Глава 5.

      Гермиона не заметила как прошли все уроки и осталась только защита от темных искусств. Даже новую преподавательницу трансфигурации она слушала в пол уха, хотя её программа была более чем занимательна.       Она медленно шла к кабинету ЗОТИ когда справа от нее появилось улыбчивое лицо Тео. - Мы снова встретились. Гермиона не знала как реагировать на такое радушие и просто кивнула. - Как тебе мадам Мукунда? Очень интересный подход к магии, тебе не кажется? - Да, но разнообразие не помешает не так ли? Если широта взглядов позволяет. - Ооо, мои взгляды невероятно широки,- нахально усмехнулся Теодор, поглядывая на девушку. - А твои? - В них явно умещается общение со слизеринцами,- наконец улыбнулась она. - Годрик тобой бы гордился, у него тоже был друг слизеринец! - захохотал парень настолько заразительно, что Гермионе тоже захотелось. Это было удивительно, но в тоже время так обычно, идти с сокурсником на урок и смеяться. Болтать о занятиях, не думая о том кто он, и чего можно от него ждать. Так улыбаясь они зашли в класс и тут же наткнулись на кучу удивленных взглядов.             Гермиона стушевалась, а Тео уверенно пошел к столу стоящему в первом ряду. Преодолев секундное замешательство она направилась за ним. По классу прокатился шепоток и затих когда появился новый профессор.       Он поднял руку призывая к тишине и обвел всех внимательным взглядом. - Как вы знаете, защита от темных искусств, предполагает глубокое знание магии и заклинаний. Но как показывает практика для успешного противостояния вы должны быть физически подготовлены и подкованы во многих областях. Например для того чтобы противостоять непростительному заклинанию "Круциатус" есть несколько способов. Наложение этого проклятия требует нескольких действий, ты должен видеть противника или достаточно ясно представлять его, это составляющая цели, а так же ты должен достаточно сильно хотеть причинить ему боль, это составляющая воли. Противостояние первой составляющей довольно простое, достаточно спрятаться и если противник не очень хорошо вас знает, то сосредоточиться на вашем образе ему будет сложно. С составляющей воли что то сделать сложнее. Скорее всего если ваш противник дошел до использования непростительных заклятий, поколебать его волю будет непросто. Либо, ваша воля должна быть значительно сильнее воли вашего противника. Но есть и еще один способ. И он тоже не очень прост, но возможно это будет поводом вам тренироваться лучше. Вы можете превратиться в нечто не чувствующее боли. Например в насекомое. На этом моменте он улыбнулся и посмотрел прямо на Гермиону. Она подумала что он видимо в курсе ее дел со Скиттер, но не представляла откуда. - Практически любое заклинание или проклятие в той или иной мере состоит из этих составляющих. Щитовые чары практически полностью зависят от вашей воли и концентрации. Заклятие патронуса требует от вас сосредоточенности и добрых воспоминаний. "Петрификус тоталус" и оглушающее заклятие требуют одновременно и воли и точности. Я знаю что вы через многое прошли и уже участвовали в битвах, так что давайте перейдем к практическим занятиям. Мисс Грейнджер, прошу вас помочь мне. Сейчас мы с мисс Грейнджер продемонстрируем вам прямое противодействие заклятию "Экспелиармус". В начале я буду атаковать вас, а вы защищайтесь. Гермиона послушно вышла вперед и подняла палочку. Она внимательно смотрела на молодого мужчину стоящего перед ней и вынуждена была признать что Падма была права, он был привлекателен, и львиную долю этой привлекательности составляла его внутренняя сила и уверенность сквозившая в каждом жесте. Разглядывая его, она уловила начало движения его руки и сразу же выкрикнула - Протего! Он произнес "Экспелиармус" всего на долю секунды позже, и его заклинание врезалось в щиты с такой силой что почти развеяло их.       Гермиона сразу же усилила свои чары, но сила заклинания профессора истощала её защиту очень быстро. Это не могло продолжаться долго и наконец его заклятие прорвало защиту и палочка Гермионы отлетела в проход между столами. - Вы отлично держались мисс Грейнджер, поднимите свою палочку и мы поменяемся ролями.       