Чат «Клуб Высшего Цинизма: долги и анекдоты»

      Панси Паркинсон: Осмелюсь напомнить, что завтра истекает срок внесения взносов за членство в нашем «Клубе Высшего Цинизма». Гермиона, твой платёж прошёл с пометкой «налоговый вычет за эмоциональные повреждения». Гениально.       Гермиона Грейнджер: Это полностью законная схема компенсации за постоянное нарушение моих когнитивных процессов. Кстати, Драко, твой взнос задержан. Система классифицировала его как «сомнительную благотворительность».

Г.Г.

      Драко Малфой: «Сомнительная благотворительность» — это лучшее, что я слышал с тех пор, как отец назвал мою карьеру «благородным провалом». Я плачу за привилегию наблюдать, как Грейнджер бьётся головой о стену собственных принципов. Это стоит каждого галлеона.       Теодор Нотт: Деньги — это всего лишь социальный конструкт, позволяющий нам количественно оценить степень нашего отчаяния. Моё отчаяние, судя по счетам, достигло уровня «премиум-класса».       Блейз Забини: А можно заплатить натурой? У меня есть три ящика шампанского с моей помолвки. На этикетке написано «Вечная любовь», но на вкус — обычное брют.       Панси Паркинсон: Блейз, дорогой, мы не благотворительный фонд для алкогольных излишков твоих провальных отношений. Хотя… ладно. Приноси. Мы используем его для нашего следующего мероприятия «Похороны твоих иллюзий».       Гермиона Грейнджер: Я оформляю официальный протест против использования алкогольных напитков в качестве валюты. Это подрывает всю финансовую дисциплину клуба!

Г.Г.

      Драко Малфой: Расслабься, Грейнджер. Это не валюта. Это… эмоциональный бартер. Мы обмениваем его разочарование на наше временное забытье. По-моему, это поэтично.       Теодор Нотт: Вся экономика построена на обмене одной формы страдания на другую. Алкоголь — просто более жидкая форма.       Блейз Забини: Отлично! Тогда я ещё принесу гирлянду из засохших цветов с той же свадьбы. Она пахнет грустью и дорогим парфюмом.       Панси Паркинсон: Идеально. Гирлянда будет нашим новым талисманом. Мы назовём её «Венок Разбитых Надежд». Я возьму её на следующее заседание Визенгамота. Пусть знают, с кем имеют дело.       Гермиона Грейнджер: Вы превращаете нашу организацию в сюрреалистический театр абсурда!

Г.Г.

      Драко Малфой: Нет, Грейнджер. Мы просто наконец-то нашли ей подходящее применение.