Early December

— Бокстен, будь добр, достань яйца из холодильника, пожалуйста — произнëс Космо, ожидающе смотря на Бокстена. Он выглядит радостно, оно и понятно. Парниша скоро увидится со своей родственницей, с которой они проводят не так много времени. Рулет каждый год ждëт декабрьских морозов, ведь именно в этот месяц его кузина Джинджер возвращается, чтобы увидеться со всеми. Для него это очень важное событие, к которому стоит основательно подготовиться. Весь состав Рождественских тунов вновь повылезает из углов и приедет на лифте в фойе, на станции поезда уже завтра утром. — Хорошо, сейчас — Бокстен ответил и подошёл к холодильнику. Он выглядел безмятежно, словно в эту минуту позабыл обо всех своих переживаниях и смог наконец расслабиться. Это было странно, учитывая, что обычно их занятия проходят в вечном напряжении для Бокстена, который очень боится что-то испортить и расстроить друга. — Держи — он передал Космо два куриных яйца. — Спасибо, приятель — благодарно ответил Космо. Они хотели приготовить имбирные печенья прямо к приезду гостей. Рулет решил, что это также могло бы стать неплохим уроком для Бокстена, который уже неплохо справляется со своим относительно новым увлечением. Космо заранее подготовил все ингридиенты в нужных пропорциях, чтобы было легче и быстрее. — Так... «Сначала смешайте масло, сахар, яйцо и мëд...» — вслух с замедлением произнëс рулет, чтобы Бокстен успел понять, что сделать. Тот, в свою очередь, поближе пододвинул к себе металическую миску, закидывая перечисленные ингридиенты. — ... Яйцо и...? — вопросительно посмотрел шкатулкин на Космо. — Мëд — ответил тот, не глядя на своего (м)ученика. Бокстен добавил последний ингридиент и начал перемешивать содержимое миски до однородной массы. Космо лишь сейчас решил глянуть за его действиями, слегка наклоняя голову. Металлический ключ на затылке Бокстена стал медленно проворачиваться, что означало выскоую концентрацию его обладателя. — Так... Можешь теперь побыстрее мешать, будто взбиваешь. Я тебе показывал, как. — Помню — Бокстен стал быстро мешать всё венчиком, когда масса стала более однородной. Космо вернулся к книге рецептов. — Теперь бери вон ту чеплашку и смешивай все сухие ингридиенты в ней — Космо снова повернулся к новичку. Бокстен послушно взял другую миску и довольно быстро перемешал всё, что там было. — Отлично. Теперь аккуратно высыпай это всё в первую миску — шкатулкин стал постепенно добавлять муку и другие специи к маслянистой массе. Попутно перемешивая. Космо решил помочь другу, высыпая всё сам, чтобы Бокстену не пришлось смешивать всё это одной рукой. Вскоре тесто было готово. Осталось только раскатать и вырезать пряничных человечков. — Молодец, Бокстен! Ты отлично справляешься. Того и глядишь, лучше меня готовить будешь — похвалил Оксмо работу Бокстена. Тот улыбнулся смущëнно, искренне радуясь комплименту в свою сторону. — Ну, нет! Лучше тебя я точно не смогу. Ты ведь очень долго учился, ещё и сам. — подметил Бокстен. Рулет появился здесь, в Гарденвью, одним из первых, каждый день изучая пекарьское дело... Что не раз приводило к пожару в здании. Всë всегда обходилось благодаря ответственным тун-хендлерам. Они выступали в роли нянек для тунов. У каждого туна из главной шестëрки был свой собственный хендлер, ухаживающий за ними и следящий за их безопасностью. Сэм Маклаулин были одними из них, под чьим присмотром находился Спраут — лучший друг Космо. Они вместе всегда были не разлей вода, отчего Сэм приходилось смотреть ещё и за рулетом... В том числе тушить за ним многочисленные пожары. Не повезло. — Ну, если ты напряжëшься и постараешься, то всё может быть — усмехнулся Космо, раскатывая тесто. — Как, кстати, планируешь провести Рождество? Пойдёшь