Глава 1:Прах предков

Город Аэрис, столица континента Игнис, был воплощением мощи и прогресса расы драконов. Небоскребы-ульи пронзали низкие свинцовые облака, а между ними сновали бесчисленные силуэты сородичей. Гул крыльев, свист рассекаемого воздуха и далекие раскаты «огненных двигателей» составляли вечную симфонию мегаполиса. Стрикс парила на краю этого потока, позволяя восходящим потокам с Асфальтовых равнин подхватывать ее легкое тело. Ее чешуя, цвета темной бронзы с золотистыми прожилками, отливала в свете прожекторов. Она ненадолго зажмурила вертикальные зрачки, наслаждаясь моментом одиночества перед неизбежным.

‎

‎«Стрикс! Роевой звонок!» — донесся до ее разума знакомый импульс, посланный отцом. Он не был звуком, а скорее вибрацией, легким давлением в основании рогов, которое трансформировалось в сознании в ясный призыв.

‎

‎Стрикс вздохнула, выпустив струйку дыма, и, сделав разворот против ветра, направилась к одному из жилых комплексов «Высокого Клана Огненных Недр». Их новая квартира была на 157-м уровне. Старая, на 89-м, казалась ей роднее, но отец получил повышение, а с ним и новый жилищный статус.

‎

‎Она приземлилась на просторную посадочную платформу, сложила крылья и прошла внутрь через широкую арку. Внутри пахло озоном и расплавленным камнем — знакомый, почти родной запах современных строительных материалов.

‎

‎Отец, Гнарр, стоял посреди просторной гостиной с голографическим интерфейсом в лапах. Его темно-серые, почти черные чешуйки были испещрены ритуальными шрамами-узорами, говорящими о его многолетней службе в Энергетическом Корпусе. Он был массивнее Стрикс, и его рога были закручены в сложные спирали — признак возраста и статуса.

‎

‎«Вот и все. Контракт расторгнут, новый активирован, — отключил интерфейс Гнарр. — Завтра на рассвете вылетаем.»

‎

‎«Я все еще не понимаю, зачем нам это нужно, — Стрикс опустилась на теплый каменный пол, обхватив хвостом лапы. — Мы и так прекрасно жили. А этот дом… он на окраине, в Пепловых землях. Там даже стабильной плазменной сети нет, я проверяла. Ты будешь как отшельник.»

‎

‎Гнарр фыркнул, и из его ноздрей вырвалось два клубка дыма. «Это не просто «дом», дочь. Это логово нашей прародительницы, Ксиланы Из Пламени Рода. Его не занимали десять циклов. Это честь. И кроме того, — он понизил голос, хотя они были одни, — Центральный Плазменный Реактор Аэриса перегружен. Старые кланы говорят, что через пару циклов нас ждут веерные отключения. А в доме Ксиланы есть свой, автономный источник. Геотермальный. Древний, но надежный.»

‎

‎Стрикс ничего не ответила. Все эти разговоры о «чести», «предках» и «традициях» казались ей пережитком. Ее поколение жило в «Рое», делилось эмоциями через импульсы и мечтало о кибернетических улучшениях крыльев. Старый дом в глуши был шагом назад.

‎

‎Но спорить с Гнарром было бесполезно.

‎

‎***

‎

‎Их перелет занял почти весь день. Аэрис остался позади, уступив место суровым, выжженным пейзажам Пепловых земель. Здесь не было небоскребов, только одинокие скальные образования да руины древних, низких построек, которые драконы использовали до эры вертикальной архитектуры.

‎

‎Логово Ксиланы оказалось не пещерой, как ожидала Стрикс, а громадным, приземистым замком, высеченным прямо в склоне горы. Его стены были темного, пористого камня, поглощавшего свет. Посадочная платформа перед главным входом была покрыта трещинами и слоем пыли.

‎

‎Гнарр, приземлившись, ткнул когтем в скрытый механизм у арки. С глухим скрежетом каменная глыба, служившая дверью, отъехала в сторону, выпустив наружу запах старого камня, пыли и чего-то еще… сладковатого, почти забытого.

‎

‎Внутри царил полумрак. Высокие сводчатые потолки терялись в темноте. Вместо голографических панелей стены были покрыты фресками, изображавшими драконов, сражающихся с чудовищами, которых Стрикс видела только в учебниках по истории. Они использовали не плазменное дыхание, а потоки чистого, неконтролируемого огня.

‎

‎«Примитивно, но впечатляюще, — проворчал Гнарр, осматриваясь. — Включим геотермальный источник, и здесь будет как в раю.»

