Глава 4

После тяжелой ночи, дом будто хранит в себе остаточное эхо. Те самые мгновения, которые приходят перед рассветом: тишина, казалось бы, спокойная, но в ней есть нерв, тонко натянутый между прошлым и настоящим. Аделина проснулась не от кошмара, нет, сегодня воспоминание не успело догнать её, она проснулась от странного ощущения под рёбрами, будто кто-то осторожно коснулся.  Эти вибрации были едва уловимыми. Так она ощущала опасность в лаборатории. Но когда та открыла глаза, перед ней был только её дом, залитый мягким утренним светом и тишиной, в которой не пряталось ничего чужого. Она села на край кровати, обхватив руками колени, и несколько минут просто дышала.  Замечала, как солнечный луч движется по полу, вырисовывая незамысловатые узоры. Как где-то за стеной скрипнула древесина. Создавалось ощущение будто дом… успокаивал. Когда напряжение постепенно ослабло, она поднялась, медленно прошлась по спальне, задерживаясь пальцами на поверхности комода, словно напоминая себе: я здесь. я свободна. я дома. Шершавая поверхность под подушечками постепенно заземляла её.  Сегодня она договорилась встретиться с Уиллом, он вчера нерешительно спросил, сможет ли зайти и принести свою коробку с «Подземельями и драконами». За две недели, что она прибывала в Хоукинсе, этот день был один из самых ожидаемых.  *** Уилл шёл по улице, держа коробку с игрой прижатой к груди, и внутри у него почему-то было тепло. Он давно так себя не чувствовал — будто у него снова есть место, где с ним разговаривают как с обычным, а не как с мальчиком пережившим слишком многое. Джойс утром задержала его на кухне, пережимая полотенце в руках. — Ты к ней? — спросила тихо, хотя в голосе было нечто большее. Скорее осторожный интерес, чем недоверие.  — К Аделине? Да… — он смутился. — Мы… ну… просто решили сыграть в «Подземелье и драконы». Она спрашивала меня про эту игру, и я решил ей показать.  — Она хорошая? — мягко уточнила Джойс, будто боялась спугнуть. Уилл невольно улыбнулся: — Добрая. И… понимающая. Она не смотрит на меня так, будто я какой-то не нормальный.  Джойс кивнула. Но взгляд её задержался на сыне чуть дольше, чем обычно — словно что-то внутри неё подсознательно соединило тревогу Хоппера с этим новым именем, которое так неожиданно вошло в их дом. *** Аделина открыла  дверь, и в тот миг, когда Уилл ей улыбнулся, у неё  исчезло утреннее напряжение. Все отошло на второй план, оставляя место для спокойного мгновения. — Заходи. — Она отошла в сторону, предоставляя ему возможность пройти внутрь— Осторожно, я тут пыталась развесить шторы в спальню, но проиграла им битву, поэтому надо будет идти за новыми, эти уже непригодны. На полу возле двери валялся пакет с тканью и чем-то ещё. Уилл засмеялся — легко, по-настоящему.  Дом действительно становился уютнее: книги на столе, корзинка с клубками ниток, кружка с недопитым чаем, чуть криво лежащий плед, который иногда спасает в бессонные ночи. Жизнь. Обычная человеческая жизнь.  — Хочешь научу тебя играть? — спросил он, разворачивая коробку. Пальцы чуть подрагивают, но он изо всех сил старается скрыть волнение.  — Хочу. Но предупреждаю: я в этом полный ноль.—чуть смущенно хмыкнула Паркер.— Будешь чай? Я как раз купила новый.  — Да, не отказался бы! — оживился Уилл. — А ноль — это идеальная отправная точка. Не переживай там ничего сложного.  Когда он начал объяснять правила, Аделина слушала почти зачарованно. Её внимание было мягким, внимательным, тонким, как будто она действительно видела его смех, его увлечённость, то как он руками показывает, где стоят фигурки, и как глаза у него загораются, будто он снова тот Уилл, который играл в подвале Майка, не зная о том, что мир может быть жестоким.  — Ты очень хорошо рассказываешь,— сказала она. — Правда? — он изумился. — Ребята обычно говорят, что я слишком увлекаюсь.  — А по-моему… — она улыбнулась. — Это то, что делает тебя тобой. Он смутился, спрятав взгляд. За всем этим прошло добрых три часа. Они смеялись, обсуждали персонажей, спорили о заклинаниях, и между ними возникла та самая тихая связь, которая не требовала объяснений. Кружки опустели, на столе и вокруг них были разбросаны фантики от конфет. Было тепло. Ненавязчивое, но очень настоящее мгновение, но примерно в середине разговора Аделина на мгновение застыла. Глаза её померкли так, будто резкое воспоминание всплыло в голове. Уилл это  заметил. Она услышала, хотя скорее почувствовала,  импульс. Будто  под ними что-то дрогнуло.  