на общий ужин? — Конечно пойду! Там же столько всего вкусного будет. Да и в кругу друзей как-то спокойнее, знаешь... — честно ответил Бокстен, вздыхая. Космо уже раскатал тесто и принялся прикладывать к этому большому пласту металлические формочки. — Кстати, а ты знаешь про ночëвку у Астро? — А... Нет? Мне никто ничего про это не говорил. — удивлëнно произнëс Бокстен, глядя на друга с любопытством. — Да? Там довольно много кто будет. Астро сказал, что посидим вместе тихонько, помечтаем, поболтаем, а потом спать. — рассказал Космо, непринуждëнно вырезая человечков из теста. — Ого... Ну, наверное, мне не стоит приходить. Меня ведь не звали... — Бокстен задумчиво посмотрел куда-то в правый верхний угол, поникши. — Хм... Я могу спросить его об этом. Не думаю, что Астро был бы против и твоей компании. — подбодрил рулет, откладывая формочки в сторону. Он наклонился к духовке, чтобы достать оттуда подносы для будущего печенья. — Правда? Было бы славно... — ответил Бокстен благодарно. — Спасибо тебе. — Пустяки. — он положил на противень последнего человечка. После этого Космо взял по очереди первый и второй противень, убирая в заранее подогретую печь. — Какие же мы с тобой молодцы! Теперь можно отдохнуть перед завтрашним днём. Он точно будет долгим. — Космо посмотрел на настенные часы в виде огромной печенюшки. Они показывали 8 часов вечера, а значит осталось совсем немного времени перед отбоем. — Ладно, Космо... Спасибо ещё раз — Бокстен улыбнулся устало, потягиваясь. С каждым новым уроком ему казалось, что он становится в этом деле всё лучше. Решение научиться выпечке было явно лучшим в его жизни, потому что наконец появилось какое-то занятие. До этого ведь он только и делал, что смотрел кассеты с эпизодами мультфильма, да с другими тунами общался. По мелочи ещё гулял, спал, ел... В общем, гонял балду, как говорят в простонародье. — Я пойду? — Да, Бокстен. Хорошего тебе отдыха — со вздохом ответил Космо. Сегодня он весь день ходил без Спраута, как подметил Бокстен. Это совсем на них не похоже. Может, случилось что-то? Поссорились? Перестали дружить? Избили друг друга?! Нет, это просто богатое воображение шкатулки. На деле Спраут наверняка был просто занят целый день. Нельзя утверждать наверняка, но вряд ли произошло что-то ужасное. Бокстен всегда славился чрезмерным беспокойством обо всём происходящим в своей жизни. — ... Да, пока — тихо ответил Бокстен, то ли от усталости, то ли просто не хотел разрушать такую спокойную атмосферу, воцарившую на уютной кухоньке. Запах печенья медленно заполнял пространство, маня к себе прожорливых и голодных созданий из гнетущей тьмы (ну или других тунов, так тоже можно, да).       Бокстен невольно представил, как с большим аппетитом Губ или Ятта быстро уплетают тарелку имбирных пряников. Если они, конечно, не сгорят пока шкатулка лениво плетëтся к лифту, чтобы попасть на заветный этаж со спальными комнатами мультяшных. Космо пусть и отличный пекарь, но его познания в современных технологиях оставляют желать лучшего. Интересно, почему бы не доверять работу с печью Спрауту? Это ведь было бы гораздо эффективнее, если так посмотреть. Ответа на это парень не знает.       Поезда уже затихли, значит Дайл тоже отправился отдыхать на сегодня. Он трудится круглые годы, чтобы обеспечивать здесь живущих. Именно благодаря поездам, которыми он управляет со своего места, туны получают всё необходимое для своей жизни: продовольствие, чуть реже различные ткани с наборами для шитья, иногда игрушки и всякие другие ништяки. Доподлинно неизвестно, откуда это всё берëтся и кто это им так заботливо загружает, просто как факт. Ходят слухи, что это Делайла отправляет им всë для жизни, чтобы они окончательно не вымерли. Но для чего бы ей это делать? Из доброты душевной? Может, это какой-то дьявольский план уже не молодой женщины? Бокстен не хочет об этом слишком много думать. По крайней мере конкретно сейчас.       