихо добавила: — Они выглядят счастливыми. Это главное. У костра девочек разговор тем временем перешёл в более тёплое русло: кто что чувствует, чего боится, и как много значат те, кто сейчас сидит на другом краю поляны. Азуми шепнула: — Когда Жан смотрит… у меня внутри всё становится тихим. Лиля улыбнулась ей в ответ: — Я понимаю. У меня с Леви так же. Мир будто останавливается. Девочки заохали и засмеялись, и на миг казалось, что вокруг нет ни войны, ни тайн, ни опасности — только тепло костра, дружба и лёгкий вечерний ветер. Вечер был таким спокойным, что даже треск костра звучал лениво. Девочки продолжали болтать, парни о чём-то спорили — и никто не замечал, что неподалёку тихо шуршат кусты. Пиксис, увидев всех собравшихся, решил внести немного армии в их расслабленный вечер. То есть — хаос. Он подкрался так тихо, как только может человек его возраста и солидности. Опустился на колени, раздвинул ветви… И вдруг как заорёт: — “ТИТАНЫ!!!” Все вздрогнули так, будто им под ноги упала граната. Саша подпрыгнула выше всех — даже выше костра. Конни рухнул на спину и, кажется, на секунду забыл, как дышать. Ханджи выронила кружку. Жан схватил Азуми за руку, готовый уносить её бегом, хотя ещё не понял, куда. Леви резко развернулся, уже наполовину выхватив клинок — и только потом, увидев Пиксиса, замер с выражением “вы серьёзно?”. Лиля вскрикнула, а потом спряталась за Леви. Азуми вообще закрыла лицо ладонями. Несколько секунд царила тишина. Потом Пиксис вылез из кустов, вытирая глаза от слёз смеха: — Вот это реакции! Молодцы, живые! И тут всё началось. Сначала нервно хихикала Саша. Потом заржал Конни. Жан согнулся пополам от смеха. Азуми смеялась до слёз, Лиля повторяла: — “Я думала это конец…” Даже Эрвин усмехнулся, покачав головой. Леви фыркнул: — Старик, ещё раз так сделаешь — я сам тебя в кусты запущу. Пиксис погрозил ему пальцем: — Значит, тренируетесь мало, если так легко пугаетесь! И вся компания снова разразилась смехом — громким, тёплым, снимающим весь стресс. Вечер мгновенно стал ещё веселее, словно костёр запылал ярче от их общего хорошего настроения. Пиксис, вытирая последние слёзы от смеха, всё же уселся поближе к костру. Лёгкое пламя подсвечивало его лицо, и выглядел он так, словно собрался читать сказку… но все уже знали: от него сказок не бывает — только легенды. Он откинулся на локти, глубоко вздохнул и начал: — Ну что, раз уж вы тут такие впечатлительные, расскажу-ка вам, как мы однажды пошли в вылазку… и чуть не вернули только половину Саши. Саша едва не поперхнулась жареными орешками: — Почему именно меня?! — Потому что ты, — Пиксис поднял палец, — решила угостить лесного кабана сухариками. Все моментально расхохотались. Саша покраснела и спрятала лицо в ладонях. Пиксис продолжил, уже смеясь сам: — Она ему говорит: “На, дружочек!”, а кабан на неё так посмотрел, будто она ему оскорбление предложила! И давай за ней бегать! Конни рухнул на бок, катаясь от смеха. Лиля закрыла рот руками, чтобы не заржать громко. Азуми подпирала плечом Жана и плакала от смеха. — Я, значит, бегу за кабаном, — рассказывал Пиксис, — но он бежит за Сашей. И получается, мы все втроём бежим в линию! Я — за кабаном, кабан — за Сашей, Саша — просто по жизни! Саша вскинула руки: — Я думала, он меня съест! — Он бы и съел, — буркнул Леви, — если бы не ты сама, которая всё время тянешься погладить каждого зверя, который тебя может сожрать. Все засмеялись снова. Но Пиксис ещё не закончил: — А потом, — сказал он, — кабан остановился, посмотрел на нас всех… и лег спать. Прямо посреди дороги. А мы его час обходили! Райнер с Бертом ржали в голос. Эрвин впервые за вечер смеялся так, что даже снял плащ — стало жарко. А Пиксис только откинул голову назад и удовлетворённо сказал: — Вот это была вылазка! И ведь вы думаете, титан — самое страшное? И снова, как волной, прошёл смех. Костёр потрескивал, девочки