План.

Роблоксия — это не просто страна. Это целый мир. Каждый предмет, как и житель имеет свой код. Он может быть как длинным, так и коротким, а также иметь приписки различных характеристик и функций, некоторые из которых изменяемы. Если, предположим, сломалась какая-то вещь, то у неё в характеристиках меняется код. Можно починить вручную, то есть повлиять на код, не влезая в него. Но есть и другой способ. С использованием специального прибора, чем-то похожим на ноутбук, тем, кто разбирается в кодировании, доступно влезть в код и изменить его, даже не притрагиваясь к предмету. Это не админ-панель тех самых богов, кто смотрит за жителями, так что если не то изменить или ошибиться, то ничего не произойдёт. Насколько известно, на многие части кодов установлены ограничения, чтобы их никак нельзя было изменить. Особенно много ограничений для простых жителей Роблоксии. А преимущество кодовиков было замечено в скорости решения проблем. Что может быть ещё интереснее возможности изменять что-то таким образом? Для живущего без данных технологий Исааку — ничего. Он хотел знать больше, знать как можно больше кодов, возможностей их изменения, как и иметь такой прибор. По его мнению, он вполне сможет справиться в управлении наследством, а в остальное время заниматься кодированием. Показать матери, что это может быть на самом деле полезная и эффективная вещь. Возможности развиваться дальше в этом направлении предоставлялось мало, а после того разговора его домашнее обучение стало больше опираться на предметы, которые нужны будут наследнику. Но может, какая-то возможность была узнать ещё что-то через гостей на приёмах? Исаак не особо любил общаться с ними, но ради выгоды, как полезной информации, можно пойти на такое.

***

В этот раз он пошёл в комнату, где сидели его ровесники. Может, кто помладше, а кто-то постарше. Были как желтокожие, так и с белой или чёрной. Ещё с бежевой несколько. Но как только Исаак вошёл в гостиную, всё внимание перешло на него. Кто бы о чём ранее ни разговаривал просто замолк. Все, видно, были уже свои, а Исаак был новенький среди их компании. Будто диковинка. Хотя внешностью и не особо выделялся. – Приветствую всех гостей. Как вам должно быть известно, моя семья пригласила вас сюда сегодня. Меня зовут Айзек. Надеюсь, вы хорошо проводите время. Если вам что-то понадобится — обращайтесь, — не успел он приблизиться дивану, как к нему стали сами подходить, чтобы познакомиться. – Прошу прощения за грубость, что оставлю перчатки на руках. У меня есть причина на это, — сказал Исаак, перед тем как начал пожимать руки. Но такое действие у некоторых всё равно вызвало недовольство, что было не совсем явно видно, но читаемо. «И какая же причина?» — кто-то осмелился спросить. – У меня кожа- Не успел Исаак договорить, как ему на плечо кто-то положил руку. Это было так неожиданно, что он чуть дёрнулся. Для остальных появление этого человека также оказалось неожиданным. И Исаак сразу сообразил, что это была его мать, так как все стали исполнять приветствия вместе с ней. Потом та стала общаться с ними и объяснять сама, не затрагивая тему реальной причины. Откуда она вообще появилась? И каким образом именно в этот момент? Хотя.. Он ведь не заметил, что смотрящий за ним куда-то мог отойти.. Возможно, не заметил во время того, когда пожимал всем руки. Только так можно было объяснить. Вряд ли теперь можно было качественно с кем-то побеседовать и невзначай дойти до интересной ему темы. К тому же мать сразу после приветствий увела его из комнаты и повела в другое от приёма место. Длинные коридоры. Приглушённый тёплый свет. Высокие стены. Вечер за панорамными окнами с изящной, но простой белой рамой. Эхо его шагов и цоканья низких каблуков матери, которая избегала каких-либо прикосновений к сыну и только в крайних случаях это делала. Исаак прекрасно понимал о чём они будут говорить, хоть и не понимал что не так с тем, если бы рассказал гостям в чём дело. Они дошли до уединённого места. – Айзек, тебе уже говорили, что нельзя рассказывать об этом. Все должны быть осведомлены, что перчатки при рукопожатии ты снимать не должен – Было видно, что их не убедил мой ответ. Поскольку я такой родился и не могу это поменять, посчитал важным развеять недоразумение – Остальные нормы этикета мы соблюдаем. Не важно что они говорят по поводу того момента. Мы богаче всех них. Они не посмеют что-либо с тобой сделать – Мы самые богатые, и они ничего не сделают. Почему нам вообще приходится что-то скрывать?  – Потому что твой приоритет не в популярности, а в обучении Похоже, это реально такой феномен, раз вызвало бы большой интерес. Существуют ли люди с похожей особенностью?

