Длань Технократии

Сумрачным предрассветным часом, когда туман ещё стелился по земле, а первые лучи солнца лишь едва золотили кромку неба, войско лорда Нерда бесшумно подошло к деревне. Воины закованные в потрёпанные кольчужники, с лицами, скрытыми бармицами и грязными платками. Впереди, на вороном жеребце, возвышался лорд Нерд: его плащ, пропитанный предрассветной сыростью, тяжело ниспадал с плеч, а в руке он сжимал глефу. Без предупреждения, они ринулись в деревню, тишину разорвали лишь пронзительные крики пробудившихся крестьян, некоторые из них применяли магию огня, но что могут несколько послушников против воинов число не менее сотни человек? Первые дома уже пылали, воины врывались в избы, выбивая двери сапогами, вытаскивали полуодетых людей на улицу. Кто‑то пытался сопротивляться старик с вилами, юноша с топором, но их усилия были тщетны. Сталь алебард и шестоперов лорда Нерда быстро пресекала любые попытки отпора, кровь алела на утренней траве, смешиваясь с росой. Женщины и дети метались между горящими постройками, но повсюду их настигали безжалостные захватчики. Когда последние защитники пали, а крики смолкли, началась расправа над имуществом, воины лорда Нерда врывались в амбары, выламывали сундуки, хватали всё, что представляло хоть малейшую ценность: зерно, утварь, одежду, скотину. Они переворачивали всё вверх дном, разбивали то, что не могли унести, смеялись, когда огонь пожирал годами накопленное добро. К полудню от деревни остались лишь дымящиеся руины. чёрные клубы дыма поднимались в небо, а пепел кружился в воздухе, словно траурный снег. Лорд Нерд, стоя на холме, наблюдал за пожарищем, его лицо оставалось бесстрастным, лишь лёгкая усмешка тронула уголки губ, когда он развернул коня и дал знак войску двигаться дальше. В походном шатре лорда Нерда царил полумрак, рассекаемый лишь дрожащим светом масляных ламп, тяжёлые бархатные занавеси приглушали шум лагеря, оставляя лишь отдалённый лязг оружия и приглушённые голоса стражников. Нерд восседал на резном походном троне, изучая свитки с донесениями, иго лицо, изборождённое шрамами, оставалось непроницаемым, пальцы с массивными перстнями неторопливо постукивали по подлокотнику. В углу, почти сливаясь с тенями, замерли двенадцать наложниц - юные, облачённые в тонкие шёлковые одежды, они знали своё место: молчать, служить, не привлекать внимания, но одна - с тёмными, как ночное небо, волосами и глазами, полными невысказанной боли, - сделала несмелый шаг вперёд. - Господин - её голос, тихий, но твёрдый, разорвал тягучую тишину. - Зачем вы проливаете столько крови? Эти люди… они не воины. Они просто хотели жить. - Остальные наложницы замерли, затаив дыхание, кто‑то прикрыл рот рукой, кто‑то невольно отступил назад. Смелость этой девушки граничила с безумием в Технократии, где женщина не имела права даже говорить с мужчиной без дозволения, она осмелилась не просто заговорить, но и упрекнуть самого лорда. - Они не воины, это так... Но они маги, четвертая заповедь гласит "Убей мага, ибо грех потворства демоническими силам искупляется, лишь в священном огне." - Нерд медленно поднял взгляд, в его глазах вспыхнул огонь, эти глаза, наложница вспомнила как она смотрела в них, когда он вырезал её родную деревню. А после всех оставшихся в живых крестьян сожгли на костре, тогда ей было семь и лорд взял её в качестве ученицы писаря, а когда ей исполнилось 12, она поступила в техно-церковную школу, где проходила обучение до 19 лет. И вот теперь она служит ему в качестве писаря, хотя и носит клеймо наложницы, лорд всегда пренебрегает ей. - Ты забываешься - произнёс он холодно, и в его тоне прозвучало предупреждение. - Твоё дело записывать то что велю и молчать, раз уж в постели от тебя толку нет. - Нерд встал и схватив её за горло поднял одной рукой, но девушка задыхаясь прохрипела: - У всех есть право на жизнь, господин, а у этих людей дети, дома, мечты. Вы отняли всё. На мгновение в шатре повисла грозовая тишина, Нерд бросил её на пол, одна из наложниц застонала, ей нравилось когда лорд проявляет жестокость, особенно она любила присутствовать на пытках пленных магов, они такие сильные и выносливые, но Нерд мог заставить их молить о пощаде. А сейчас ей хотелось чтобы он выпотрошил эту выскочку, а потом принялся за неё, лучше всего если он возьмёт свою плеть и хорошенько высечет её. - Ты смеешь судить меня? - Голос лорда звучал тихо, почти ласково, но в этом спокойствии таилась угроза. - Ты, чьё существование лишь милость внимания урожденного технократа? Девушка подняла голову, встретив его взгляд: - Я смею говорить правду, потому что молчание это потворствование, всей этой мерзости. - Ты либо безумна, либо храбра сверх меры - наконец произнёс он. - Возможно даже возбуждает, но нет. Ты площе чем Земля, я не могу понять почему не могу убить тебя. Ты же просто мерзость, ошибка природы, у тебя не должно быть детей, ибо сказано "Чистота формы, лишь первозданная и незабвенная должна передаваться в веках" - Вот взгляни как должна выглядеть дева! - С этими словами лорд одним движением руки, сорвал накидку с среброволосой наложницы, демонстрируя её большую стоячую грудь, узкую талию и широкие бёдра. - Ты должна быть такой же, но... Какое разочарование.