Она моргнула, тихо вдохнула, в голове медленно считая до 10. Постепенно дрожь, что была на кончиках пальцев, отступала. Дом снова был домом. С легким запахом ванили, ромашки и чуть, мимолетно, мелиссы.  — Всё в порядке? — Уилл наклонил голову, слегка прищуриваясь.  Она медленно кивнула, пытаясь выглядеть как можно естественнее: — Просто… вспомнила кое-что. Ничего страшного. Он хотел спросить больше, но не стал. И она это оценила.  — Ты лучше расскажи, как твои друзья? —Аделина поудобней утроилась на подушке, что лежала на полу.  —Все отлично, мы смогли, наконец, собраться вновь,— парень откинулся назад, опираясь спиной на диван. На лице играла легкая улыбка.  — Это здорово, — она коснулась рукой его плеча и чуть сжала.— Я рада, что ты больше из-за этого не грустишь.  — Я рассказал им про тебя, и маме с братом тоже. Они хотят с тобой познакомится.  — Ох, это… я… даже не знаю.— Паркер отвела взгляд на свои руки, что нервно теребили край футболки. — Я просто не особо коммуникабельный человек, и даже не знаю смогу ли я найти с ними общий язык.  — Ну со мной же ты нашла, а значит и с ними тоже. Я думаю ты им понравишься. И…— Уилл остановился, повертел головой из стороны в сторону, будто за ними кто-то наблюдал, и чуть тише добавил— тем более, не часто можно встретить человека, который может умудрится на первом свидании заплевать парня. — Эй— в лицо парня тут же полетела подушка, а тот в свою очередь уже залился хохотом.— Я рассказала тебе это по секрету, эту часть мой биографии я не хочу даже вспоминать, и вообще я чихнула, а прикрыться было нечем, руки были заняты. — Да да— всё ещё посмеиваясь, отвечает мальчишка.— Оставила о себе незабываемые впечатления. Фух, ладно, я это к тому, что я уверен все будет хорошо.  Аделина закатила глаза и усмехнулась, хоть он и напомнил ей не самое приятное воспоминание, но это все равно заставило её улыбнуться.  Уилл ушёл в отличном настроении, перед этим взяв обещание с Аделины, что та как-нибудь заглянет и к нему в гости. Этот вечер оправдал все его ожидания. И если раньше у него были небольшие сомнения, что девушка подружиться с его друзьями, то теперь он был уверен на все сто процентов, что все пройдёт как нельзя лучше.  Паркер ещё какое-то время стояла у окна, впуская в дом ветер, который пах душистыми цветами и летней жарой. Она смотрела вслед мальчику и впервые почти не боялась, что начинает по тихонько привязываться. Уилл стал её первым настоящим другом. Правда, будущая встреча с его друзьями, немного тревожила девушку, потому как, когда ведешь асоциальный образ жизни, впускать в свой мир людей порой очень непросто. С Байерсом другой случай, это было так спонтанно, так неожиданно,  что иногда она ловит себя на мысли будто эта встреча была запланирована кем-то свыше.  Летний день близился к своему завершению, а потому Аделина решила пройтись до озера, про которое в телефонном разговоре упоминал мистер Росс, когда рассказывал про дом. Недолго думая, она прихватила с собой пачку сигарет, накинула ветровку и вышла из дома.  *** Солнце уже начинало опускаться ниже деревьев, и свет становился густым, словно медовым. Воздух пах нагретой сосновой корой, тиной и чем-то еще, ленивым, летним, таким, что бывает только в маленьких городках. Вдоль берега тянулась тропинка, утоптанная подростками, велосипедами и собаками. Но здесь, у маленького озерца в стороне от основной дороги, было тихо. Стив шёл к озеру почти автоматически — ноги сами вели его по знакомой тропинке, где земля была мягкой, а воздух пах солью и нагретыми соснами. День выдался мучительно долгим: толпа в видеопрокате, Робин со своими бесконечными подколами, странные звонки от Дастина, хмурые новости по радио… Он чувствовал усталость не столько физическую, сколько ту, что поселяется под кожей и ноет изнутри. Он глубоко выдохнул. Здесь, возле воды, обычно отпускало. Но