Гермиона пробежала между рядами столов высматривая палочку на полу. Наконец, найдя ее, она потянулась чтобы поднять и в этот момент перед ней мелькнула белая шевелюра и Малфой распрямился протягивая ей искомое. Его лицо ничего не выражало, но это было вдвойне странно. Гермиону тут же с головой накрыло воспоминание сегодняшнего утра и она густо залилась краской. Буркнув спасибо, она схватила палочку и поспешила к доске, глубоко дыша и пытаясь вернуть своему лицу нормальный цвет. Когда она проходила мимо первого стола, Теодор легонько коснулся её локтя и прошептал: - Ты молодец! Гермиона чуть не споткнулась от такой поддержки и в очередной раз задалась вопросом, что не так с этими слизеринцами. Профессор Эйвори уж ждал её, заложив одну руку за спину, а вторую полусогнув и держа на уровне живота, с обманчивой расслабленностью. - В этом раунде вы будете пытаться меня обезоружить, а я буду вам противостоять. Прошу начинайте когда будете готовы. Гермиона опустила глаза, потрясла рукой с палочкой чтобы расслабить ее и скосила глаза на Нотта, который с восхищение пялился на неё.       Резко вскинув руку она выкрикнула "Экспелиармус". Но сияние щита возникло вокруг профессора наверно за секунду до этого. Гермиона снова и снова выкрикивала заклятие, но оно разбивалось о плотно окутывающий преподавателя щит. Нужно было что-то еще, что отвлечет его внимание и не даст вовремя поставить чары. Ещё несколько раз бросив в него "Экспелиармус", Гермиона резко перевела палочку на его стол и выкрикнула "Экспульсо", метя в перо стоящее в чернильнице. Раздался хлопок, полыхнула вспышка, щит профессора отвлеченного взрывом начал таять, но прежде чем она успела выбить у него палочку, он выкрикнул "Силенцио" и начал довольно улыбаться. - Как видите иногда соперника не обязательно обезоруживать достаточно лишить его возможности... - фразу он закончить не успел, так как палочка вылетела у него из пальцев и по дуге улетела в дальний угол помещения. - И никогда не недооценивайте его возможностей.- весело закончил он. - Если кто не понял, мисс Грейнджер, владеет невербальной магией, так что ей не обязательно произносить заклинания вслух. Это тоже неплохой способ застигнуть противника врасплох. Сегодня я хочу узнать ваше умение использовать защитные чары, попробуйте обезоружить противника и защититься от обезоруживания. Все встали и проффесор движением палочки сдвинул столы к стенам. Ученики разбились на пары и начали тренироваться периодически палочки отлетали в стороны, а профессор Эйвори хвалил или подсказывал что то. В конце урока он еще раз всех похвалил и дал задание приготовить к следующему занятию список небоевых заклинаний которые могут пригодиться в бою. - Мисс Грейнджер, подойдите ко мне пожалуйста. - Да , профессор? - Мне известно что вы были одной из основателей Отряда Дамблдора, я хотел бы организовать кружок продвинутого изучения защитной магии, что то вроде предварительных тренировок авроров, для тех кто планирует начать свою карьеру в отделе магического правопорядка. Гарри рекомендовал вас для помощи в организации. Как вы на это смотрите? Немного помолчав в раздумье гермиона наконец покачала головой. - Простите, но сейчас я бы хотела заниматься чем то более мирным и забыть про борьбу. Вам стоит попросить Невилла, именно он возглавлял отряд во время войны. Они выпили немало крови у пожирателей управлявших школой. Или к Дину он тоже очень искустен в защитной магии. Простите. - Ничего, я вас понимаю. Спасибо за совет. - Кивнул профессор и начал высматривать указаных парней в классе. На выходе из кабинета ее уже ждал Нотт. - Ты была великолепна. Одолеть Аврора это круто. - Я не думаю что он сражался в полную силу, это же был учебный поединок. - Он был очень удивлен когда ты использовала невербальное заклинание. Нас почти не учили им. - Мы учились этому на пятом курсе в отряде Дамблдора. - Ааа, это многое объясняет. Вы неплохо позлили тогда эту жабу Амбридж своим отрядом. - А вы со своей дружиной неплохо ей помогали. Теодор немного смутился, но все равно улыбнулся: - Мне нужны были дополнительные баллы по прорицаниям, а ходить на занятия к Трелони я не хотел. Гермиона хмыкнула. - Ладно спрашивай что ты хотел. Сразу хочу сказать, что бы ты не думал никаким экспертом в маховиках я не являюсь. Не знаю, откуда тебе известно, что я пользовалась одним из них, но пользоваться не значит знать принцип работы. И еще одно, зачем это тебе? Все маховики были уничтожены в отеле тайн, а изготавливать и использовать их запрещено. Так что выкладывай начистоту, что ты собираешься делать с этой информацией иначе я не скажу тебе ничего. Теодор остановился у арки в галерее по которой они шли и поднял глаза к к квадратику пасмурного неба над внутренним двором. Он тяжело вздохнул и видимо собравшись с мыслями, глухо сказал: - Я не собираюсь изготавливать маховик. У меня он есть.