‎

‎Пока отец возился где-то в нижних уровнях, пытаясь разжечь «сердце» логова, Стрикс отправилась на разведку. Комнаты были огромными и пустыми. Никакой мебели, только каменные лежанки в нишах и подиумы для медитации. Она чувствовала себя карликом в этом гигантском, безмолвном пространстве.

‎

‎Она забралась на самый верхний уровень, в комнату, которая показалась ей самой уединенной. Отсюда открывался вид на бескрайнюю серую равнину и угасающее на горизонте солнце. В стене была высечена ниша, а в нише лежал странный предмет. Не камень и не металл. Он был плоским, но толстым, и состоял из каких-то спрессованных волокон. Сверху на нем были нанесены причудливые символы, похожие на когтистые царапины.

‎

‎Стрикс осторожно тронула его когтем. Предмет был хрупким, рассыпчатым. Она подняла его. Он был тяжелее, чем казался. Развернув его, она увидела, что внутри тоже были эти символы, а еще — изображения существ. Существ, которых она никогда не видел. Они были странно сложены: две конечности для ходьбы, две — для манипуляций, без крыльев, без хвоста, с гладкой кожей вместо чешуи. Одни из них держали в лапах… палки, из которых вырывались снопы света.

‎

‎Что это? Какая-то древняя сказка? Миф о творении?

‎

‎Она перелистнула еще несколько страниц. И тут ее взгляд упал на символ, который она интуитивно поняла. Он был похож на стилизованное пламя, но пламя, состоящее из переплетающихся линий. И он… пульсировал в ее сознании. Без всякого Роевого интерфейса.

‎

‎Любопытство пересилило осторожность. Она прижала подушечку лапы к символу и попыталась послать импульс, как это делалось с современными технологиями. Ничего не произошло. Тогда она сосредоточилась, представив, как ее внутреннее тепло, та самая энергия, что рождала плазму, стекает в этот символ.

‎

‎И книга ответила.

‎

‎Страницы засветились тусклым золотистым светом. Символы начали плавать, перестраиваться. Воздух в комнате сгустился, запах пыли и камня сменился ароматом грозы и свежей листвы — запахами, незнакомыми и дикими. Свет от книги погас, но в центре комнаты повисла дрожащая точка, которая стала стремительно расширяться, превращаясь в мерцающий овал.

‎

‎Стрикс отшатнулась, расправив крылья в готовности к бою. Из овала пахнуло волной странной, влажной атмосферы. И затем из него вывалилось… существо. То самое, что было изображено в книге.

‎

‎Оно грузно шлепнулось на каменный пол с коротким, задыхающимся выдохом. Портальный овал захлопнулся с тихим хлопком.

‎

‎Наступила тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием незнакомца и частым, тревожным постукиванием кончика хвоста Стрикс о пол.

‎

‎Существо подняло голову. У него были широко распахнутые глаза, круглые зрачки, полные животного ужаса. Оно что-то просипело на абсолютно незнакомом языке, его голос был тихим и хриплым.

‎

‎«Кто ты?» — рыкнула Стрикс, выпустив клуб дыма для острастки.

‎

‎Существо вскрикнуло и отползло к стене, прижимая к груди свои тонкие, безкогтистые лапы. Оно дрожало.

‎

‎И тут Стрикс осознала всю чудовищность происходящего. Она, используя какую-то древнюю магию из забытой книги, только что призвала в свой мир живое существо. И не просто существо, а, судя по рисункам, представителя той самой расы, что когда-то, возможно, делила мир с драконами, но давно канула в небытие. Расы, которую в учебниках называли «Бескрылые», а в древних мифах — «Люди».

‎

‎Она призвала человека.

‎

‎***

‎

‎Алексей пришел в себя от резкой боли в боку и леденящего холода камня под собой. Последнее, что он помнил, — это как листал на чердаке старого бабушкиного дома странную книгу с непонятными символами, похожими на драконьи следы. Потом книга зажглась, пол ушел из-под ног, и его закрутило в вихре света и звуков.

‎

‎Он открыл глаза и тут же зажмурился от ужаса.

‎

‎Над ним, в сумраке гигантского зала, нависала голова. Голова дракона. Настоящего. Ее покрывала бронзовая чешуя, от массивных рогов на лбу отбрасывались причудливые тени, а из слегка приоткрытой пасти, усеянной острыми, как кинжалы, зубами, струился легкий дымок. Глаза, огромные, с вертикальными зрачками, цвета расплавленного золота, смотрели на него с нескрываемым изумлением и опасением.

