3. Голос, ведущий к свету

Представь, что после того, как Мэри выстрелила в Шерлока, он впал в кому. Оказавшись пленником в собственных чертогах разума, он искал из них выход несколько дней, в то время как ты тревожно ожидала его возвращения к жизни. ---------------------------- Яркий свет раскаленных ламп причинял почти физическую боль даже сквозь полуприкрытые глаза. Резкий больничный запах въедался в сознание, попеременно ускользавшее и возвращавшееся в виде мельтешащих вокруг шумов и силуэтов расплывчатых фигур, везущих его в реанимацию. В груди ощущалось нестерпимое жжение, как от укуса огромного шмеля, а все остальное тело будто оледенело. Каждый последующий вздох казался ему маленькой победой, которая давалась все труднее и труднее. Стремительное движение вперед превратилось в карусель, вращающуюся вокруг своей оси в тошнотворно быстром темпе. Шерлок чувствовал, как этот круговорот засасывает его сознание туда, откуда он боялся больше не вернуться. Холодная темнота подступала все ближе, но он пытался не поддаваться ее фальшивым спасительным объятьям. Он знал, что может умереть сегодня, но не мог позволить себе такого промаха. Нет, не сейчас, еще слишком рано ему умирать. Группа врачей бубнила вокруг его тела какие-то очевидные вещи. Пулевое ранение в околосердечную зону. Пульс учащенный. Давление повышенное. Большая потеря крови. Все эти последствия он успел просчитать и сам, пока выбирал за считанные доли секунды наиболее подходящую позицию для своего падения. Эти последствия были опасными, но необходимыми, чтобы он смог выжить. Громко тикающие аппараты и еще более резкий и невыносимый свет в палате пульсировали в его голове, не давая возможности сосредоточиться на собственных нечетких мыслях. Не падать в темноту. Оставаться в сознании. Не дать себе умереть. Шерлок переставал чувствовать свои руки и ноги. Даже эта сверлящая боль в груди начинала постепенно смягчаться и угасать. Но это не было хорошим признаком. Вместе с леденящей парализованностью, он ощутил незаметно подкравшуюся слабость, одолевшую все тело. Сил на борьбу больше не оставалось. Перед тем, как окончательно провалиться в ненавистную им темноту, Шерлок вспомнил лицо Мэри, стоявшей и целившейся в него в упор. Ее решительный взгляд и недрогнувшая рука, сжимавшая пистолет, стали последней сценой, которую он увидел перед тем, как весь мир потух за тяжелым занавесом пустоты и неизвестности.

***

Солнечные лучи щекотали лицо, призывая очнуться, словно неугомонные отпрыски, будящие родителей ранним утром в выходной. Шерлок распахнул глаза и увидел, что находится в комнате, в которой он провел все свое детство. Детектив практически не ощущал собственного тела, но при этом оно все же было целым и невредимым. Он чувствовал запах домашней выпечки с корицей, которую Майкрофт уплетал за обе щеки, когда был еще ребенком. Осмотревшись вокруг, Шерлок заметил, что здесь все выглядело таким же, каким запомнилось ему в 6 лет. Две небольшие кровати, стоящие напротив друг друга у стен, деревянный письменный стол у окна, коробка с игрушками, задвинутая под его постель. На стенах висели многочисленные детские рисунки, многие из которых он не припоминал, чтобы рисовал сам. Его любимая пиратская треуголка с пластмассовым мечом лежали на кровати. Лучи закатного солнца подсвечивали все теплым светом, в дорожках которого танцевали пылинки. Шерлок осознавал, что переместился в их с Майкрофтом детскую комнату, будучи в своих чертогах разума. Но он не мог вспомнить, как и почему здесь оказался. Лишь одна расплывчатая, не дающая покоя мысль мельтешила на задворках его сознания, как назойливо жужжащая муха. Пытаясь на ней сфокусироваться, детектив яростно сжал голову руками, стремясь ухватиться за эту мысль и вытащить ее на поверхность. Но пронзившая его голову вспышка боли затмила собой все эти тщетные попытки. Выйдя из детской, Шерлок оказался в слишком длинном для их дома и светлом коридоре с множеством дверей. Детектив устремил взгляд вперед и увидел большого мохнатого пса с медно-коричневой шерстью, лежащего в конце коридора. Язык собаки дружелюбно вывешивался из пасти, а кончик пушистого хвоста нетерпеливо