***

      Где то вдалеке сверкнуло и прокатился раскат грома. Гермиона стояла опершись о холодную стену и пыталась уложить в голове рассказ Нотта.       Он действительно владел маховиком который сделала его мать. И с ним вероятно была связана ее гибель 10 лет назад. Отец ничего не рассказывал сыну об обстоятельствах ее исчезновения, ограничившись словами о том, что одно из ее изобретений пошло не по плану. Только после его гибели Теодор получил доступ к ее лаборатории где и прочитал в её дневниках о том над чем она работала. Маховик был там же. - Ты считаешь она застряла где то во времени и не может вернуться? Почему ты не пошел в министерство? - Не будь такой наивной, разве кто то стал бы слушать сына пожирателя? Маховик просто уничтожат и всё. Гермиона кивнула, соглашаясь что сморозила глупость. - Ты пробовал что то делать с ним? - Нет конечно, я не знаю принципа работы, мама ничего не писала в дневниках о нем. Просто выводы и свои размышления о природе времени. - Боюсь я не смогу тебе помочь. Я действительно ничего особо не знаю о том как они работают. Только поверхностно о хронопотоках, сохранении причинности и ограниченности действий. Возможно специалисты из отдела тайн смогут помочь тебе. - Нет я не могу так рисковать. Не сейчас, когда у меня есть хотя бы призрачный шанс вернуть ее. Пожалуйста не сообщай никому об этом. Я попытаюсь разобраться сам. Самое плохое что может случиться это то что я сам исчезну вслед за ней. И тогда ты сможешь сообщить обо всем в министерство. Гермиона с усилием кивнула. Это противоречило ее принципам, но она никак не могла оставить без внимания его желание вернуть мать. - Покажи мне её дневники, возможно я смогу что-то понять. И тебе обязательно надо поискать информацию в запретной секции. В библиотеках чистокровных семей обычно есть древние книги ты смотрел у себя? - Понимаю что ты невеликого мнения о моих умственных способностях, но об этом даже я догадался, - усмехнулся он. - В нашей семейной библиотеке нет ничего подобного. Расскажи мне что ты знаешь, пока что я даже приблизительно не представляю что искать. Гермиона зажмурилась и с силой потерла виски. - Я должна подумать Теодор. Я не хочу вешать ярлыки или в чем то обвинять тебя. Но твоё прошлое, твоя семья, слишком многое о тебе говорит. Тео опустил голову и сжал кулаки. - У тебя нет причин мне доверять, я понимаю. - когда он поднял голову и посмотрел на нее, из его темных глазах его лилось отчаяние. Не выдержав этого Гермиона отвела взгляд к небу затянутому серыми тучами. Глазу не за что было зацепиться и она перевела взгляд на башню старост. Там на балконе под начинающимся дождем стоял Малфой и сложив руки на груди наблюдал за ними. Быстро отвернувшись к арке спиной Гермиона положила ладонь на локоть Тео. - Я не сказала нет. Мне надо к Макгонагл, проводи меня, - и почувствовав как он вздрогнул, быстро добавила,- я ничего не скажу ей. Мне надо передать ей отчет о старостах. Идем, расскажи мне пока о том что ты знаешь.