‎

‎Алексей вскрикнул и отполз спиной к стене, натыкаяясь на что-то твердое. Его сердце бешено колотилось, в висках стучало. Это сон. Кошмар. Галлюцинация.

‎

‎Дракониха — он смутно понимал, что это самка, по более изящным, чем в фантастических фильмах, чертам, — что-то прорычала. Звук был низким, гортанным и полным такой мощи, что у Алексея заложило уши. Он почувствовал вибрацию в груди.

‎

‎«П-пожалуйста, не ешьте меня, — прошептал он, зажмурившись. — Я несъедобный. У меня гастрит.»

‎

‎Он понимал, что говорит глупости, но мозг отказывался работать. Дракониха склонила голову набок, словно прислушиваясь. Потом она медленно, осторожно протянула лапу. Ее когти, каждый размером с его руку, блестели в полумраке.

‎

‎Алексей вжался в стену. Лапа остановилась в сантиметре от него. Дракониха аккуратно, кончиком самого маленького когтя, тронула его куртку. Раздался легкий скрежет — коготь процарапал молнию. Затем она потыкала в его джинсы, в кроссовки. Ее дыхание было горячим и пахло, как ни странно, не серой, а горелым деревом и… озоном?

‎

‎«Хрупкий, — прорычала она, и Алексей с удивлением понял, что… почувствовал значение этого слова. Оно пришло не как звук, а как образ: хрупкая ветка, ломающаяся под весом снега. — Без чешуи. Странный.»

‎

‎Она говорила! Нет, она не говорила, она мыслевещала! Он понимал ее!

‎

‎«Кто ты?» — снова прозвучало/почувствовалось в его голове, на этот раз с нажимом.

‎

‎«А-Алексей, — выдохнул он. — Я человек.»

‎

‎Дракониха — Стрикс, как он уловил из обрывков ее мыслей, — отступила на шаг, ее хвост с шипом на конце замер в напряженной позе.

‎

‎«Человек, — повторила она, и в этом слове смешались удивление, страх и жгучее любопытство. — Их не должно быть. Они… ушли. Исчезли. Легенда.»

‎

‎«Я не легенда! Я из России! Из города Тверь!» — Алексей попытался встать, но ноги подкосились, и он снова грузно осел на пол.

‎

‎Стрикс смотрела на него, словно ученый на редкий экземпляр насекомого. «Рос-си-я? Тверь? Таких слов нет в Рое. Ты пришел из Ничего? Из-за Стены Мира?»

‎

‎Алексей только покачал головой, не в силах объяснить. Он сгреб в охапку свою потрепанную книгу по программированию, которая почему-то упала вместе с ним, прижимая ее к груди как талисман. Его взгляд упал на ту самую древнюю книгу, лежавшую рядом с драконихой. Она была огромной, размером с автомобильную дверь.

‎

‎«Эта книга… — прошептал он. — Я ее трогал. И тогда… оказался здесь.»

‎

‎Стрикс проследила за его взглядом. Ее золотые глаза сузились. «Ты… использовал магию? Но… это невозможно. Магия мертва. Ее заменила наука. Плазма. Технологии.» Она ткнула когтем в древний фолиант. «Это просто… история. Сказка.»

‎

‎«Сказка, которая привела меня сюда, — с горькой усмешкой сказал Алексей. — Отправь меня обратно. Пожалуйста.»

‎

‎Стрикс колебалась. Ее чешуя на горле замерцала, переливаясь оттенками неуверенности и тревоги. «Я… не знаю, как. Я лишь активировала символ. Я не знаю, как он работает.»

‎

‎У Алексея похолодело внутри. Он застрял. В мире драконов. Без еды, без воды, без возможности объясниться. И с каждой минутой его паника нарастала. Дыхание участилось, в глазах потемнело.

‎

‎Стрикс, почувствовав волну отчаяния, исходящую от этого хрупкого существа, снова насторожилась. Она видела, как его гладкая кожа покрылась мелкими пупырышками, как он начал дрожать еще сильнее.

‎

‎«Отец, — внезапно подумала она с ужасом. — Если отец его увидит…»

‎

‎Гнарр не был злым, но он был практиком до мозга костей. Он либо сдал бы «артефакт» в Исследовательский Клан, либо, что более вероятно, уничтожил бы его как потенциальную угрозу биологической безопасности. А еще более вероятно — сначала уничтожил, а потом сдал остатки.

‎

‎«Ты должен спрятаться, — мысленно приказала она Алексею, подталкивая его когтем к дальней, темной нише в стене. — Не издавай звуков. Никаких!»