постукивал по полу, выдавая добрый и игривый характер своего хозяина. — Редберд! Иди сюда, мальчик, ко мне! — позвал своего питомца Шерлок, наклонившись и постучав себя по коленям. Пес будто ждал этого сигнала. Он поднялся и побежал к детективу, громко и радостно лая. Шерлок присел на корточки и взлохматил собаку, проведя руками по ее мягким длинным ушам и макушке. Они оба были невероятно счастливы вновь видеть друг друга. Мужчина наклонил голову, позволяя старому другу пройтись своим шершавым языком по его лицу и взъерошенным кудрям, прямо как в детстве. Обняв пса за шелковистую шею, он глубоко вдохнул запах влажной шерсти и древесины. От этого Шерлока будто окутало облаком далеких воспоминаний о долгих прогулках у реки и в лесу, о забавах и играх с преданным другом, которые он раньше так любил. — А ты все за свое, братец — протяжный голос в конце коридора вывел детектива из его ностальгического настроения и заставил поднять голову вверх. Медленно приближаясь и постукивая по полу своим зонтом, к нему подошел уже вполне взрослый Майкрофт. — Снова таскаешься со своим псом? Не пора ли тебе уже повзрослеть? — голос брата прозвучал как обычно — насмешливо-раздраженно. — Что ты здесь делаешь? — Холмс-младший поднялся в полный рост, оставив собаку тереться об его ноги. — Неправильный вопрос, — ехидным тоном произнес Майкрофт. — Правильнее было бы спросить, что ты здесь делаешь? Решил устроить себе маленькие каникулы и навестить маму с папой? — Я… я не знаю, как здесь оказался, — голос Шерлока прозвучал неуверенно. — Очевидно, что это все происходит в моих чертогах разума, но по какой причине я перенесся именно сюда мне пока неизвестно. Может быть, ты дашь мне подсказку? — Ох, Шерлок, ты всегда немного притормаживал, но теперь это действительно утомляет. И как бы ты ни пытался всю жизнь выглядеть умнее меня, у тебя всегда получалось это скверно. Скажи, разве ты не чувствуешь во всем этом какой-то подвох? — Какой подвох? — Шерлок посмотрел на Майкрофта с некоторым подозрением и недоумением. — Все еще не понял? — Холмс-старший тяжело вздохнул, подошел на несколько шагов ближе и постучал своим длинным зонтом по тому месту, где еще минуту назад сидел Редберд. — У нас никогда не было собаки, Шерлок. Ты выдумал ее и до сих пор цепляешься за эту фантазию, чтобы уберечь свое нежное и ранимое сознание от более серьезных и пугающих вещей. Ты всегда был и остаешься ребенком, братец мой. Но теперь пришло время узнать правду, раз ты до сих пор сам до нее не додумался. Надо сказать, гений из тебя весьма посредственный. Опустив взгляд, Шерлок заметил пустоту там, где только что был его питомец. Он выдохнул и обернулся вокруг себя, встревоженно позвав пса: — Редберд! Редберд, ко мне! — но в ответ ему послышался лишь противный, отдающийся звонким эхом во всем доме смех Майкрофта. — Глупый, глупый Шерлок, — жалостливо протянул Холмс-старший, кинув на младшего презрительный взгляд. Он вальяжно переложил зонт в другую руку, развернулся и медленно направился в противоположную от детектива сторону. — Стой! — растерянно вскричал Шерлок. — Ты должен сказать мне, где он! Его слова вдруг оборвались неожиданной вспышкой в голове, будто он резко переключился на другой канал. Ему привиделась вечерняя гостиная на Бейкер-Стрит, подсвечиваемая янтарными бликами полыхавшего камина. Холмс сидел в своем кожаном черном кресле, сложив пальцы вместе и закрыв глаза. Он думал над чем-то важным. Неожиданно он услышал мелодичный голос, напевавший что-то поблизости, и тонкий, еле уловимый аромат чьего-то парфюма. Детектив отвлекся от своих напряженных мыслей и открыл глаза. Этот голос и этот запах нравились ему, но были незнакомы и узнаваемы одновременно. Кому они могли принадлежать? Молниеносное видение исчезло также внезапно, как и появилось. Вновь очнувшись в своем старом доме, Шерлок оказался на его нижнем этаже, в гостиной. Погруженная в темноту, она освещалась лишь тусклым светом плетеного торшера и серебристыми бликами заглядывавшей в окна луны. Детектив пригляделся и увидел сидящую в тени фигуру. Она скрылась в приютившемся у камина кресле так, что Шерлоку было не разглядеть лица своего полуночного