Часть 1 - Слёзы.

Нёвиллет стоял и тянул руку, он словно хотел поймать момент, но какой? Последний танец? Последние слова? Последнюю улыбку на её лице перед тем, как прозвучит приговор. Сила, что таилась внутри, стала снова его. Взлетев высоко в небо, он произнес слова, что ждали 500 тысяч лет. — Люди Фонтейна, я прощаю вам ваши грехи. — Дождь замирает, а с ним и весь город. Ему надо было сделать последнее дело, он быстро оказывается внизу. В театре всё разрушено, всё сломано и царит хаос. Фурина сидит на скамье подсудимой, по её щекам текут слёзы, а вода всё прибывает. Стукнув тростью, он подхватывает её тело своим хвостом и относит его в безопасное место. — Нёвиллет? — Фурина пытается встать, но её ноги не слушаются. Она не может помочь даже сейчас, тянет руку к судье, но тот пропадает. Девушка облокотилась. Её дыхание затруднено; она пообещала, что проживёт эту жизнь, а значит, у неё всё получится. Еле встав, она пытается идти к эпицентру, но сильный поток бездны не даёт ей подойти. Внезапно воронка пропадает и остается огромная пустота. Девушка поворачивается и слышит голоса на улице. Она выходит из театра и закрывает рукой солнце, что слепит её. Все счастливы, все плачут от осознания того, что всё кончилось, а Фурина стоит и смотрит, как её жизнь меняется, уходя в другое русло. Я сидела на берегу озера и размышляла: благодаря Клоринде у меня есть дом, но я не могу быть обузой для неё и для всех. Мне надо найти работу, найти занятие по душе — и тогда я смогу отплатить ей. Я встала и отряхнула свои шортики и коленки. — Эй, красавица, что это ты тут делаешь? — Разбойники. Что они тут забыли? Я отхожу в сторону. — Иди сюда, тебе понравится. — Я захожу в воду, пытаюсь что-то увидеть, но ни одного острого предмета, чтобы защищать себя. Рядом со мной появляется ящероподобный хвост, он сносит всех с ног. — Госпожа Фурина. — Около дерева стоит Нёвиллет. «Как он тут оказался?» Он медленно подходит. Я выхожу из воды и иду к нему. Кажется, словно я не видела его вечность… Такое странное чувство. — Нёвиллет, как же я рада тебя видеть! Спасибо, что спас мою жизнь. — Я так счастлива, что кажется, будто мои глаза светятся на солнце. Он улыбается, я замечаю у него клыки. Неужели это его истинный облик? Или я не обращала внимания на это раньше? — Как ты? Они тебя не задели? — Нет… — Я разглядывала его, словно мы с ним давно не виделись. Что-то ищу в его внешности, но что? Его рука коснулась моего плеча. Я вздрогнула от неожиданности. — Ты вся мокрая, — он накидывает на меня свой плащ, его запах — как морской бриз. Я не хочу снимать его плащ. Мы идем в безопасную сторону. Так тепло и комфортно, словно меня укрыли той нежностью, которой мне не хватало. — Как ты нашёл меня? — Я вышел, чтобы подышать воздухом, — он смотрел прямо, а я старалась не отводить взгляд от тропинки. — После почувствовал, что ты в опасности. После пробуждения силы я стал очень чувствительным. Мы дошли быстро. Придя в его кабинет, я села на диван. Мои носки были мокрыми, как и ботинки, а ноги — ледяные. Я кутаюсь в его плащ, хочу это тепло и… — Фурина, — голос Нёвиллета заставляет поднять взгляд. Он протягивает мне новую пару обуви и гольфы. Я смущенно забираю. Нёвиллет садится на колено и смотрит на меня. Его рука коснулась раны, я зажмурилась. «Как это получилось?» — в растерянности я отвожу взгляд. — Я позову Сидживин. Побудь тут, пожалуйста, — он встает и направляется в сторону двери. — Я попрошу одну из мелюзин подать для тебя чаю и… — он словно задумался. — Торт или круассан? — Можно просто чаю. — Я тебя понял. — Он выходит. Не хочу сейчас сладкого. Я встаю и осматриваю его кабинет. Я так давно тут не была, ничего не изменилось даже. Подхожу к столу — снова он