***

За все прошедшие несколько лет к ровесникам больше не было смысла ходить. Исаак стоял у стены зала и смотрел за происходящим. Он был рад, что никто на него не обращал внимания и все общались с его родителями. Потом взглянул на длинный стол, который накрывали. Желтокожий заметил, что он был больше и сейчас убедился, что накрывали на немного большее количество человек. Возможно, не только он один дополнительно сядет за стол. Наконец настало время ужина. Вот Исаак действительно уже сидел, наблюдая за окружением. Родители находились неблизко, но хоть что-то. Особенно необычно было сидеть за одним столом с отцом, которого Исаак видел ещё реже матери и обычно не имел возможности хотя бы перекинуться словом — было лишь почтительное кивание и получение сдержанного кивка в ответ. "Пялиться" на кого-то считается невежливым, так что желтокожий устремил свои синие глаза на поставленную перед ним посуду. Уже был положены горячие закуски. Исаак незаметно снял перчатки и положил на колени. Каждый этап приёма пищи подавался последовательно и в нужное время. Как было замечено юношей, другим блюда подавались в горячем виде, а именно ему приносили холоднее, так как пар от еды не шёл. С супом особая история: пока подавали белое вино, вместе с этим ему принесли персональную тарелку, а не наливали из одной ёмкости, как остальным. Исаак надеялся, что это не привлекло особого внимания. Также, если приглядеться, бокалы на сегодняшнем банкете немного отличались: стенки были двойные. Возможно, родители Исаака не хотели, чтобы было слишком заострённое внимание на их сыне ещё и за "персональный бокал", поэтому такой вид поставили всем. Надежды на то, что все проигнорируют ситуацию с горячим, оказались напрасны. Зато следующее было интересно случайно услышать от ровесников через какое-то время после еды. Пока их родители разговаривали в гостиной, они общались в другой отведённой для них комнате, а "тема разговора" стоял по другую сторону стены. Не то, чтобы он хотел греть уши, но при его присутствии в этой комнате он точно узнал бы меньше. – И почему ты так думаешь? – Он был без перчаток за столом. Опрятные и аккуратные руки. Я уж подумал, что он отказывался снимать перчатки при рукопожатии из-за высокомерия.. А потом вижу, что его тарелка уже остывшая. Обделили, думаю. Но потом случается ещё один странный момент. Во время подачи второго ему не наливали из общей ёмкости. За место этого персонально поставили тарелку с также остывшим содержимым – И что? – Посмотрите сами — в их особняке все гости ходят с лимитированной одеждой, которая не даёт замёрзнуть, так как прохладно. А их семья не пользуется кодами совсем, что уж говорить об одежде, созданной админами. Они придерживаются консервативной позиции и просто носят утеплённую одежду. Но Айзек только выглядит так, будто на нём куча вещей, но они все, если приглядеться, лёгкие. Хорошая закалка или эти факты всё-таки сопоставимы? – А, ещё бокалы другие были. От матери услышала.. *** Выходить на улицу давали на короткое время. Для остальных температура снаружи была слишком "холодная", чтобы долго сидеть на одном месте, а присмотр к Исааку всегда ставили. Это так родители "заботились" и об обслуживающем персонале. В любом случае он имел возможность подышать свежим воздухом , прежде чем вернуться за учёбу, которая занимала большую часть времени. По календарю уже осень. Они вышли, но Исааку было более менее нормально по температуре, хоть в его уличной одежде не было того, что заставило бы ему запариться в ней. Зимой же он выходил в куртке без какого-либо меха или нормальной набивки. Только снаружи выглядело так, будто это была нормальная тёплая одежда. Исаак понимал, что другие по-другому чувствовали температуру. Но немногие знали о подобных моментах насчёт него самого. Жёлтокожий сел в белую беседку с крышей, держа книгу в руке. Будь в этих местах хоть когда-то "жаркое лето", может, её красиво могли бы покрыть виноградные лозы. Чтение в этот день — было не приоритетом. В голове обладателя синих глаз вспоминался надуманный план побега. Достаточно рассказать сиделкам что-то слишком сложное для них, чтобы отвлечь. Потом резко рванул к выходу. Сердце билось часто — скорее от неизведанного чувства, когда в первый раз нарушил правила, чем от бега. Сзади слышалась возня и остальной шум, на что Исаак