Шкатулка обращает внимание на оба закрытых магазина. Металлические ставни полностью загораживали обзор на прилавок. Денди, видать, тоже решил не задерживаться на своём рабочем месте и пошёл отдыхать. В последнее время он стал напрягать Бокстена бог знает чем. Что-то неладное чудилось, однако, это всегда скатывалось к его повышенной тревожности.       В это время в Гарденвью было особенно тихо. Привычная классическая музыка в магазинчике цветка не играла, так как он отключил радио по причине отсутствия. Обратив внимание на стены, можно увидеть цветную гирлянду, которая слегка освещала просторное помещение. Не сильно, но помогало ориентироваться во полу мраке.       Стеклянный купол наверху здания пропускал лëгкий лунный свет, правда сквозь листву одинокого, но уже разросшегося дерева, которое медленно росло с самого основания центра. В совокупности с праздничными гирляндами выглядело это потрясающе. Сердце затрепетало, уста растянулись в лëгкой, измотанной сегодняшним днëм, улыбке. Бокстен заворожено глядел наверх, молча любуясь вечерней красотой.       В приподнятом настроении он тронулся в сторону нужного лифта. Он представил вечернюю прохладу и морозный воздух, от которого изо рта идёт пар. Снежинки бы закружились хороводом вокруг его тела и попáдали все на белоснежное покрывало. Бокстен чуть ли не в припрыжку продолжал путь, позабыв об усталости, как вдруг заметил поблизости очень знакомый ему силуэт. — ... Ви? — вопросил парень, глядя в сторону обладательницы имени. Она стояла в своей привычной позе, скрестив руки на груди. Он мог точно это сказать, даже несмотря на то, что стояла она к нему спиной, зачем-то глядя на лифт. Ви сразу же повернулась к нему полубоком, откликаясь на своё имя. Бокстен опешил. Что она забыла здесь так поздно? Разве ей не нужно готовиться ко сну, как и всем остальным? Да, ей не нужен привычный для биологических существ сон, но уходить в энергосберегательный режим имеется возможность. Отличие лишь в отсуствии сновидений, но это не так уж и важно. — Привет, Бокстен — коротко ответила Ви. Она не выглядела расположенной к диалогу. Впрочем, она всегда такая, пусть на самом деле это не совсем так. Её экран светился ярко зелëным. Бокстену кажется, что ей очень подходит этот цвет. Никакой другой не смог бы так гармонично вписаться в образ Ви, как зелëный. Она всегда казалась ему идеальной. Внешность, голос, стойкий характер, популярность, в конце концов. Она обладала всем тем, о чëм парню оставалось лишь только мечтать. — Ты к себе идёшь? — А- Д-да... — нервно ответил Бокстен. Ему показалось, что он в моменте начал откровенно на неё пялиться. Наверняка, это выглядело очень странно со стороны. А что она о нём подумает при таких обстоятельствах? Нахал, извращенец, странный тип и ещё чëрт знает что. Ох, как стыдно. — Что ж, поздравляю тебя! Совсем недавно лифт сломался и теперь придётся ждать, пока его не починят — в своей привычной манере, которая так нравилась шкатулке, своим энергичным голосом она это произнесла с наигранным воодушевлением. Ей шли саркастичные речи. Только вот если бы она использовала одни сарказмы, позабыв об обычной речи, Бокстен бы её вовсе не понял. — Я здесь минут 10 стою... Уже 11. — Подожди... Что значит, сломался? — ... То и значит? — Ви посмотрела на него, как на полного идиота, вскинув бровь. Может, так показалось лишь Бокстену. Что только не привидится уставшему мозгу. — Н-ну... Ладно — парень прикусил губу. Почему-то все взаимодействия с его кумиром оборачиваются чем-то неловким в итоге. В памяти всплыли события двухнедельной давности, когда он случайно вторгся в зону, куда ему доступ был запрещён. Теперь ещё и глупость при ней сказал. Надо собраться и не вести себя как полнейшее позорище. Мужчина он или кто, в самом-то деле?       