весь в делах, у него так много документов. Пройдясь рукой по столу, замечаю небольшую папку с подписью «Фурина де Фонтейн». Я боролась с собой, но любопытство взяло верх. Я потянулась за папкой, но услышала шаги. Подойдя к дивану, я сразу села. Двери раскрылись, и мелюзина вместе с небольшим столиком на колёсиках заехала внутрь. — Госпожа Фурина, — она остановилась и показала на столик. Боже, это же сладости Навии! В животе предательски заурчало. — Меня зовут Анет. Месье Нёвиллет попросил для вас самого лучшего чая и сладостей. Но ведь я просила только чай. Как же мне потом расплатиться за это? Малышка налила мне чай и поставила сладости. Взяв кружку, я начала остужать жидкость в чашке. Рукам стало тепло, а по телу побежали мурашки. Анет ушла. Я перевела взгляд на стол, меня всё ещё смущала эта папка. Через некоторое время пришел и сам Нёвиллет, а за ним — Сидживин. Я сделала вид, что не видела ничего. — Как ваша нога? — Побаливает. Я даже не знаю, как так вышло. Не обратила внимания даже. — Я поставила чашку на столик. Нёвиллет сел за свое место, но я вроде не трогала ничего. Поэтому думаю, что там ничего не видно. — Вот так. — Мне обработали рану. Я разглядывала милый пластырь с нашим Герцогом. Даже такое продается у нас в Фонтейне. — Как почувствуете, что нога не болит, можете идти домой. — Спасибо большое. Сколько мне заплатить? — я потянулась за морой, но её маленькая рука накрыла мою руку. — Ничего, месье Нёвиллет всё сам сделал. Я перевела взгляд: он сидел и серьезно что-то рассматривал. Надо будет отплатить ему должным образом. Сидживин ушла, мы остались наедине. — Пей, тебе надо согреться. — Спасибо, как будет время, я отдам тебе. — Не стоит, Фурина. — Но… — он посмотрел на меня, мне хватило этого взгляда. Его глаза, они стали другими, опять же. Может, это потому, что я не обращала внимания на это раньше? — Я бы хотел, чтобы ты осталась до вечера со мной. Я не могу допустить, чтобы на тебя напали по дороге. — На улицах Фонтейна фонари, вечером там людно, — попыталась отговорить его от этой затеи. — И всё же, я не могу проводить своего друга до дома? — Можешь, конечно, — поджимаю губы, ох… Весь день я сидела с ним в кабинете: пила чай, читала его книги и сборники. Слушала о том, как он разбирает документы, письма и конверты с благодарностями. Но когда я отвернулась, я почувствовала на себе странный взгляд. Словно я была мышкой в ловушке, словно меня хотели съесть, но, как только я повернулась, всё было на своих местах. Ближе к вечеру Нёвиллет отдал мне все сладости, что были привезены Анет. Я попыталась отговорить его, ведь мне нечем это оплатить, но он настоял на том, что это всё от мелюзин: «Они узнали, что ты здесь, и принесли свои подарки». Я смотрела на большие упаковки. Не знаю, что делать теперь, у меня сладкого на весь год! Я была рада, но внутри было неудобно. Когда мы вышли, мои вещи забрали меки. Мы направились в сторону моего дома. — Я очень рад, что смог увидеться с тобой сегодня. — Я тоже рада. Мы так давно не говорили, так давно не ходили вместе, — я опустила взгляд, смущенная тем, что сказала. «Глупая!» — Тогда позволь пригласить тебя завтра в театр. Говорят, там новое представление, оно произвело фурор. — Нёвиллет… — мои щеки слегка порозовели. — Я согласна, — слова сами вырвались из меня. — Мне очень приятно это знать, — я смотрела на него. Мне так хотелось, чтобы он погладил меня по волосам или по щеке. Словно его взгляд говорит об этом, но он молчит. Попрощавшись, я ушла к себе. Я разбирала все угощения, что только были от мелюзин. Так приятно знать, что меня не забыли, что меня помнят и помогают. Я должна найти работу, я должна отплатить Клоринде и Нёвиллету. Я поставила себе цель и я иду к ней.