не акцентировал внимание. Это всё не важно. Как и не важно то, в каком состоянии будет одежда  после "марафона". Ограда всё равно была преодолена. При этом от подскочившего адреналина — быстрее, чем на тренировках. В пути беглец заметил, что не только за воротами дома, но и весь район в целом тихий и находится в лесистой местности, из-за чего имеется много мест с тенью. Главная дорога была его ориентиром, а высокие кусты — укрытием, когда он решил наконец отдохнуть, потому что стало плохо. Удивительно, насколько оперативно собрались его искать в такой неожиданной ситуации. Он услышал издалека, как кто-то начинал проезжать по дороге из стороны особняка, и быстро спрятался за деревом. Признаем, что эффективный поисковый отряд нельзя собрать за короткое время, когда никаких предпосылок к побегу наследника видно не было. Когда Исааку полегчало, он продолжил путь, чтобы в итоге дойти до железной дороги, о которой узнал из бумажных источников. Поскольку периодически приходилось прятаться от тех, кто проезжал по дороге, получилось добраться до пункта назначения только к вечеру. Было темно и видно лишь очертания рельсов и ограждения в сетку, через которые можно было перелезть, если постараться. Исаак дождался предпоследнего вагона идущего поезда, подготовился к тому, чтобы зацепиться за последний, еле как перелез через перила и сел на пол снаружи. Лучше поменьше светиться на людях, так что придётся мириться с улицей и грохочущими звуками во время сна, поскольку на этот мини-балкончик никто не должен выходить. Из кармана Исаак достал маленький будильник, который неделями ранее просил поставить ему в комнату, установил на него спланированное время в общих чертах и убрал обратно. Через некоторое время поездки он увидел как начинались высокие ограждения и стало видно свет от станции. Разумеется, там уже поджидали знакомые лица. Когда Исаак заметил их, он быстро лёг на пол, чтобы точно не привлекать внимания. От страха или волнения не было и мелкого движения. Видимо, этот поезд стали проверять, так как он довольно долго стоял на месте. В ушах был слышен быстрый стук сердца. Можно было только надеяться, что его не заметят. Исаак точно понимал, что его будут искать везде, так что пришлось собрать себя в руки и начать что-то делать. Без риска — не сбежать. Он немного поднялся и выглянул, чтобы посмотреть где сейчас находятся люди, которые его ищут. Никого из них не было на платформе —  значит они уже в поезде. Исаак поднялся по уровень окна в двери, которая вела на его балкон, аккуратно перелез через ограждение сбоку и зацепился на внешнюю часть поезда, которую не видно со стороны платформы. Окна поездов как правило имеют ограниченный обзор, так что именно на зазоры беглец и зацепился. Он только и надеялся, что это сработает. Благо, там не догадались посмотреть. Похоже, такого не ожидали от него, чтобы вытворять подобное, ещё и с риском испортить одежду. Осмотр закончился и пришлось снова пойти на риск, чтобы вернуться обратно до того, как поезд тронется. Наконец-то всё позади. Внутри у желтокожего не то, что было волнение, а радость от свободы и чего-то неизведанного, как нарушение правил. Сам ночлег был непривычный. Приходилось засыпать сидя. Так что понадобилось немало времени, чтобы уснуть, несмотря на усталость.  Кто бы мог подумать, что такой примерный сын вдруг решит совершить настолько бунтарский поступок.. Сон не был крепким, чтобы иметь проблемы проснуться. В остальное время поездки Исаак сидел тихо и наблюдал за окружением. А потом засыпал таким же беспокойным сном, что и в первый раз. Светало. Звон будильника благополучно был выключен Исааком. Он не хотел, чтобы кто-либо услышал. А ему не нужно, чтобы через какое-то время уже вышли на его след. Так что прежде чем кто-то мог прийти, он перелез на другую сторону и спрыгнул со своего недавнего ночлега. Кто-то, видимо, заметил нарушителя и направился в его сторону. Или так тому показалось. В любом случае риски нужно было сократить, так что жёлтокожий побежал, пока не был уверен в том, что его уже не догонят. Нужно было отдышаться и отдохнуть. Издалека Исаак увидел максимально скромную деревянную скамейку и пошёл в её сторону, чтобы затем присесть. После отдыха он приступил к преодолению ещё какого-то расстояния, чтобы потом также нелегально проехать и по другой железной