Глава 3: Каллиграфия зла

      Следующие несколько дней превратились в туман, из-за бессонных ночей, кофеина и обрывков информации. Джейн устроил импровизированный штаб в своём кабинете, к большому неудовольствию Лисбон. Доска, которую он не использовал много лет, снова была заполнена фотографиями, схемами и вопросами, написанными его размашистым почерком.       «ПОЧЕМУ ЛЕО?» «ПОЧЕМУ ГАЛЕРЕЯ?» «БЕЛАЯ ГАРДЕНИЯ = ?» «КАРТИНА = ?»       Агент Дэвис оказался на удивление эффективным. Он был не просто поклонником, он был учеником. Он понимал ход мыслей Джейна и доставал нужную информацию с поразительной скоростью.       — Нашёл, — сказал он, входя в кабинет утром третьего дня. Он выглядел уставшим, но возбужденным. — Картина. Нашёл бывшего владельца галереи. Он на пенсии, живёт во Флориде. На той стене висела репродукция картины «Сатурн, пожирающий своего сына» Гойи.       Джейн замер у доски. «Сатурн». Титан, который ел своих детей из страха, что они его свергнут. Учитель, боящийся ученика.       — Это послание, — прошептал он. — Он говорит не о Лео. Он говорит обо мне.       Лисбон, стоявшая рядом, с чашкой чая в руках, посмотрела на него с тревогой. — Патрик, это может быть просто совпадение. Маньяки любят громкие символы.       — Не этот, — возразил Джейн. Этот не кричит. Он шепчет. И он шепчет прямо мне в ухо. «Сатурн». Бог времени, пожирающий своё будущее. Он издевается надо мной. Он говорит, что я, взяв ученика, сам создал причину его гибели.       В этот момент в дверь позвонили. Это был почтальон. Среди счетов и рекламных проспектов лежал один конверт, который сразу привлёк внимание Джейна. Плотный кремового цвета картон, ручной работы. Адрес был выведен идеальным каллиграфическим почерком. Никакого обратного адреса.              Джейн внёс его в дом, держа двумя пальцами, словно змею. Лисбон и Дэвис молча наблюдали. Он положил конверт на стол и аккуратно вскрыл его ножом для бумаги.       Внутри была одна единственная карточка. Не открытка, а скорее меню из дорогого ресторана. На лицевой стороне— профессиональная фотография изысканного блюда. Идеально прожаренный кусок мяса на подушке из тёмно-зелёных овощей, украшенный веточкой тимьяна и каплями бальзамического соуса.