Глава 1: Эхо в тишине

      Патрик Джейн обнаружил, что счастье имеет свой вкус. Это был вкус остывшего чая в любимой чашке, аромат розмарина из сада Терезы и едва уловимый запах старых книг. Семь лет прошло с тех пор, как тень Красного Джона окончательно рассеялась, и семь лет Джейн учился жить, а не выживать. Он жил в уютном доме с видом на холмы Калифорнии, где солнце заливало веранду золотом, а ветер приносил солёные брызги океана, до которого было рукой подать.       Тереза Лисбон, его жена, его якорь, его тихое убежище, была рядом. Она больше не носила значок, но в её взляде все еще жила сталь, которая теперь была направлена не на преступников, а на защиту их маленького мира.       — Ты снова пялишься, — сказала она, не отрываясь от прополки грядки с помидорами.       Джейн сидевший на ступеньках веранды, улыбнулся. Он действительно наблюдал за соседом через дорогу, который уже десять минут безуспешно пытался завести газонокосилку.       — Я не пялюсь. Я созерцаю человеческую драму. Он зол на жену, потому что утром она напомнила ему о визите к тещё. Он выместил злость на косилке, дёрнув шнур слишком сильно. Теперь он злится на косилку, на себя и на весь мир. И скоро он пойдет в гараж за пивом.       Спустя тридцать секунд сосед с громким проклятием, пнул колесо газонокосилки и скрылся в гараже. Тереза вздохнула и покачала головой.       — Никогда не изменишься.       — Надеюсь, что нет, — мягко ответил Джейн.       Его жизнь больше не была полем битвы. Она стала серией этюдов, наблюдений за человеческой натурой в её самом бытовом проявлении. Он иногда консультировал местный департамент шерифа по особо запутанным делам, но делал это редко, с неохотой, словно пробуя блюдо, которое когда-то любил, но давно пресытился им.       Главным его проектом, его отдушиной, был Лео.       Лео Кеннеди, двадцатидвухлетний парень, с горящими глазами и умом, острым как бритва. Джейн встретил его, в местном колледже, где читал гостевую лекцию по психологии восприятия. Лео был единственным, кто заметил, что Джейн трижды за лекцию, невзначай коснулся левого уха — его старый «сигнал», когда он блефовал. После лекции, парень подошёл и прямо спросил: «Что вы скрывали, когда говорили о деле «Степфордского дантиста?»       С тех пор они виделись дважды в неделю. Джейн учил его не трюкам и манипуляциям, а искусству видеть. Видеть детали, которые другие игнорируют, слышать ложь в молчании, читать истории, написанные языком тела. Лео был невероятно способным. Он был для Джейна не заменой ребенка, а скорее… отражением себя в прошлом. Себя до того, как вся его жизнь, была выжжена дотла. Он пытался дать Лео инструменты, но уберечь от той бездны, в которую эти инструменты однажды завели его самого.       Телефонный звонок прозвучал резко, нарушив послеполуденную идиллию. Лисбон, вытирая руки о фартук, взяла трубку. Джейн наблюдал за её лицом. Улыбка сползла. Плечи напряглись. Она сказала лишь «Да», «Я поняла», «Мы сейчас будем».       — Что случилось? — спросил Джейн, уже поднимаясь. Его сердце сделало холодный скачок.       — Лео, — тихо сказала Тереза. — Его нашли. Патрик… все очень плохо.