Они стали молча ждать открытия огромных стальных ворот, которые пропустят их домой, в тëплую постельку. Бокстен бы всë сейчас отдал, лишь бы с валящихся ног угодить в пучину его мягонькой кровати. Уж слишком он устал за сегодня. Взять только тот недо марафон, который ему устроила Поппи после обеда. А ведь после еды заниматься физическими упражнениями настоятельно не рекомендуется. — А ты, я так понимаю, к себе шла? — Верно. Как видишь, не успела — недовольно заключила девушка. Он не понял, её раздражение связано с его глупыми расспросами или с невозможностью расслабиться в знакомой обстановке. — ... Хочешь, сядем на скамеечку вон там? Неизвестно ведь, сколько ещё ждать. — Бокстен устал настолько, что уже не контролировал себя. При обычных обстоятельствах он бы и на метр постеснялся к нец подходить, аздесь так спокойной даже присесть вместе предложил. В любом случае, это пройдёт с того момента, как он сможет хорошенько отдохнуть и здраво мыслить вновь. — ... Окей — девушка вздохнула, проходя к скамейке, стоящей лицом к одному из боковых лифтовых шахт. Шкатулка проследовал за ней. Он всегда был лишь чужой тенью, больше предпочитая идти за лидером, нежели возглавлять стадо баранов. Так легче и спокойнее. Бокстен аккуратно присел на другом конце скамейки, ложась на твёрдую деревянную поверхность спинки. Хотелось прикрыть глаза и уснуть от всего этого спокойствия, заполонившего воздух вокруг. — Красота... — незаметно для себя произнёс Бокстен вслух. Это было сказано с таким блаженством, которое он себе не позволил бы будь он в адекватном состоянии. Тяжело ему с интровертностью и боязнью одиночества. Так быстро лишаться сил от общения с другими тунами, которое тебе нравится, должно быть, очень неприятно. Во всяком случае, это сейчас не его забота. Ви ничего не ответила на его внезапный комментарий в сторону всего того, что они перед собой видят. — Скоро Рождество. — подметила Ви задумчиво. Скоро по всему лобби будет рассыпан искусственный снег, потому что обычный бы быстро растаял в весьма тëплом помещении. Некоторым тунам хотелось хоть раз высунуть язык на морозе и, глядя на серебристое небо, ловить холодненькие снежинки. — Хех, да... — Бокстен ответил неловко. На большее сил еле хватало, да и зачем напрягаться сейчас? Лучше расслабиться. Однако, ему стал интересен один момент. — А-м... Ви? А ты будешь устраивать праздничную викторину в этом году? — тихонько спросил Бокстен, как только вышеназванная обратила на него внимание. — Хм... Планирую, но, думаю, вряд ли всем будет интересно смотреть практически одно и то же каждый год — констатировала она факт, задумчиво глядя в небо. — Поэтому следует подготовить ещё что-то. Правда, я пока думаю над этим... В общем, всё будет в наилучшем виде. — она ухмыльнулась уверенно. Бокстен мягко улыбнулся. Его тянуло к стойким и самодостаточным личностям. Они воодушевляли и подавали ему пример. — Я верю, что у тебя всё получится... — сказал он умиротворëнно. Ви повернула к нему голову, какое-то время вглядываясь в него, изучая. Бокстену было не по себе, но он терпел на себе этот пристальный взгляд, боясь пошевелиться лишний раз. Она подметила его полуприкрытые глаза и расслабленное положение рук на скамье. Ви сделала вывод, что он просто устал за сегодня, отчего не может выдавить из себя более живую реакцию. Заметить разницу несложно, ведь обычно он рядом с ней чуть ли не кипятком ссался, а здесь вдруг показывает полное безразличие и спокойствие. — Тебе