И напиток

      — Сделайте, пожалуйста, средний какао и... Что у вас тут самое горькое?       — Американо.       — И американо. Большой. Всё с собой.              Бариста кивнул и, приняв купюру, принялся готовить. Тадеуш поправил волосы и принялся ожидать.              Они набрели на какую-то новомодную кофейню. Точнее, как набрели: у Марьи кончилась смена, и она написала очень короткое и ёмкое сообщение из пяти букв. В следующем сообщении был адрес. Тадеуш прекрасно знал, что это значило.       Кое-как поняв, как доехать до присланного адреса, он отправился в путь. Через пятнадцать минут на обусловленном месте появилась и Марья, буквально вывалившись из кустов лесопарковой зоны.              Сейчас она сидела, злобно нахохлившись на диванчике. Тадеуш улыбнулся ей, и она улыбнулась в ответ.              — Ваш большой американо и средний какао для девушки, — огласил бариста.       — Ага, спасибо, — Тадеуш забрал напитки и направился к столику.              Он тут же протянул озлобленной на всё вокруг вампирше кофе.              — Вот честно, Лепинья, как ты эту пакость пьёшь? — Тадеуш пристроился рядом, отпив свой какао.       — Ничего не знаю! Чем горче кофе, тем вкуснее, Баранек, — она тут же сделала огромный глоток.       — Что случилось?       — Да что-что, — проворчала Марья, — опять ложка. Приходит вызов, мол, кто-то там беснуется, ля-ля-ля, порчу наводит. И чё ты думаешь?       — Алкаши?       — Спайсокуры! — драматично ответила женщина, откинувшись назад. — Очень, твою мать, быстрые спайсокуры!              Тадеуш фыркнул и снова отпил кофе.              — И вы всю ночь за ними бегали?       — Да вот пришлось. Вот ты прикинь, сначала ложный вызов, а потом мне приходит миленькое сообщение, что в этом лесопарке шатается оборотень.       — Серьёзно?       — Сказали, что серьёзно, а оказалось, что это был бомж. Сообщили это нам, конечно, как только мы этих мазуриков скрутили.              Тадеуш закатил глаза.              — Как всегда.       — Да вообще! Два за ночь! А за месяц? За месяц раз пятый такая ситуация! Я так уволюсь рано или поздно.       — Ты же не можешь.       — А знаешь, как хочется...              За окном начал идти снег. Марья пристроилась на его плече, наблюдая за ним.              — Знаешь, говорят, что эта зима опять будет холодной.       — Плохо дело.       — Очень плохо. Охота сократится раза в два, если не в три, — хмыкнула Марья.       — Пришлёшь молодчиков ко мне? Я боюсь, что у нас, в лучшем случае, опять начнут пропадать пакеты. А в худшем – пациенты.       — Спрашиваешь тоже, конечно пришлю. А то голод не тётка... Вампиры тоже люди… На блюде…              Они продолжили пить в тишине.