дороге. Солнце вставало выше, становилось жарче. Каменистую землистую дорогу окружали леса и поля сухой травы. Может, где-то и жили люди, но зданий за деревьями видно не было. Становилось труднее находиться на улице и стоять на ногах. Издалека приближались двое. – Учитель Амара, а почему этот роблоксианин желтокожий? — спросил один из них, когда они уже проходили мимо. – Мой верный ученик, он явно не местный "Кто бы мог подумать, что встречу культистов вживую.. Сейчас мне точно не до них" – Не отвлекайся, нам нужно успеть в храм к молитве, — белокожий роблоксианин крепче взял руку какого-то такого же белокожего юнца с хвостом необычной формы. "Культисты, видимо, — отдельное чудо света" усмехнулся в мыслях Исаак, пока шёл дальше. Он был рад, что ему не стали что-либо навязывать. Для него всё равно было правдой то, что самые главные в Роблоксии — Админы. Пошли сожаления о том, что деталь как температура Исаак не просчитал на реальном опыте. В подобных местах он ещё не был, так что думал, он смог бы дотянуть до того, чтобы добраться до пункта назначения. Пекло уже высокое солнце в небе с редкими облаками. И ни одного укрытия поблизости. Исааку становилось хуже и хуже. Пока он с каждым шагом чувствовал слабость, вспомнил времена, когда в детстве ему было очень жарко. Везде. Окружающие думали, что у него сильная утомляемость и слабость из-за болезни. Но это длилось стабильно на протяжении нескольких лет. А потом они переехали в другое место. Сам Исаак не помнил с каких пор ему стало лучше и от чего.. А сейчас понял. Появилась мысль, что зря он сбежал. Ведь считал ту температуру нормой, а она была нормой только для него. Сознание помутилось, и желтокожий совсем выключился. Сквозь сон сбежавший слышал говор. Он вроде надеялся, очень надеялся, что его не нашли и не вернули домой, но с другой стороны там хотя бы было комфортно. Хотя.. Сейчас тоже комфортно. Не прям так, как в его кровати — тверже. Да и голос говорящих незнакомый. – О, проснулся. В порядке? — спросил парень в красном худи и необычном образе. Лица не было видно. – Ааа, да.. Спасибо, что предоставили мне это спальное место Брюнет с бежевой кожей, который стоял возле незнакомца в капюшоне, хихикнул в кулак. Видимо, всё это время пытался сдержать смех, что вызвало у Исаака недоумение. Его также можно было назвать "домино корона" или "белый капюшон", который сейчас с его головы был скинут. Стиль у него тоже был своеобразный. – Что это с ним? — Исаак указал лёгким наклоном головы на того – Прости, мы тебя положили в.. — красный капюшон сам кашлянул в кулак, пытаясь сказать нормально, без смеха, – Морозилку Исаак удивился, потом почувствовал лёгкое негодование. Хоть ему было и комфортно в этой так называемой морозилке с положенной подушкой внутри, сам факт того, что обычно у него в семье повара хранили еду для готовки, задел его. – Решили причислить меня к мясу и рыбе? — сказал Исаак, когда сел. Возможно, он себе позволил разговаривать с незнакомцами менее формально, потому что те создавали впечатление свободных от правил людей и пропитывали окружение этой атмосферой, – Но всё равно спасибо за то, что помогли – Морозилка для мороженого, не волнуйся Исаак успел посмотреть на двоих в тишине ещё несколько секунд и заметить как те переглянулись, прежде чем взорваться от смеха. – П-прости..! — уже стучал кулаком по поверхности края морозилки капюшон номер один, пытаясь не хохотать слишком громко, – Просто необычно встретить роблоксианина с такой температурой тела, так ещё и живого!  Пришлось ждать, когда они успокоятся. Потом один из них ушёл собираться куда-то, так что Исаак остался с красным капюшоном. Он был на вид довольно уверенным, а может даже самоуверенным — создавал такое впечатление. – Удивительно, что ты вообще здесь смог оказаться. Твоя особенность — просто феномен.. Так какими судьбами решил там один отдохнуть на дороге? — немного шутливо спросил тот, когда облокотился двумя руками о край морозилки. Сами руки были одеты в перчатки. То есть цвет кожи разобрать было нельзя. – Мне нужно на аукцион, чтобы купить одну вещь. Кстати, сколько времени уже прошло? – Примерно 3 часа, — посмотрел на часы. А потом что-то вспомнил, – Нам самим уже пора выдвигаться. Если тебе куда-то надо, можем подкинуть «Похоже, на их сленге это значит подвезти» – Хорошо, тогда …