грелись от тепла и атмосферы, парни смеялись так, что щеки болели, а Пиксис сиял, будто он самый главный рассказчик в мире. Это был один из тех вечеров, когда казалось, что войны нет. Есть только друзья, костёр, истории — и смех, который звучал над лагерем ещё очень долго. Под глубокую, тихую ночь костёр почти погас, и лагерь постепенно погружался в сон. Один за другим ребята укладывались, зевая и укрываясь плащами, а последние разговоры сменялись спокойным дыханием. Но две девушки всё ещё бодрствовали. Лиля тихо поднялась, поправив на себе плащ Леви. Азуми, укрытая Жановым, тоже встала и улыбнулась: — Пойдём прогуляемся? Немного воздуха… Обе переглянулись — давно хотелось пройтись под ночным небом, когда всё вокруг такое спокойное. Они начали медленно отходить от костра, но… Парни моментально насторожились Леви поднял голову, будто у него встроенный датчик: — Куда? Жан тоже сел, хмуря брови: — А ну стойте. Вы куда собрались в такую ночь? Остальные парни, даже не проснувшись полностью, включились: Эрен сонным голосом: — Девочки, не надо… это же ночь… Райнер только буркнул: — Опять же… тот случай… Лиля улыбнулась и уверенно сказала: — Ребят, всё нормально. Мы просто подышать. Азуми добавила: — Ничего с нами не случится. Обещаем. Пауза. Жан и Леви переглянулись. Они не хотели вмешиваться… но и отпускать было страшновато. Наконец Леви вздохнул и сказал: — Ладно. Идите. Но недалеко. Жан тихо, почти шёпотом: — И если что… сразу возвращайтесь. Девушки заверили, что всё будет хорошо, и ушли в сторону тихой дорожки за лагерем, где было видно луну и слышно шелест травы. Все друзья разошлись спать… кроме двоих Когда лагерь полностью стих, только Леви и Жан остались сидеть у умирающего костра, дожидаясь своих девушек. Леви подтянул колени и посмотрел в сторону тропы: — Скажи спасибо, что я их вообще отпустил. Жан криво усмехнулся: — Да я сам нервничаю. Но… они сильные. И если пообещали — вернутся. Леви кивнул. Оба держались спокойно, но видно было: они ждут и переживают. — Когда вернутся, — тихо сказал Жан, — пусть сразу зайдут к нам. Леви коротко подтвердил: — Пускай зайдут. Мы не спим. Они сидели рядом, охраняя тишину ночи, пока где-то вдали шаги Лили и Азуми мягко шуршали по тропинке. И ночь продолжалась — тёплая, тихая, и полная неожиданностей Девушки шли по узкой тропинке, тихо обсуждая своих парней — кто как смотрел, кто что сказал у костра, как Леви поправлял плащ Лиле, а Жан всё время ловил взгляд Азуми. — Он такой… внимательный, — улыбалась Лиля. — А Жан… просто идеальный, — мечтательно вздохнула Азуми. Они уже собирались возвращаться, когда вышли в длинный коридор между складом и учебным корпусом. Там было темно, только редкие тусклые лампы давали свет. Вдруг послышались шаги. Тяжёлые. Уверенные. Не из разведкорпуса — точно. Лиля и Азуми остановились как вкопанные. Шаги приближались к ним. Девушки переглянулись — в глазах вспыхнула тревога. Из-за поворота действительно вышли два солдата военной полиции. Не их знакомые, а те самые, что уже когда-то навредили. — Опять вы… — пробормотал один из них, узнав девушек. Азуми судорожно выдохнула. Лиля почувствовала, как сердце стукнуло сильнее. Солдаты начали подходить ближе — слишком близко, слишком быстро. Лиля нащупала рукой что-то на ящике рядом — тяжёлый кусок металла, оставшийся после ремонта. — Лиля… — прошептала Азуми. — Он идёт на нас, — ответила Лиля, отступая назад. Солдаты сделали ещё шаг. — Не бойтесь… мы всего лишь… — начал один, но их выражения вызыва́ли только страх. И в этот момент случилось то, чего никто не планировал. Один солдат резко протянул руку вперёд, будто собираясь схватить Азуми. Лиля от страха вскинула руку с тяжёлым предметом, даже не успев понять, что делает. Металл ударил по плечу солдата — не сильно, но достаточно, чтобы он потерял равновесие. Он споткнулся, налетел на второго. Оба