***

      Быстро передав отчет директрисе и коротко рассказав об их вчерашнем собрании, Гермиона поспешила в свою комнату что бы переодеться перед ужином. Голова пухла от информации которую требовалось переварить. Она снова и снова прокручивала слова Нотта пытаясь найти хоть намек на подвох и не находила. Все его реакции выглядели искренними, сыграть такое не представлялось возможным. В конце концов подходя ко входу в гостиную старост, она решила, сначала побольше узнать о том что написано в дневниках его матери и только после этого выдавать ему какую то информацию.       Остановившись перед портретом "Пажа с тростью", она на секунду оглянулась на балкон, с которого час назад, на них с Ноттом, смотрел Малфой и в этот момент из ниши со статуей вытянулась бледная рука и крепко схватив её за запястье втянула в темноту.       Крепкая рука прижала ее поперек груди к холодной пыльной стене за изваянием, а холодная ладонь с длинными пальцами закрыла рот не давая вымолвить ни звука. Лицо с горящими глазами наклонилось так близко что их разделяло всего несколько сантиметров. - Что это вы там так мило обсуждали с малышом Тео, а? Золотая девочка прониклась нежными чувствами к слизеринцам? Что ты ему рассказала про меня? Отвечай! - прошипел ей в лицо Малфой. Она что-то невнятно промычала и попыталась укусить его за ладонь. Отдернув руку от ее лица, он заметил что свободной она пытается дотянуться до палочки и перехватил ее прижав к стене над головой. - Ты совсем с ума сошел, Малфой?! - зашипела она извиваясь и безуспешно пытаясь вырваться. - Ты долбаный параноик. Мы говорили вовсе не о тебе! Отпусти меня немедленно! - Так я тебе и поверил! О чем еще тебе говорить со слизеринцами. - Не твое дело, с кем и о чем я разговариваю, отпусти меня немедленно или я закричу!!       Она начала дергаться еще ожесточеннее и Драко пришлось навалиться на нее всем телом что бы удержать на месте. Он смотрел на нее сверху вниз тяжело дыша и старался что бы она видела в его лице ту ярость и презрение что он испытывал. Внезапно она затихла и покраснела так что он увидел это даже в полумраке. Её лицо горело, но губы уже сложились в ехидную ухмылку. - Это твоя волшебная палочка или ты рад меня видеть? - прошептала она и абсолютно бестыдно повела бедрами.       И только сейчас Драко понял что тугой узел скрутивший его внутренности состоял не из гнева и ярости, а из чего то другого. Такого о чем он запрещал себе думать, сегодня когда смотрел как они переписываются с Тео, или утром в гостиной когда он коснулся её совсем не так как должен был. Или вчера когда она испуганная сидела на земле глядя на него невидящими глазами, а он только и думал о том что бы не пялиться на ее ноги.       Молчание затягивалось. Драко точно знал что единственно верным сейчас было бы отпустить ее и уйти. И больше никогда в жизни не заговаривать с ней. И вообще, было бы неплохо, сброситься с башни астрономии от стыда. Он медленно отстранился, хотя всё его нутро кричало что это не то чего он хочет, и судорожным движением откинул челку назад. - Надеюсь ты всё поняла.,- он на секунду споткнулся явно желая ее как то обозвать, но понимая, что не может сказать, именно то слово. -Грейнджер!- наконец выдавил он вложив в ее имя, весь оставшийся у него запас презрения.- Если ты посмеешь хоть что-то, кому-то, про меня рассказать, ты очень сильно пожалеешь! - Ах, оставь свои юношеские фантазии при себе, Малфой. У меня есть занятия поважнее чем обсуждать кого-то вроде тебя! - опять яростно зашипев, она ткнула его пальцем в грудь. - Приди в себя наконец! И повзрослей! И ради Мерлина выпусти меня уже из этого пыльного угла!       Малфой с недоумением понял, что он до сих пор перекрывает ей путь к отступлению и всё еще стоит непозволительно близко, от чего горячий узел внизу живота скучивался всё туже.       Гермиона смотрела на него и не верила в происходящее. Его уши пылали как лучи маяка над ночным океаном, лицо выражало такую дикую смесь растерянности, гнева и какого непонятного голода, так изнывающий от жажды смотрит на стакан воды посреди пустыни. Это уже не говоря о том что она почувствовала бедром когда он прижимал ее к стене. Что бы она не думала о том что произошло утром или вчера вечером, это могло быть просто двусмысленное поведение, но это неприкрытое возбуждение, нахально прижатое к ее телу, внезапно не столько испугало ее, сколько обожгло и подпалило какой то невидимый пожар в ней самой.       Ее лицо горело от стыда, но тело как будто хотело чтобы он снова прижал ее к этой стене, навалился всем своим весом, что бы стало трудно дышать и не отпускал вообще никогда.        Эти дикие ощущения накрывали ее волнами, а коленки уже начали дрожать. Гермиона судорожно вдохнула и собрав остатки воли в кулак, толкнула Малфоя в грудь, и воспользовавшись освободившимся проходом, выскочила в коридор и побежала прочь от него.