Часть-2 первый поцелуй

Сегодня ты отправился на прогулку, а я, как тень, следовал за тобой. Мы брели по бескрайнему полю, усыпанному полевыми цветами. Я не мог оторвать глаз от Адама: его белоснежные волосы развевались на ветру, а легкие одежды трепетали, словно крылья бабочки. «Он просто прекрасен», — пронеслось у меня в голове. Вдруг Адам обернулся. Его бездонные глаза, цвета океанской пучины, прямо уставились на меня. — Что с тобой происходит? — тихо спросил он. Я замер, сердце бешено заколотилось в груди. Мой взгляд сам собой опустился на землю. — Мне сложно сосредоточиться на долге, когда вы... так выглядите, — прошептал я, едва слышно. — Не могу оторвать взгляд... На щеках Адама выступил лёгкий румянец. — Что...? — только и смог выдохнуть он. Адам смущённо улыбнулся, и в его океанских глазах плясали весёлые искорки. —Что же делать? — прошептал он, делая шаг ближе. — Придётся пожаловаться принцу Кайто... И попросить назначить тебя моим личным рыцарем. На постоянной основе. Ричард почувствовал, как жар разливается по щекам. Сердце бешено застучало в груди, словно пытаясь вырваться на свободу. «Получается... я буду постоянно рядом с ним? Боже...»— пронеслось в его голове единственная связная мысль. Тем же вечером Ричард стоял на пустынном балконе, опершись на холодные перила. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев. Звёзды казались такими близкими, но такими же недосягаемыми, как и его чувства. «Боже, он такой красивый... Такой милый. Эти глаза, эти губы... Я влюбился. Я окончательно и бесповоротно влюбился»— наконец-то признался он себе, закрывая глаза. Внезапно за его спиной раздался тихий, знакомый голос: —Приветик. Чего такой задумчивый и одинокий? Я резко обернулся и застыл. На пороге стоял Адам. Он был в легком халате, с которого на пол капали капли воды. Его белоснежные волосы, еще мокрые, прилипли ко лбу и щекам, отчего он казался уязвимым и нереально прекрасным. От него исходил легкий пар и запах мыла. Вся моя воля, все мои обеты растворились в тот же миг. Я не помню, как сократил расстояние между нами. Руки сами потянулись к его лицу, а взгляд утонул в его расширенных от удивления глазах. И прежде чем страх и разум успели вернуться ко мне, я прижался губами к его губам. Коротко, стремительно, ошеломляюще нежно. Затем я отпрянул, словно обжегшись. Сердце колотилось так, что в ушах стоял гул. Не говоря ни слова, не в силах вынести ни его взгляд, ни собственный ужас, я буквально бежал с балкона. Ворвавшись в свою комнату, я рухнул на кровать, сжимая дрожащие пальцы. Щеки пылали. «Что же я натворил?! Как я посмел поцеловать принца? Я должен быть его защитником, а не... не этим!» Но сквозь панику и самоосуждения пробивалось одно-единственное,порочное и сладкое воспоминание. «Но... но у него такие нежные губы...»