рухнули на пол, ударившись головами друг о друга и мгновенно вырубились. Тишина навалилась тяжёлым грузом. Лиля стояла, дрожа, глядя на лежащих без сознания солдат. — Я… я не хотела… я просто… — голос сорвался. Азуми быстро схватила её за руку: — Тсс… всё хорошо. Они сами полезли. Мы не виноваты. Пошли… нужно к парням. Обе тяжело дышали, ещё не до конца понимая, что произошло, и поспешно направились к комнате, где их ждали Жан и Леви. Коридор гулко отдавал звоном шагов — Пиксис и Эрвин буквально влетели, услышав шум и грохот. Лампы покачивались, на полу лежали два вырубленных солдата военной полиции, а рядом стояли Лиля и Азуми — растерянные, но держащиеся. Пиксис остановился, вытаращил глаза… и через секунду рассмеялся так громко, что эхо пошло по всему коридору. — Ха! Вот это я понимаю — боевая подготовка! — выдавил он, держась за живот. — Двух одним махом! Эрвин, конечно, держался серьёзнее, но уголки его губ дрогнули. — Девушки, — сказал он строгим голосом, — объясните, что произошло. Лиля сглотнула и честно ответила: — Мы… мы нечаянно. Они шли на нас, мы испугались. Я взяла железку, и… их случайно выбило. Пиксис снова разразился хохотом: — НЕЧАЯННО?! Да тут половину полиции можно “нечаянно” вырубить, если вас напугать! Азуми закрыла лицо руками, Лиля покраснела, но Пиксис только хлопнул Лилю по плечу: — Молодец, девочка! Так держать! Эрвин снова осмотрел солдат, нахмурился и сказал твёрдо: — Они вмешивались без приказа. И судя по тому, что произошло… лучше, чтобы их допросили. Он повернулся к двум разведчикам, которые прибежали следом. — Вы двое! Забрать их и отнести в темницу. Без разговоров. Солдаты выполнили приказ — подняли вырубленных полицейских и потащили их вниз по коридору. Пиксис, ещё не успокаиваясь от смеха, сказал: — Вот это ночь! Я думал, хуже их шутки у костра не будет — а тут девочки военной полиции выбивают. Герои, что ещё сказать! Эрвин посмотрел на Лилю и Азуми чуть мягче: — Главное — вы не пострадали. А теперь идите к Леви и Жану. Они, думаю, уже волнуются. Лиля и Азуми переглянулись, вздохнули и направились к комнате парней — готовые рассказать им, что “нечаянно” вырубили двоих солдат. Пиксис всё ещё плакал от смеха, держась за стену, пока девушки пытались хоть немного прийти в себя. — Н-нет, вы понимаете? — сквозь хохот выдавил он. — Эти двое — угроза всей военной полиции! Если их оставить одних, к утру вся тюрьма будет забита “нечайно вырубленными”. Эрвин вздохнул, но даже он не смог удержаться от слабой улыбки. — Пиксис… — начал он. — Нет! — генерал поднял руку. — Я лично сопровожу этих опасных преступниц. А то мало ли… мы ещё найдем командира дивизии без сознания где-нибудь в кладовке. Девушки покраснели, а Лиля тихо буркнула: — Мы же… не специально. Азуми кивнула, пряча взгляд: — Они сами полезли. Пиксис довольно усмехнулся: — Тем более! Опасные, решительные и слегка импульсивные… идеальные кадры для разведки! Эрвин кивнул: — Мы проводим вас до комнаты Леви и Жана. На всякий случай. — Да! Чтобы вы случайно не снесли ещё полкорпуса, — добавил Пиксис, снова захохотав. Итак, вся четвёрка пошла по коридору: • Лиля и Азуми — смущённые, но уже спокойные. • Эрвин — строгий, но внимательный. • И Пиксис — который не мог перестать смеяться каждую минуту. По пути они проходили мимо солдат, которые уже услышали слухи. Все старались делать вид, что ничего не знают, но явно сторонились девушек. — Видишь? — шепнул Пиксис Эрвину. — Даже стены от них отодвигаются. Эрвин тихо ответил: — Хватит их дразнить. — Ничего, пусть привыкают к славе, — подмигнул Пиксис. Когда они наконец дошли до двери комнаты Леви и Жана, Пиксис торжественно распахнул её: — Товарищи! Привели вам ваших… героинь! Пока что они никого больше не вырубили — но лучше заберите, пока не поздно! Леви приподнял бровь, Жан замер — а девочки вошли внутрь, готовые объяснять, что произошло. ⸻