сегодня воздух был другой — тоньше, чище, будто что-то тихое мелькало на грани слуха. И тогда он увидел её. Сначала движение. Светлое. Лёгкое. Невесомое, как перо. Девушка стояла у самой кромки воды, босая, с наполовину расстёгнутой курткой, будто забыла о мире вокруг. Ветер трогал её чёрные волосы, в пальцах только что зажженная сигарета, а на лице легкая улыбка, и в этом жесте было что-то удивительно мягкое, как будто само озеро приветствовало её. Стив замедлил шаг. Почти остановился. Он не знал, почему, но  сердце внезапно сделало странный, упругий толчок. Просто… что-то в ней было не отсюда. Словно она вписывалась в этот пейзаж слишком хорошо, как редкая деталь, которую долго искали, но не замечали. Она повернулась. И он понял, что она заметила его ещё до того, как он сделал лишний шаг. Глаза, в миг стали внимательные, но не испуганные, нет, скорее настороженные, тело инстинктивно напряглось, и это  не скрылось от парня.  — Привет, — вырвалось у него неожиданно мягко, почти осторожно. — Привет, — ответила она тихо.  — Я не хотел… э… помешать. Просто… — он махнул рукой в сторону воды. — Я… обычно тут никого нет, — продолжил он, указывая куда-то за плечо. — Типа… моё место. Ну… не моё… не в смысле, что я его выкупил или что-то такое… Просто… — он выдохнул и нервно поправил волосы. — Ладно. Я уже несу чушь. «Господи, Харрингтон, гений. Э, бэ, мэ. Браво.»— крутилось в голове парня, пока он переминался  с ноги на ногу.  Если бы не напряжение в плечах, девушка бы, возможно, улыбнулась. Но сейчас та всё ещё была слишком неподвижна, как зверь, который оценивает: это опасность или просто шумное создание. Стив осторожно подошёл ближе.  — Ты не отсюда, да? Я просто раньше тебя не видел.— он старался говорить легко.  — Да переехала, недавно из Хантсвилла, это на севере Алабамы.— она, все ещё не сводя с него взгляд, спокойно затянулась и выдохнула куда-то в сторону.  Харрингтон кивнул, не зная, что ещё можно сказать. — Мы… э… — он запнулся. Когда он в последний раз так путался в словах перед девушкой? — Я Стив. Стив Харрингтон.  Это имя мелькало в разговоре с Уиллом, и поэтому девушка заметно расслабилась, глаза стали спокойные, теперь просто чуть задумчивые. Она осмотрела его с ног до головы. Простые джинсы, легкая кофта. И безупречно уложенные волосы. «Интересно, сколько он тратит времени по утрам на укладку»— пронеслось в голове у девушки. — Аделина. Аделина Паркер.— произнесла она. Её голос был мягким. Не тихим, а именно мягким, как будто каждое слово она подбирала аккуратно, не спеша. Это сразу выбивало Стива из привычного ритма. — Приятно познакомиться, Аделина, — сказал он тише, чем собирался. И почти сразу же нахмурился. — Подожди, это не ты поселилась в доме мистера Росса? — легкий кивок. — И получается это про тебя нам Уилл все уши прожужжал.  Она опять кивнула и издала легкий смешок: — Да, Байерс мне про вас тоже рассказывал, про тебя и всю компанию детей, что находятся под твоей  чуткой защитой.  — Что есть то есть.— Стив неловко зачесал назад волосы, что так и наровились упасть на глаза.  Они оба замолчали думая о чем-то своем. Сигарета в руке Аделины  давно уже догорела, и была отправлена в коробку к остальным. Она повернула голову в сторону леса, что находился по ту сторону берега.  «Красивая»— подумал Стив, глядя на профиль девушки. Волосы колыхались на ветру, нос слегка морщился, когда пряди щекотали его. В ней не было чего-то особенного, но почему-то в этой спокойной, теперь уже расслабленной позе, она выглядела весьма мило. Харрингтон позволил себе рассмотреть ее подольше. Она была чуть ниже него, стройная, можно даже сказать немного худощавая, но это нисколько ее не портило.  — Ты пялишься.— он вздрогнул, ему стало неловко и даже немного стыдно, что он так бесстыдно её разглядывал. Аделина медленно повернула голову в его сторону, но на лице была полная безмятежность. А глаза…Большие голубые глаза, с оттенком серого, смотрели прямо в душу. Будто хотели  выведать абсолютно все его секреты. Она хмыкнула и отвела взгляд первая, попутно выходя из воды.— Ну, я пойду. Пока, Стив. — Пока, Аделина.