‎

‎Алексей, почти не соображая от страха, позволил ей затолкать себя в узкое, холодное углубление. Стрикс схватила древнюю книгу и сунула ее туда же, а затем отодвинула перед нишей тяжелую каменную глыбу, оставив лишь небольшую щель для воздуха.

‎

‎Как раз вовремя.

‎

‎В комнату, размахивая светящимся кристаллом, который он держал в лапе, вошел Гнарр.

‎

‎«Стрикс! Там внизах… я почуял странный всплеск энергии. Не плазменный. Что-то древнее. Ты ничего не трогала?»

‎

‎Стрикс встала между отцом и нишей, стараясь дышать ровно. Ее чешуя автоматически выдала узор спокойствия и уверенности, которому ее учили с детства.

‎

‎«Я изучала фрески, отец. Может, это они? Они пропитаны старой силой.»

‎

‎Гнарр фыркнул, осматривая комнату своим пронзительным взглядом. Его ноздри расширились, втягивая воздух.

‎

‎«Здесь пахнет… странно. Свежестью. И чем-то кислым.»

‎

‎«Это я, наверное, — быстро сказала Стрикс. — Я пыталась вспомнить упражнение по контролю пламени. Возможно, переборщила с химическим составом.»

‎

‎Гнарр скептически посмотрел на нее, но кивнул. «Ладно. Геотермальный источник запущен. Скоро здесь станет тепло. Иди, займи свою новую комнату на уровне ниже. И… будь осторожна, дочь. Это логово хранит много секретов. Не все из них безопасны.»

‎

‎Он развернулся и ушел, его тяжелые шаги отдавались эхом в каменных стенах.

‎

‎Стрикс осталась одна, прислушиваясь к тихому, прерывистому дыханию, доносящемуся из-за камня. Она только что солгала своему отцу. Ради какого-то мифического существа, которое призвала по незнанию. И теперь она была заперта с ним в одном логове. Что ей было делать дальше, она не имела ни малейшего понятия.

‎

‎***

‎

‎В темноте ниши Алексей сидел, обхватив колени, и тщетно пытался сдержать дрожь. Холод проникал до костей. Воздух был густым и непривычно сухим. Он слышал громкий, гулкий разговор двух драконов, чувствовал вибрацию их шагов. Он понял, что его присутствие должно оставаться в тайне.

‎

‎«Магия, — с горькой иронией подумал он. — Я попал в мир, где есть драконы и магия. И я, похоже, главный герой какого-то дешевого фэнтези, но без инструкции и спас-отряда.»

‎

‎Он потрогал книгу по программированию. Безобидный, привычный предмет. Какой в нем смысл сейчас? Он был бесполезен, как и он сам.

‎

‎Через щель в его убежище пробился луч света. Не электрического, а скорее похожего на свет раскаленного металла. Стало теплее. Дракониха, Стрикс, отодвинула камень.

‎

‎Она смотрела на него, и в ее золотых глазах уже не было страха, а лишь тяжелое раздумье.

‎

‎«Он ушел, — проговорила она. — Ты должен есть. И пить.»

‎

‎Она протянула коготь. На нем лежало нечто, напоминающее огромный, обугленный снаружи, но мягкий внутри корнеплод, и чаша, высеченная из камня, с чистой, прохладной водой.

‎

‎Алексей с жадностью выпил воду. Она была невероятно вкусной. Затем он откусил от «корнеплода». На вкус он был как сладковатая картошка с привкусом дыма. Не амброзия, но желудок перестал ныть.

‎

‎«Спасибо, — тихо сказал он, глядя на нее.»

‎

‎Стрикс кивнула. «Я не знаю, что с тобой делать, Человек-Алексей. Но я не могу позволить тебе умереть. И я не могу позволить, чтобы тебя нашли.»

‎

‎«Книга, — напомнил он. — Должен быть способ.»

‎

‎Стрикс посмотрела на древний фолиант. «Я боюсь ее трогать. Что, если я призову что-то еще? Или отправлю тебя не туда?»

‎

‎Они сидели в молчании, единственные два разумных существа в огромном, древнем логове, разделенные миллионами лет эволюции, но связанные одной тайной. Мир драконов, такой технологичный и упорядоченный, оказался не таким уж и понятным. В его фундаменте лежала магия, о которой все забыли. И теперь эта магия впустила в него занозу. Занозу по имени Алексей.

‎

‎А где-то внизу, Гнарр, проверяя показания древнего геотермального источника, чувствовал легкое, необъяснимое беспокойство. Логово Ксиланы просыпалось. И его пробуждение было отмечено не только теплом, но и запахом чужака.

‎