гостя. Он подошел на два шага ближе и резко остановился, услышав его голос. — Уютный у тебя был домик, Шерлок, — лениво-протяжный высоковатый тон был ему слишком знаком. Темный силуэт неспешно поднялся со своего места и обернулся навстречу детективу. — Уж точно получше той обшарпанной дыры на Бейкер-Стрит. И кровати здесь удобнее. — Мориарти, — сквозь зубы процедил Холмс, явно не радуясь тому, что враг сумел отыскать его даже в собственных чертогах. — Кажется, тебя сюда никто не приглашал. — Как грубо с твой стороны, Шерлок, — наигранно оскорбился злодей, подойдя к детективу чуть ближе. — Мне кажется, я давно уже заслужил твое расположение, и наши отношения больше не нуждаются в таких формальностях. Да ты ведь сам впустил меня в свою голову, забыл? Не можешь со мной расстаться даже в таком состоянии. — В каком таком состоянии? — в голосе детектива начали звучать нетерпение и гнев. Он терял контроль над всей этой ситуацией и нуждался в том, чтобы она наконец прояснилась. — В предсмертном, — Джеймс посмотрел на него, как на полоумного. — Хочешь сказать, ты не чувствуешь, что твой конец уже близок? И я здесь как раз для того, чтобы проводить тебя в мир, над которым уже не властны ни время, ни закон, ни какие-либо другие ограничения. Там будешь только ты и твои демоны. Но не волнуйся, Шерлок. Я думаю, тебе понравится на темной стороне. К тому же, — Мориарти приблизился к детективу еще на шаг и мерзко улыбнулся. — Быть мертвым теперь сексуально, — прошептал он. — Нет, — выдохнул Шерлок, отступив на шаг назад, — я должен найти выход из своих чертогов. Есть причина, по которой я должен выжить, я знаю это… — в голове всплыло то короткое, смутное воспоминание вечера, голоса и запаха в его квартире. Он все еще не мог найти в своем сознании недостающие части этой картинки, но чувствовал, что она как-то связана с этой самой причиной и поможет ему расставить все по своим местам. — Смирись, Шерлок. Ты застрял в своих мудреных чертогах, и теперь они стали твоей тюрьмой. Но выход из нее все же есть, — Мориарти медленно поднял руку с зажатым в ней пистолетом и нацелился на детектива. — Я помогу тебе освободиться быстрее, чем ты сделаешь это сам. — Нет! — Шерлок стремительно перехватил пистолет из рук злодея-консультанта и услышал оглушительный выстрел, отрезавший его от этой иллюзорной действительности.

***

Ты сидела в полутемной больничной палате около постели, на которой бездвижно лежал детектив. Джон уговаривал тебя пойти домой и отдохнуть, предлагая самому подежурить в эту ночь рядом с другом, но ты не согласилась. В своей пустой квартире ты чувствовала себя невыносимо одиноко и тревожно, не имея возможности наблюдать за ним и быть рядом, если он вдруг очнется. Шерлок пребывал в коме уже четвертый день, и пока полиции было неизвестно, кто стрелял в него. Подозрения падали на Магнуссена, но тот сам оказался вырубленным в собственном кабинете. Ты знала, что Шерлок видел нападавшего и, возможно, пытался его остановить. Даже несмотря на то, что детектив всеми фибрами души боялся и ненавидел этого неуловимого, скользкого типа со взглядом мертвой акулы. Кто бы ни стрелял в Шерлока, он хотел просто избавиться от свидетеля, это было предельно ясно. Но вот почему этот охотник за акулами не выстрелил детективу в голову или в самое сердце, чтобы убить наверняка, сказать было трудно. Возможно, просто промахнулся. Либо был весьма точен в своих расчетах и хотел, чтобы Шерлок все же выжил. Эти мысли прокручивались в твоей голове снова и снова, обрастая всевозможными догадками, домыслами и теориями, переплетаясь и запутываясь в один непроходимый лабиринт. Но правда была в том, что обдумывая все это, ты просто пыталась отвлечься от дикой тревоги, сидя рядом с таким непривычно безмолвным и бездвижным детективом. Тебе было страшно даже представить, что он может не очнуться. Пикающие в тишине приборы регистрации сердцебиения и пульса поддерживали твою отчаянную надежду на его возвращение, но при взгляде на это безжизненное лицо сердце заходилось мучительной тоской. Ты часто проводила пальцами по его прохладным заостренным скулам, гладила по спутавшимся волосам, укрывала своей ладонью его руку