— он смотрел, как она надев кеды, разворачивается и медленно уходит прочь, а в его голове крутились мысли, но ни за одну он никак не мог зацепиться. «Че ты стоишь, как истукан, скажи что-нибудь»— Я… ээ… работаю в «Family Video», может слышала, если надо подобрать фильм на романтический вечер, я к твоим услугам. Ну в плане…— он нервно стал водить рукой в воздухе. — если просто надо помочь с этим, не на романтическом плане, а просто.  «Пиздец. Ну ты, дурень Стив, что ты несешь вообще»— Харрингтон мысленно закатил глаза и стукнул себя по лбу. Была бы тут Робин, это стало бы предметом для шуток очень на долго. Хотя он в любом случае ей расскажет, так что этой участи не миновать. Она развернулась и с легкой улыбкой ответила:  — Буду иметь ввиду.— в голосе не было издевки, только чуть снисходительный, но веселый тон.  Какое-то время, Стив ещё стоял на том же месте. Солнце полностью скрылось за горизонтом. Сумерки окончательно опустились на город, принося с собой долгожданную прохладу. Из груди вырвался вздох, будто все это время он копился где-то внутри. Это была очень странная, но интересная встреча, которая оставила после себя приятное послевкусие.  *** Коридор больницы был тихим, даже  слишком. В воздухе витал запах медикаментов и спирта. Нэнси стояла, скрестив руки на груди, постоянно кидая взгляд на дверь палаты. Нога нервно топталась на месте, а кудряшки на голове, покачивались в такт ее движению. Джонатан ходил взад-вперёд, короткими, почти нервными, шагами, как будто от них зависело, будет он держаться  или развалится прямо здесь. — Ты уверена, что нам сюда можно? — шёпотом спросил он.— Нас ведь в прошлый раз чуть не выперли отсюда.  — Нет, — честно ответила она. — Но иначе мы ничего подробнее не выясним. Джонатан, тогда нам сказали только про психозы и шепот, а что если все намного хуже. Они ведь не будут раскрывать всю подноготную, и если это что-то…— она на секунду замолчала и стала озираться по сторонам. — не отсюда, то мы тем более должны об этом знать.  И в этот момент — грохот. Резкий. Металлический. Будто кто-то швырнул каталку в стену. Оба вздрогнули. — Что за…— начал Джонатан. Но дверь уже распахнулась, и один из медиков, бледный как мел, вылетел в коридор: — Доктор Хейл! Быстрее, У него снова началось! Нэнси среагировала быстрее, чем сама успела понять. Ноги сами подскочили  к двери, и та заглянула внутрь. Пациент, тот самый, что попал с укусом, выгибался на кровати, будто его били током. Глаза закатились так, что видны были только белки. Кожа вокруг укуса вздулась, покраснела, под ней шевелилось что-то маленькое, чуть яркое желтое,  и это были не судороги. Как будто внутри мышцы ползал инородный организм. Мужчина кричал, надрывая глотку. Глухо, низко, срываясь на какие-то тёмные вибрации, от которых у Джонатана похолодела спина. — Что это делает с ним?! — сорвалась Нэнси. Глаза бегали от извивающегося пациента к докторам.  — Мы… мы не знаем! — медик попытался удержать его, но тот одним ударом руки отшвырнул его в стену. Тот ударился о стеллаж и рухнул вниз. Дрогнуло окно. Лампочки мигнули. Свет в палате стал дергаться, будто перенимая на себя весь хаос творившийся в палате. Он был то яркий, то почти гас. И тут пациент резко затих… А затем прошептал, голосом, который не был его: — Он ждёт… В ушах зазвенело от переизбытка эмоций, Нэнси резко закрыла рот рукой. Джонатан отшатнулся от двери, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Нечто внутри под кожей переместилось ближе к центру груди. И вдруг… Пациент взвыл и резко ударился затылком об подушку, тело его выгнулось и снова обмякло. Монитор, что до этого завывал вместе с мужчиной, постепенно приходил в норму, как и пульс. Все в комнате разом выдохнули. Медики подошли к нему проверить, все ли с ним в порядке, не вывихнул ли он себе чего в припадке.  — Почему посторонние в палате? Выведите их от сюда.— строгий, почти злостный голос, вывел из оцепенения ребят. Они не сговариваясь, как можно быстрее устремились прочь из палаты.  Уже в машине, все еще находясь в шоковом состоянии после увиденного, Нэнси повернулась к Байерсу. Пальцы её подрагивали, а грудная клетка ходила ходуном: — Джонатан, — выдохнула она, — это…снова начинается.