бы отдохнуть. — спустя несколько секунд сказала телеведущая. Не то, что-бы она как-то беспокоилась о нём, но здоровый отдых бы действительно не помешал Бокстену. Особенно учитывая, что его часто мучают кошмары, если опираться на то, что она о нём иногда слышала. — Я бы сам с радостью сейчас прилëг, но нужно подождать, пока лифт не заработает... — ему было приятно услышать что-то подобное от той, по кому он фанатеет. Это грело душу, честно говоря. Девушка больше ничего ему не ответила, посчитав, что они уже достаточно побеседовали. Ей стоит сейчас вернуться и спланировать мероприятие до мельчайших деталей, чтобы быть уверенной в том, что всё пройдёт по маслу. Ей не до разговоров с фанатами, которыми она пусть и дорожит, но дела ведь есть дела.       Спустя какое-то время шахта лифта открылась, запуская в лобби яркий свет. Оттуда показался вымотанный Дайл. Оказывается, тот не спал и чинил поломку лифта. Бедолага. Сидящие на скамейке сразу подскочили и направились к лифту. Бокстен лениво плëлся позади Ви, однако не уступал ей по скорости. Ребята пошли в просторную кабину, не произнося ни слова. Это сейчас было бы лишним в сложившейся ситуации, ведь никто не был готов к разговорам на данный момент.       Тронувшись с места, лифт спускался всё ниже, вглубь здания. Бедняга Бокстен уже не мог держать глаза открытыми, стоя у стены и держась за поручень. Ви с Дайлом в это время стояли рядом, не намереваясь разговаривать. Быть может, это из-за того, что Денди уже успел наплести любителю поездов всякую нелепицу про зелëный телевизор? Или Ви просто ему не доверяет? Возможно, они вообще поругались, а мы с вами об этом не знаем. В любом случае, атмосфера царила напряжëнная, давя на и без того вялые умы.       Самым первым вышел Дайл. Он не жил в комнатах с остальными тунами. Артур или Делайла поселили его на одном из промышленных этажей. Здесь было куча коробок, ящиков, всяких приспособлений и многого другого. Главной отличительной особенностью от остальных этажей здания являлся поезд, периодически проезжающий за окнами по рельсам. Может, Дайл вовсе и рад здесь находиться. Его никто об этом не спрашивал.       Далее, этажами ниже вышел сначала Бокстен, зевая и тащась в сторону своей спокойной комнатушки, намереваясь сразу же уснуть.       Ви вышла на этажа три ниже. Здесь распологались спальни главных героев забытого мультфильма. Она проходит в самый конец, прямо к своей двери и заходит за её порог. Внутри её встречает достаточно неплохо убранная комната. Ей не нужна кровать, ведь по факту Ви не может спать, как все остальные, но Артур когда-то настоял на своём. Удивительно, но ей это даже нравилось. Неприятно, когда к тебе обращаются как к обычной машине без чувств. Её вообще могли оставить без комнаты, но свойство людей всё очеловечивать сыграло на руку.       На рабочем столе лежало куча блокнотов, каких-то записей, заметок. Всё это был перебор тем для шоу и фантазирование на тему вопросов. Ей безумно нравилось это дело и она хотела бы никогда это не бросать. Ви много работала и старалась, чтобы впечатлить всех вокруг, а теперь она довольствуется комплиментами и похвалой. Она добилась успеха и, по её словам, обогнала самого Денди по популярности среди детишек в своё время. Стоит отдать должное и отзывчивым фанатам, ведь без них ничего бы этого не было.       Ладно, отставить ностальгию по лучшим временам, нужно начинать работать над Рождественским сюпризом. Есть несколько наработок, которые стоит довести до ума и воплотить в жизнь. У Ви, конечно, есть ещё достаточно времени, но чем раньше она начнёт, тем быстрее закончит и сможет подольше отдохнуть. Именно поэтому Ви берёт в руки карандаш и начинает записывать свои мысли на чистый лист бумаги.