и рассказывала все, что происходило с тобой за день. Казалось, что Шерлок внимательно слушает, и вот-вот проснется и вставит какой-нибудь свой остроумный или едкий комментарий. Ты даже пыталась его как-то спровоцировать, говоря о том, что Скотленд-Ярд уже раскрыл все самые интересные преступления, пока он тут лежит без дела. Боже, ну он же Шерлок Холмс, он не мог такого допустить! Но и это не срабатывало. Ты продолжала все так же слушать тихий писк регистраторов, отвечавший за него на все твои реплики. — Шерлок, ты просто невыносим, — вздохнув, сказала ты разочарованным, но мягким тоном, сидя около его постели и смотря на бледное осунувшееся лицо. — Ты должен очнуться, ты нужен нам здесь. Без тебя ведь Англия падет. А представь, что будет с Джоном, Мэри, Майкрофтом, Молли, миссис Хадсон? Кто же будет портить им жизнь своим чудовищным характером несносного социопата? И кто будет портить мою жизнь? — ты почувствовала, как по щекам вдруг начали скатываться непрошенные слезы, падавшие прямо на его постель. Ты вытерла их ладонями и шмыгнула носом. — Другого такого специалиста в этом деле нам не найти. Так что, пожалуйста, Шерлок, ради спасения наших скучных, заурядных, лишенных всякой опасности и азарта жизней, прояви свою гениальность снова… И возвращайся. С грустью посмотрев на невозмутимое лицо мужчины, ты положила голову на край кровати рядом с его рукой. Ты очень устала за эти дни, и пара часов сна тебе бы все же не помешала.

***

Распахнув глаза, Шерлок с силой втянул воздух, закашлявшись от его резкого попадания в легкие. Он очнулся в посветлевшей гостиной все того же старого родительского дома, застывшего в своей призрачной тишине. Шерлок привстал с пола и понял, что он все еще находится внутри своих чертогов. Тяжело поднявшись на ноги, детектив начал осматриваться по сторонам, вспоминая, кого видел здесь в последний раз. Мориарти. Противник исчез, не оставив после себя ни следа. В голове пронесся оглушающий звук выстрела. Шерлок осмотрел себя. Он был цел. Значит, у него все еще есть шанс выбраться из этой чертовой западни в своем сознании. Нужно лишь добраться до выхода из дома. Детектив был уверен, что, покинув его, очнется в реальной жизни. Если только ему вновь не помешают собственные страхи и демоны, поджидающие за углом. Шерлок вышел из гостиной, направившись севернее, в сторону кухни. Он помнил, что там был черный ход, через который можно было уйти быстрее, чем через парадную дверь. Переступив порог просторной светлой комнаты, детектив остановился, как вкопанный. Внезапно он вспомнил, каким образом оказался запертым здесь, в своих чертогах. Вспомнил благодаря этой встрече, которую ждал и боялся одновременно больше всего. Облокотившись о кухонный гарнитур, с дымящейся кружкой в руках стояла Мэри. Она потихоньку отпивала свой чай и смотрела на вошедшего Шерлока абсолютно спокойным взглядом. Он стоял в дверном проеме и не мог пошевелиться. «Если она попытается выстрелить снова, вряд ли в этот раз промахнется», — мимолетно пронеслось у него в голове. — Здравствуй, Шерлок, — будничным тоном поприветствовала его Мэри, чуть улыбнувшись. — Рада видеть тебя невредимым. Хочешь чаю? — заботливо поинтересовалась она. — Здравствуй, Мэри, — ответил он низким голосом, все же сумев взять себя в руки и сократить расстояние между ними на пару шагов. — Нет, спасибо. Все, чего я хочу – это узнать, почему ты, прицелившись в упор на расстоянии двух метров, не убила меня. Ведь это не было твоим случайным промахом, я прав? — Прав, — кивнула женщина, не опуская своего внимательного взгляда, — но я ни за что не убила бы тебя, дорогой. Просто ты явился не в самый подходящий момент. Я пришла, чтобы рассчитаться с подонком Магнуссеном, а ты мне немного помешал, — она сделала небольшую паузу, наблюдая за реакцией Шерлока и, вздохнув, продолжила. — Моя жизнь… была совсем другой до встречи с Джоном. И я бы очень хотела, чтобы ты не рассказывал ему все, что успел узнать обо мне, пока я сама не буду к этому готова. Пообещай мне, что до тех пор будешь молчать. — Я знаю наверняка лишь одно — что ты прекрасная лгунья. Я подозревал что-то неладное с нашей самой первой встречи, но такого… Не ожидал даже я. Вы умеете удивлять, Мэри Ватсон. Или мне стоит называть тебя как-то по-другому? — Шерлок пристально смотрел на жену своего лучшего друга, неожиданно ставшую для них обоих незнакомкой. — Пожалуйста, — она отставила свою кружку в сторону и умоляюще посмотрела на детектива, — пожалуйста, Шерлок, не делай этого. Я не перенесу, если Джон узнает все таким образом. Он сделал меня такой счастливой, какой я никогда раньше не была. Теперь я другой человек. — В этом я сомневаюсь, — холодно отозвался мужчина. — Но в одном ты права. Ты должна сделать это сама. Расскажи ему все, он имеет право знать. — Да, имеет, — тихо отозвалась Мэри, с искренним раскаянием заглянув детективу в глаза. — Я прошу у тебя прощения, Шерлок, за то, что так поступила с тобой. Но поверь, я пыталась спасти твою жизнь, пусть это и выглядело совершенно наоборот, — сказала она. — И сейчас ты должен вернуться к нам, в тебе нуждаются. Не думал же ты, что твоя смерть станет для всех облегчением? — с дрогнувшей на губах улыбкой спросила миссис Ватсон. — Такая мысль у меня возникала, — с легкой грустью ответил он. — И все еще возникает? — Нет, — он перевел взгляд куда-то в сторону и задумчиво сказал. — Теперь что-то удерживает меня и не дает покоя. Какое-то невнятное воспоминание, о чем-то или о ком-то, которое кажется таким знакомым, но все время от меня ускользает. — Попытайся вспомнить, Шерлок, — в голосе Мэри зазвучала мольба. — Это важная часть твоей жизни, которую ты ни за что не должен упускать. Поэтому тебе пора выбираться из своих чертогов. Я уйду через эту дверь, но тебе за мной нельзя. Найди свой собственный путь и возвращайся. Она ждет тебя, — с этими словами женщина развернулась и вышла через черный ход кухни, оставив Шерлока наедине со своим сознанием. — Она ждет тебя… — эхом повторил детектив. И тут он услышал это. Где-то вдалеке тихий голос произнес слова, которые будто пронзили все его существо разрядом электричества: «Шерлок, ты просто невыносим…» Эта фраза прозвучала для него так необычно. Она была произнесена не в том сердитом или раздраженном тоне, который он привык слышать практически от каждого. Она прозвучала с… нежностью и теплотой, сжавших его сердце. Наконец он осознал, что за мысль не давала ему покоя все это время. Она словно пряталась от него на самом видном месте. Это была именно та причина, по которой он стремился выбраться из своих чертогов и очнуться. Наконец, он ее вспомнил. Шерлок пошел на звук голоса, еле слышно повторявшего эту фразу, эхом разлетавшуюся по пустому дому. Это был тот же самый голос, который детектив слышал в своем коротком видении, где он сидел в гостиной на Бейкер-Стрит. Теперь мужчина точно знал, кому он принадлежит. Шерлок блуждал по комнатам и коридорам своих чертогов в поисках его источника, но никак не находил. Он пытался выбраться, дергая за ручку входной двери дома, но та была наглухо заперта и не поддавалась. Шерлок начал впадать в панику, почувствовав себя как зверь, загнанный в клетку. Он прислушивался и оборачивался вслед за затухавшим голосом, пока не увидел в одном из проходов высокую изогнутую лестницу, озаренную столпом яркого света. «Шерлок, ты просто невыносим… Прояви свою гениальность… И возвращайся...» Здесь голос звучал громче всего и доносился до него откуда-то сверху. Значит, это и был тот самый путь, о котором ему говорила Мэри. Что ж, пора возвращаться к реальности. Поднимаясь по бесконечно длинной и светлой лестнице, детектив хватался за перила, отчаянно стремясь наконец вырваться из этой ловушки в своей голове. Но каждый его шаг отдавался адски сверлящей болью в груди, становившейся все сильнее по мере того, как Шерлок поднимался наверх. Стиснув зубы, он преодолевал эту боль со всеми оставшимися у него силами, цепляясь за ведущий его голос. Добравшись до последней ступеньки и перешагнув через нее, он тяжело выдохнул и прерывисто, мучительно рассмеялся. Прежде чем вступить в ослепительную белоснежную арку, показавшуюся впереди, Шерлок перевел дыхание и с улыбкой ответил своему невидимому проводнику к свету: — Я знаю, Т/И. И раз ты сама об этом просишь… То придется тебе еще какое-то время меня потерпеть.